D3
Гарри отрыл глаза. Солнце пробивалось сквозь неплотно задернутые портьеры, он лениво следил взглядом за полетом пылинок в воздухе. Неужели он снова напился в малой гостиной? В голове было подозрительно ясно, значит отрубился он тут не поэтому, шея нещадно болела. Надо завязывать с ночными бдениями, он окинул взглядом диван и вспомнил как попал домой из министерства.
Гермиона уткнулась ему в бок, лицо расслабленное, волосы как всегда взъерошенные. Гарри почему то не торопился ее будить. Ему нравилось смотреть как она морщит нос, когда солнечный луч светит в лицо, чувствовать как сжимается ее рука на его груди, словно бы пытаясь во сне за что-то ухватиться. Если бы за окном птицы пели чуть громче, можно было представить, что они снова в палатке, Рон ушел, крейстражи они еще не нашли.
Иногда он ловил себя на мысли, что вся эта свадебная суета и бесконечные причитания выбивают его из равновесия. Словно все кругом резко выросли, а он остался школьником каким был. И только очередное дежурство в аврорате заставляло его снова жить. Погоня, честная драка, вот что имело смысл, помогало отличить один день от другого. День, в котором то, что ты выжил больше не имело значения.
Гермиона заворочалась во сне. Воспоминания от последнего посещения дома на площади Гриммо принесли свои плоды. Она снова убегала от Кроули, снова пыталась трансгрессировать, Рона расщепило, столько крови вокруг, их догонят, точно догонят, крик.
-Проснись, это сон, просто сон! - Гарри пытался разбудить отчаянно размахивающую руками девушку, он не понимал слов, что-то про расщепление. - Гермиона! -Гарри перешел на крик нависая над ней, хлопая по щекам, заставляя проснуться. Она открыла глаза, прерывисто дыша, словно пробежав пару миль.
-Его уже расщепило, ладно?- Гарри злится, не на нее или себя, а на ситуацию в целом. Неужели кошмары их никогда не отпустят.
-Это сон, это сон.-повторяет Гермиона, стараясь выровнять дыхание.
Гарри смотрит на нее, так близко, ее взгляд из под опущенных ресниц и едва заметные веснушки на щеках. Если есть кошмары, то и прошлое у них тоже будет, прошлое, которое продолжается, сейчас. Он наклонился и поцеловал ее, мягко, но настойчиво.
Гермиона ответила на поцелуй, обвила его шею руками, притягивая еще ближе. Гарри углубил поцелуй, рукой сжимая ее бедро. Послышался короткий вздох, Гермионе потребовалось буквально несколько секунд, чтобы вспомнить.
Вспомнить Рона уходящего в лесную чащу, их постоянные трансгресии с места на места, отчаяние и холод, зверский холод. Гарри целовал ее шею, переходя к ключицам, руки пытались расстегнуть многочисленные пуговицы на блузке и снова поцелуй, уже более требовательный, жаркий. Он рывком усадил ее на колени лицом к себе и резко вошел. Гермиона выгнулась, зажмуриваясь от удовольствия. Давно они не были вот так лицом к лицу, кожа к коже. Резкие движения, ускоряющийся ритм, они снова одни в этой палатке.