Письмо

- Мистер Драко, вставайте Мистер Драко, завтрак уже готов.

Драко протяжно выдохнул и натянул одеяло поверх головы. Наступил тот день, от которого его тошнило при одной мысли, наступил тот день, который он ждал все это лето, наступил день, когда проигравшие встретят своих победителей. Наступил день, когда потерпевший поражение встретит свою победительницу. День когда Драко увидит ее, грязнокровку на грязном перроне, грязнокровку во всем ее грязном окружении.

Сцепив зубы, Драко сел на кровати. Комната его кричала об утонченности и требовательности к комфорту владельца: огромная кровать с тяжелыми посеребренными балдахинами, безукоризненно белое постельное белье, готического вида шкаф, рядом зеркало высотой с комнату, обрамленное гоблинской работы оправой, массивный рабочий стол, камин с постоянно горящим огнем,  всю стену за столом занимали книжные полки. Эта комната была строгой и величественной, как и мальчик, заставляющий себя встать с кровати. Он подошел к зеркалу. Драко был аристократично красив: платинного цвета волосы, серебряные глаза, утонченные черты лица. Он был высок и подтянут: широкие плечи, крепкие руки, рельефный торс, длинные худые ноги. Хотя сейчас отражение глядело на него растрепанными волосами, небрежно спадающими на глаза, обреченными глазами, сутулыми плечами, таким его видело только отражение. Спустя буквально пять минут у зеркала стоял молодой красивый мужчина с идеально уложенными волосами, в черных штанах и серой водолазке, часы-дорогая обувь-трость, истинный Малфой. Школьный чемодан, сложенный еще вчера, стоял у камина и ждал своего часа.
Драко спустился к завтраку. В центре огромного холодного зала стоял длинный стол. С разных концов стола сидело двое: Нарцисса и Люциус. Драко теперь не ощущал, да и наверное никогда не ощущал, семейного тепла и радости. Как ни один камин не мог обогреть этот огромный зал, так и ни одна шутка или улыбка не могли растопить ледяное следование правилам этикета аристократии в этой семье. Никто и не стремился.
-Доброе утро.
-Доброе утро, Драко, - ответил Люциус и только потом Нарцисса. Тихо, как и полагается в таких семьях.
-Все ли готово к учебному году? - спросил Люциус, кажется просто, чтобы не слушать звенящую тишину

Драко ухмыльнулся про себя. Он никогда не собирал чемодан к школе. Для этого были домашние эльфы.

-Да, отец, все готово к отправлению, - безинтонационно ответил Драко.
Понимаешь ли ты, что этот год будет показательным? Этот год будет маркером того, насколько ты осознал, - Люциус ухмыльнулся, - ошибки прошлого?
-Да, отец, я буду аккуратен.

Исключая общие фразы напутствия, это был весь разговор перед отъездом. Драко никогда не сомневался, что родители любят его, ему никогда не нужно обниманий, слов любви. Все в их семье было чинно, но он знал: ради него родители сделают все. И больше ему не нужно было знать.

Пройдя преграду платформы 9 ¾, семья не боязливо оглядывалась, но сторонилась остальных. Они стояли обособленно, втроем, вдали от радостных криков и приветствий. Драко обнял мать.
-Драко, я знаю, как ты не хочешь ехать в школу,- прошептала ему на ухо Нарцисса, - я знаю, сколько мужества и храбрости тебе нужно, но мы преодолеем это, вместе, как всегда, пиши мне, я же твоя мама.
Он кивнул, отстранился, обнял Люциуса. Они ничего друг другу не сказали, Драко все понял по горячности его объятия. Он подхватил чемодан и зашел в Хогвартс-экспресс. Он не стал оглядываться, чтобы помахать родителям из поезда, но знал, что родители все еще стоят там и смотрят ему в след. Драко пошел по поезду.
Хогвартс-экспресс немного изменился. Больше не было купе, теперь это были общие вагоны с целью сближения и скрепления дружеских отношений между учениками разных факультетов, слоев общества и возрастов. Драко это взбесило, хотелось оградиться от всего этого тупого веселья, от пищащих младшекурсников, а главное от косых взглядов. Он шел по вагонам, пока не нашел свободные места. Драко сел и уставился в окно.
-Привет, - услышал он.
Драко обернулся, это были Блейз и Пенси. Что ж, раз это необходимо, пусть лучше они, чем придурки с других факультетов. В любом случае, ему придется налаживать общение, утраченное за лето, за войну.
-Привет. Присаживайтесь.
-Как прошло лето? - голос Пенси был надломленным.
-Все отлично, Пенни.
Драко, мы справимся со всем этим, как и раньше справлялись, - тихо сказала она, словно боялась, что их подслушивают, - мы справимся.
“Ох, блять, Пен, давай без этого”. Драко снова повернулся к окну. Он всегда знал, что Пенси влюблена в него и чаще всего отвечал ей взаимностью, не чувствами, но поведением, он знал, что рано или поздно она, Пенси, либо какая-нибудь из слизеренок станет его женой. Явно не он будет выбирать, а семья семью по статусу и положению. А Драко всегда был прекрасно воспитан и галантен к девушкам, поэтому лучше не портить отношения.
Они так и сидели не разговаривая, каждый глядя в разные стороны. Мимо шли ученики, бежали первогодки, рядом шумела толпа когтевранцев. В предыдущем вагоне послышались свист и хлопки. Драко очень захотелось прислониться лбом к стеклу, но статус не позволял, он сидел безукоризненно ровно, глядя перед собой и думая о предстоящем дерьмовом учебном годе, когда в вагон зашли они. Трое.

