Глава 5

Глава 5
Грач приостановил движение патрульных за пределами туннеля — там, где за день до этого появлялись горностаи. Во мгле сероватого, угрюмого рассвета коты миновали холмы, вытаптывая лапами колючую от заморозков траву вересковых пустошей. С вершин дул холодный порывистый ветер, но лёд, который Грач ощущал внутри, лёд, охвативший кота от ушек и до кончиков когтей, не имел ничего общего с суровой погодой Голых Деревьев.
— Внимание всем! — мяукнул он, обернувшись к соплеменникам. — Это будет непросто. Нам предстоит столкнуться с горностаями на их территории, а потому…
— О чём ты говоришь? — перебила его Жавороночка. — Туннели — наша территория!
— Грозовое племя тебе бы возразило, — фыркнул Малоног.
— Хорошо, они — наши до поземной реки, — поправилась Жавороночка. — Но одно я знаю наверняка: они не принадлежат тем горностаям-падальщикам!
— Довольно! — рявкнул Грач и задрал хвост, чтобы положить конец пререканиям.
Он понимал, что соплеменники собачились лишь потому, что не хотели думать об угрозах, с которыми им предстояло встретиться. Коты нарочно злились и отвлекали себя от ужаса, который невольно чувствовали.
— Суть в том, что горностаи считают эту территорию своей. Помните: они не далеко преследовали нас, когда гнали Ветерка из туннелей прошлой ночью. Но в туннелях они будут чувствовать себя гораздо уверенней.
— Давай, подбодри нас ещё, а то мы не достаточно переживаем! — буркнул Малоног.
— Всем нужно быть на пределе осторожности! — продолжил Грач, проигнорировав замечание. — Будем держаться плотным строем, избегать горностаев, по возможности, и сделаем всё, что в наших силах, чтобы найти Сумеречницу.
«Но где она окажется? — думал кот. — В ловушке в логове горностаев? Или среди кучи мертвечины? — Он содрогнулся. Тут вспыхнула новая мысль, не менее ужасная: А что мы будем делать, если вовсе не сумеем её отыскать?»
Перед ними зияла пасть туннеля, ещё темнее и страшнее прежнего. Покосившись на Ветерка, Грач различил в янтарных глазах сына ужас, но вместо переживаний о возможной панике Грач проникся сожалением к нему. «Странным был бы тот, кто бы не боялся, — подумал он. Кот не мог не восхититься Ветерком за то, с каким упорством тот добивался места в патруле, даже несмотря на исход предыдущего столкновения с горностаями.
Он уже обернулся к сыну и собрался было сказать ему об этом, но Верескоглазка, подобравшись прямо ко входу и сунув голову внутрь, прервала его прежде, чем кот успел открыть рот.
— Кажется, чую Сумеречницу! — воскликнула она.
Грач поспешил к ней, аккуратно вынюхивая запахи из воздуха внутри туннеля. Горностаячья вонь накрыла его с головой, а вместе с ней повеяло ароматом Ветерка, бежавшего от испуга. Но там же действительно ощущался едва уловимый запах Сумеречницы.
Обернувшись к остальным патрульным, Грач намерился было обсудить с ними, как лучше подойти к выполнению поставленной задачи, но Верескоглазка его опередила и просто вошла в туннель. Кот едва поймал взглядом кончик её хвоста прежде, чем тот растворился во тьме.
— Подожди нас! — окликнул он воительницу, недовольно вильнув хвостом.
Только потому, что полосатой кошке туннели были знакомы, ещё не значило, что ей можно было шататься по ним настолько беспечно. «А как же «держаться плотным строем» и «на пределе осторожности»? — риторически подумал он. — Кем она себя возомнила, котёнком, исследующим свой лагерь?»
— Идём, — бросил он остальным.
Его мышцы напряглись от волнения, стоило коту представить, как Верескоглазку придавила стая кровожадных горностаев.
