Лёд тронулся
Примечания:
C'est La Vie (фр.)- такова жизнь
__________________________________
— Да вы издеваетесь?!
— С кем, простите, мы будем организовывать концерт?
— Антон Андреевич, просто скажите, что это ранняя первоапрельская шутка!
— Как мы будем с ними делать концерт, они ж только об учёбе и думают!
Утром следующего дня Антон Андреевич сообщил своему классу известие о том, что им предстоит напрямую работать с одиннадцатым «А» классом.
Сначала эту новость встретили гробовой тишиной, но потом ребят будто прорвало, и вот уже минут десять они тупо заваливают учителя вопросами. К великому сожалению, Антон Андреевич ответы на эти самые вопросы дать был не в состоянии.
Казалось, только один Серёжа принял эту новость спокойно, даже, можно сказать, радостно, потому что в его голове начал вырисовываться план примирения двух классов, а впоследствии и учителей. Но проблема была в том, что Матвиенко упорно никто не хотел слушать, занимаясь терроризированием учителя.
После того как, наверное, в сотый раз Серёжа произносит умоляющее: «Послушайте», он не выдерживает, зажимает большой и указательный палец во рту, издавая громкий свист.
От громкого звука весь класс вздрагивает, замолкает и поворачивается к Матвиенко.
— Спасибо, что, наконец, обратили внимание, — язвит Серёжа, пользуясь создавшейся тишиной.
— Ребят, что вы развели балаган и заваливаете вопросами Антона Андреевича? Это было не его решение, как минимум. Да и мы с вами уже не маленькие! — к великому удивлению Серёжи, весь класс его внимательно слушает.— Нам с вами дальше в университет идти, работу работать, и не факт, что там мы всё время будем взаимодействовать только с теми людьми, которые нам симпатичны! Мы с вами «А»-шек совсем не знаем, может, они и не такие профаны, как нам кажется!
После того, как Серёжа заканчивает свою короткую речь, в классе воцаряется тишина.
— Да они же роботы! — восклицает кто-то с последней парты, и кабинет снова погружается в шум недовольства.
Серёжа же тяжело вздыхает и наталкивается на многозначительный взгляд Антона Андреевича.
***
В это же время гробовая тишина окутывает кабинет одиннадцатого «А» класса, и Арсений уже всерьез думает звонить «911», потому что всё это похоже на коллективное зомбирование. Но тихий голос Маши заставляет мужчину на время отложить свой план:
— Мы же поубиваем друг друга, как только в одном помещении окажемся…
— Маш, не драматизируй, — усмехается, сидевший рядом с девушкой Позов.
— У нас пробные на носу, какой концерт? Нам готовиться надо! — подает голос Илья.
— Ребята, я прекрасно понимаю ваше замешательство, но это решение директора, и я, как вы понимаете, здесь бессилен, — спокойно произносит Арсений и разводит руками.
— Знаете, а может это и здорово, — пытается приободрить всех Дима. — Мы за всё время, что учились в школе, ни разу ничего не организовали. По-моему, это классный опыт!
К сожалению, слова Позова не подействовали на одноклассников должным образом - те лишь непонимающе уставились на него.
Тогда на помощь начавшему нервно озираться Диме приходит Арсений.
— Я очень надеюсь, что вы благоразумно воспримете положение вещей и не будете делать глупостей, — всё так же спокойно говорит Попов и бросает взгляд на наручные часы. — Сейчас уже урок закончится, можете идти.
Ученики неспешно собираются и выходят из класса, тихо переговариваясь.
***
Школьная столовая тонет в звуках разговоров, звоне посуды и задорном смехе учеников. Только вот Антон глубоко погружён в свои мысли, поэтому не замечает хаоса вокруг. Он лишь задумчиво потягивает кофе, сидя за столом для учителей.
— Чего завис? — весело спрашивает Арсений, ставя на стол поднос, заваленный едой.
Шастун же хмурится и непонимающе смотрит на мужчину.
— Тебе придется меня терпеть даже в обеденный перерыв, потому что все места заняты, C'est La Vie*! — разводит руками Попов и садится на стул напротив коллеги.
— И ты это всё съешь? — опуская глаза на заставленный тарелками поднос, насмешливо спрашивает Антон.
— После такого адского похмелья, коим я был награжден вчера, всегда хочется жрать, — принимаясь жевать, объясняет Арсений.
— Выглядишь лучше, чем вчера, — заключает Шастун, отпивая кофе.
