Лагерь
— Снизу. Через канализацию. Есть технический люк в подвале. Если повезет, он выведет нас за квартал. — Сказал Гленн.
— Я отлично знаю планировку канализаций, — ответила Жаклин.
— Кем ты была до всего этого?, — удивленно спросил Гленн.
— Я работала в Министерстве жилищного строительства и городского развития США. Я неплохо разбираюсь в инженерии.
— Хорошо, тогда пойдем туда с тобой и Руди.
— А как же остальные? — спросил Рик.
— Простите, ребят, но когда я сам ездил в город, все было тихо и быстро. Мы мигом.
Рик одобряюще покивал.
— Надо уходить, — сказал наконец Гленн.
— А с ним что? — спросила Андреа, кивая в сторону Мерла.
Рик посмотрел вниз, потом на наручники, потом на небо.
— Вернемся за ним. Или нет. Сейчас надо спасать тех, кто хочет жить.
Руди остановилась у лестницы, не говоря ни слова. Но что-то в ее лице изменилось. Как будто она не то чтобы одобряла Рика, но и не осуждала. Просто наблюдала.
Группа начала спускаться с крыши. Один за другим, кто молча, кто шепча. Сзади остался только хрипящий Мерл — громкий, злой, и уже... беспомощный:
— Нет, вы же не оставите меня здесь? Черта с два! Я убью вас всех, как только освобожусь!
Вскоре его крики не было слышно.
Все спустились в универмаг.
Люк в полу магазина открылся с металлическим скрипом. В нос ударил запах сырости, плесени... и чего-то другого. Того, что было старше времени. Что-то мертвое, но все еще теплое.
— Вот черт... — пробормотал Гленн, направляя вниз фонарик. — Канализация. Добро пожаловать в самый ароматный способ выживания.
Жаклин покачала головой:
— Годы назад я проверяла городские сети — эти трубы старые, но некоторые могут вывести за пару кварталов, если повезет.
— Удачи нам, — сказал Гленн, залезая.
Троица спустилась по железной лестнице в подземный тоннель.
— Если вдруг что-то случится мы дадим вам знать. Сразу бегите. — Прокричал Гленн уже из канализации.
Тем временем наверху, Андреа ходила по магазину, она увидела цепочку с кулоном русалки. Она забрала его с собой.
— Слушай, извини за то, что набросилась на тебя. Я была на взводе. Меня ждет сестра в лагере, — обратилась она к Рику.
— Нет, все в порядке. Но в следующий раз не забудь снять пистолет с предохранителя. Не сможешь выстрелить, — Рик сказал это с небольшой улыбкой.
Андреа опустила глаза в пол и закивала.
Тоннель оказался ниже, чем ожидалось. Стены в слизи, воздух густой и мокрый, будто пахнет старой кровью. Каждый шаг отдавался липким хлюпаньем.
Гленн шёл первым, направляя свет на бетон перед собой. За ним шла Жаклин, держась чуть в стороне. Руди замыкала колонну, чтобы вдруг что прикрыть сзади.
— Надо найти разветвление, — шептал Гленн. — Есть шанс выйти к техническому люку за улицей.
— Надеюсь, там не будет воды по шею, — пробормотала Жаклин.
— Или чего похуже, — добавила Руди, вслушиваясь.
Они прошли около двадцати метров, когда впереди донесся хрип. Гленн замер, резко остановился. Луч фонаря метнулся вправо — и показалось сидящее существо у стены.
Это был ходячий. Плоть облезла, челюсть вывернута. Он сидел, как будто задремав, но в тот же миг вздрогнул — и начал подниматься.
— Господи, — выдохнул Гленн, подаваясь назад. — Он двигается!
— Назад, — скомандовала Руди.
Она шагнула вперёд — без суеты, но уверенно. Сняла нож с крепления у бедра и метнулась к мертвецу, пока тот не поднялся полностью.
Нож вошёл под глаз. Рука Руди провернула лезвие. Зомби задёргался и рухнул на бок с глухим всплеском.
Тишина.
Гленн моргнул:
— Охренеть... Ты...
— Всё нормально, — отозвалась Руди, вытирая лезвие о гнилой рукав, — по дороге в лагерь, я убила больше десятка.
Жаклин лишь кивнула с лёгким уважением.
Они пошли дальше. Тоннель сужался. Спустя ещё пару поворотов впереди показалась тяжёлая решётка, перекрывающая проход. За ней — обвалившиеся бетонные плиты и мусор.
Гленн дёрнул прутья — без толку.
