Bonjour, мистер кружевные труселя

Тэхён пьёт зелёный чай, сидя в кожаном кресле и смотрит в окно, а точнее — на вечерний Сеул.
Какое-то неизведанное спокойствие накрыло парня своим бархатом, но и эту роскошь разбил громкий, поступивший на телефон, звонок. Тэхён оторвался от кружки, поставил её на блюдце и поднявшись с кресла, поправил на себе тёмно-красный халат.

На дисплее телефона высветилось имя, которое Тэхён никак не мог ожидать, но парень поднял трубку.

— Приезжай к Чонгуку, ты сейчас как никогда нужен, — слышится голос из телефона и Тэхён длинными пальцами сжимает корпус.

— Хорошо, — выдавливает сквозь стиснутые зубы парень. Тэхён сбрасывает звонок и идёт в гардеробную чтобы одеться.

Думать даже не надо чтобы понять зачем его позвали.
Но хочет ли этого сам Чонгук?
Тэхён считает, что нет и возможно это правильная позиция для младшего не видеть человека, что разрушил ему жизнь и принёс только боль.
Но не помочь, когда тот нуждается в том, чтобы вновь встать на ноги — Тэхён не может.

Чимин считает, что только он может заставить Чонгука встать на ноги пусть и не самым хорошим способом. Тэхён с ним согласен.

Вечерний Сеул радует тёплой погодой и свежим ветерком, что портит причёску Тэхёну, который спешит к своей машине.
Сев в салон, Тэхён пристёгивается и заводит машину, покидая территорию и выезжая на дорогу.
Доехать до квартиры Чонгука Тэхён смог за пять-шесть минут и хлопнув дверью машины, парень блокирует её и движется к подъезду.

Внутри становится неприятно, но Тэхён игнорирует это чувство. Когда-то, когда всё только начиналось у Тэхёна с Чонгуком, они стояли под окнами и долго-долго обнимались, но сейчас этого нет.
Тэхён ни о чём не жалеет и о том, что сделал — тоже.

Позвонив в домофон, дверь открыла бабушка Чона и впустила внутрь. Поднявшись на нужный этаж, Тэхён заходит в открытую квартиру и морщит нос из-за ужасного запаха пива, что витает по всему помещению.
Кажется, кто-то плохо справляется.

— Быстро ты, однако, — подаёт голос вышедший Юнги.

— Ты говорил таким голосом, будто кто-то здесь умирает. Где он?

Юнги открывает вид Тэхёну на лежащего Чонгука, что смотрел в потолок и только дышал, не издавая ни одного звука.
Парень вздохнул и попросил оставить их наедине.

— Только попробуй с ним что-нибудь сделать, я тебе лично яйца оторву, — пригрозил Юнги и пошёл в гостиную, где находилась бабушка Чона.

Тэхён на угрозу усмехнулся и вошёл в комнату парня, прикрыв дверь за собой.
Здесь запах ещё ужаснее, а лицо Чонгука бледное, на нём ни одной эмоции.

— Вонь здесь ужасная, — брезгливо произносит Тэхён и открывает окно чтобы проветрить комнату, — Ты что здесь устроил? — осматривает бардак, что находится в комнате, — Грязнуля.

— Уходи, — бубнит Чонгук даже не взглянув на Тэхёна.

— Нет, я не уйду, — отвечает Тэхён.

— Уйди, Тэхён, — просит младший и повернув голову в правую сторону, смотрит блестящими глазами на парня, что стоит возле окна.

— Я то уйду, но ты уверен, что сможешь вернуться в нормальный ритм жизни? Ведёшь себя, как маленький ребёнок. Развёл только трагедию года, литрами проливая слёзы, — раздражённо бросает Тэхён. Он знает, что задел Чонгука и понимает это, когда у того лицо становится злым, а вены набухают.

— Закрой свой рот! — рычит Чонгук, — Ты здесь никто, чтобы так разбрасываться пустыми словами!

— Никто, согласен. Но именно я могу вдохнуть в тебя жизнь, Гук-и, — усмехается Тэхён, скрещивая руки на груди и наблюдая за парнем на кровати.

Чонгука трясёт от накопившийся злости за всё это время к этому человеку. Тэхён в его глазах ужасен.
Человек, вроде него, не должен существовать. Он приносит только боль и разрушение.
Чонгук прожигает в старшем дыру, кусает щёку изнутри чтобы не заплакать и не опуститься в глазах Тэхёна ещё ниже.

Но Тэхён, как дьявол, чувствует Чонгука целиком и полностью.

— Ты хочешь плакать, Чонгук.

— Н-нет, — отрицает это парень, а у самого силуэт Тэхёна расплывчатый и не чёткий.

— Ты хочешь этого, не обманывай себя. Плачь, Чонгук, ты только это и умеешь.

Огромное влияние имеет Тэхён на Чонгука и парню тошно от самого себя, от своего тела, что так яро реагирует на старшего и его слова, но сделать что-нибудь с этим младший не может.
Поэтому Чонгук заливается надрывным рёвом. Он сжимает в руках покрывало, закусывает до крови губу и сквозь слёзы смотрит на Тэхёна — в его безразличные глаза, что наполнены ядом.
Чонгук не может остановить слёзы, они всё идут и идут, а сердце нещадно разрывается на части.