Стоило патрулю войти в туннель, Грач уловил необычный шорох, он остановился, прислушиваясь. «Не похоже на кошачью поступь».
Лёгкий ветерок прокатился по туннелю, и от него усики кота растопырились. Пахло горностаями, и запах был недавним.
— Верескоглазка! — хрипло вскрикнул Ветерок. — Она в опасности!
Он ринулся вперёд, но Грач оказался проворнее и встал впереди процессии по пути вглубь пещеры. Ветерку пришлось семенить немного позади, Малоног и Жавороночка — замыкали колонну.
Скоро рассеялись последние остатки света, оставленного за спиной, и коты шагали в полной темноте. Грач держал уши торчком, силясь различить любые звуки впереди. Он по-прежнему чувствовал запах горностаев в воздухе, к нему примешивался запах Верескоглазки. Инстинкты требовали воителя крикнуть ей, но он сохранял тишину, чтобы невзначай не выманить к ним горностаев.
«Теперь мы потеряли двух кошек, — подумал он. — И понятия не имеем, где их искать».
Сердце Грача билось сильнее с каждым новым шагом. Он едва мог представить, каково было Верескоглазке. Но от сына Грач не замечал никаких признаков паники: Ветерок мерно шагал у него за спиной. Если у того и было желание сбежать, то кот отлично подавлял его.
Немного погодя бледное свечение откуда-то свыше открыло Грачу, что туннель успел разрастись до пещеры. Подняв глаза, он заметил тонкий лучик света, падавший с отверстия на потолке. Снова раздался шорох: когти царапали каменистую поверхность туннеля. В то же мгновение Грач уловил прерывистый рык и заметил белую вспышку в глубине мрака. Кот поспешно остановился.
«Они нас дразнят, пытаются заманить глубже, — подумал он. — Там им ничего не стоит расправиться с нами по очереди».
— Мышеголовость, — мяукнул Малоног, приблизившись и остановившись подле Грача. — Мы угодим прямиком в засаду.
— Но нам нужно продолжать идти, — возразил Ветерок. — Мы должны сделать всё, что в наших силах, чтобы спасти Сумеречницу и Верескоглазку.
Грач кивнул сыну, довольный, что тот так легко одолел страх.
— Ветерок прав, — объявил он. Краем глаза он заметил, что Ветерок вскинул на него полный изумления взгляд. — Какой у нас выбор? Вернуться в лагерь, потеряв ещё одну кошку, не успев встретить ни одного горностая?
Но внутренний голос Грача не унимался: «Коты могут пострадать или даже погибнуть, пытаясь спасти соплеменников. Ох, помилуй нас, Звёздное племя… Помоги нам всем вернуться в лагерь в целости!»
Грач содрогнулся. Он стал сомневаться, что Звёздное племя способно оказать им помощь тут, под землёй, где звёзды никогда не сияли.
— Продолжаем идти вперёд, — мяукнул он.
Он уверенно зашагал через пещеру, а соплеменники двинулись следом, сосредоточившись на мелькавших белых фигурах впереди и по бокам. Высокие визги слышались со всех стороны, как будто твари перекрикивались друг с другом. «Или запугивают нас», — мысленно добавил Грач.
Тут один из горностаев подскочил на расстояние меньше лисьего хвоста к коту, да так быстро, что у него не осталось времени предупредить остальных. Появление зверя произвело даже успокаивающий эффект: после долгого и напряжённого ожидания засада, которую коты предвидели, вот-вот должна была начаться.
Грач инстинктивно подался назад и столкнулся с Ветерком. Тело сына оцепенело от напряжения и гнева. И в это мгновение маленькое продолговатое существо прыгнуло вперёд и впилось зубами в бок Грача.
«Гнилобокие трупоеды!»
Грач завизжал от боли и отшвырнул тварь размашистым движением лапы. Горностай отбежал, но утащил за собой кусок меха Грача.
