Часть 3. Начало
POV: Драко
К огромному удивлению, меня разбудил звон будильника, а не очередной кошмар. Это явление внушало призрачную надежду хотябы на спокойный сон. Мне даже захотелось задержаться в постели еще немного, но позволить себе эту слабость я не мог. Сегодня я наконец- то выйду из стен своего поместья и отправлюсь в Хогвартс. Сегодня я должен вновь натянуть на себя маску безраздичия и отчужденности. Благо, скрывать свои истинные чувства у Малфоев в крови.
Хотя кому нужны мои чувства? Не об этом надо думать, Драко, не об этом. Лучше сразу настроиться на боязливые, нередко и презирающие взгляды, которые будут прожигать спину, пока она не скроется из виду. Да, мне будет несладко, но я все решил. Я закончу седьмой год обучения в школе магии и волшебства, а затем займусь восстановлением семейного бизнеса.
Конец POV: Драко
Встав с постели и проделав все утренние процедуры, Малфой- младший спустился на завтрак, любезно предоставленный домовиками. Закончив трапизу слизеринец собрал вещи и отправился на платформу девять и три четверти.
Драко пришел в тот момент, когда поезд уже дожидался учеников, подгоняя их клубами пара и слышным на всю округу гудком.
Малфой пришел достаточно поздно, почти перед самой отправкой, поэтому не удивительно, что свободных купе не осталось.
Открывая одно купе за другим, Драко натыкался лишь на испуганные или же брезгливые, презирающие взгляды. И какого же было его удивление, когда следующее встретило тишиной и безразличием. Слизиринец мог понадеяться, что купе попросту пустовало, если бы не женская фигура, отвернувшаяся к окну. Девушка настолько погрузилась в свои мысли, что даже не обратила внимания на шум открывающейся двери.
Драко решил остановиться именно здесь, раз уж девушка не обращает на него внимания. Он закрыл дверь и хотел присесть, как вдруг копна карамельного цвета волос взметнулась и передвзором Малфоя- младшего предстало ничего не выражающее лицо Гермионы Грейнджер. Слизеринцу было впринципе безразлично то, что он в одном купе с грязнокровкой. Все эти колкости уже не имеют для него никакого значения, отец не может "направит на путь истинный".
Но даже не смотря на свое безразличное отношение к этой персоне, в Драко смогло проснуться удивление. Взгляд гриффиндорки задержался на нем лишь на несколько секунд, а затем она снова отвернулась к окну. В Малфоя не полетело море оскорблений, он не встретил отважного, вызывающего взора, каким обладала Гермиона ранее. Слизеринец увидел стеклянные, неживые глаза, которы смотрнли сквозь него. Драко даже подумал, что Грейнджер и не поняла с кем разделяет купе. Именно это ему и нужно. Никаких вопросов, восклицаний, полное отсутствие внимания.
Усевшись напротив гриффиндорки и окинув её взглядом, Драко не мог не признать, что от той серой мышки и заучки, что существовала все прошлые годы, не осталось и следа. Гнездо на голове превратилось в аккуратно уложенные, слегка кудрявые волосы, цвета карамели. Черты лица заострились, удачно выделяя скулы, хотя было заметно, что это произошло и из- за чрезмерной, но не переходящей в болезненную худобу. Прорисовался контур не слишком пышных, но и не плоских губ. Но помимо этого слизеринец не мог не заметить неестественную бледность, из- за которой пропал легкий румянец, а некогда малиновые, яркие губы, выделяющиеся на светлой коже, превратились в две телесного цвета полоски. Более всего выделялись кукольные зеленые глаза, в которых нет былова запала, в которвх потухла жизнь. Беззастенчиво разглядывая девушку, Драко задался вопросом: что же произошло с Грейнджер? Что превратило её в привидение, тень от прошлой Гермионы? Такой внезапно пробудившийся интерес, внимание к девушке напотив несколько испугало Малфоя. Он месяцами не чувствовал обсолютно ничего, разве что боль и обреченость, а тут целый водоворот позабытых эмоций. Его очень удивило то, что эти самые эмоции из него вытащила некогда ненавистная и презираемая Грейнджер.
Сама гриффиндорка даже и не заметила прожигающего взгляда серых отдающих льдом глаз. Все её мысли крутились исключительно возле погибнувших друзей, или же мысли отсутствовали вообще.
С такими размышлениями герои и не заметили, как перед окнами открылась родная, до боли знакомая картина, с величественным замком в главной роли.