15
-Мне действительно нужно ехать, - я скулила, пытаясь освободиться от крепкой хватки Гарри на моем бедре. Я сидела у него на коленях. Сейчас я была уже одета и готова, чтобы выйти, но он заставил меня усесться к нему на колени и разговаривать с ним абсолютно ни о чем. Было шесть часов утра и такие «посиделки» не входили в мои планы. Он вел себя странно, разговаривал, будто бы мы были незнакомы. Было ощущение, что между нами стоял какой-то барьер, и я не могла пройти через него. По какой-то причине он нервничал, я не могла понять почему.
- Ты можешь сказать мне, почему ведешь себя так? – решила я спросить. Он посмотрел на меня пустым взглядом.
- Как? – спросил он, сжав руку на моем бедре. Я сглотнула, пытаясь отодвинуть тот факт, что он буквально калечит людей. Это не должно беспокоить меня, потому что все, что он делает на ринге – остается там же.
- Я не знаю, ты ведешь себя.. странно, - я пожала плечами, но мое объяснение, видимо, не удовлетворило его. Его лицо изображало негодование. – Просто потому, что мы теперь пара, не подразумевает по этим что-то другое, - обвинила я его за неуклюжесть прошлым вечером. Может, ему неудобно, потому что он никогда не состоял в отношениях?
- Я стремлюсь принять это, - он мягко засмеялся. – Это просто немного незнакомо для меня.. – он замолчал, его глаза уставились на мои губы, ожидая моих слов. Цвет его глаз был темно-зеленым, туманным и нечитаемым. Его темная рубашка подчеркивала его черты лица. Он выглядел чертовски горячим.
- Если ты не хочешь этого..
- Эй, не говори за меня, - он оборвал меня. Мини сердечный приступ прошелся по всему телу от неожиданности. – Мне очень нравится проводить время с тобой. Я думал, что одна ночь в клубе сможет удовлетворить меня, но я ошибался. Я не мог перестать думать о тебе. Бекка, Бекка, Бекка, - подушечки его пальцев стали медленно выводить круги на моем бедре, мои глаза следовали за его небольшими движениями. Вероятно, он даже представить не мог, что под моей рабочей одеждой сейчас тысяча мурашек.
- Оу, - это все, что я могла произнести. У меня возникли мысли о какой-нибудь шлюхе, сидящей на нем. Я попыталась прогнать эту картинку, но не получалось. Я почувствовала укол ревности, но я не могла допустить, чтобы он заметил это. Он согласился завязать с этим, чтобы быть со мной. И я не могу не доверять ему.
- Хорошо. Надеюсь, ты привыкнешь к этому, - вздохнула я со смешком. – Ты был разговором века между мной и Лу. Уверена, что никто еще не говорил о тебе целую неделю без остановки, - с ухмылкой на лице сказала я, а он удивился моей исповеди. Гарри застал меня врасплох, когда я ощутила его губы на своей шее, едва прикусывая кожу, как вчера ночью.
- Ну, теперь ты моя, - прорычал он, оттягивая мою губу зубами. Воздуха в легких катастрофически не хватало; его язык доминировал над моим. Он не перестает удивлять меня. Я вечно заливаюсь краской, когда он прикасается ко мне, неважно где. Он был удивительным, во всем. Я не знаю, как могла привлечь его.
- Мне нужно идти, правда, - я посмотрела на время, видя, что уже опоздала на десять минут. Это наш первый день вместе как «пара», а он уже заставил меня опоздать. Ладно. Сегодня мой последний день, они, вероятно, будут снисходительны, верно?
- Ну и что я должен делать целый день? – спросил он, помогая мне встать с его колен. Я поправила брюки, закатив глаза.
- Я твоя девушка, не твоя мама, - игриво сказала я. – Делай, что хочешь. У тебя нет тренировок?
- Сегодня пятница, я свободен, - просто ответил он. Я кивнула, молча надевая пальто. К счастью, снегопад перестал и частично растаял, покрываясь скользким слоем льда. Я не знаю, что беспокоит меня больше. Лед или снег. Вероятно, лед.
- Пока, Гарри, - я улыбнулась, а он встал с кресла, протягивая ко мне руки. Я глупо улыбнулась, обнимая его за талию. Его руки схватили меня в мертвой хватке. Он поцеловал меня в лоб, прежде чем отступить.
- Пока, малыш, - мягко сказал он, и я старалась не улыбаться от этого ласкового прозвища. Это так странно для меня оставлять Гарри Стайлса в собственной квартире, пока я буду на работе. Я едва добралась до двери, как руки Гарри схватили меня за запястья, припечатывая их к стене. Его лицо находилось прямо передо мной, а горячее мятное дыхание овевало лицо.
- Я иду на осмотр. Я напишу тебе, да? – он ухмыльнулся, касаясь своими губами моих. Я затрепетала от его слов, слегка кивнув.
**
- Я испортил вам настроение, после того, как уехал? – Луи всегда одинаково любопытен. Я закатила глаза, повесив куртку и шарф. Когда я приехала, в офисе никого не было, и я была рада, что, по крайней мере, они не увидели моего опоздания.
- Почему ты снова в нашем почтовом отделении? – я спросила тем же тоном и, конечно, он закатил глаза.