«Почему же от вас столько боли под хвостом?» Насколько Грачу было известно, то обычно с набегами горностаев племя Ветра справлялось с лёгкостью. Но эти зверьки были невозможно гадкими вредителями! Напрягая глаза в полумраке, Грач рассмотрел существо: оно было абсолютно белым, за исключением чёрного кончика хвоста — точно таким же, как горностаи, выбегавшие из туннелей прошлым вечером. Волна страха накрыла кота при одном взгляде на это существо.
«Такие жуткие… Я бы лучше сражался с лисой или барсуком».
Горностай снова метнулся на Грача, но Малоног с Жавороночкой поспешили на перехват и оттеснили тварь, стоило той впиться когтями в плечо Грача. Малоног полоснул когтями по боку горностая, и тот, захныкав, бросился наутёк, во тьму. Но лишь он скрылся, как всё больше и больше белых фигурок хлынуло в пещеру, надвигаясь на прижавшихся друг к другу котов. Злобные глаза горностаев искорками полыхали в бледном свечении пещеры, а их губы растянулись, обнажая длинные клыки.
«Заявились, наконец! — мрачно помыслил Грач. — Первый был только для вывода на боевое настроение!»
Ветерок испустил душераздирающий боевой клич и бросился в атаку, собравшись биться со всеми горностаями сразу. У Грача от страха живот свело, и он поспешил заслонить своим телом сына от врагов. Жавороночка помогла ему оттащить Ветерка обратно к туннелю, а Малоног прикрывал отступление патрульных, размахивая лапами и рассекая когтями воздух, чтобы не подпускать горностаев слишком близко и дать котам время выбраться наружу.
— Но как же Верескоглазка? — воскликнула Жавороночка. — Я её там не видела!
— Я отыщу её! — крикнул Ветерок.
Прежде чем Грач успел остановить его, кот извернулся и ринулся обратно в туннель, врезавшись в толпу горностаев и раскидав их по сторонам, чтобы протиснуться мимо.
— Ветерок, нет! — закричал Грач ему вслед.
Но сын не обратил на крик внимания. Тощие белошкурые горностаи быстро сомкнулись за его спиной и помчались следом за котом в тёмные глубины. Скоро топот их лап затих вдали.
На мгновение Грач застыл на месте, поразившись скоростью атаки Ветерка. Затем усилием воли он привёл себя в чувство.
— Нужно отправиться за ним, — мяукнул он.
Жавороночка и Малоног обменялись испуганными взглядами, затем кивнули и выпрямились, словно пытаясь выглядеть увереннее, чем были на самом деле.
— Мы с тобой, — ответил Малоног.
Грач уже приготовился было ринуться обратно в туннель, в смертоносные объятия горностаев, но прежде чем он успел сорваться с места, Жавороночка выкрикнула:
— Стойте!
Обернувшись, Грач проследил глазами по направлению, указанным её хвостом. В той стороне замаячила светло-бурая полосатая кошка, хромавшая из другого входа в туннели, который был у берега реки, вплотную рядом с ней шагал чёрный кот.
«Верескоглазка и Ветерок… они живы!» Как только они вышли, Ветерок развернулся и принял боевую стойку, обнажив зубы и выпустив когти.
— Нападайте, если не боитесь, мерзкие горностаи! — прорычал он.
Грач поспешил вдоль берега; позади него слышалась поступь Малонога и Жавороночки, семенивших следом за котом.
Несколько горностаев топтались у входа и глухо рычали в ответ на вызов Ветерка, но прежде, чем коты успели перейти в атаку, звери отступили и скрылись во тьме.
Когда Грач и остальные патрульные поравнялись с Ветерком, тот поднялся на лапы и удивлённо заморгал. Грач помнил, как однажды Ветерок едва не утонул в туннелях. Он предположил, что его сын не ожидал, что окажется настолько храбрым, что бросится на них в одиночку и отправится спасать Верескоглазку.
«Должно быть, он очень хотел проявить себя».
