Будущее наступило?
*Предупреждение: данный отрывок содержит описания жестокости, насилия и смерти*
Франкенштейн с ненавистью взирал на безумца Вольфганга и измученную Элизабет, вынужденную стать живым инкубатором для его чудовищного замысла. Гордость и ценности ученого были окончательно растоптаны реальностью нового порядка "АдамиЕва".
В конце концов, движимый животным страхом смерти и крошечной искрой надежды возродить былые идеалы изнутри, Франкенштейн склонил голову.
Франкенштейн (едва слышно): Я... присоединюсь к вам. Ради науки. Ради будущего...
Вольфганг торжествующе оскалился. Одна из самых ярких умов человечества пала на колени перед его безумной утопией.
Прошли долгие девять месяцев. Элизабет, чудом пережившая насилие и выношенное ею НЛО, с громкими криками родила нечто, выходящее за рамки человеческого.
Вольфганг собственноручно принял роды и первым взял на руки плод своего сверхчеловеческого зачатия. Это был вполне обычный с виду младенец, если бы не неестественно огромные, лихорадочно блестящие глаза.
По приказу нового патриарха новорожденному дали имя Василевский Даниил. Это должно было стать именем нового, высшего бытия.
Измученная Элизабет с облегчением вздохнула в последний раз. Ее жизненный путь оборвался, исчерпав все ужасы, что только могло выпасть на долю существа в этом безумном мире. Она ушла, оставив после себя зародыш новой реальности.
Уже через несколько дней после родов Вольфганг учредил специальную лабораторию для всестороннего изучения маленького Василевского. К нему были привлечены лучшие умы - в том числе и Франкенштейн, принужденный участвовать в чудовищных экспериментах.
День и ночь младенца подвергали тестам, анализам, облучениям различными видами необычной энергии. Словно новорожденное и не было живым существом, а представляло собой всего лишь объект для исследований.
Со временем Василевский рос не по дням, а по часам. Уже через несколько месяцев он обладал ростом и физической формой взрослого человека. Но разительно отличался от любого известного гомо сапиенса...
Франкенштейн с замиранием сердца взирал на этого монстра, плод безумия Вольфганга и многострадальной Элизабет. Василевский был истинным воплощением грядущей стадии эволюции - выходцем из самых мрачных глубин человеческой натуры.