приручение зверят

альфы совсем недопонятые омегами, также как омеги недопонятые альфами. никто не понимает чем они связаны, зачем это все? у альф выявилось это в форме бешенства и неуправляемостью, своей бестактностью и властностью над другими, бывало и своими же. все что движется или хотя бы подает признаки жизни они имеют и выбрасывают. это происходит очень легко, как поменять перчатки. омеги в свою очередь остаются в стороне и зачастую наедине с собой. в большем из случаев их насилуют, унижая до краев свое достоинство и порядочность. омерзительно. люди так и не поняли значения этого подразделения и не думаю что когда-то поймут. справедливость - не то что может показать жизнь. только не эта.

слипшиеся ресницы от слез, из-за дрожания глаз пытаются разлепиться. сквозь пелену видна все та же палата, капельница; руки лежали перед носом и в одну из них воткнут катетер с иглой. все также как и было. открыв полностью глаза ослепил яркий свет, отчего всё равно прищурился и попытался подняться. может это был лишь сон? страшный кошмар и все это останется там. чон принимает сидячее положение в 90 градусов и понимает что он полуголый. снизу ничего нету, прикрывает лишь тоненькая кофточка. разворачивается ещё больше и опускает ноги, давая коснуться плитки. встаёт на ноги, желая поднять все разбросанные вещи, но снова скручивает живот, отчего оседает. в голове мелькает много картин вчерашнего, собирая все по кусочкам. руки ухватились за одежду, сжимая ее в двух кулаках, не спеша садясь на холодный пол, чтобы потихоньку надеться. даже это не дают сделать, дверь распахивается и входит тот же бугарь. страх окутывает все тело, отчего пытается залезть под кровать и переждать пока тот уйдет. зверь ухмыляется. он уже видит добычу и неспеша, выжимая каждый шаг двигается к ниму, скаля зубы.
- нету значит мальца...хм, как жаль.)
сердце бешено колотиться, смотря под подошву каждого шага, все ближе к себе. резкий захват за воротник поднимает мальчика с колен и держит перед собой, точно как какую зверушку. тот касается только носками пола, ведь после вчерашних издевок тело отрицало существование безболезненного тела. видно как у зверя зубы точатся, а глаза заливаются красным. кровью. он бросает парня на кровать спиной, но тот через себя старается подняться обратно и противостоять наркоману. старается, правда.
- иди нахуй от меня, извращенец херов, не хватило вчерашнего?! ты порвал меня поддонок!
- ох, какая жалость, но меня приставили к тебе) я твой личный врач) и удовлетворитель потребностей.
- ты удовлетворяешь только себя, разве никто не знает что мне больно от этого?
- мне похуй, закрой уже свой поганый рот.
прилетает резкая пощёчина, и глаза становятся на мокром месте. конечно не перестает упираться, старается не дать себя этому зверю, но он сильнее. заметно сильнее. тело уже в его руках и он делает всё что хочет.

