Пролог
Капли стекающие с потолка отдавались гулким эхо, в ушах звенело так, что казалось ещё чуть чуть и барабанные перепонки лопнут, разрывая голову на части. Тишина... Ооооо...Эта давящая, до изнеможения, убивающая, тишина так сильно резала сознание, что казалось ещё чуть чуть и разум покинет тело раз и навсегда. Хотелось закричать, чтоб хоть кто-нибудь, хоть одна живая душа спасла его.
Где-то вдалеке послышались шаги и маленький тусклый фонарь показался в кромешной темноте.
-Твоего сына оправдали, за мелкого ублюдка заступился Поттер, как ты думаешь, Малфой, за тебя заступиться хоть кто-то, а?
Когда-то великий, гордый и сильный Люциус склонил голову чуть в бок, поднимая серые глаза на стоящего перед ним стражника, усмехнулся.
-Мой сын...
-Твой сын ничтожество!!! Такое же как и ты, Малфой. - послышался громкий удар, после чего тело блондина, громыхая кандалами, упало на холодный, скользкий пол.
Люциус хрипло засмеялся, поднимая давно потухшие глаза и глядя исподлобья на перекосившееся в презрении лицо стражника, произнёс:
-Мой сын освободит меня.
Знал бы он, как ошибается...
***
Гарри смотрел на любимую девушку, сжимающую его руку, вспоминая о том как много всего было утеряно и в то же время приобретено за последние несколько месяцев.
-Как думаете этот год пройдёт без происшествий? - с некой грустью произнёс гриффиндорец, обращаясь к своим друзьям и теребя рыжий локон Джинни в ожидании ответа.
-Надеюсь на это - тихо произнесла Гермиона, захлопывая большой том по зельеварению, и поправив блестящий значок старосты школы и в идеале выглаженную чёрную мантию резко подскочила с места, направляясь к выходу из купе. - МакГонагалл попросила последить за первокурсниками в поезде, пойду проверю, как они там, кстати вы не знаете кого назначили старостой мальчиков?
-Точно кого-то не из наших, мы бы об этом знали, надеюсь тебе не придётся делить гостиную с кем-то из змей - молчавший до этого Рональд, оторвался от вида из окна и с выжиданием уставился на Гермиону, не дождавшись никакого ответа, он отвернулся и продолжил молча высматривать в далеке предательски знакомые ему виды.
Гермиона, оглянулась на Гарри, который в момент пожал плечами, делая не понимающий вид, и вышла из купе. Отношения с Роном в последний месяц были очень натянуты, сначала она всячески поддерживала его после войны, помогая семье Уизли снова встать на ноги, потом ей пришлось уехать в поисках своих родителей и по возвращению из Австралии, ее ждал неприятный сюрприз в виде остывшего к ней Рональда, совсем запутанного и потерянного.
Каждый день с ним тянулся, как нескончаемая жевательная резинка, которая порядком надоела своим кислым вкусом и приторностью одновременно. Гермиона надеялась, что прилетевшая неожиданно сова с письмом, хоть как-то оживит Рона, но ее надежды рухнули с глухим стуком, когда тот отказался.
Всё-таки, после нескольких дней уговоров и пары пинков от миссис Уизли, он дал согласие и вот сейчас, находясь в таком родном, напоминающем о детстве поезде, он грустил и душой желал остаться дома, рядом с родителями и ещё не до конца оправившемся после смерти брата, Джорджем.
Заглядывая в очередное купе, Гермиона уловила на себе непонимающий взгляд темноволосого мальчишки с ярко голубыми глазами.
-Что-то не так? - Гермиона мило улыбнулась мальчику, в то время как он удивленно уставился на неё ребячески наивным взглядом и с осторожность поинтересовался.
-Вы Гермиона Грейнджер? Героиня войны и подруга Гарри Поттера и Рона Уизли? - нескончаемое любопытство пробежало в глазах всех, находящихся в купе, первокурсников.
-Да, это действительно я. - Гермиона поджала губы и улыбнулась уголками губ.
-Тогда почему старостой мальчиков будет не Гарри Поттер, ваш друг, а какой-то другой грубый и неприятный мальчик?
Услышав о грубом и неприятном Гермиона сразу поняла, что речь идёт о ком-то из Слизерина, задав ещё несколько вопросов малышам и напомнив им, что решения нового директора и преподавателя МакГонагалл не обсуждаются, она отправилась к друзьям сообщить столь нерадостную новость о том, что кто-то из Слизеринцев будет делить с ней гостиную. Этот год будет спокойным для кого угодно, но точно не для Гермионы.