~глава 10~
К завтраку я не спускаюсь,
потому что бессонница покидает меня только после восьми утра.
И когда около одиннадцати в дверь стучит полноватая горничная, я вежливо говорю ей прийти позже, на что она приветливо улыбается мне, а я снова падаю в кровать.
После вчерашней прогулки по городу у меня до сих остается странный и пугающий осадок в душе.
Стоит в тысячный раз прокрутить в голове все то, о чем говорил Марк, прижимая меня своим крепким телом к стене, голова идет кругом, а руки начинают дрожать.
Я признаюсь, он вызывает во мне противоречивые чувства, но ни одно из них мне не нравится.
Меня настораживает реальное отношение к этому человеку, которое я пытаюсь скрыть под маской невозмутимости.
Хотя, судя по тому, как Марк позволяет себе говорить со мной,у меня это плохо получается.
Мое тело влечет к нему, это факт.
Его слова для меня словно сладкие звуки флейты, под которые танцует дикая кобра.
Только я совершенно не хочу быть его управляемой игрушкой.
Марк красив и чертовски сексуален, а когда уголки его губ приподнимаются в усмешке, я не могу оторвать глаз от острых клыков.
Вчера я даже представила, как они впиваются в мою кожу, оставляя кровавые следы, и тут же волна возбуждения разлетелась по телу, заставляя краснеть лицо.
Единственный вариант прекратить все это – как можно реже сталкиваться с ним.
Но даже находясь среди толпы, Марк без труда и зазрения совести может задеть мои застывшие струны.
Он мой кукловод, и мне нужно во что бы то ни стало разрезать его невидимые ниточки, пока не стало еще хуже.
Повторный звук входящего сообщения заставляет меня открыть глаза, хотя лежание под одеялом я нахожу наиболее безопасным для себя занятием.
На экране высвечивается фотография мамы и текст.
«Доченька, как твои дела? Чем займешься сегодня?»
Второе сообщение пришло сейчас, спустя сорок минут после предыдущего.
«Лерочка, бабушка просит купить ей настоящие кастаньеты! Увлеклась танцами!»
Улыбаюсь и пишу ответное сообщение.
Бабуля молодец, зря времени не теряет.
Нужно будет забежать в один из сувенирных магазинов и накупить подарочков.
Снова кладу голову на мягкую подушку и хочу еще раз провалиться в сон, но в дверь тихонько стучат.
Со вздохом пересекаю комнату и открываю ее.
– Э-э-эй, ты что, еще спишь? – протягивает Саша, удивленно хлопая глазами.
На ней короткий сарафан с цветочным принтом, открывающий бронзовые плечи.
– Заходи. Плохо спала ночью, и
только под утро удалось сомкнуть глаза. Как ты себя чувствуешь?
Саша проходит в номер и садится на мягкое светлое кресло в углу.
– Отлично!
Валялась целый день, а на ночь выпила снотворное, так что теперь я – огурчик!
– Я хотела зайти к тебе вчера после прогулки, но у меня не было сил.
– Да, Ваня рассказал мне, что выглядела ты довольно усталой. Понравилась Барселона?
– Спрашиваешь! Хочу посмотреть как можно больше за эти дни.
– О, недели слишком мало, чтобы увидеть все!
Решила пропустить и обед сегодня? – спрашивает она, кивнув в сторону настенных часов.
– Думаю, да, я не очень-то голодна.
– Ну, ладно. По поводу вечера, мы собираемся в моем номере, окей? Сколько времени нужно на макияж?
– Часа два на вас троих. А что за тематика?
Саша кладет на колени бумажный белый пакет, который я не заметила, достает из него черную легкую ткань и разворачивает передо мной.
Это оказывается короткое платье свободного покроя.
– Думаю, размер твой, – говорит она, протянув мне одежду. – Можешь примерить?
Уединяюсь в ванной комнате и стягиваю с себя шелковые ночные шорты и футболку.
Надеваю платье и свободно выдыхаю, когда вижу в зеркале, что оно без глубокого декольте.
С правого плеча волной спадает крупный волан, а левое полностью открыто.
