Логово зверя. Последний враг. [18+]

     Прямые лучи утреннего солнца лупили прямо в глаза, пробиваясь прямо в сонную негу, вырывая в реальность. «Айщ!» — мысленно выругался блондин, продирая глаза. От боли он машинально дернул рукой в попытке прикрыться от ослепляющего света, но вспомнив, что рядом лежит Она, он тут же взял себя в руки и плавно высвободил руку из её объятий. Пытаясь не разбудить девушку, он встал с кровати и направился в ванную. Приняв душ и приведя себя в порядок, он вышел и тут же наткнулся на пару заспанных глаз — брюнетка стояла в проёме коридора, босая, нога на ногу, в его рубашке. 

— Ой! — тут же вскрикнула она, прикрывая в смущении глаза. 

— Доброе утро, — улыбнувшись, ответил Тэ, полотенцем обтирая еще мокрое тело.Его голос прозвучал особенно низко и бархатно, и приятный резонанс пробежал по всему её телу, от чего ей стало неловко вдвойне, а дыхание словно захлебнулось.— Сухие полотенца справа, на полке, — тактично, пытаясь не придавать значения подобной реакции, и что есть сил давя расплывающуюся улыбку, продолжил он, освобождая проход к ванной и удаляясь на кухню. 

— Спасибо, — чуть слышно вымолвила она, уткнувшись в пол и прикрывая глаза рукой, проскользая мимо него, следующей.

     Подсушив мокрые волосы полотенцем и оставив его на своих плечах, блондин поставил чайник и мертвым взглядом уставился в проход, на закрытую дверь ванной, за которой зашумела вода. «Я — чёртов эгоист, если впускаю её в свою жизнь! — осуждающе выдало ему его подсознание. — Чон может объявиться в любой момент, и порешит и меня, и её. Мне не стоило привозить её к себе — это опасно, и в первую очередь — для неё!.. Айщ! Оставить её сейчас одну я тоже не могу!.. Но я должен исчезнуть из её жизни...». При всей рациональности своих размышлений, ему не хотелось её отпускать... Казалось, он ещё чувствовал её в своих объятиях, и при одном лишь воспоминании об этом уголки его рта растягивались в лёгкую улыбку. «... или придётся убить Чонгука...» — это мысль словно из ниоткуда ударила в голову. Перед глазами тут же всплыл образ брюнета, какого-то спокойного, умиротворенного... И его мысленная шахматная партия зашла в пат. «Он ведь был моим другом... — я его считал таковым... Ах, если б он меня простил... — взгляд блондина повело вверх. — Но Чон не прощает!» — в злобе на самого себя, Ким поджал губы и, махнув головой вниз, глубоко выдохнул всю горечь своего сожаления... «Да и как я её оставлю? — решительно отметя второе, вернулся он к первому. — Надо завалить этого «кабана» сначала...». И тут в его мысли «ворвался» уже давно надрывающийся свисток чайника. Тэхён словно очнулся, выключил плиту и прислушался — за дверью ванной тишина. «Сейчас выйдет...» — мелькнуло в его голове и, вспомнив недавний момент, он спешным шагом направился в спальню, за рубашкой. Но не успел он вернуться, как вновь наткнулся на прекрасную пару раскосых глаз: 

— Я тебя стесняю... — с сожалением заключила девушка на выходе из ванной, увидев как Ким застегивает пуговицы рубашки на ходу. 

— Мелочи, — растянулся блондин в улыбке. — Чай будешь? — тут же перевел он тему. 

— Да, спасибо... Этот инцидент... ночью... 

— Бывает... — многозначно оборвал он её, не дав ей возможности извиниться.Но видимо его «бывает» мало утешило Гу, потому как она все равно виновато потупила взгляд, присев за стол.— Хей! — поднял он её лицо за подбородок. — Прекрати! Окей?! — его лучезарная улыбка заставила её улыбнуться. 

— ...я могла бы позвонить подруге и попроситься к ней... — не унималась Хара. Видимо, полчаса в ванной не прошли даром. 

— Чтобы стеснять её? — усмехнулся Тэ, разливая чай по чашкам. — Я могу снять тебе квартиру, — чуть изменившись в лице, поднял он на неё свой взгляд... и, не встретив одобрения в её глазах, добавил: — На первое время... 

— О, нет! Нет! Не хочу быть должной! — запротестовала она и опустила взгляд. — Могу я какое-то время пожить у тебя? — вновь подняла она на него свою пару уже заискивающих глаз. — Пока не найду другую работу и не смогу снять себе что-то пригодное сама. 

— Можешь, — улыбнулся Тэхён. Но за его улыбкой скрывалась огромная тревога и ответственность. — Но у меня одно правило... — моментально сменив мимику, почти потребовал он. 

— ...какое? — сменьжевавшись от таких перемен, перепугано спросила она. 

— Никаких вопросов! — упреждая, порой вопиющее, женское любопытство, провозгласил он единственным правилом. 

— ... вообще никаких? — в смятении переспросила она. 

— Вообще, — жестко ответил он, отхлебывая чай из чашки, стоя в шаге от нее, оперевшись ягодицами о разделочный стол у плиты. 

И тишина словно наполнила кухню. 

 — Так... я отъеду ненадолго, — подняв взгляд на настенные часы, вдруг разорвал Ким повисшее молчание, отставляя пустую чашку на стол. — Не скучай! — чуть улыбнувшись, добавил он, слегка коснувшись её плеча, и вышел с кухни. 

Послышалось дребезжание ключей, гулкий грохот захлопывающейся двери, урчание мотора где-то в отдалении... и тишина...