— Всё. Путь закрыт, — огорченно сказал парень.
— Мы не откроем её без инструмента, — добавила Жаклин. — Даже лом бы не помог.
Когда они вернулись на первый этаж магазина, лица остальных напряглись.
— Как всё прошло? — спросила Андреа.
— Не прошло, — ответил Гленн. — Канализация мертва. Как и тот, кто там сидел.
Руди опустила взгляд:
— Один ходячий. Больше никого. Выход завален.
Рик молча смотрел на лежащего у витрины трупа в зелёной рубашке.
— Значит, — произнёс он тихо, — остаётся только один путь, — Он посмотрел на всех, затем — на Гленна, — Обмазаться кишками. И пройти среди них.
Жаклин выдохнула:
— Боже...
Руди не дрогнула, но и ничего не сказала.
Гленн нервно почесал шею.
— Знаете, это худшая идея, которую я когда-либо слышал. — Но... — он вздохнул. — Я в деле.
Все снова пришли на крышу.
Мерл Диксон, прикованный к трубе наручниками, обезвоженный и измождённый, полусидел, полулежал, выкрикивая бессвязные ругательства.
Из люка вынырнул Рик, за ним — Ти-Дог и Гленн, чуть позже поднялась и Руди, Жаклин, Андреа, Моралес. Они вернулись с ключами от наручников.
Рик держал их в кулаке.
— Ти-Дог, — сказал он. — Возьми.
Он протянул ключи. Металл в ладони блеснул на солнце.
— Останься с Мерлом, — продолжил Рик. — Остальные пусть идут с нами.
Ти-Дог взял связку, кивнул. Он не был уверен, что хочет это делать. Но был согласен, что бросить Мерла — не выход.
— Будь осторожен, — добавила Руди. — Он, возможно, ещё зол.
— Возможно?.. — фыркнул Гленн. — Это как сказать, что солнце чуть-чуть тёплое.
На крыше остался Ти-Дог и Мерл.
Рик тем временем склонился над телом мертвеца. Его лицо было спокойным, даже слишком, будто он заставлял себя выключить эмоции.
Гленн стоял рядом, прикрывая нос, но все равно уже начинал зеленеть от запаха.
Руди наблюдала за процессом, стиснув зубы, одна рука крепко сжимала нож, вторая — мешок, в который собирали «материал».
— Кто бы мог подумать, что когда-нибудь я скажу: «Снимайте с него куртку, она нам нужна», — тихо бросил Рик.
— Угу... Дай знать, если будешь блевать, чтобы я успел отойти, — буркнул Гленн, слегка пошатываясь.
Руди не сказала ни слова. Она просто присела и с хладнокровием начала резать живот мертвецу. Кишки вывалились с влажным звуком. Она отрезала кусок, подняла его двумя пальцами — и молча передала Рику.
— Спасибо... — слабо выдавил он.
— Меня уже ничем не удивишь, — ответила Руди. — Но если я переживу это — то напьюсь.
Рик вздохнул. Он сжал кулак, замер на мгновение... и провёл окровавленным мясом по своей рубашке. Затем ещё. И ещё. Он вдавливал кишки в воротник, в рукава, растирал кровь по коже.
Гленн стоял неподвижно, как статуя.
— Не могу... — прошептал он. — Я... я просто не могу.
Руди подошла и вручила ему кусок мяса.
— Либо ты пахнешь, как они, либо станешь ими, — раздраженно сказала Руди.
Она первой начала намазываться потрохами, с какой-то пугающей холодностью. Шея, грудь, волосы. Пахнуть мёртвым — значит выжить.
Они вышли через боковую дверь магазина. Город был гробницей — улицы усеяны трупами и теми, кто всё ещё двигался.
Рик, Гленн, Руди — теперь пахнущие, как смерть, — шаг за шагом вошли в толпу.
— Не дышим громко. Не говорим. Не поворачиваем головы, — напоминал Рик. — Просто идём. Медленно.
Каждый шаг казался вечностью. Мертвецы проходили рядом, касаясь локтей, плеч. Один зомби задел Руди. Она замерла. Мертвая рука скользнула по её куртке... но не задержалась. Не распознала.
Работает. Получилось.
Они шли сквозь ад. Лавировали между разлагающимися телами, спотыкаясь об конечности, обломки, кровь.
Андреа, Жаклин и Моралес помчались на крышу, где был Ти-Дог и Мерл.
Тем временем у Гленна, Рика и Руди до сих пор все шло по плану.
— Это так... невероятно. — Сказал Гленн.