Поскольку опасность на время миновала, Грач развернулся и заговорил с Верескоглазкой.
— Ты совсем мышеголовая? — выругался он. — Даже если тебе плевать на собственную жизнь, как насчёт соплеменников? Мы едва не потеряли тебя и Ветерка, и всё из-за того, что ты вела себя, как безголовый кусок шерсти!
Но складывалось впечатление, что Верескоглазка едва слышала кота. Она смотрела куда-то ему за спину, и тут Грач понял, что воительница не сводила голубых глаз с его сына.
— Спасибо, Ветерок, — пробормотала она. — Ты такой храбрый!
«Ой, всё, уносите меня, звёздные предки! У Ветерка — поклонница. Сдаётся мне, на каждого кота найдётся кошка, — рассудил Грач. — Каким бы мохоголовым он ни был».
Ветерок смущённо рыхлил почву передней лапой.
— Ничего особенного, — пролепетал он.
«Ветерок не просто хотел себя проявить, — осознал Грач, дёрнув усами. — Должно быть, она ему не безразлична. И, похоже, это взаимно...»
Кот знал, что Ветерок ухаживал за Верескоглазкой ещё с тех пор, как они были учениками. Однако в те времена она была больше интересовалась Львиносветом, котом из Грозового племени. Грач вздохнул с большим облегчением, когда их дружба развалилась.
«От отношений за пределами племени не выходит ничего хорошего. — Кот подавил вздох. — Я это знаю, как никто другой».
Грач одобряюще закивал сыну, поддерживая сделанный им выбор. Несмотря на то, что кот только что отчитал Верескоглазку, он не мог представить никого, лучше подходившего Ветерку в подруги.
Его гнев улетучился, и он обратился к Верескоглазке.
— Ты цела? — спросил он.
— Цела, — ответила Верескоглазка. — Прошу прощения, что убежала. Я думала, вы сразу отправитесь следом за мной.
«Прошу прощения» дичи не наловит», — подумал Грач, но принял извинение и кивнул.
— Главное, ты в порядке.
— Нет, не в порядке она, — промяукала Жавороночка, уже начавшая методично обнюхивать воительницу. — Эти звёздами проклятые гнилобоки повыдирали ей весь мех!
Грач приблизился и присмотрелся повнимательнее. У Верескоглазки были вырваны крупные куски шкуры, а из множества порезов сочилась кровь. Кроме того, на её задней лапе кот не досчитался двух когтей. Вдобавок он вспомнил, что, когда кошка выходила из туннелей, она прихрамывала. Раны, на первый взгляд, не угрожали её жизни, но потеря крови грозила сильно ослабить кошку.
Грач понял, что на лапах Верескоглазка держалась только то ли от шока, то ли от радости, что её спасли. Но уже скоро кошка должна была почувствовать боль в полную силу. Ей нужны маковые зёрна и сон.
Ещё раз взглянув на раны полосатой кошки, Грач удивился, что она по-прежнему могла стоять. «А Верескоглазка-то — крепкий орешек!»
— Ей необходимо вернуться в лагерь и осмотреться у Пустельги, — заметила Жавороночка. — Нам всем необходимо, впрочем. Вернёмся завтра с подкреплением, набрав достаточно воителей, чтобы расправиться с горностаями.
— Уверены, что это — горностаи? — задумался Малоног. — Они все белые!
— Никогда не видела белых горностаев, — поддержала Жавороночка. — Не думаете, что они на самом деле призраки?
— Великое Звёздное племя, вам всем шершни мозги выели? — рассердился Грач, закатив глаза. — Будь они призраками, разве могли бы они царапать нас?
Жавороночка и Малоног молча переглянулись. Возражать не стали, но Грач понимал, что не сумел их убедить. По крайней мере, Малоног относился к Жавороночке так же, как к любому соплеменнику, словно она никогда и не ходила в Сумрачный Лес.
Грач раздражённо фыркнул.