на второй раз все было ещё больнее. незажитые рваные стенки ныли и щипали, боль нарастала от не подготовки сразу к четырем пальцам, после заменяющих их мокрым членом. да, он был пиздецки мокрый, ведь хотел "оплювать" негодяя мальчика даже изнутри. вся мокрота превращалась в сплошной шум со смазкой, которая вытекала изнутри не принудительно и предательски. эти шлепки могли возбуждать только саму мразь, но никак не чона. он воет и молит остановится. конечно, сегодня этот зловещий человек не обошелся лишь траханьем, он решил закурить прямо в этот момент. что за блядина! весь пепел слетал на открытый и вечно дрожащий живот, после чего эту смесь размазывал тяжёлой, с выпуклыми венами рукой, а в добавок ещё и потушив таким же образом. вонизм стоял отвратительный, от самого мужчины воняло этой хернёй, но дым шел прямо в сам момент процесса. и вновь опять эта боль, казалось все ограничилось вчерашним ужасом, но нет, это повторилось и походу он больше не отстанет.
- если твой шаловливый язык решит растрепать это кому-то, то его я отрежу.
точно также как и тогда кончил, собрался и ушел, бросая мальчика на произвол судьбы, он даже не думал предохраняться, ему это незачем. чон сначала решил что нужно пойти и рассказать все, чтобы предприняли меры, но когда прокрутил в голове вновь те слова оставил эту идею. взяв себя в руки решил привести себя в порядок и отрыскал в тумбе влажные салфетки, которые были как кстати. вытер всю ненужную вязкую жидкость перемешанную в кровь и быстро выкинул, продолжая протирать себя другой и другой. более менее получилось все нормализовать и пришлось опять слезть и поднять уже эту одежду. со стороны выглядело будто он на последнем месяце беременности, ведь делал все так медленно и по странному нагинаясь, что невозможно было подумать что его изнасиловали. почти невозможно. сидя на корточках рука упала на пол и полезла на вещи, сжимая ее и прижимая к себе, в полном молчании сидя на корточках, что уж точно никто не помешает.
- чона! ты что сидишь на полу? ох, ты почему не надет, идём я тебе помогу
неожиданно появляется хосок, раскидывая все мысли по разным углам, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке. посмотрел вниз и вспомнив что он голый, быстро поднялся, при помощи омеги, но скривился в лице знатно. мальчик весь светился, он и вправду такой добрый, он аккуратно усаживает на кровать и берет себе уже одежду чона, а тот прикрывается руками.
- мы же оба омеги, ты можешь меня не стесняться
кажется чон немой, челюсть будто не двигается и о том, что такое звуки уже позабыл. прождав немного времени, пытается что-то сказать, изначально из чего выходило лишь кряхтенье и неразборчивая речь.
- я. не. омега.
- ну не надо пожалуйста врать, ничего в этом такого я не нахожу
омега мило улыбается. просто улыбка, заставляя чувствовать что-ли..спокойствие? по сравнению с ним, чон даже выглядит ужасно, не говоря про его манеры общения. но тот вызволяется помочь такому как чон, натягивая сначала нижнюю одежду, а за ними и лёгкие штаны. помогая спокойно лечь, он садится рядом и поправляет одеяло, чтобы не было холодно.
- а знаешь, я тебе принес кое-что вкусное!
достав из своего пакета контейнер, открыл его и поднес ближе к мальчику показать какой торт там лежит.
- да, я знаю какая тут еда, поэтому хочу разнообразить ее тортиком, не думай мне отказывать, я с чистым сердцем делаю это
еда? за два дня в больнице его ещё не разу не покормили, поэтому голоден был сильно. но сидел настороженно, с опаской.
- мы не так долго знакомы, чтобы ты приносил мне еду. для чего это?
- чона, у меня тоже как и у тебя нету друзей, ты первый мой друг! хочу позаботиться о тебе как следует, давай кушай
чон медленно прислоняется губами к сладости и неуверенно откусывает, сжимая в одной руке простынь. без понятия кому и как верить, но он кажется безопасным..может стоит довериться? нет..не сейчас, точно. но, на дружбу не прочь рассчитывать. кусочек за куском теряется во рту младшего, все быстрее и быстрее съедая из-за голода, что замечает омега.
- если бы я знал что ты голодный такой, я бы ещё тебе принес! в следующий раз принесу тебе побольше. чона, теперь расскажи, ты как? тебе лучше?
сказать что два дня подряд его насилуют и делают тем самым хуже, это ничего не сказать. тем более страх того, что прилетит от зверя заставило сердце ускориться в пару раз.
- я в порядке.
- почему тогда на полу сидел?
- слез размяться.
врать все же - лучший способ оставить все как есть. хосок невинный и верит этому. понимает что в больнице нужно двигаться, поэтому в этот раз чон выходит сухим из воды. время ближется к вечеру и другу приходится уйти, оставляя младшего со своими мыслями наедине. больно все это осознавать и понимать что тебя считают какой-то скотиной, и увы не человеком.

