12
-Неужели твой цветочек не достался Калиеву? – приподнял он удивленно брови, шокируя меня еще больше. – Мне казалось, когда сбегаешь из дома с парнем, дело заходит намного дальше поцелуев и невинного петтинга.
О господи! Неужели этот гаденыш думал, что у меня было что-то с Андреем?!
-Ты с ума сошел! Все эти вещи возможны только после свадьбы! Андрей и пальцем меня не тронул! Он не такой бесчестный, как ты!
-Прям святой наш Андрюша. Хороша сказка, да вот только...
-Вот только что?! Не надо судить всех по себе! То, что ты прыгаешь из постели в постель, не значит, что все такие! – уже кричала я, встав и нависнув над ним.
-Я всего лишь предложил тебе
способ избавиться от меня, принцесса. То, что он тебе не понравился, твои проблемы. Что же касается твоих отношений с Калиевым, мне, честно говоря, насрать, — словно специально используя грубость, ухмыльнулся гад. – Для меня девственность не более чем красивая обертка на подарке. Бесполезна.
- Рада за тебя и твои прогрессивные взгляды! Только отдавать тебе ее я не намерена! Ты полный идиот, если думаешь, что я, для того чтобы скрыть один позор, подвергну себя другому!
-Закончила? – лениво поинтересовался он, совершенно не впечатленный моим выпадом. - Раздевайся и ложись на кровать или читай лекцию. Выбор за тобой. Я повеселюсь при любом раскладе.
-Веселье? Вот что я для тебя?!
-А ты хотела бы быть чем-то
большим, принцесса? Прости,
детка, но для того, чтобы стать
кем-то значимым для меня, надо хорошо постараться.
- Я не буду стараться! Мне плевать на твои хотелки! И я больше не намерена терпеть твои издевательства!
-Оу, у кого-то прорезались коготки! – продолжал насмехаться он, с интересом наблюдая за тем, как я запихиваю в сумочку то, что он так неаккуратно раскидал.
- Делай что хочешь! Публикуй видео или иди с ним напрямую к моему отцу, это в любом случае лучше, чем бояться каждую минуту того, что меня застукают с тобой! – проговорила я на эмоциях, перекидывая ремешок сумочки через плечо.
- Уверена, что сможешь справиться с последствиями? поняв, что я ухожу, спросил он, недобро прищурившись.
- Лучше уж позор и ссылка к тетке,
которая мне грозит, чем еще одна
минута в твоем обществе! Ни одна
нормальная девушка не потерпит такого отношения! Я не игрушка и не девушка по вызову!
-То есть ты себя считаешь нормальной девушкой? проговорил он с явным подвохом, заставляя меня напрячься и замереть.
Воздух медленно выходил из легких, а обратно не возвращался, и я задыхалась от удушливой волны ненависти, когда Чон встал и навис надо мной.
-Что ты имеешь в виду?
- А то, что ты такой называться не можешь. Ты сбежала с парнем, нарушила все правила приличия, ты ходишь ко мне в номер одна, по своей воле...
-По своей воле?! Ты заставил меня! Шантажировал! – подалась я к нему, выкрикивая в лицо свои слова. Бесит! До чего же он меня бесит!
- Ты могла пойти к отцу и честно признаться ему, приняв на себя все последствия, но вместо этого ты решила сыграть в опасную игру. Признайся, принцесса, ведь тебе нравится ходить по краю? медленно и протяжно выдал он.
-Нравится?! Ты идиот?! Кому такое понравится?
-Может быть, самовлюбленной девчонке, которая любит провоцировать парней, лишь бы добиться любого знака внимания? Знаешь, как называют таких, как ты?
-Неинтересно! – выпалила я, когда он схватил меня за руку, притягивая к себе. Не хочу слышать оскорбления!
Но Чонгук, естественно, и не думал меня щадить.
- Порченая, — выплюнул он
оскорбительное слово и обдал меня презрительным взглядом .
- Хватит играть. Просто давай сделаем это и забудем друг о друге. Твое тело в обмен на видео. Невелика потеря для такой, как ты!
-Ни за что! Как ты смеешь?! —зашипела я, кидаясь на него и оглушая резкой пощечиной, от которой у Чонгукк откинулась назад голова.
Меня колотило от бешеного коктейля чувств, поджигающего кровь в моих венах, и я ничего не соображала, совсем позабыв обо всех правилах приличия и страхе.
- Делай что хочешь! Можешь выложить в интернет это чертово видео! Всё что угодно, лишь бы никогда не видеть и не слышать тебя! — заявив ему это, я развернулась и пошла на выход, но стоило открыть дверь, как в спину мне послышалось глухое
предостережение.