«Полагаю, мы не знаем о том, какими способностями обладают призраки, однако, поскольку наши противники не призраки, рассуждать об этом бессмысленно».
— Мне кажется, я поняла, почему они — белые, — мяукнула Верескоглазка. — Потому что наступили Голые Деревья, и, как только землю покроют снега, горностаи будут практически невидимы. Белых мех позволит им легче подкрадываться к дичи. Но зачем им чёрные кончики на хвостах, не знаю, — добавила она вдогонку.
— Думаю, ты, скорее всего, права, — ответил Грач, поразившись проницательности кошки. — Хвала Звёздному племени, у нас есть хоть одна кошка со здравым смыслом. Возвращайтесь в лагерь вместе с Верескоглазкой! — продолжил он, обратившись к остальным патрульным. — Отчитайтесь Однозвёзду. Но я с вами не могу пойти, пока не найду Сумеречницу.
«Живой или мёртвой», — беззвучно добавил он.
Почувствовав укол вины, он вспомнил их пререкания по поводу его отношения к Ветерку днём ранее по пути к туннелям. Сумеречница пропала сразу после этого. Кот не мог отделаться от мысли, что именно их споры толкнули Сумеречницу в лапы этих странных горностаев. «Должно быть, разозлилась, расстроилась и поступила безрассудно».
Его раздумья прервал Ветерок.
— Тоже останусь, — промяукал он.
Верескоглазка обеспокоенно покосилась на него, и Грач подумал, что она собиралась возразить. Однако та лишь отряхнула шубку.
— Но будь осторожен, как пойдёшь внутрь, — предупредила она. — Я чуяла воду впереди, это значит, некоторые туннели будут подтоплены.
Её полностью серьёзный взгляд задержался на Ветерке, и Грачу стало интересно, уж не подумала ли кошка о том же, о чём и он. «Не запаникует ли Ветерок, углубившись в туннели?»
Грач стоял, не шевелясь, и смотрел вслед Верескоглазке, ковылявшей прочь с Малоногом и Жавороночкой, протягивавшей кошке лапу помощи в трудные моменты по обеим сторонам.
— Готов? — спросил он Ветерка, когда остальные патрульные скрылись за хребтом.
Ветерок покосился на отца; его янтарные глаза расширились от беспокойства и нехорошего предчувствия. На мгновение он замешкался, но затем кивнул.
— Идём, — бросил он.
Грач встал мордой к тёмным зазорам, зиявшим на берегу.
— Пойдём этой дорогой, — рассудил он, устремившись ко входу на дальней стороне, тому, который патрульные использовали днём ранее. — Таким образом, мы, по крайней мере, не попадём горностаям прямиком в лапы.
Первая часть туннеля была шире других и освещалась от потолка, и там лишь немного пахло горностаями, да и то запах был старым. Грач улавливал и ароматы предыдущего патруля, включая Сумеречницу, но для текущих поисков тот запах помочь ему не мог.
— В какой туннель вы вчера свернули с Сумеречницей? — спросил Грач Ветерка, когда они достигли пещеры с разветвлением туннелей.
— В тот, — ответил Ветерок, указав хвостом.
— Тогда веди, — мяукнул Грач.
Ветерок слегка удивился указаниям отца, но уже скоро осторожно засеменил в туннель, на который указал. Грач понаблюдал за ним несколько мгновений, чтобы убедиться, что отвага кота не иссякнет, и что инстинкт сбежать не возьмёт над сыном верх.
Удостоверившись, что Ветерок не собирался пуститься наутёк из туннеля, Грач последовал за ним. В запахе Ветерка отчётливо читался страх, но вместе с ним — целеустремлённость, а лапы котика шагали уверенно.
Уже скоро они оказались в кромешной тьме, и Грач почувствовал влажный воздух, доносившийся откуда-то из туннеля впереди.
— Не забудь, что Верескоглазка предупредила нас о затоплении, — напомнил он Ветерку.
