Глава седьмая. Перевоплощение.
Я медленно опустилась вниз, опираясь спиной о стенку в прихожей, охватывая себя руками.
Почему это случилось именно со мной? Почему? Почему так много вопросов и так мало ответов?
<center>***</center>
Сегодня я не пошла в школу. Я позвонила классной руководительнице и сказала, что мне не здоровится. Она без вопросов отпустила меня. Она все ещё доверяет мне, как прилежной ученице, даже после перевоплощения.
Я не смогла отойти после вчерашних событий. Я много думала о нем, о себе, о том, что между нами было, о причинах его измены...
Уже почти час дня. А я все ещё валяюсь в постели, смотря то в потолок, то в одну стену, то в другую, у себя в комнате. Я вздрогнула от неожиданности, когда мой телефон зазвонил. Слёзы периодически вытекали из моих глаз и, как не кстати, сейчас тоже, ведь из-за них мой голос начинает дрожать. Но я, взяв себя в руки и судорожно вытерев слезы, посмотрела на дисплей телефона. Алиса. Тем более не надо показывать ей мою слабость. Ведь она может и ко мне сорваться прямо с урока, а может и Колесникову втащить за меня, пускай даже она хрупкая девушка, которая не любит насилие.
- Да, Лис, - ответила я на звонок, притворяясь заболевшей.
- Новикова, ты где шляешься? Ты не могла заболеть! - слишком уж грозно, но в тоже время оптимистично говорила она.
Как она так делает? Я даже слегка улыбнулась.
- Или ты не заболела? Просто ни тебя, ни Артёма в школе нет... - тем временем уже более мягко и загадочно произнесла она.
А у меня, от того, что меня и Артёма упомянули в одном контексте, непроизвольно сжались кулаки.
- Нет, - резко бросила я, - я на самом деле заболела.
Надеюсь она ничего не заметила. Главное, чтобы она ко мне домой не приперлась после школы, дабы навестить меня больную.
- Да, ладно. Я же пошутила, чего ты? К тебе заскочить после школы? - заботливо поинтересовалась она.
- Нет, Алис, - мягко произнесла я, - не хочу, чтобы ты, не дай Бог, заразилась.
Не виновата же она в том, что я застала Артёма за изменой. Тем более она об этом не знает. Я расскажу ей разумеется. Но не сейчас. Не когда, я в таком состоянии. Не тогда, когда я едва ли не на срыве.
- Ну ладно, Лерусь, пока тогда. Не болей у меня. Все тебе привет шлют, даже Глеб! - усмехнулась она мне в трубку.
И я скинула вызов, откидывая телефон на соседнюю подушку.
Значит Артёма сегодня в школе тоже нет. Либо он проспал после вчерашнего рандеву с какой то девкой, либо прочитал моё послание и не захотел со мной видеться. Подлец!
Но тут у меня снова зазвонил телефон, я, хныкая и думая, что Алиса о чем-то забыла сказать, взяла его в руки и ужаснулась. Артём. У меня даже руки начали немного дрожать, а слезы мигом прекратились. Очень кстати. Я, подождав пять гудков, ответила на звонок.
- Лер, - послышалось на том конце.
- Что? - серьёзным и безэмоциональным голосом спросила я.
- Ты обо всем знаешь, - скорее как утверждение, чем вопрос, произнёс он.
Нет, блин, я ничего не знаю. И это другая твоя бывшая девушка написала тебе записку. У него их наверное много.
- Да. Знаю, - очень холодно сказала я.
- Прости.
- Прости? Ты серьезно?! Это все на что ты способен? Ты мной пользовался, изменял, сравнял с грязью, а сейчас просто извиняешься? - гневно говорила я, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул.
Не хочу, чтобы он подумал, что я реву из-за него. Хоть это и так.
- Давай поговорим. Пожалуйста. Я все могу объяснить.
Фак! Меня бесит тон с которым он говорит это. Этот полужалобный, полусерьезный голос.
- Я не прощу тебя все равно. Ни за что. И никогда.
И скинула вызов. И снова я разрыдалась.
Я скорее даже реву не из-за него, а из-за того, что мной пользовались. Мной пользовались эти два с небольшим месяца, когда я стала собой. С того момента, когда я показала себя настоящую, началась эта якобы любовь, которая привела только к боли и разочарованию. Теперь ясно, что мне нужно делать. Нужно опять стать той невзрачной девчушкой-отличницей и тихоней.