— Не привлекай... внимание. — Аккуратно сказал Рик.
А трупак сзади них, присмотрелся, что-то заподозрил. Гленн начал играть зомби, издавая звуки.
Небо затянулось тучами, как вдруг упала капля, затем вторая.
— Только не это, — прошептал Гленн. — Только не сейчас...
Начался ливень.
Капли начали смывать кровь и плоть, разбавляя маскировку. Гленн дернулся, Руди вжалась в стену здания, а Рик резко подал команду:
— Бежим.
Первый зомби взвыл — он понял, что перед ним не свои.
Второй двинулся следом.
Через мгновение — вся толпа ожила, как по сигналу.
— БЕГОМ! — заорал Рик.
Они рванули. Пахло мокрым асфальтом, кишками и страхом.
Руди бежала в конце, прикрывая спину. Один зомби почти схватил её за рюкзак — она врезала локтем, не останавливаясь.
Втроем перелезли забор к стоянке, Рик стрелял в трупаков, которые пытались перелезть забор.
Они сели в фургон. Следом, им удалось выехать.
— Господи, они тут по всюду! — Истерично говорил Гленн.
— Нужно их увести, магазин, нужно расчистить эту зону! Свяжись с друзьями, скажи пусть подойдут к подъемной двери. — Скомандовал шериф.
— Что-то я не понял, а как мы уведем трупаков?
Он остановился на другой парковке. Гленн и Рик пробрались к машине — ярко-красному Dodge Challenger. В это время Руди стояла на стороже.
Рик выбил стекло машины, завыла сигнализация. Ему удалось открыть дверь. Затем он перерезал пару проводков для того, чтобы она выла не переставая.
Гленн сел в машину.
— Удачи!, — сказал Рик и побежал к фургону, где уже ждала Руди.
— Ну, красавец, не подведи, — прошептал Гленн.
Сигнал Гленна прорезал улицы.
Зомби свернули в его сторону. Толпа покачнулась. Он ездил по улицам Атланты, собирая за собой огромную толпу.
— Давай, родной, сделай красиво!
Сирена красного «Доджа» Гленна всё ещё выла вдали, как тревожный крик, уводящий смерть за собой.
Сразу после сообщения Гленна по рации, все кто сидели на крыше подорвались и побежали в указанное место.
— Эй, вы что меня бросите? Моралес, вы куда? — Отчаянно кричал Диксон. — Не бросать меня! Не смейте, ребята!
Ти-Дог остановился, он замешкался.
— Эй, Ти-Дог, не бросай меня! Я же прикован! — Жалобно кричал о помощи. — Не уходи, это не по-людски! Не бросай меня, слышишь?
Ти-Дог бросил сумку, которую держал в руках, пока бежал к Мерлу, задел сумку с инструментами, она опрокинулась и содержимое вывалилось наружу.
— Давай, давай, давай, рыбка моя, давай! Ну же!
Ти-Дог споткнулся прямо перед Диксоном, ключи выскользнули из рук. Мерл и Ти-Дог попытались отчаянно поймать ключи. Но они упали в вентиляционную шахту. Их было не достать.
— Ты говнюк! Ты специально это сделал!
— Я нечаянно!
— Не ври! Ты специально это сделал!
— Прости. — Ти–Дог взял свою сумку и начал уходить.
— Нет, не бросай меня, прошу, не бросай меня! — Снова взялся за свое, снова громко и беспомощно кричал.
— Прости, прости.
Ти-Дог запер дверь цепью.
А в другом конце квартала, с другого фланга, тихо и без лишнего шума, въехал старый фургон. За рулём — Рик, рядом — Руди, грязная, в пятнах крови, но спокойная. Они ехали на минимальной скорости, двигаясь через узкие переулки, ведущие к тому самому магазину, где прятались остальные.
— Осталось чуть-чуть, — пробормотал Рик, выжимая тормоз. — Надеюсь, они ещё там.
— Надеюсь, нас ещё не ждут трупы, — отозвалась Руди и взялась за ручку двери.
Фургон остановился. Рик коротко посигналил — бип-бип.
Входная дверь магазина распахнулась. Андреа, Моралес, Жаклин, Ти-Дог выскочили наружу. Лица напряжённые, кто-то уже держал рюкзак, кто-то едва успевал натянуть куртку.
— Они прорвались! Быстрее, быстрее! — Кричал Ти-Дог.
Они начали в спешке загружаться. Кто-то помогал другим, Рик проверял периметр. Руди прикрывала выход, рука на ноже. Осталось только уехать.
— А где Мерл? — спросила Жаклин, будто между делом.