Я никогда не носила платья такого фасона, но думаю, ради девичника и довольной Саши, радостно глазеющей на меня, можно сделать исключение.
– Тебе очень идет! Все будем в таких платьях.
– Обувь ведь своя?
Саша кивает.
Достаю из шкафа серебристые босоножки на тонкой шпильке с удобной невысокой платформой в зоне подушечек.
Застегиваю ремешки и кручусь перед невестой.
– Офигительно! Почему я раньше не видела у тебя эти чудесные босоножки?!
– Я их обувала всего один раз.
– Как ты могла?! Они же так и просятся на прогулку! Если Костя увидит тебя, то подавится слюной. Только не говори, что не заметила, как он на тебя смотрит.
Не так, как Марк.
– О чем ты? – усмехаюсь я, расстегивая ремешки на щиколотках. – Он просто слишком внимательный.
– Ага, к тебе. К тебе он чересчур внимательный. Это все заметили.
– Если ты пришла меня сватать, то не утруждайся, мне это неинтересно.
– Я и не думала, вообще-то, просто… Знаешь, ты всегда мне казалась очень скрытной девушкой.
– Тебе так кажется. – Наступает неловкая пауза, и я ловлю на себе изучающий взгляд Саши. – Поверь мне.
– Ладно, может, и так. В любом случае, надеюсь, что сегодня ты расслабишься! Кстати, я тут хотела спросить, просто потому что меня это волнует немного… Вчера девочки как-то странно смеялись по поводу мальчишника… Ну, не то чтобы странно, просто мне показалось, что они чего-то недоговаривают.
Хороши подружки.
– Что они сказали?
– Ну, что-то вроде у мальчишек горячая программа на ночь.
Я стала спрашивать, но они только хохочут и говорят мне, чтобы я ни о чем не волновалась.
– Думаю, тебе действительно не о чем волноваться. Они лишь хотят, чтобы ты ни в чем не отказывала себе сегодня. Ну, знаешь, раз у мальчишек будет горячая программа, то и у тебя должна быть такая же. Или что-то в этом роде…
Она долго и испытующе смотрит на меня, а я не могу придумать ничего, чтобы сменить эту щекотливую тему.
– Мне кажется, девочки просто без ума от Марка и готовы верить всему, что он скажет.
– О! Я знала, что без него тут не обошлось! – подскакивает Саша с кресла и хватается за голову.
– А говорит он много всякой ерунды, поверь мне! – Я пытаюсь успокоить невесту, потому что только что именно мои слова стали причиной ее нарастающей тревоги. – Он просто пытается произвести на них впечатление и несет полную чушь.
– Что именно он сказал?
Этот вопрос ставит меня в тупик.
– Ну…
В отчаянии Саша опускает голову и накрывает лицо ладонями. Я не слышу всхлипы, но это вовсе не значит, что она не умеет плакать тихо.
Только этого не хватало!
– Эй, эй, ты что? Саш, не накручивай себя! Ваня сказал, что хочет просто выпить в баре и посидеть в мужской компании. Среди своих друзей. Там не было ничего дурного, уверяю тебя. А Марк, он… Он…
– Озабоченный грубиян! Вот он кто! – перебивает Саша.
Она медленно бредет к креслу и, глубоко вздохнув, снова падает в него.
– И это еще мягко сказано! Он ненавидит меня. Как и остальных девушек.
– Саш, он ничего не говорил о тебе.
– А что он скажет при всех?
Наверное, Ваня взял с него слово, чтоб хотя бы на этой неделе он вел себя со мной по-человечески.
Марк же никак успокоиться не может, что его брат решил начать взрослую жизнь и построить семью.
У него от слов любовь, отношения и брак начинают вены вздуваться по всему телу!
– Перед нашим летним отпуском он пытался дать Ване номера телефонов французских проституток.
И сделал это так, чтобы я беспрепятственно узнала об этом. Понятия не имею, были ли эти номера настоящими или нет, но мне было невероятно обидно.
Ваня, конечно, послал его куда подальше и долго извинялся передо мной, но я до сих пор помню этот насмешливый и высокомерный взгляд, которым Марк меня удостоил.
