"Сон."
Ночь сменяется утром. Тьма светом. Всё происходит так, как и положено, так было всегда или почти всегда.
Солнце окрасило небосклон в алые тона и потихоньку стало пробираться в окна домов, будя жителей, не спасали даже плотные шторы. Сегодня он проснулся раньше обычного. Конечно, рабочий день, надо идти в Министерство, но чем же отличался это утро от сотен других? Ища причину своего странного поведения, парень параллельно готовил завтрак для себя и своей жены. Самое обычное блюдо - оладьи с шоколадом. И тут его осенило. Конечно, как он мог забыть! У неё же день рождения! Добавив в её порцию немного мармелада, молодой человек направился в комнату. Девушка ещё спала, завернувшись в тёплое одеяло. На кануне вечером она чувствовала себя прескверно. Он присел рядом с ней, поставив завтрак на маленький столик, погладил её тёмные кудри и прошептал на ухо:
- Доброе утро, дорогая. - но она всё так же крепко спала. - Круцио! -неожиданно громко крикнул парень. Это помогло. Девушка вскочила и наставила на него палочку, готовясь произнести ответное заклинание.
- Рональд Уизли, прекрати вести себя как ребёнок! - надменно сказала волшебница, положив оружие рядом.
- Заучка. - наигранно - обижено пробормотал рыжеволосый, закатив глаза.
- Что?
- Что?
- Повтори, что ты сказал.
- Эм..С днём рождения!
И только сейчас урождённая Грейнджер заметила оладьи и вспомнила какой сегодня день. Устало улыбнувшись, она обняла Уизли.
- Но больше так не делай. - сказала волшебница таким тоном, как будто только что отругала ребёнка за первую шалость. Рон послушно кивнул.
И вот оба Уизли уже стояли у входной двери. Гермиона, что-то искала в своей сумочке и, наконец поняв чего именно не хватает, она скрылась за дверью, сказав что парень может выйти, что он и сделал. Перевернув стол вверх дном, ведьма нашла предмет - маленький кулон, висящий на тонкой изящной цепочке.
- Герм...- послышался встревоженный голос парня.
- Уже иду.
Она выбежала из дома и наткнулась на стоящего Рона, воззрившегося, как оказалось, на ворона с маленькой бумажкой в клюве. Птица приподнимала чёрные крылья, когда парень пытался выгнать её или забрать клочок. Ворон сел на плечо молодой жены и, спустившись на запястье, положил бумагу в ладонь, и улетел. Оба волшебника уставились на ладонь девушки. Гермиона развернула записку. Буквы плясали, выдавая что написавший их очень торопился, но всё же ей удалось прочитать сообщение. Оно состояло из четырёх слов: «Магический Кинг -Кросс. Возьми палочку» . Волшебница не представляла от кого это и решила, что ворон ошибся адресом, но если это был почтовый, то такого не могло случиться, но даже убедив себя в том что птица перепутала дома, решила пойти на эту встречу. Зачем? Объяснить это не могла даже сама ведьма.
- Что там? - голос Уизли вывел жену из транса.
- Ничего. Просто птица ошиблась...наверно. - рассеяно ответила девушка и смяла бумажку в комочек. - Рон, мне нужно идти. Я совсем забыла, что обещала Полумне навестить их с Невилом...
- Сейчас? - по его тону стало ясно, что ложь лучшей ученице Грифиндора даётся не очень.
- Ну, я давно хотела взять отпуск.
- Хорошо, но предупреди начальство. Не хотелось бы лишний раз встречаться с ним. - парень не стал упорствовать хотя бы потому, что Долгопупсы давно звали их в гости, но Рон много работал, как и Грейнджер. Волшебник трансгресировал, оставив свою жену на улице.
Гермиона так же быстро переместилась на вокзал «Кинг-Кросс». Внутри никого не было, что и смутило её. Обычно здесь было не протолкнуться, всё уезжали или приезжали, но народ здесь был всё время.
Не успела волшебница пройти сквозь стену, как в метре от неё пролетело заклятие. В следующие мгновение ещё одного заклятие вырвалось из чей-то палочки и направилось к ней, но девушку прикрыл собой незнакомый маг. Заклятие попало в него и тот рухнул на бетонный пол. Всё происходило как в замедленной сьёмке: она видела людей прячущихся за колоннами и швыряющий убийственные проклятия. На них были одежды мракоборцев и, сразу поняв, что они из Министерства она двинулась к ним, но следующие заклинание, чудом не поразившее свою цель, отбило у Грейнджер всякое желание приближаться к этим людям. На противоположной стороне находились люди в чёрных костюмах и в масках. Пожиратели Смерти. Каждая сторона сражалась между собой и посреди этого безумия находилась она. Но как бы странно это не звучало, ведьме показалось, что Пожиратели не хотят её ранить, а даже наоборот, пытаются защитить. Безумие. Точно.