Все немного притихли. Ти-Дог замер. Рик бросил на него быстрый взгляд.
Ти-Дог выдохнул:
— Он... остался на крыше. Ключ... я уронил в вентиляцию. Запер дверь цепью, чтобы к нему не попали.
Повисла пауза.
— Хоть что-то хорошее за день. Избавились от этого кретина. - немного даже радостно сказала Руди.
Андреа, не отрываясь от упаковки с патронами:
— Ну... вот и слава Богу.
— Он всё равно достал всех, — пробормотала Жаклин. — Пусть посидит.
— Этот псих всех нас бы перерезал ночью. Да хрен с ним. - Моралес, - проблема только в Дэриле.
Рик хотел что-то сказать... но остановился.
Он не ожидал такой реакции — и был явно удивлён.
— А где Гленн? — Спросила Андреа.
— Едет за нами. — С небольшой улыбкой сказала Руди.
Солнце уже садилось, когда старый фургон въехал на опушку. В лагере зашевелились — кто-то схватился за оружие, другие — всматривались в пыль.
Дейл, стоя на крыше фургона, скинул бинокль:
— Черт тебя подери.
— Что там? Это они? — Подорвалась Эмми.
— Похоже угнанная тачка.
Подъехала красная машина с работающей сигнализацией.
— Выруби эту дрянь! Сейчас же! — Сказал Дейл.
— Я не знаю как! — Счастливо сказал Гленн, выходя из машины.
Прибежал Шейн:
— Открой капот!
Спустя несколько секунд воздух очистился от звука. Наступила краткая тишина, в которой грохот старого фургона показался почти ласковым.
— Ты сдурел пригнать эту вопящую хрень. Хочешь созвать всех трупов в округе?
— Да все нормально, холмы дают эхо, источник вычеслить трудно. — Сказал Дейл. — Где остальные?
— Сейчас подъедут, все живы и здоровы. Кроме Мерла.
На подъезде — белый фургон, пыльный, со следами крови по капоту. Он остановился за Dodge'ом, и из него по очереди начали выходить люди.
— Как вы оттуда выбрались? — Спросил Шейн.
— Новенький. Он нас оттуда вывел. — Ответил ему азиат.
— Новенький?
— Да, прикольный мужик, только приехал. Эй, сумасшедший! Иди поздоровайся! — Немного шуточно сказал Моралес.
Рик вышел из фургона.
Лори застыла. Карл вгляделся. Шейн сжал челюсть.
Все они были в шоке.
— Папа..? Папа! Папа! — Карл вырвался из рук матери и с улыбкой до ушей рванул к Рику.
Следом за мальчиком побежала Лори.
— Карл! Лори! — У Рика на глазах начали виднеться слезы.
Он крепко сжал своего сына в объятиях. Затем Лори.
— Рик... — К ним подошел Шейн.
— Шейн, спасибо, что позаботился о моей семье. — Он крепко обнял лучшего друга.
Наконец, из фургона вылезла Руди, которую как всегда никто не ждал. Ей не было грустно от этой мысли.
— Он спас нам задницы, — сказал Гленн, закрывая капот Доджа. — Без него не выбрались бы.
Вечером все сидели у костра. Огонь трещал тихо, освещая лица людей вокруг. В этот час в лагере было непривычно спокойно — даже дети молчали.
Рик сидел чуть ближе к пламени, опираясь локтями на колени. Он рассказывал, медленно, будто проглатывая каждый образ, прежде чем облечь его в слова.
— Я очнулся в больнице. Она была пуста. Тихо, как в морге. Вышел из палаты... а там кровь. Вонь. Следы борьбы. Ни души.
В конце коридора была тяжёлая дверь на цепи. Кто-то написал на ней: «Не открывать. Мертвые внутри», — Рик перевел взгляд на огонь. — Я всё равно подошёл. За дверью... шум, стоны. И из щели — руки. Целая грёбаная охапка мертвецов. Я выбежал на улицу. Везде тела. Ряды тел, накрытых простынями. Город был мертв. Казалось, я остался один. Или... это был кошмар, из которого не проснуться.
Некоторое время никто не говорил. Каждый варился в своих мыслях, в своих страхах. Пламя от костра отражалось в глазах, делая их глубже и тише.
— Я знал, что нужно найти семью. Но когда нашёл вас — понял, что есть и другие, кто держится. И теперь... теперь мы держимся вместе.
— Нас спас Шейн. — Аккуратно сказала Лори.
— Спасибо тебе большое, Шейн. Я обязан тебе жизнью.