<center>***</center>
- Да мам, все хорошо. Не беспокойтесь, - говорила я маме по телефону.
Она позвонила мне утром, перед тем, как я собиралась ехать в школу, куда меня должен был отвезти водитель.
- Слушай, Лерунь, нам, возможно, нужно будет ещё задержаться на недельку тут, - извиняющимся тоном произнесла она.
- Я все понимаю, мам. Если надо, значит надо. Я неплохо справлюсь, знаешь, - ободряюще сказала я.
- Мы с папой любим тебя. А теперь нам пора. Пока, любимая.
- Пока.
Я посмотрела на себя в зеркало. И вспомнила моменты двухмесячной давности. Тогда я тоже стояла у зеркала, только в другом образе. Сейчас же на мне мешковатый тусклый свитер, который прикрывает мою попу в обыкновенных школьных штанах.
Может быть Корсова тогда была права? На счёт того, что я все ещё та маленькая заучка. Скорее всего. Ведь мне совершенно сейчас не хочется дерзко одеваться или садиться за руль и ехать на гонку. Сейчас мне ничего не хочется.
Хоть меня и не было в школе два дня, Алиса звонила мне каждый день.
Слез больше не было. Глаза сухие. Опустошенность. Есть только она. А ещё нет эмоций. Абсолютно никаких эмоций и чувств. Они ушли со слезами. Мои круги под глазами я сумела замазать кремом, но мое лицо не убрать. Внешне я все та же Валерия Новикова. Но внутренне... Внутренне пустота. Которую у меня не получается заполнить. И я боюсь. Боюсь того, что никогда не получится её заполнить. И нет того клише, что парень у меня не первый и не последний. Это я понимаю. Прекрасно понимаю. Но я понимаю ещё и то, что мной пользовались и выбросили, сломали, изуродовали внутренне и эмоционально.
- Привет, Игорь, - вяло поприветствовала я водителя.
Я с ним всегда на ты. Ему всего 24 года. И как-то странно было бы обращаться к нему на вы.
- Привет, Лер.
Через пятнадцать минут мы были уже у школы. Я вылезла из машины и направилась ко входу в школу. Вокруг меня никого из людей не было. Все уже скорее всего в помещении.
Я не знала, как мне появиться. Если в мой первый день, когда я показала Королеву ночи, я уже все заранее придумала, мой выход, и все сработало по плану, то сейчас я совершенно не представляла как мне поступить. Я знала, что все снова отреагируют на меня старую, но я не знала, как они это сделают. И это пугало.
Ещё я не хотела видеть Артёма. Категорически не хотела. Но придётся. Я прошла два лестничных пролета и направилась в кабинет биологии.
Я, с немного опущенной головой, вошла в класс и направилась к последней парте. Вот что во мне не поменялось, так это то, что я люблю сидеть в конце класса и наблюдать за всем оттуда. Да и тем более, если бы я села вперед, то не видела бы, кто на меня пялится.
И снова те удивленные взгляды.
Но сейчас они не доставляли никакого удовольствия, как тогда. Сейчас они были мне противны. Мне хотелось спрятаться или убежать отсюда, чтобы никто меня не видел.
Я заметила, что ко мне подбегает обеспокоенная Алиса.
- Лера, ты чего? Что случилось? Почему ты такая? - начала она заваливать вопросами меня.
Я обвела взглядом класс и поняла, что Артёма нет.
Хорошо.
Ещё я поняла, что все опять смотрят на меня. Но сейчас я не в силах, как тогда, ответить им. Глеб, кстати, тоже обеспокоенно на меня смотрел. Не с тем интересом, как остальные. Он реально волновался. Это было написано в его взгляде на меня. Но я опустила глаза вниз.
- Ничего. Просто меня использовали, - тихо сказала я, чтобы меня не услышали.
Алиса ошарашенно на меня смотрела, ничего не понимая. Не хочу ей рассказывать обо всем здесь, в школе, когда вокруг уйма людей, которые любят сплетничать. Поэтому я просто ей негромко пояснила:
- Он мне изменил. Объясню позже. Не здесь.
Она все уроки бросала на меня странные взгляды. В них была и обеспокоенность, и тоска, и жалость. Последнее мне категорически не нравилось.