Победители.

Их приветствовали стоя, радостно крича, младшие и вовсе визжали, словно волшебницы-подростки увидели группу “Ведуньи”. Троица отзывалась улыбаясь и давая понять, что все это лишнее. Драко был согласен, все это был пиздец какой перебор. Но головы не отвернул, не прятал глаза, когда Святой Поттер и его команда приблизились к его месту. Война заставила всех быть учтивыми, но Драко был уверен, что это не надолго. Он скупо ответил кивком головы, на кивок Поттера и отвернулся, потому что следующей шла Грейнджер и она выглядела прекрасно.
Она стала молодой женщиной, изгибы ее тела были притягивающими, волосы перестали быть таким гнездом, но все еще были слегка взъерошены, джинсы облегали ее стройные ноги, все, все было потрясающе возбуждающим, кроме вонючего “запаха крови”.
Она шла гордо вздернув свой носик, и… держа за руку Рыжего Уизли. “Вот сука. С ним тебе и место”. Они ограничились вежливыми и натянутыми кивками голов.

Испытание номер 1: не кинуть им вслед заклинание, не крикнуть ей вслед “Сука”.

Троица прошла в следующий вагон, но Драко на протяжении всей дороги до Хогвартса так и подмывало как раньше, по-детски, собрать “своих” и пойти глумиться над Победителями, обозвать Поттера выскочкой, Рыжего - нищим, ее - ГРЯ3НОКРОВКОЙ.

Хогвартс-экспресс стучал по рельсам, пульс у Драко стучал по вискам. Они попытались болтать со слизеринцами, но все это не отвлекало, не успокаивало, животное в груди требовало отмщения, хотя он и не понимал за что: за их сцепленные руки, за ее надменный кивок, за то, что он сам того не желая - желает ее?

Приближались к Школе. Драко накинул мантию, снял чемодан, помог Пенси, за что она потрепала его по голове. “Какого Мерлина? Мои идеально уложенные волосы”. Он попытался улыбнуться ей в ответ.
<Распределились по каретам, теперь уже каждый видел, что они едут не сами, теперь каждый видел этих скелетоподобных птиц? лошадей? Прелести войны? да уж.
Все вокруг веселились и улюлюкали, Драко про себя отметил, что Хогвартс выглядит как и прежде, никаких следов побоищ, его это немного обрадовало: меньше воспоминаний, напоминаний.
<tab>Большой зал был богато обрамлен свечами, лентами, красным плакатом с надписью приветствия. “Ненавижу красный”.
Все было как прежде. Четыре стола факультета, преподавательский стол, стул с Распределяющей шляпой. Все хорошо. Никаких следов изменений.
Все расселись по местам. Преподаватели заняли свои места. Как Драко и ожидал, директорский пост заняла Макгонагалл. “Старая стерва”.
Она встала у трибуны, зал мгновенно затих.
-Добрый вечер! Я и все преподаватели рады приветствовать вас в новом учебном году в Школе чародейства и волшебства “Хогвартс”.  Мы рады, что теперь, в это спокойное и свободное время, мы можем полностью посвятить себя вашему образованию. Хочу сообщить вам об изменениях в преподавательском составе. Должность декана факультета Слизерин займет Горациус Слизнорт, деканом факультета Гриффиндор по прежнему являюсь я, по совместительству и бла бла бла… Мы пережили тяжелые времена, мы все много потеряли, но теперь помните, что все вы всего лишь дети, впутанные в войну. Дружите, поддерживайте друг друга, общайтесь, усердно учитесь. А мы вам во всем поможем!
Теперь приступим к распределению первокурсников и бла бла бла…
Какой Потти молодец и бла бла бла… В связи с тем, что прежняя вражда между факультетами вредила обучению, приводила к агрессии и непонимаю, в этом учебном году мы вводим курс Толерантности, на котором представители разных гм… сторон войны будут учиться существовать дальше без взаимной неприязни.
“ЧТО?”
Драко уже не слушал, потому что у него застучало в ушах. Он прекрасно понимал, о чем велась речь, теперь они будут мирить Гриффиндор-Пуффендуй-Когтевран со Слизеринцами. Такого он никак не ожидал, теперь ему нужно будет восхвалять Поттера и лицезреть эти сцепленные влюбленные ручки Грейнджер и Уизли. “Ну за что мне это все???”

Когда все закончили торжественный ужин, Драко, в окружении зеленого факультета двинулся в сторону подземелий. Он быстренько переоделся, лег в кровать и попытался поскорее уснуть, потому что он понимал, что с завтрашнего дня уже не он будет отравлять жизнь Троице, а они ему своей тупой Толерантностью. “Вот бы не проснуться”.