Один из тёмных магов, согнувшись подбежал к потерянной Гриффиндорке и заставив её тоже согнуться завёл её за угол, куда не доставало ни одно проклятие. Девушка спустилась на холодный пол и закрыла лицо руками. Человек мигом исчез. В её памяти всплыли воспоминания о ужасной и как ей казалось многолетней войне. И тут участница битвы за Хогвартс поняла от кого это послание. Ворон не ошибся, она и только она должна была прочесть записку, она должна была явиться сюда как они и договорились одиннадцать лет назад. Тут к темноволосой подошла женщина в тёмной длинном платье, как и все лицо её скрывала маска.
- Сейчас, я должна сражаться с остальными, но он сказал тебя вывести отсюда, конечно если ты этого хочешь. - голос бы мягким, но можно было уловить нотки раздражения. - В конце концов в этом виновата ты.
Гермиона не могла вымолвить ни слова и лишь кивнула головой, а в следующее мгновение она уже находилась в полуразвалившемся доме. Несколько свечей не потухли от сильного ветра и освещали маленькую часть здания. Женщины не было. Взяв свечу волшебница направилась осматривать дом. Он был сложен из деревянных брусков, половина которых давно прогнила, крыша протекала, в окнах не было стёкол, в особняке был второй этаж, но лестница уже развалилась и подняться наверх было невозможно.
- Чёрт! Что ты творишь? - послышался гневный мужской голос.
- Что, я творю? Тот же вопрос могу задать тебе, мальчик! - ответил женский голос.
Девушка вошла в комнату. Пять человек были ранены и лежали на полу, три человека пытались им помочь, но они отказывались от их лечения, двенадцать пожирателей смотрели на перепалку женщины и парня. Она была явно старше его, хотя лица обоих были всё так же скрыты.
- Я пытался помочь...
- Кому? Нам или этой грязнокровке?
- Прошу прощения, но можно не употреблять оскорбительные слова в адрес маглорождённых? - не выдержала гостья. Пожиратели обернулись.
- Прости, красавица, но во время, которое мне по сердцу, таких как ты убивали. - нарочито вежливо объяснила темноволосая женщина.
- Хватит. Я не потерплю в этом доме таких слов, сестра. - белокурая женщина сняла маску. Почему то эти правильные черты лица показались маглорождённой смутно знакомыми.
- Цисси, тебя никто не спрашивал. - уже спокойнее произнесла женьщина.
- Белла, выйди, остынь. - взгляд холодных глаз мисс Малфой заставил Гермиону поёжиться и словом не только её, но и несколько пожирателей включая сестру женщины, но Лестрейндж подчинилась.
Нарцисса пошатнулась, но отказалась от помощи молодого парня который совсем недавно спорил с безумной женщиной, и присела рядом с раненными. Парень снял маску. Бледное лицо, такие же правильные черты лица, серые холодный глаза, белокурые волосы - Драко. Тут стало не хорошо уже Грейнджер, ноги подкосились, но парень удержал её. Взяв девушку за руку молодые волшебники вышли в соседнюю комнату. Глаза парня ничего не выражали, его холодный взгляд заставил мисс Уизли вздрогнуть.
- Д-Драко, ч-что происходит? - чуть ли не шепотом произнесла темноволосая.
- Война, Грейнджер. - просто ответил маг.
- К-Какая война? - она не могла ничего понять, или просто не хотела понять, ещё ни разу Гриффиндорка не чувствовала себя такой дурой.
- Между Министерством Магии и Пожирателями Смерти. Мы стараемся не убивать мракоборцев, но они нас не жалеют. - в глазах кареглазой читался ещё один вопрос. - Сторона за которую ты воевала не даёт покоя бывшим пожирателям. Сначала министерство убивало нас по одиночке и старалось не говорить о очередной войне, а когда мы объединились оно собрало отряды мракоборцев и теперь выслеживают нас. Почему? Не знаем, мы просто хотим выжить.
- Почему сейчас? - взяв себя в руки спросила волшебница. - Почему сейчас, ты решил оповестить меня о своём присутствии?
- Потому, что только сейчас я вернулся в Лондон.
- Ты, откуда...Я, я, не могу Малфой. - нежно сказала девушка глядя в серые глаза. - У меня есть муж и я люблю его, Драко. Понимаешь?
- Да, я всё понимаю, только...вряд ли ты сможешь вернуться к обычной жизни.
- Почему это?