Он заметил, как содрогнулся его сын, и снова вспомнил: Ветерок едва не утонул в туннелях, когда был учеником.
— Лучше не думать о прошлом, — рекомендовал он Ветерку. По какой-то причине в непроницаемой мгле говорить с ним было легче, чем стоя мордой к морде во всеобнажающем свете дня. — Но раз уж начал думать — помни о том, как сумел выжить. Память о пережитом здесь ужасе должна напоминать тебе, насколько ты силён и храбр.
Сын несколько мгновений не отвечал, а просто продолжал шагать дальше по туннелю. Грач уже несколько лун не говорил Ветерку ничего хорошего, и не был уверен, что Ветерок воспримет похвалу. «Быть может, мне стоило держать рот на замке».
— Мне уже не страшно, — наконец, ответил Ветерок. — Я весь в мать, а она — храбрейшая кошка, какую мне доводилось встречать. Поэтому я знаю: Сумеречница всё ещё жива.
Грач знал немало отважных котов, плохо закончивших, но Ветерку об этом говорить не стал. Однако он задумался, стоило ли охладить энтузиазм сына.
«А что, если Сумеречница утонула? Или её могли убить горностаи. Что, если мы ищем её труп?»
Грач усилиями воли отгонял от себя эти мысли, продолжая движение с Ветерком дальше по туннелям, которые сужавшимися тропами заводили воителей всё глубже и глубже. То тут, то там Грач улавливал запахи воды, но пока котам удавалось избегать подтопленных туннелей, о которых их предупреждала Верескоглазка. К этому моменту последние следы запаха Сумеречницы уже пропали. Как догадался Грач, они были смыты влажным воздухом и осадками на каменистых поверхностях пещеры.
Наконец, Грач заметил слабый свет, мелькнувший вдалеке. Запах воды усилился, и скоро коты выбрались в огромную пещеру, подсвеченную зубчатым отверстием под потолком высоко над головами. Пол был каменистым и рифлёным, а за центральным участком через всю пещеру текла речушка.
Грач втянул свежий воздух с пространства за рекой и уловил знакомый запах. Кот переглянулся с Ветерком.
«Вот ведь лисий помёт...»
— Грозовое племя!
«Приближаться к ним нам сейчас не стоит, — подумал Грач. — После Великой Битвы напряжение между племенами вспыхивает, как искра!»
— Сдаётся мне, нам пора поворачивать, — сказал он сыну.
— Не отыскав Сумеречницу? — оскалился Ветерок.
— Мы не обнаружили её запаха с тех пор, как вошли в туннели. — Грач подавленно провёл когтями по сырой скале в основании пещеры. — Нет оснований полагать, что она шла этой дорогой.
— Но нужно попробовать! — возразил Ветерок. — Если она где-то лежит, раненая, у неё мало времени. Она может умереть от потери крови… Или оказаться беззащитной перед горностаями.
Грач нахмурился. Он не знал, как поступить. Чего он точно не хотел, так это подвергнуть сына опасности понапрасну. Но что, если Ветерок был прав? Не ссориться с Грозовым племенем было важно, но смог бы кот простить себя, если бы сейчас сдался, а потом узнал, что смог бы спасти Сумеречницу, продолжи он поиски хоть немного дольше?
— Хорошо, — он медленно кивнул. — Продолжаем.
Приблизившись к реке, Грач остановился у неширокой части, там, где вода бурлила в глубокой расселине.
— Тут можно перепрыгнуть, — проговорил он.
Отойдя на несколько лисьих хвостов, он разбежался и прыгнул с берега в длинном прыжке. В момент отрыва его лапы поскользнулись на влажной скале, и на какое-то мгновение кот испугался, что не достанет до противоположного берега. Тут его лапы ударились о камень, но так близко к краю, что он оступился и едва не упал назад, в поток. Восстановив равновесие, он обернулся как раз тогда, как Ветерок взмыл в воздух и ловко приземлился рядом с ним, не упустив возможности самодовольно дёрнуть усами.
