Перерождение зверя.

Я вновь оказался в этом злосчастном снежном лесу. Собачий лай я больше не слышал, но вместо лая я слышал совсем не далеко чей-то несчастный скулёж. Я поспешил на звук, недоверчиво ступая по снегу. Я встал и не мог пошевелиться от ужасного зрелища, которое привстало перед моими глазами. Передо мной лежал и изворачивался от боли молодой, как я, но очень крупный волк. Его шерсть была намного темнее моей, тёмно-серой, на шее у него были более светлые участки шерсти, а его глаза ярко-жёлтые, немного ярче моих. Он был не свободен в перемещении. Его лапа была зажата в тисках ловушки. Снег под его лапами был в алых пятнах крови.

Какое-то время он извивался от боли и пытался освободить лапу. Но он почему-то резко замер. Я увидел, как к нему не спеша подходил бесшёрстный с Палкой-Смерти в лапах. Он поднял палку прямо на волка, прицеливаясь. Я смотрел в эти яркие, жёлтые глаза, которые просили не убивать. Затем я посмотрел в глаза бесшёрстного. Они были полны пустоты, в них не было чувств. Они молча смотрели друг на друга, прежде, чем прозвучал грохочущий звук. Бесшёрстный без малой доли сожаления убил его. Волк безжизненно припал к снегу. Бесшёрстный подошёл к его телу, освободил ему лапу, и взял волка за задние лапы, и по снегу через лес уволок его, оставляя лишь след крови после себя. На заснеженном скальном уступе я увидел серую взрослую волчицу, которая пронзительно взвыла.

- Грин! Сынок мой! - взвыла она.

Всё резко вокруг меня потемнело. Я больше не видел ни леса, ни снега, ничего.

- Мама, - прошептал про себя я.

Открыв сонные глаза, яркие лучи солнца ослепили меня. «Почему мне вновь и вновь снится этот сон? И почему у меня такое чувство, что этот тёмно-серый волк - это я?» - задумался я. Осмотревшись, я не увидел рядом Шинги, но его запах всё ещё свеж. Видимо он ушёл не так давно. Я лениво потянулся, выгибая спину до хруста. Обнюхивая след Шинги, я шёл за ним. Увидев, что он лежит в высокой траве, я подошёл к нему.

- Андо, тебе когда-нибудь говорили, что ты долго спишь? - спросил Шинга.

- Да, говорили, - усмехнулся я.

Он поднялся и молча повёл меня куда-то.

- И куда мы держим путь сейчас? - поинтересовался я, вильнув хвостом.

- Найдём, кем можно перекусить.

- Мы на охоту?

На мой вопрос он ничего не ответил.

Шинга привёл меня к туше мёртвого оленя. Возле туши находилась и подъедала рыжая лисица. Увидев нас, она бросила тушу и решила уйти. Пройдя к оленю, я пропустил Шингу вперёд, а затем и сам подошёл к мясу. Олень мёртв уже давно, по туше везде ползали мухи.

- Шинга, мы ведь с тобой умеем охотиться, так почему бы нам самим не поймать себе добычу?

- Андо, когда ты голоден, ты не должен брезговать и выбирать, есть или не есть, если только мясо совсем не испорчено, - ответил Шинга, жадно глотая куски плоти. - Но если ты так сильно хочешь охотиться, то сегодня мы поохотимся, - продолжил он.

***
Пройдя большое расстояние, мы вышли к мелкой реке.

- Ты когда-нибудь ловил рыбу? - спросил Шинга.

- Да, но у меня не всегда получалось, - ответил я.

- Что ж, тебе придётся улучшить свои навыки рыболовства. Смотри на меня и учись.

Его слова эхом прозвучали у меня в голове. И я вспомнил слова своего отца. Шинга вошёл в воду и замер, внимательно высматривая рыбу. Когда рыба подплыла к его лапам очень близко, он резким рывком опустил морду в воду, и пастью ухватил рыбу за хвост.

Выйдя из воды со своей добычей, он гордо прилёг и посмотрел на меня.

- Ты понял?

- Да Шинга, постараюсь.

Зайдя в воду, я попытался сделать также, как Шинга. Выслеживая рыбу, я заметил, как рыба приближалась ко мне, нечего не подозревая. Я уже приготовился, даже напрягся.

Рыба проплыла мимо моих лап. Я резко занырнул мордой в воду, клацнув пастью. Она почти смогла вырваться и уплыть, но я еле как успел схватить её за хвост. Я поспешил выкинуть рыбу на сушу, подальше от реки.

- Не плохо, - похвалил меня Шинга.

Шинга уже доедал свою рыбу, а я только начинал. Рыба была костлявая, и даже очень, но это хоть что-то.

- Шинга, а почему у тебя больше нет стаи? - спросил я. - Тебя изгнали или ты сам ушёл?

- Хуже, - ответил Шинга. - В стаю меня приняли, когда я был ещё переярком. В стае, я занимал ранг воина, а на охоте был загоняющим. А вожакам я помогал растить волчат.

Я не спеша обгладывал рыбу, заслушавшись его рассказом.

- Наша стая была утомлена тяжёлой охотой. И тут, над нашими головами нависла шумная стальная птица, а в ней бесшёрстные. Нам нечего не оставалось, как через поле добежать до леса. Я бежал, смотря только вперёд. За спиной я услышал грохочущие звуки. Краем глаза я увидел, как мои сородичи падали в землю, омывая своей кровью песок. Добежать до леса из стаи удалось только мне, но бесшёрстные продолжали преследовать меня на своих стальных птицах. Я решил скрыться от них. Встав на задние лапы, я прижался к дереву, и бесшёрстные потеряли меня. Они приземлились на землю, рядом с телами моих сородичей, - тяжело вздохнул Шинга. - Там ведь были совсем молодые переярки, которым ещё жить и жить. Я смотрел, как они утаскивали их тела. Больше на это я смотреть не мог. Я убежал от туда, не думая ни о чём. В голове только страх.

Когда Шинга закончил свой рассказ, я грустно повесил уши, и невольно проскулил.

- А ты? - спросил меня Шинга.

- Ты потерял стаю, а я потерял своего отца и наверное мать. В его смерти виноват медведь, - злобно прорычал я.

Шинга нечего не сказал, он просто молча смотрел на меня. Да мне и не нужно было его слов, я всё понимал по его взгляду.