— Ты последняя сволочь на этой планете! Ты испортил мне жизнь! Как ты можешь такое говорить после того, что сделал? Кто ты такой!? — орёт на Тэхёна Чонгук.
Он на дрожащих ногах поднимается с кровати и подходит к Тэхёну, что стоит возле окна.

— Плачь, Гук-и, — говорит Тэхён и продолжает стоять, наблюдать за парнем, что закатывается в дикой истерике, — Ты устал. Ударь меня, Чонгук. Я заслужил это.

— Ты... — большими глазами смотрит Чонгук, — Я ненавижу тебя, Тэхён. Ненавижу! Слышишь? Я тебя ненавижу! — кричит парень и бьёт старшего в грудь, а сам оседает на пол, — Ты испортил мне жизнь... Ты во всем виноват, Тэхён. Ты... — дрожащими губами шепчет младший.

— Я во всём виноват, да, — соглашается Тэхён и опускается на пол рядом, приобнимая Чонгука и поглаживая по голове.

В комнату залетает Юнги, но Тэхён молча просит его уйти, на что тот кивает и выходит, закрывая за собой дверь.
Чонгук в объятиях Тэхёна кажется совсем крошечным, маленьким и беззащитным, но только так можно успокоить младшего. Чонгук жмётся к Тэхёну ближе, продолжает заливаться горькими слезами, но от чего-то становится легко на душе и в скором времени парень засыпает на руках старшего.
Тэхён смотрит на заснувшего Чонгука, аккуратно убирает прядь волос за ухо и целует в лоб.

Чонгуку надо было выпустить пар, а Тэхён, как груша для битья, идеально подошла и помогла.
Младший не заслужил плохого отношения к себе, но Тэхён не может дать Чонгуку что-то большее.
Тэхён боится навредить Чонгуку, а тот не поймёт его.

— Он заснул? — обеспокоенным голосом спрашивает Юнги, что топтался возле двери в комнату Чона.

— Да, — отвечает Тэхён и закрывает за собой дверь, — Юнги, я хотел тебе кое-что сказать, но из-за Чонгука всё никак не удавалось это сделать.

— Говори, я тебя слушаю.

— Скоро я покину Корею, присмотри за Чонгуком, пожалуйста, ладно? — просит Тэхён.

— Почему?

— У меня контракт с новым модельным агентством в Америке и в конце этого месяца я лечу туда.
Просто пообещай мне, что будешь заботиться о нём, я не так много прошу.

— Не волнуйся, Чонгук в надёжных руках, — впервые за долгое время улыбается Юнги.

— Спасибо.. — давит из себя слабую улыбку Тэхён.

— Я могу рассказать об этом Чонгуку? — интересуется Юнги.

— Нет, не стоит. Чимину тоже ничего не говори, хорошо? — и Мин кивает, — Спасибо и, до встречи.

— Пока, Тэхён.

Тэхён покидает квартиру Чонов и, наверное, их жизнь навсегда.
Становится легче дышать, но Юнги испытывает лёгкую грусть из-за ухода старшего.
Как отреагирует на это Чонгук?
Что будет дальше?

Юнги находился в квартире друга ещё три с половиной часа. Он успел успокоить бабушку, что очень переживала за единственного внука, а потом в кухню вошёл сонный, потрёпанный Чонгук.
Парень выглядит ужасно: огромные мешки под глазами, бледная кожа и тусклый, совершенно безжизненный взгляд. Такое ощущение будто из Чонгука всю энергию разом выкачали или вытащили батарейку.

— Чонгук-и, ты, наверное, есть хочешь, да? Садись сюда, я сейчас приготовлю что-нибудь, — залепетала старушка и усадив внука за стол рядом с Юнги, начала колдовать над плитой и тихо напевать себе под нос какую-то детскую песенку.

— Как ты? — спрашивает Юнги, потрепав парня по волосам.

— Нормально, — прохрипел Чонгук, — Тэхён ушёл, да? — голос парня дрогнул и младший ощутил горечь во рту.

— Да.. — закусил губу Юнги. Парень думает о том, правильно ли он поступил, не рассказав Чонгуку о уходе Тэхёна, а затем понимает, что так будет лучше для всех, а самое главное — для Чона.

— Я такую истерику там закатил. Ты всё слышал, верно? — грустно усмехается Чонгук.

— В этом нет ничего плохого. Главное, что тебе после этого полегчало, а всё остальное не важно, — тепло улыбнулся Юнги, приобняв друга.

— Спасибо.. — шепчет парень.

— Та-ак, мальчики, а вот и еда! — на столе появляются блюда: суп, второе и десерт. Бабушка пожелала друзьям приятного аппетита, поцеловала Чонгука в висок и поспешила покинуть кухню.

— У тебя замечательная бабушка, — замечает Юнги, — А где миссис Чон? — интересуется друг.