- Ты вообще думаешь, Грейнджер? Во-первых, ты сбежала с «преступниками». Во-вторых, ты явно соврала мужу, верно? В-третьих, тебя убьют если только увидят на улице и им будет всё равно пожирательница ты или нет.
- Драко, - в комнату вбежал тёмный волшебник, - нас обнаружили.
Малфой быстро скрыл своё аккуратное лицо и посоветовал сделать то же самое ей, протянув такую же маску. Девушка приняла её и лёгким движением надела. Пожиратели Смерти уже были на ногах с палочками наготове, даже раненные стояли без поддержки. Снаружи послышался голос, он был настолько знаком что маглорождённая испугалась.
- Министерство Магии готово начать переговоры с Пожирателями Смерти. - голос был властным и повелительным.
- Ложь! - зло крикнула Лестрейндж, но похоже мракоборцы проигнорировали это заявление.
Белокурый маг первым вышел из заброшенного здания за ним стали выходить и остальные, Гермиона вышла последней. Было пасмурно, вот-вот начнётся дождь, холодные порывы ветра растрёпывали кудрявые волосы волшебницы, попадающие в глаза. В это время голос продолжал:
- Министерство готово выполнить любые ваши требования.
- С чего это вдруг, ваше Министерство вздумало позаботиться о «преступниках»? - саркастически ответил Малфой, среди тёмных поднялся шум. Кто-то смеялся, кто-то фыркал, но в Его милость никто не верил.
- Оно решило дать вам шанс исправиться, амнистию, если так хотите.
- И что же, Пожирателей вот так отпустят?
- Нет, не всех. Особо отличившиеся просидят в Азкабане, а остальных отпустят, но будут контролировать. - опять по рядам пробежал возмущённый шёпот.
- Здесь все отличились. И мракоборцы тоже.
- Драко, прошу, соглашайся. - прошептала мисс Малфой.
- Мы не позволим , что бы кто-то, а тем более ваше пресловутое Министерство Магии, следило за нами и контролировало каждый наш шаг. - ответил Драко мракоборцам.
Полетело первое заклятие, второе...Тёмные уже сражались с представителями министерства. Девушка не могла принять сторону, да она любила своего дорого мужа-мракоборца, но и сражаться против Малфоя не хотела. Она любила обоих и не могла выбрать кого больше. Спрятавшись за ветхими стенами дома, ведьма положила голову на колени. Казалось битва длилась целую вечность, вздрагивая каждый раз когда заклинание попадало в стены, девушка молила, чтобы этот кошмар поскорее закончился. В один момент всё стихло, никто не произносил ни слова, казалось даже ветер стих из уважения к погибшим. Раздался оглушающий крик, крик боли и отчаяния. Встав Гермиона направилась к месту откуда был слышен крик. Дойдя до цели, перед взором Гриффиндорки предстала следующая картина: белокурая женщина буквально лежала на мёртвом теле, рядом валялись две белых маски, одна была с трещиной возле глаза, а вторая была более или менее в хорошем состоянии. Подойдя ближе и сев рядом с телом маглорождённая поняла, что произошло. Беллатриса уже успокаивала сестру, а грязнокровка прильнула к лицу ещё более бледного парня. Глаза его были закрыты и Грейнджер поняла , что он сейчас счастлив. Вокруг лежали тела с обеих сторон, но никто не решался нарушить тишину. Ей хотелось уйти вместе с ним, но у неё остался Рон, он если не поймёт то, простит точно. В глазах начали плясать разнообразные кружочки, мерцающие звёздочки, последнее что увидела заучка было мертвенно-бледное лицо любимого.
- Гермиона, милая очнись, прошу. - позвал её мягкий мужской голос из вне. - Пожалуйста, ты же не оставишь меня с ними? Ханна слезь, быстро.
Открыв глаза темноволосая воззрилась на маленькую кудрявую девочку лет четырёх, большие серые глаза вопросительно смотрели на неё, малышка сидела прямо на ней, вернее на её ногах. На стуле рядом с кроватью сидел худощавый парень, скулы были чётко выражены, под глазами легли тёмные круги, контрастировавшие на его бледной коже. Девушка улыбнулась.
- Оставь, любимый, пусть посидит. - прошептала она глотая комок в горле. - Мне уже лучше, правда.
- Мамочка, тебе снился плохой сон? - спросила девочка озадачено глядя на мать.
- Да, но это был самый плохой сон в моей жизни, милая, потому что все остальные годы были прекрасны и полны счастья.
____________________________
Через полтора года болезнь отступила и Гермиона Джин Малфой впервые с момента рождения Ханны Драко Малфой, смогла самостоятельно встать с постели, но предстояли ещё несколько долгих лет реабилитации. Позже выяснилось, что ведьма пережила клиническую смерть.