— Следуй за мной, — буркнул Грач, проигнорировав нахальное выражение морды сына. — Иди тихо. Рядом могут ошиваться грозовые коты.
Он выбрал туннель, который поворачивал наверх, начинаясь от дальней стороны пещеры. Свет за спинами котов потух, а туннель принялся сужаться, и уже скоро Грач стал чувствовать боками стены. Они проходили мимо туннелей, идущих в стороны, но воздух оттуда был таким затхлым, что не было сомнений в том, что из пещер они не вели.
Грач не прекращал пробовать воздух, но следов Сумеречницы так и не уловил. Зато запах Грозового племени становился всё сильнее и сильнее, причём не общий аромат племени, характерный для любой территории, а свежий и сильный набор смешанных друг с другом запахов нескольких котов.
«Там трое или четверо воителей, — рассудил кот. — Скорее всего, патруль. Надеюсь, идут мимо, не собираются исследовать туннели».
— Ни звука! — предупредил он Ветерка вполголоса.
Перед глазами замаячил свет, и уже скоро Грач увидел конец туннеля, окутанный нависшими стеблями папоротника. Ему удалось различить очертания котов, сновавших снаружи. Грач остановился и прижался к поверхности туннеля. Обернувшись к Ветерку, он задрал хвост и напомнил котику о необходимости соблюдать тишину.
— Речь идёт о безопасности всех племён, — разнёсся по туннелю, в котором прятался Грач, громкий и заносчивый голос.
Грач узнал кота. «Ягодник, пустая трата хорошей добычи!»
— Нужно удостовериться, что остальные племена испытывают на прочность верность котов, которые сражались на стороне Сумрачного Леса, — продолжил он. — Пока есть основания сомневаться в верности таких котов, в лесу может никогда не наступить мир.
— Но мы же… — Попытался было встрять другой голос, который Грач не узнал.
— Да, со своих воителей мы спросили по всей строгости, — возразил Ягодник. — Но можем ли мы быть уверены, что воителям Сумрачного Леса из других племён можно доверять? Если нельзя, их надо изгнать.
Грач почувствовал, как от Ветерка покатилась волна гнева, подобная по силе лисьему зловонию. Обернувшись, он увидел, что сын распушил загривок, а янтарные глаза полыхали от злобы. Кот понимал, что ещё через несколько мгновений Ветерок выскочит из туннеля и накинется на Ягодника.
«И ведь Ветерок такой не один», — напомнил он себе, подумав о глашатае племени, Кролике, об Усаче, которому позволили с почётом отправиться на покой в палату старейшин, о Жавороночке и Дроколапе, которым приходилось трудиться, не покладая лап, чтобы доказать свою преданность племени Ветра. «Кто дал право этому вшивоголовому Ягоднику предлагать отправлять котов в изгнание?»
Грач начал постепенно отходить назад в туннель и дал отмашку Ветерку выполнять то же самое.
— Давай вернёмся к поискам Сумеречницы, — прошептал он, когда между ними и Грозовыми котами оказалось несколько лисьих хвостов. — Нечего тебе слушать лепет этих пустоголовых комков шерсти.
— Я хочу содрать с него шкуру! — пророкотал Ветерок.
Но, к облегчению Грача, спорить кот не стал: просто поднялся на лапы и зашагал в обратном направлении.
Но прежде чем он и Ветерок успели пройти несколько шагов, они уловили звук, от которого кровь застыла в жилах: бесчисленное множество когтей скребли по каменному полу туннеля.
— Беги! — взвыл Грач.
Он едва успел договорить, как скрежет окружил их со всех сторон, сопровождаемый сияющим отражением бледного света пещеры в маленьких злобных глазках. От знакомого зловония сбивалось дыхание. Отовсюду раздавались противные высокие визги, и прежде чем коты успели опомниться, их накрыло нарастающей волной белых горностаев.