Чонгук закусывает губу. Ему неприятно думать о матери, что не появляется дома уже больше четырёх дней и где она — неизвестно, что делает, — тоже.
Но Юнги друг семьи и ему можно доверить многое, поэтому Чонгук рассказывает, что у них случилось.

— Прости, Чонгук. Мне не следовало такое спрашивать, — в голосе Юнги слышались нотки грусти.

— Всё хорошо. Это её выбор. Нам с бабушкой даже спокойнее без неё, слишком много хлопот и лишнего шума доставляя мама.

— Не думал позвонить ей? Может, она жалеет о том, что ушла, — доев свою еду, Юнги моет посуду за себя и за друга.

Чонгук в ответ только пожимает плечами и говорит, что устал.
Юнги кивает и собирается тоже уходить, ведь дома его ждёт Чимин.

— Тебе надо отдохнуть и набраться сил. Если у Чимина завтра нет планов, мы к тебе зайдём, ладно?

— Хорошо, буду ждать, — кивает Чонгук, провожая друга.

— Тогда я пошёл. Миссис Чон, до свидания! — кричит бабушке Юнги.

— Пока, Юнги-я! — слышится в ответ.

— До скорой встречи, Чонгук, — прощается старший и обнимает друга.

— Давай, беги. Тебя уже Чимин, наверное, заждался, а ты ещё тут, — хихикает Чонгук, выталкивая Юнги за дверь и закрывая за ним.

Ночь. Она таит в себе больше секретов и из-за этого делается ещё более загадочной и необыкновенной. Именно в такое время суток люди становятся теми, кем не могут быть днём. Меняется всё: настроение, чувства, эмоции и желания.
Юнги любит ночь именно из-за этого. Но больше всего парень обожает своё маленькое чудо — Пак Чимина, — что набрасывается на Мина и крепко-крепко обнимает, шепча на ухо, что скучал.

— Мы не виделись всего ничего, а такое чувство, будто год, — смеётся Юнги, кладя руки на талию парня, — Так сильно скучал по мне, малыш? — улыбается парень.

— Очень, — сразу же отвечает Чимин и прижимается к груди старшего. Сердцебиение любимого Чимин готов слушать на постоянной основе.

— Я тебя так сильно люблю. Ты не представляешь насколько...

— Поцелуешь меня? — хлопает глазками Чимин, делая губки трубочкой.

— Хитрюга маленькая, — усмехается Юнги и целует младшего нежно, без резкости и грубости, а с лаской и любовью.

Мин подхватывает Чимина на руки, придерживает за ягодицы и несёт в спальную комнату.
Нет чувства лучше, чем наслаждение любимым после пусть и небольшой разлуки всего на пару часов.
Чимин часто дышит когда Юнги целует его по изгибу шеи, обхватывает торс парня ногами и выгибается, когда старший касается возбужденного соска пальцами.

— Ты просто обязан сделать несколько заходов после того, как оставил меня, — бубнит Чимин и громко, несдержанно стонет когда рука Юнги обхватывает возбуждение.

— Ты сам меня отправил к Чонгуку, малыш.

— Мы опустим подробности. Я хочу тебя, Мин Юнги, — дикость в глазах Чимина раззадоривает огонь в старшем и Юнги срывает одежду с парня, оголяя тело и заставляя покрыться мурашками.

— Мой похотливый Чимин-и, — произносит сквозь поцелуй Юнги, — Мне нравится, — и ухмыляется, опускаясь мокрой дорожкой ниже живота.

Чимина переворачивают на живот и звонко шлёпают по ягодицам, заставляя того вскрикнуть от неожиданности. Юнги знает, что Чимин любит небольшую грубость в постели, но и не против нежных утех.
Юнги, что имеет большой опыт, тянется к смазке, что находится всегда в тумбочке и даже не удивляется тому, сколько там запасных баночек. Чимин всегда наготове. Набрав двумя пальцами немного смеси, Юнги вставляет их в Чимина и в ответ получает сладкий стон.

Но старший замирает на месте и такая пауза настораживает Чимина, что хмурится и пытается обернуться чтобы посмотреть на Юнги, но парень не даёт этого сделать.

— Что-то не так? — тихо интересуется Чимин, немного подвиливая ягодицами, призывая Юнги к действиям.

— Ты растягивал себя? — спрашивает Юнги и Чимин как бы не должен уже смущать таких слов, но от чего-то пухлые щёчки покрываются румянцем и парень кивает, — И как? Приятно было? — Юнги целует Чимина за ушко, отвлекает ласками, а сам приставляет к подготовленной дырочке член и не предупредив, резко входит по основание.

— Боже! — кричит Чимин от резкости и полноты внутри, закатывает глаза и выгибается в пояснице.

Юнги не даёт привыкнуть и начинает быстро, размашисто двигаться в Паке, всё больше и больше выбивая из невинного тела стоны.
Чимин мечется по кровати, не знает за что схватиться и стонет громко, звонко и протяжно, когда Юнги проходится по простате.

Чимин от грубости Юнги в постели обещает себе, что когда-нибудь он устроит своему парню ночной марафон и будет трахать любимого до потери пульса, но сейчас младший принимает Мина глубже, стонет на ноту громче и любит Юнги ещё больше.