день был напряжным, сегодня пришло намного больше омег, нежели в другие дни, что было удивительно, лишь юн считал это только совпадением. в последнее время как-то сильно спокойно, нету задора и "разгрома" кабинета, а также головы старшего. все потому, что чон пропал. вот взял и провалился. юн неслучайно каждым вечером заходил в кафе, где мальчик работает, но и там его не встречал. что-то внутри издавало звуки и появлялись какие-то эмоции, что пока что были за пеленой - непонятно. как бы он лишь пару раз пришел на прием, показал свой блистательный характер и исчез. кажется, и хорошо, нету назойливого парнишки и никто не будет вести себя так непристойно. но юна, походу устраивает и даже нравится такое поведение - сейчас сказать сложно. но на душе что-то неспокойно. нужно все же разузнать в порядке ли чон. поход к его начальнику не увеньчался успехом, его и вправду нет уже пару дней. где он жил и учился тот не знал, поэтому след оборвался даже не начавшись. но в момент вспомнил, что есть его номер. да точно! он же писал насчёт препаратов и что они ему не по карману. юн присел за столик в кафе, а точнее на улице, ведь не сказать что холодный ветер или сама погода непристойная. заказал кофе и ожидая свой заказ достал телефон, находя нужный чат.
- чон, здравствуй, пишу поинтересоваться, как ты?
в ответ молчание в 20 минут. за это время уже давно принесли кофе, но юн пил его слабо, почти что не трогая.
- я в больнице около седьмой улицы(seventh street)
юн прям подскочил. перечитывая пару раз сообщение парня, не мог никак сообразить что такое случилось. конечно, тот упирался и не пил таблетки, но чтобы до больницы довело..скорее чон не давался за два раза приема, поэтому как-то выявить такое и не смог или просто не рассчитал. это уже совсем не важно. поднявшись с места оставил деньги на столе и со стаканом кофе в руках побежал к младшему.

даже если бы чон пытался оставить подсказку или напрямую сказать что его тут совсем не любят, то юн все равно бы не успел. третий раз подряд. вновь в том же месте и с теми же главными героями. из чона убирают по частичкам его самого, оставляя с оголенной душой и торсом. старший прибегает в тот момент, когда чон молча лежит на бочку, держа в руках телефон, стиснув пальцы и смотрит уже в давно потухший экран. он накрыт простыню, даже не пытался надеться, толк в этом если снова разденут? вел себя спокойно, не вызывающе, а главное тихо. это напугало юна. и именно напугало, ведь он не привык к такому мальчику, хотя и знает его всего ничего.

подходит ближе к младшему и садится на кровать, отчего виднеется малейшая реакция на неприятность, это уже радует, хоть и не совсем. решил начать немой диалог и прополз рукой по бедру чона, имея какие есть меры, ведь не родной ему человек и не может трогать без разрешения, начиная не навязчиво гладить. рука поднимается выше и гладит ребра и как раз на переходе от низа к верху замечает, что резинки никакой нету. возможно так удобно в больнице, но там ни нижнего белья ни штанов, там ничего. этой рукой продолжил поглаживать, чтобы не нагнетать, в тот момент другой приподнимая простынь лишь увидеть голую поясницу. там и вправду ничего нет. как врача, юна это озадачило и все же он решил начать разговор, для начала с элементарных вопросов.
- чона ты как?
- в порядке.
он даже не повернулся чтобы ответить в глаза, которые его палят уже пару минут. но его голос и тот же холод в нем показывали, что это всё тот же парнишка, что облегчило уже многое.
- почему ты в больнице, малыш?
- голова закружилась, потерял сознание.
юн сделал короткую паузу. его рука не слезала с младшего, чтобы он не переживал, ведь по ниму видно что что-то беспокоит. чон резко поднимается и отлаживает прилипший к руке телефон на тумбу, а голову ложит на спинку. кривиться в зубах, но старается не показывать что ему больно. на этот раз прокатывает.
- давай я тебе помогу надеться? прохладно тут, знаешь
чон молчит и будто глазами говорит да, на вопрос, но не говорит. через чур странное поведение, почти молчит и сильно спокойный, будто его обкололи успокоительным. только голос выдает, что этого не случилось.

юн не думает дожидаться ответа, так как он долго идёт, поэтому решает действовать, приподнимая младшего и перекладывая тельце на себя, раскрывает, но имея уважение, не смотрит ниже макушки. все что сейчас волнует, это как надеть эти штаны, чтобы тот не брыкался. но чон не будет. все силы забрали те 20 минут ожидания юна. он лишь тело, которое болит.