Шейн кивнул, откинулся назад, положил ладонь на лоб, хмурясь.
— Слушай... мы должны решить, кто скажет Дэрилу.
Слова прозвучали тяжело. Кто-то перестал жевать. Кто-то даже не заметно сжал колени.
— Его брат остался на крыше. Один. Прикованный. — Шейн сказал это жёстко, но спокойно. — Рано или поздно он узнает. И лучше, если это будет не от него самого.
Ти-Дог опустил взгляд.
— Я... я был там. Я должен сказать. Но... я и ключ...
— Это должен сказать я, — Молвил Рик, глядя на пламя.
— Ты не обязан, это моя вина. — Ответил ему Ти-Дог.
— Нет, прости, Ти-Дог, дело не в цвете кожи, но будет лучше, если об этом скажет белый, — Гленн вступит в разговор.
— Я приковал Мерла. Я отдал приказ уйти. Это на мне. Значит, я скажу.
Никто больше не спорил.
Руди взяла лук, стрелы и пошла в лес на ночную охоту.
Она ходила по лесу целую ночь, выискивала животных, которыми можно будет полакомиться. Спустя где то час она увидела белку. Прицелилась. Выстрелила. Промахнулась. Цель убежала.
— Черт.
Она огорчилась, но пошла дальше. Руди сделала очень много попыток, но никак не получалось.
Когда начало светлеть, в ее поле зрения попал олень. Она затаила дыхание, начала ждать, пока тот остановится. Руди натянула тетиву, прицелилась. Выстрелила. Промах. Добыча убежала.
Руди вспылила, она очень разозлилась, откинула лук и стрелы куда подальше, сильно ударила кулаком по дереву. До жуткой боли и крови, и разъяренная ушла обратно в лагерь.
Она попыталась лечь спать.
Днем Шейн привез воду в лагерь.
Кэрол постирала одежду нового участника группы.
Рик все думал о Мерле.
Он вышел из палатки, уже никто не спал. Подошел к Лори.
— Привет! Как спалось? Хотела чтобы ты поспал, не стала будить.
— Доброе утро! Давно так не спал. Лори, я все думаю о том брошенном парне на крыше.
Она испуганно посмотрела на него.
— Нет, Рик, это самоубийство.
— Но... он там один. И я его приковал.
— Если хочешь знать мое мнение — то это полный бред.
— Там моя сумка с оружием. Оно нужно нам для защиты.
— Рик, какой будет толк от оружия, если нет людей?
Из леса вдруг донесся детский крик.
— Мама! Папа!
Это был голос Карла.
Рик и Лори бросились первыми, Шейн кинул оружие Рику и тоже побежал вперед. Дейл, Андреа, Эмми, Гленн, Джим. Они увидели трупака, который поедал оленя со стрелой в животе.
Его окружили и начали лупить по голове все вместе. Пока тот наверняка перестал шевелиться.
В лесу что-то зашарудело. Все наострились, Шейн прицелился, готовый стрелять. Из-за деревьев показался Дэрил Диксон. Сзади висели белки, его улов и его будущий ужин.
— Ах, ты тварь! Это мой олень. Вонючий, заразный, тупой ублюдок. — Он избил ногами мертвеца.
— Это не поможет, сынок. — Сказал Дейл.
— Че ты понимаешь, старпер? Натягивай свою панамку и вали. Я его несколько миль гнал. — Он вытащил стрелу из животного. — Думал, притащу в лагерь, полакомимся дичью. Может, как-нибудь срезать где он кусал?
— Не рискуй. — Ответил Шейн.
— Жалко то как, блин. Я наловил дюжину белок, будем их есть.
Он пошел в сторону лагеря.
Руди сидела на земле у палатки, молча, сжав зубы, перебинтовывая окровавленную руку. Костяшки были сбиты в кровь, бинт уже начал сереть. Она не смотрела ни на кого — только на свое дрожащее запястье.
Позади послышались шаги. Затем что-то глухо упало в траву рядом — лук и стрелы. Она подняла глаза.
Перед ней стоял Дэрил. Говорить он не спешил. Несколько секунд просто смотрел на бинт.
— Что, дерево оказалось крепче тебя? — буркнул он наконец, даже не пытаясь скрыть насмешку, — Хочешь попасть — бей стрелой, не кулаком. Это как бы основа.
Руди дернулась от тона, но не поднялась. Только смотрела на него снизу вверх, сжав челюсть.
— Ты всегда такой душный, или только с теми, кто не попадает с первого раза? — огрызнулась она.