И когда мы зашли ко мне домой, после того, как нас привёз сюда Игорь, я сразу же резко бросила:
- Не смей меня жалеть!
Я кинула рюкзак в угол комнаты и пошла в ванную, Алиса за мной.
- Что произошло то?
Я рассказала ей все. Начиная с открытия двери в его дом, заканчивая моей придуманной болезнью. Она внимательно слушала меня не перебивая. Люблю её за это. Она умеет понимать. Но на том, что я была дома одна два дня, она взорвалась.
- Ты че, совсем офигела? Ты не могла мне позвонить и рассказать? Ты была дома два дня. Одна! А если бы что-то случилось? - гневно говорила она.
Я не обижаюсь на неё, что она так говорит, что злится на меня. Просто она беспокоится, но вот что могло, по её мнению, случится?
- Что случилось? Хочешь сказать, что я могла покончить с собой? Если ты так действительно думала, то это ты офигела! - кричала я.
- Ну, не обязательно это... - начала она оправдываться.
Она боится. Боится, что я могу или могла что-то с собой сделать. Пора прояснить ситуацию.
- Лис, я слишком люблю себя, чтобы что-то с собой сделать, - спокойно сказала я и улыбнулась.
Но улыбка была недолгой.
- Я ревела эти два дня не из-за него. Я прекрасно понимаю, что он - не последний парень в моей жизни. Хоть на это и надеялась, признаю. Я ревела из-за того, что мной пользовались, что так легко изменили. Что убили во мне эмоции и чувства. И больше всего я ревела из-за того, что я перестала хотеть сесть за руль. Я не хочу ехать на гонку или на трек, не хочу. Да я вообще ничего не хочу, - говорила я, на последних словах захлебываясь в слезах.
Снова.
Меня угнетает то, что я теперь не хочу даже водить, не хочу соревноваться. Не хочу. И от этого так паршиво!
Алиса просто села рядом со мной и крепко обняла. Слов не нужно. Никаких.
А спустя два часа мы проснулись от звонка. Упс. Кажется мы уснули. Я, откинувшись на спинку дивана, а Алиса, упав на подушку головой.
Алиса резко вскочила и побежала искать свой телефон, на который как раз-таки и звонили. А я поплелась в ванную. И чуть не упала от моего внешнего вида. На голове бывшие две косы распушились, пряди выпали, создавая взрыв, как на макаронной фабрике. Глаза все ещё опухшие после слез и под ними залегли тёмные круги, хоть туши было немного на моих ресницах, она все равно потекла дорожками вниз и немного рассыпалась. Боже-е-е! Меня можно в фильме ужасов про зомби снимать. А если бы я вышла в таком виде на улицу, дети убежали бы с дикими воплями подальше от меня. И тут заходит Алиса.
- Ебать! - воскликнула она, как только посмотрела на мое отражение в зеркале.
Её глаза стали по пять рублей. Блин, как все запущено.
- Классно, да? - протянула я, пытаясь хоть как-то уложить обратно волосы.
- Не думаю, что получится вернуть обратно прежние косы, не расчесав хорошенько эти.
- Спасибо за такой дельный совет, - с сарказмом произнесла я, беря в руки мицеллярную воду для снятия макияжа.
Спустя долгих две минуты, моя кожа стала чиста и я начала кое-как расплетать эти две косички, в которых волосы запутались настолько, что пришлось Алисе помогать мне.
- Кто звонил? - поинтересовалась я, расчесывая мои уже распущенные волосы.
- Андрей, - брякнула она, рассматривая свои ногти.
А я резко развернулась к ней.
- Я надеюсь ты ему не рассказала? - нервно спросила я, а моя рука с расческой зависла в воздухе в паре сантиметров от головы.
- Про тебя и Артёма? - она посмотрела на меня так, что я поняла, что она именно это ему и рассказала.
Но я все ещё умоляюще на неё смотрела, надеясь, что я ошиблась. А она рассмеялась.
Вот коза!
- У тебя такое выражение лица было! - сквозь смех говорила она, разваливаясь звёздочкой на моей кровати.
А я откинув расческу, бросилась к ней, тоже смеясь.
- Наконец-то ты улыбаешься. Впервые за три дня, - произнесла она, приподнимаясь на локтях.