- Выйдешь за порог – подпишешь
себе смертный приговор,принцесса.
***
Не знаю, что послужило причиной, то ли я простыла, то ли так перенервничала из-за последних событий и стычки с проклятым мажором, но к вечеру у меня поднялась температура.
В свете случившегося я была даже рада этому, ведь благодаря плохому самочувствию я смогла отлежаться дома и избежать встречи с Чонгуком в универе. Спряталась.
Переживала заново каждую минуту унижения, которому он меня подверг, вспоминала и обмирала от ужаса, представляя ежесекундно, как Чонгук осуществляет свою угрозу, выкладывает видео, мой папа узнает об этом...
Дальше я даже представлять не могла. Не хватало выдержки и моральных сил. Он меня попросту уничтожил. Чонгук настоящий монстр, которому чуждо сострадание. Ради личной мести он готов разрушить мою жизнь. И ведь даже рука не дрогнет. Беспринципный урод!
Каково же было мое удивление, когда видео так и не всплыло, но я не расслаблялась, ведь предчувствовала, что он придумал очередную гадость, которая окажется хуже всех предыдущих.
Хотя куда уж хуже! Он считает меня падшей женщиной, поэтому так и ведет себя со мной. Вот только это его ничуть не оправдывает!
Но больше я ему не поддамся. Если отец узнает правду, он меня накажет, но это лучше каждодневной пытки, которой подвергал меня этот бессовестный.
-Дочка, тебе лучше? Я приглашен сегодня на открытие ресторана и хотел бы, чтобы ты меня сопровождала, – обратился ко мне отец за обедом.
- Да, конечно, папа, – пытаясь не выдать злости из-за того, что он предупредил меня в последний момент, улыбнулась я.
И ведь просила его уже не раз говорить хотя бы за день! Вот почему мужчины не думают о том, что девушкам нужно время, чтобы собраться на такое мероприятие?! Мне нужно два часа на одну прическу!
Оставив недоеденный обед, я поднялась в свою спальню, пытаясь прикинуть в голове, что бы надеть.
Быть в том, что уже надевала, я не хотела, так как знала, что на таком мероприятии будут журналисты. Да и фотки для соцсети надо бы сделать.
Решив остановить свой выбор на новом атласном платье французской длины из морской волны, я быстро приняла душ и приступила к сушке волос.
В очередной раз в голову пришла мысль обрезать волосы, но зная, что мама, которая любила повторять, что волосы женщины это ее богатство, никогда не разрешит, лишь грустно вздохнула, распутывая пряди, спускавшиеся аж до самой попы.
Пока я возилась с макияжем, назначенное папой время наступило, и, надев высокие босоножки в тон к платью, я спустилась вниз, прихватив клатч.
Обычно я всегда с волнением ожидала приятного вечера, но сегодня лишь рассчитывала отвлечься от тревожных мыслей.
- Я вошел с Чоном в долю и решил открыть отель. Судя по всему, это хорошо окупается, и должны же мы пробовать что-то новое... - услышала я краем уха разговор отца по телефону. Мы уже почти подъехали к месту, о..
-Чоны? - осторожно спросила я отца, до последнего надеясь, что ослышалась.
В этом городе были только одни Чоны, занимающиеся ресторанным бизнесом. Но я всё равно глупо надеялась, что речь не о родных Чонгуке. Нет-нет-нет, только не это, господи, всё не может быть настолько плохо...
- Да, их сын учился с тобой в одном классе, так что ты должна их знать. Чонгук, кажется.
Чонгук:
– Какой нарядный, брат, – встретил я Омара в дверях своей комнаты, куда он вошел уже одетый на мероприятие. Черный смокинг смотрелся помпезно, но был к месту. Сегодня ведь открытие его первого ресторана. И я бы пошел, да только...
- Это важно для меня, Чонгук, убеждал брат, поняв, что я даже не одеваюсь, — знаю, вы с отцом в ссоре, но прошу тебя, пойди на открытие ресторана ради меня.
-В ссоре? Так он называет это? Разве нормальный отец отправит родного сына в колонию для малолетних преступников?
Чтобы «папенькиного сынка» клевали все кому не лень отбросы общества. Да, называлось это военным лагерем, да только по факту было тюрьмой.
-Брат, я уважаю тебя, но находиться рядом с ним не хочу.
- Твердолобый! Как тебя уговорить?! – рассердился Омар, негодуя и хлопая рукой по каминной полке.
В нашем шикарном доме везде сияла позолота, но ей не покрыть черноту и гниль, которая его пропитала после смерти матери.
-Никак, – пожал я плечами, не собираясь сдаваться.