Уверена, он был в курсе того, что Ваня решил сделать мне предложение в этом отпуске.
Невероятно. Я и подумать не могла, что отношение Марка к будущей жене своего брата настолько отвратительное.
– Знаешь, что бы там ни пытался сделать Марк, у него ничего не получится.
Потому что Ваня безумно любит тебя.
Вчера он заткнул его за столом, когда мы обедали в городе, и больше Марк не смел ничего сказать.
– Он говорил что-то про меня? Марк.
– Нет. Он просто… Он просто говорил с твоими подругами весьма развязно… А Ваня посчитал, что это не слишком красиво.
Саша заметно успокаивается, а я тихонько выдыхаю от облегчения.
– Настя, кажется, запала на этого козла.
Она всегда выбирает плохих парней.
Ее нельзя винить в этом, ведь Марк красивый мужчина, только до ужаса подлый.
К тебе-то он хоть не приставал?
Откашливаюсь и отрицательно машу головой.
– Нет, ничего такого. Не переживай.
– Если так, то ты только скажи мне.
Я сообщу Ване, а уж он поставит негодяя на место.
Не хватало еще, чтобы он пытался соблазнить моих подруг своими грязными ухаживаниями.
Судорожно хватаю из маленького холодильника бутылку с простой водой и выпиваю половину.
– Ну, так что, готова веселиться сегодня? – перевожу я тему, широко улыбаясь. – Я лично готова на все сто!
– Ой, как я рада это слышать! Конечно, готова.
Теперь все хорошо.
Спасибо, тебе, Лера, ты мне очень-очень помогла.
* * *
Всем подружкам невесты, как и себе, делаю дымчатый макияж глаз, идеально сочетающийся с черными короткими платьями. Девичник начинается в номере Саши, где мы наводим красоту, продолжится за ужином в ресторане отеля на сорок восьмом этаже, и конечной его остановкой будет ночной клуб, куда нас привезет такси.
А пока мы сидим за круглым столом и выпиваем сухое вино, желая Саше нескучной семейной жизни и…
– Горячего секса каждую ночь! – восклицает Света, поднимая свой тонкий хрустальный фужер.
– Ура! За нашу Саню! – подхватываем мы с Настей, и наш столик заливается звоном бокалов.
Должна признать, что после двух фужеров золотистого напитка Света и Настя не кажутся мне такими легкомысленными, какими казались еще несколько часов назад.
Возможно, они тоже считают меня неподходящей гостьей для своей компании, и тем не менее за эти несколько минут, что мы проводим в ресторане, наше общение складывается как нельзя лучше.
Меня радует, что Саша сейчас цветет и пахнет, а плохое настроение, осталось позади. Чтобы выделить ее среди подружек в черном, я распустила ей волосы, накрутила легкие волны и закрепила чуть выше виска тот самый белый цветок, который мы одолжили у ее свекрови.
У нас же троих волосы собраны в высокие немного небрежные ракушки, а пряди на висках свободно спадают.
Мы вчетвером похожи на героинь американского кино про девушек-шпионок, которым ничего не стоит взорвать самолет или без страха спрыгнуть с высокой башни.
– Осьминоги невероятно вкусные, – говорю я девочкам, с удовольствием прожевывая маленького морского жителя.
– Ох, да, морепродукты здесь настоящая сказка, – соглашается Света. – Морская кухня – прелюдия для незабываемого секса, девочки.
– Ну, ладно Саша, ее в номере будет ждать Ваня, но мы-то с вами, – кивает нам Настя, – одинешеньки.
Ну, конечно, если Лера напьется до чертиков и постучит в номер Кости… Возможно, что ты не зря наедаешься осьминогами.
Я смеюсь и отрицательно качаю головой:
– Ну уж нет, девочки. Я как-нибудь переживу.
– Нет, серьезно! Если приспичит? Гляди, ты съела уже полтарелки! – подхватывает Саша, и все начинают смеяться.
Не знаю, относилась бы я так легко к этой теме, не будь в моей крови алкоголь.
