Один
Советую читать эту главу под трек группы Måneskin- Le parole lontane, так как эта глава писалась именно под него.
Это началось сразу после войны. Или чуть позже. Гермиона уже не помнила точно. Казалось, будто она живет с этим вечность.Да, несомненно, они молодцы, выиграли войну. Воландеморт побежден, все Пожиратели предстали перед судом. Но этот период ее жизни не прошел бесследно.
Все начиналось с малого. Головные боли, недомогание, тошнота. Сначала, она думала, что это из-за пережитого стресса, но через полгода, у Гермионы не вышло первое простейшее заклинание. Она подумала, что не сосредоточилась, так как головные боли жутко отвлекали ее иногда как на работе в министерстве, так и в кругу друзей или наедине.
Конечно, со временем она свыклась с этим чувством, но бывали ухудшения. Потом к обычному не удающемуся Акцио добавились другие элементарные заклинания, которые раньше получались без проблем, ведь не зря ее называли самой умной ведьмой последнего столетия. Героине войны переставали подчиняться все больше и больше заклятий.
Но Гермиона списывала все на стресс и усталость, не обращая на это большое внимание. И тем более не ходила к друзьям со своими проблемами — после войны Гарри был в тяжелом состоянии, виня себя в потерях которые они понесли. А Джинни постоянно находилась с ним, как любящая девушка, помогая ему выбраться из этой ямы и начать жить заново. У них создалось свое гнездышко, где они помогали друг другу пережить этот ужас. С семьей Уизли она тоже не поддерживала контакты, давая им пережить потерю Фреда и Рона, которые погибли на ее глазах, спасая первокурсников от обвала стены. Эти крики до сих пор преследуют ее в кошмарах из-за которых она почти не спит ночами.
Незадолго до Рождества у нее случился первый нервный срыв. А потом последовали еще и еще, с каждым разом все хуже и хуже. Ей казалось, что она вновь в Хогвартсе, в ту проклятую ночь. Что она вновь слышит эти крики боли и отчаяния, перед ее взглядом вновь носились зеленые, смертоносные лучи. Или иногда она вновь бежала от Егерей, спасая себя и одновременно Гарри и Рона.
Но самым частым видением была та ночь в Малфой-меноре. Ей мерещилась Беллатриса с ее кинжалом с руке, и Гермиона вновь и вновь дергалась на этом холодном, мраморном полу, издавая нечеловеческие крики от боли. Она молила пожирательницу остановиться, просила о помощи, звала маму и папу, своих родителей, которые и по сей день живут в Австралии, не подозревая, что у них есть дочь, так как память им не удалось вернуть.Обычно, после таких приступов она находила себя лежащей на полу либо же забившейся в угол.
Но в этот раз все было еще хуже. Приступ случился внезапно, когда Гермиона принимала душ. Она случайно задела ту самую надпись Грязнокровка, которую скрывала обычно под длинными рукавами, задвигая плохие воспоминания в дальний угол своего сознания и делая вид, что все хорошо. В миг все перед ее глазами потемнело, и она не почувствовала, как теряет равновесие, падая, она уже мысленно была на полу того проклятого особняка, который принес ей столько боли, она вновь пережила эту сильнейшую боль, а очнувшись на кафельном полу своей душевой посмотрела на свою руку и впервые возненавидела свое маггловское происхождение, которым раньше так гордилась. Не родись она в семье обычных людей все могло бы быть по другому. И когда взгляд опять зацепился за это «клеймо» она не выдержав, начала раздирать свои предплечья ногтями, стараясь нанести больший вред себе.
Остановилась она только тогда, когда поняла, что полулежит в луже крови, а вода так и продолжает капать из крана.
И в тот момент она поняла, что ей нужна помощь. Одной ей не справиться.
*Надеюсь не все так плохо, и кого-то эта история зацепит и вы останетесь со мной дальше. Всегда открыта к комментариям и отзывам.