Part 17

Забыв о том, что напротив живет Викторов, я забралась на широкий подоконник, как любила делать это дома, откинулась спиной на стену и согнула ноги в коленях. Мыслей не было — я просто бездумно слушала музыку.

Сидя на балконе я начала все же углубляться в мысли которые начали приходить в голову. В какой-то момент мне захотелось заплакать, и я закрыла лицо, дав волю слезам, но быстро взяла себя в руки. Я не должна расклеиваться и точно должна дать отпор этим уродам. В скоре я выключила музыку и привела себя в порядок, чтоб не было и намека на мои слезы.
Хотя..  мама, которая приехала из торгового центра, сразу заметила, что я плакала.
— Что случилось, Даянка? — грустно спросила она. — С мальчиком поссорилась?
— Да с каким мальчиком, мам? — вырвалось у меня. — Причем тут вообще мальчики?
Как будто у меня других проблем не может быть.
— Что с тобой? — нахмурилась она. — Почему плакала? Что произошло? Тебя кто-то обидел?
— Просто... Скучаю, — соврала я. Мама не должна знать о моих неприятностях в универе. — По старому дому. По девчонкам своим!
— Ох, милая. — Мама вздохнула и обняла меня. — Понимаю, тебе трудно, но так получилось. А все, что ни делается, все к лучшему.
— Можно, я уеду? — прошептала я, обнимая ее в ответ.
— Даяна, ну ты чего? — Мама вытерла слезы с моих щек. — Какое уеду? Мы только переехали.
— Я вернуться хочу домой, мам.
— Теперь тут твой дом. Смотри, как Леша постарался для нас! Купил большую квартиру. И университет у тебя хороший. И возможностей больше! Мы же для тебя стараемся! Не капризничай.
Для меня?
Нет. Это для Леши. Ему так удобнее. А мама не может без него.
Из-за ее слов меня будто переклинило. И я не смогла сдержать того, чего не должна была говорить.
— Ты переехала, потому что так захотел твой муж. Меня ты не спрашивала, хочу я этого или нет.
— Даяна!
— А что, я не права? Ты только его и слушаешь! Он захотел — мы уехали. А обо мне ты подумала? А о бабуле ты подумала? Кто ей поможет, если что-то случиться? У нее только мы были!
— Да что случилось? — не выдержала мама.
— Ничего не случилось. Просто я хочу вернуться. Хочу увидеть бабушку. Хочу к папе сходить. Хочу прежнюю жизнь. Ты все испортила!

— Не смей так разговаривать с матерью, — вдруг послышался грубый голос отчима. Он почему-то вернулся домой раньше времени. И все слышал.
От его тона у меня внутри все похолодело и я обернулась. Мужчина стоял на пороге, в деловом костюме и смотрел на меня с ледяным презрением. Мне стало не по себе.
— В моем доме с моей женой ты так разговаривать не будешь, — все тем же пугающе спокойным голосом сказал отчим.
— Она еще и моя мать, — тихо сказала я, и его глаза яростно блеснули.
— Перечишь? Мне следует тебя по-отечески наказать.
— Ты мне не отец, — вырвалось у меня. И это была большая ошибка.
— Вот как? — поднял он бровь и медленно стал надвигаться на меня. Ярость в его глазах была такая, будто бы я его оскорбила. Я испугалась — вдруг решила, что он ударит меня.
— Леша! — испуганно воскликнула мама. — Ты что собрался делать? Не трогай Даяну!
Она встала между мной и ним, загораживая меня спиной. Мужчина усмехнулся и расслабил галстук на шее.
— Не смей ее трогать!
— Наташа, ты меня разочаровала. Ты так защищаешь свою дочь, будто боишься, что я сделаю ей что-то? Вот как ты ко мне относишься, да? Не доверяешь?
Мама растерялась.
— Леш, я...
— Наташа, ты действительно решила, что я ее ударю? — вкрадчиво спросил Леша. — Нет, дорогая. Я не трогаю детей и женщин. Но, как я понял, ты думаешь обо мне иначе. Что я из тех уродов, которые могут поднять руку на ребенка. Это так мило. Видимо, я действительно произвожу впечатление такого человека. Заслужил.
С этими словами отчим развернулся и ушел. Мама побледнела.
— Ты не так подумал! Леша, вернись! — она побежала за ним, но не успела. Хлопнула входная дверь. Отчим ушел.
Мама вернулась в гостиную сама не своя. Я к этому времени немного успокоилась, а вот она, напротив, едва не плакала. Леша слишком сильно влиял на нее. И я все больше убеждалась, что их отношения — нездоровые.
— Мам...
— Он ушел, — безжизненным голосом сказала мама и направилась в спальню.
— Мама, я не хотела!
— Дай мне побыть одной. Хорошо?
— Мама! Прости меня!
— Я обидела его, оскорбила, — вдруг сказала она и взглянула на меня глазами, полными слез. — Вдруг он больше не вернется? Что я тогда буду делать?
— Глупости, мам! Он просто тобой манипулирует! — воскликнула я.
— Не говори так о нем. Он старается ради нас! Ради тебя и меня!

Она ушла, а я осталась в одиночестве, не понимая, что делать. Вернулась в свою комнату и, не став делать уроки, легла в кровать. Одиночество было таким острым, что слезы вновь наворачивались на глаза сами собой. Но плакать я больше не стала — решила быть сильной. А что делают сильные люди в любой непонятной ситуации? Идут спать. Так всегда говорила бабушка.

Леша пришел поздно, почти ночью. Я проснулась из-за того, что они разговаривали на кухне и осторожно прокралась по коридору, пытаясь понять, помирились они или нет.
Помирились. Они сидели друг напротив друга, мама тихо плакала, а отчим держал ее за руку и тихо говорил:
— Наташа, пойми, ты выставила меня чудовищем. Бросилась защищать ее, будто бы я мог что-нибудь сделать ей. Но я ведь не такой.
— Любимый, я не специально! Это материнский инстинкт, понимаешь? Защищать своего ребенка.
— Понимаю. Ты хорошая мать. Но не надо защищать своего ребенка от меня. Я не чудовище. Я принял тебя с твоей дочерью и пообещал воспитать ее. И все делаю для тебя и для нее.
— Прости меня, — прошептала мама. — Я не хотела тебя обидеть. Я не знаю, как так вышло. Ты не чудовище.
— Конечно, не чудовище, — кивнул Алексей. — Иди ко мне. Ты для меня все.
— И ты для меня все, — повторила мама и всхлипнула.
Он обнял ее, а она доверчиво уткнулась лицом ему в грудь. А я так же тихо ушла обратно в свою комнату. С одной стороны я была рада, что мама помирилась с мужем, а с другой... Он напоминал мне змея-искусителя, который перекладывал всю вину с себя на нее. Делала ее виноватой во всем, выставляя себя героем-спасителем.
Отчим ни разу не назвал меня по имени. Она, ее, для нее. Как будто бы он забыл, что меня зовут Даяна.