– Обойдусь без мужчины, – говорю театрально-серьезным тоном, и девочки понимающе кивают.
– Да, к черту их! Мы и сами можем сделать себе хорошо. А то распыляйся сначала на мужика, чтобы ему было хорошо, потом старайся поднять настроение себе, пока он что-то там пытается отыскать под одеялом! – говорит Света.
– Неужели у тебя именно так в постели? – хихикает Настя, и наш столик снова громко смеется. – Ты до сих пор делаешь это под одеялом? И не жарко?
– У меня было всего два парня, и оба – жутко стеснительные! Ты же знаешь.
– Нет, нужно выбирать раскованных, опытных мужчин.
Например, как Марк. Я на сто процентов уверена, что он знает толк в постели.
Мы с Сашей кидаем друг на друга короткие взгляды, и я расслабленно улыбаюсь, давая понять ей, что не стоит беспокоиться по мелочам.
Она едва заметно кивает и переключает внимание на Настю.
– И уж точно он не занимается сексом под одеялом, – подытоживает она.
– А как заранее узнать, какой мужчина в постели? Я имею в виду, ведь нечестно, что женщине приходится принимать как должное неудачный секс только лишь потому, что мужчина чересчур стеснительный или неопытный, а она настолько влюбилась, что боится сказать ему правду.
Вот Степе мне реально сложно было сказать об этом, потому что я не хотела его обидеть.
– О, да! Она ныла чуть ли не каждый день, – согласно кивает мне Настя.
– Знала бы я, что он будет выключать свет, задергивать шторы и жалюзи, да еще и накрываться одеялом, прежде чем пошпехаться со мной, я бы в жизни не согласилась пойти с ним на то свидание!
Мы снова начинаем смеяться, да так громко, что люди за соседними столиками кидают на нас недовольные взгляды.
– Ой, девочки, если уж у меня сегодня начнет зудеть между ног, я постучу в номер Марка.
– Насть, когда зудит между ног – это молочница! – вставляет Саша, и мы снова хохочем.
Я давно не смеялась так сильно, чтобы из глаз потекли слезы.
Еще пару часов мы наслаждаемся невероятными любовными историями Насти и Светы.
Они действительно хорошие девчонки, и мое первоначальное впечатление о них было весьма ошибочным.
Мы с Сашей полностью отдаемся в объятия прекрасного вечера, забывая о собственных тараканах.
Понятия не имею, что нас ждет в ночном клубе и какой я вернусь оттуда, но мне уже весело и хорошо так, что, стоя перед золотистыми дверями лифта, я чувствую, как в ногах играет приятная слабость.
– Сейчас будут танцы! – поет Настя, подхватив Сашу.
Они начинают плясать в обнимку, а мы со Светой хлопаем им в ладоши.
– Ну ничего себе! – доносится голос Вани, не менее веселый, чем у нас.
– Наверное, кому-то больше не наливать?
Он, Леня и Костя идут к нам со стороны бильярдного клуба, расположенного на этом же этаже.
Они подходят,Ваня горячо целует Сашу и, как в кино, наклоняет ее назад, придерживая за талию.
Ловлю себя на том, что среди проходящих людей ищу глазами темную щетину и черные короткие волосы с чуть взлохмаченной челкой.
И когда никого похожего на Марка не нахожу, свободно вздыхаю и улыбаюсь мужчинам.
– Веселитесь? – спрашиваю я Леню с Костей.
– Еще как. И наше веселье только начинается.
– Впереди целая ночь! – улыбается Леня, хлопнув в ладоши.
– Провести мальчишник в бильярдном клубе – отличная идея! – саркастически замечает Настя.
– Это всего лишь прелюдия, куколка.
Мое тело напрягается, одна нога цепляется за другую, и я чуть было не падаю на пол, но крепкие руки сзади подхватывают меня за талию.
Оборачиваю голову и вижу кривую улыбку Марка, продолжающего сжимать свои руки на мне.
– Держись, солнышко. Не хочу, чтобы бы повредила себе что-нибудь.
Сглатываю слюну и отхожу от него.