Попов же резко перестает жевать и впивается взглядом в коллегу.
— Это комплимент сейчас был?
— Не обольщайся, просто вчера ты реально хреново выглядел, — усмехаясь, говорит Антон.
— Ну, такое… — протягивает Арсений и продолжает свою трапезу. — Как твои отреагировали на известие о том, что им предстоит организовывать концерт с моим классом?
— Хотят начать собирать подписи об отмене концерта, — спокойно говорит Антон, рассматривая дно кружки. — Твои?
— В шоке, — коротко говорит Попов и отправляет в рот сразу полкотлеты.
— Что планируешь делать? — спрашивает Шастун и ловит себя на мысли, что наблюдать за кушающим Арсением очень даже забавно.
— Как Серёжа отреагировал на заявление? — уплетая уже вторую часть котлеты, спрашивает Попов.
— Спокойно.
— Я так и думал, — продолжая жевать, протягивает мужчина. — Дима тоже не сильно расстроился, поэтому мне пришла идея попросить парней провести собрание для наших классов. Одно дело, если мы их будем насильно заставлять работать и совсем другое, если они сами добровольно на это пойдут.
— Не улавливаю, — хмурится Шастун, на что Арсений закатывает глаза. — При чём здесь Дима и Серёжа?
— Эти двое - единственные люди из наших классов, которые могут спокойно взаимодействовать друг с другом, — наматывая на вилку макароны, говорит Попов.— Толкнут речь о том, что это последний год, что классно работать вместе, не всё так плохо и бла-бла-бла.
— Нет, это не вариант, — строго говорит Антон.
— Пощему? — непонимающе спрашивает Арсений, параллельно жуя.
— Потому фто, — передразнивает Шастун и закрывает глаза из-за брошенной в него салфетки. — Наши классы очень сильно зависят от нас, согласись? — Попов кивает, отправляя в рот кусочек огурца.
— Поэтому, для начала, нам с тобой надо начать нормально взаимодействовать, — Арсений прекращает хрустеть салатом и удивлённо смотрит на мужчину. — Ну, или хотя бы попытаться! Как только ученики увидят, что даже мы, ради общего блага, стали работать слаженно, то они сами станут спокойно трудиться над концертом.
Заканчивает Антон и тянется к шоколадному печенью на подносе Арсения, но тот легонько бьёт его по руке.
— Возьми лучше имбирное, я его не очень люблю, — говорит Попов. — Вообще план хороший, но как мы с тобой начнём, как ты выразился, взаимодействовать?
— А мы разве не уже? — усмехаясь, спрашивает Антон, зажимает в зубах печенье, встаёт и надевает висевший на спинке стула пиджак.
— Уже уходишь? — наигранно грустно спрашивает Арсений.
— Просто сейчас уже звонок, — вынимая изо рта печенье, говорит Шастун.
— Так быстро?! — Арсений отпивает компот и параллельно уставляется на часы, но не успевает даже определить время - звенит звонок.
Арсений начинает в спешке доедать оставшийся обед, а Антон с усмешкой разворачивается и идёт на выход из столовой.
***
Второй день подряд была хорошая погода, поэтому два друга решили прогуляться после уроков.
Серёжа и Дима шли по парку, жуя купленные на двоих чипсы, и весело смеялись над старыми историями из жизни.
— Слушай, — отсмеявшись, говорит Дима. — Как твоему классу новость?
— Орали, как на базаре, — грустно протягивает Серёжа и опускает голову. — Я пытался их как-то переубедить, но всё без толку…
— То же самое, — бормочет Дима и садится на ближайшую лавочку.
— На самом деле, я даже очень рад такому развитию событий, — говорит Матвиенко, но не торопится садиться рядом с другом, в страхе отморозить пятую точку. — Помнишь, я хотел устроить бунт?
— Помнишь, — произносит Дима и ухмыляется.
— Так вот, для этого складывается идеальная ситуация! Мы начинаем организовывать концерт вместе, общаемся в более-менее неформальной обстановке, понимаем, что мы не такие уж и плохие, как нам казалось, ну, а дальше мир, дружба, жвачка.
— Ты это сейчас описал план своего воссоединения с Машей? — сквозь смех говорит Позов, игнорируя наигранно недовольный взгляд друга.
— Нет! — выпаливает Матвиенко, — Хотя, может, и да…
Дальше друзья заливаются смехом и начинают разговаривать на отвлеченные темы.
Никто из героев этой истории ещё не знал, чем всё закончится, но казалось, что лед тронулся...