Двери лифта раскрываются, в кабине стоит человек шесть.
– Кто не успел, тот опоздал! – кидает нам Ваня и хватает за руку Сашу, а та тянет за собой Настю.
Троица смеется, машет нам руками, и золотистые двери закрываются.
– Ничего, поедем другим, – говорит Леня и вызывает другой лифт. А тем временем возле кабин вместе с нами уже столпились человек десять.
– Так, и куда же вы держите путь, дамы?
– Хотите и там следить за нами? – улыбается Света. – Ну, уж нет! Думали провести этот вечер без вас, а вы уже тут как тут!
Пока они перебрасываются несколькими словами, Костя делает шаг ко мне:
– Выглядишь потрясающе!
– Спасибо, – выдавливаю я улыбку.
Чувствую на себе блуждающие темные глаза справа и, кажется, слышу смешок.
Меня раздражает своенравное поведение Марка и то, как легко он может взять надо мной контроль.
И, поддавшись порыву злости, я говорю:
– Как думаешь, платье не слишком полнит меня?
– Шутишь! У тебя восхитительная фигура, Лер!
– Не знаю, мне кажется, что у меня немного полноватые ноги в нем. – Я демонстративно отставляю ногу в сторону и делаю вид, что рассматриваю серебристую босоножку.
Свое смелое и наиглупейшее поведение могу объяснить лишь наличием в крови алкоголя, нежели тем, что мне действительно хочется напроситься на комплименты, которые услышит Марк.
– Я редко ношу подобное.
– И зря, поверь. Мне очень нравится.
Поднимаю кокетливый взгляд на Костю – откуда я знаю, как это делать?! – и приятно улыбаюсь ему:
– Что ж, раз ты так считаешь.
Двери лифта раскрываются, и я первая захожу в кабину. За несколько секунд все ожидающие заполняют ее и начинают протискиваться в ней таким образом, чтобы каждому было удобно.
Я выдыхаю, когда вижу Костю впереди, спиной ко мне. Он стоит с Леней и Светой, они о чем-то болтают, как и другие пассажиры.
Вот только где же...
Лифт трогается, и внезапно чья-то рука сзади обхватывает мой живот и тянет на себя.
Споткнувшись, я делаю шаг назад и прислоняюсь к чужому телу, крепкому и теплому.
Невероятный жар приливает к лицу.
Я напрягаюсь, ощущая мужскую горячую ладонь, обжигающую даже сквозь ткань платья, и перестаю дышать.
Хриплое дыхание приближается к моему уху, и я сжимаю кулаки так сильно, что ногти оставляют болезненные полумесяцы на коже.
– Вижу пара бокалов вина способна развязать твой острый язычок, что ж, весьма интересно. Если к ним добавить, скажем, еще один, у тебя наверняка не хватит больше сил игнорировать меня, а если подмешать пару рюмок текилы – между твоими сладкими ножками станет очень влажно, ведь от моих прикосновений твое тело накроет жар.
Ты потеряешь над ним контроль.
Оно начнет содрогаться,
а из мягкого ротика будут вырываться глубокие стоны, которые ты, зайка, слишком долго прятала под замком.
А у меня, куколка, есть нужный ключик.
Горячая ладонь сильнее прижимается к животу, длинные пальцы начинают массировать кожу, и я с трудом сглатываю.
В кабине становится жарко, и мысль о том, что все, кто стоит спиной к нам и не видит того, как Марк сворачивает мои мысли в трубочку, заставляет вырваться из горла глухой и хриплый звук.
– Да, – протягивает он мне на ухо, лаская дыханием кожу.
– Я сделаю все, чтобы ты стонала еще сильнее.
Лифт издает негромкий сигнал, похожий на колокольчик, и кабина плавно останавливается. Двери раскрываются, и на двадцать пятом этаже выходят несколько пассажиров, включая Костю и Леню.
Марк медленно обходит меня и не спеша проводит рукой по моим ягодицам.
Выйдя из кабины, он оборачивается.
– Хорошего вечера, куколки. Ни в чем себе не отказывайте.