- Ответ на ответ, - он предложил, я неохотно кивнула.
- Ты первый, - я самодовольно усмехнулась. Он пожал плечами. Зачем я вообще согласилась на это? Мой ответ будет гораздо интереснее, чем его.
- Я так чертовски хорош в сортировке почты, что они снова позвали меня, -сказал он тоном «я очень горжусь своей работой». Я с минуту разглядывала его, пытаясь установить, лжет ли он мне. Луи – это как тип почтальонов. Когда какой-нибудь компании нужна сортировка писем Луи уже готов приступить. В последнее время в больнице накопилось очень много писем, особенно после Рождества. Весь этот подвал с кучей бумаг – просто хаос.
- Нет, ты не испортил нам настроение, - быстро и с улыбкой проговорила я. Луи изменился в лице, фальшиво ахнув, и положил руку на грудь.
- Ребекка Смит занималась непристойными вещами с Гарри Стайлсом? – он игриво ухмыльнулся, распахнув глаза. Я потрясла головой от извращенных мыслей, налетевших в голову, прежде чем коснулась его плеча.
- Ох, хватит, - я застонала, усаживаясь на один из раскладных стульев. Луи усмехнулся, стряхивая несуществующие пылинки с его свитера. Ему повезло, потому что у него нет дресс-кода. – Ты можешь уйти отсюда? Я вижу, что тебе уже достаточно на сегодня, - я рассмеялась и встала со стула, открывая дверь кабинета.
- Хорошо, увидимся за ланчем, - резко сказал он, удаляясь из комнаты с видом оскорбленной особы. Если он пытался разозлить меня, то у него получилось. Он так раздражает меня, но я люблю его.
Два часа. Да, два часа я сидела и ждала, пока кто-нибудь придет и даст мне указания. Ко мне заходили несколько медсестер, но все, что они делали, так это либо не обращали на меня внимания, либо спрашивали меня о Гарри. Может, все про меня забыли, и я с легкостью могла бы просидеть тут еще двенадцать часов? Можно расслабиться..
Мой начальник заскочил в комнату. Доктор Джонсон обвел глазами все предметы, находящиеся здесь, прежде чем встретиться глазами со мной. Ну, мой отдых был недолгим. Всего два-три часа.
- Эй, ты нужна мне. К нам доставили еще одного больного, - он усмехнулся, и я встала, убедившись, что захватила сотовый. С тех пор, как Гарри вышел из больницы доктор Джонсон даже позволяет мне помогать с некоторыми его пациентами. Видимо, из-за того, что у меня «теплые и доверительные» отношения с пациентами. Я помогала ему выяснить все, начиная тем, что больной съел, и, заканчивая тем, с какой девушкой он переспал, что получил венерическое заболевание. Да, можно сказать, что моя работа была забавной и отвратительной.
- Мужчина, женщина, ребенок? .. – спросила я, как только мы вышли из лифта. Он взглянул в бумаги, читая написанное.
- Двадцати летний мужчина. Единственный за несколько недель, -поддразнил он меня. Он никак не может оставить в покое меня о Гарри.
Я глубоко вздохнула, открывая дверь палаты. Я надела перчатки и привела волосы в порядок, прежде чем посмотреть на больного. Дыхание сбилось при виде человека передо мной. Когда его глаза встретились со мной, я могла бы сказать, что он тоже был в шоке. Я блять просто не верила, что он сидел передо мной.
- Здравствуй, Зейн. Это Ребекка и она проведет небольшое обследование, ладно? Она очень квалифицированная, так что не волнуйся, - доктор Джонсон не обратил внимания на наши ошарашенные взгляды, положив на стол историю болезни. Я не могла в это поверить. Один его глаз опух, волосы на голове были грязными и спутанными, а вид очень усталый. Что, черт возьми, с ним случилось?
- Псс, - шепнул доктор. Я посмотрела на него. Он велел мне подойти поближе. – Выясни, что случилось, он не говорит мне. Боюсь, что он может получить инфекцию из-за удара на бедро, - шепотом сказал он мне. Я кивнула, уже заранее зная, что ничего не смогу узнать у него.
Доктор в последний раз кивнул мне, покидая комнату. Я вздрогнула при звуке захлопнувшейся двери, мои глаза уткнулись в пол. Почему это происходит? Я одна в палате с этим психом плюс не могу сбежать. Я не должна смешивать работу с личной жизнью, этого не будет.
Я собрала каждую каплю своего мужества, с напыщенным выражением лица посмотрев на его медицинскую карту.
- Скажи мне, если эта информация верна, - бездушно произнесла я, ставя палец на начало строки. Я посмотрела на него краем глаза, он молчал, но кивнул, заставляя меня продолжить. – Зейн Малик, двадцать лет, 172 фунта. Проживаешь на East Complex 41 и в настоящее время безработный, -последнее слово вышло очень грубо. Я ждала, пока он что-то скажет, но он продолжал сидеть с идиотским выражением лица. Как он мог быть безработным? Вы видели его одежду? Он носил долбанные дизайнерский джинсы от самого Джордана в клубе той ночью.
- Верно, - хрипло сказал он. Он выглядел абсолютно ужасно, безжизненно. Должно быть, кто-то хорошенько надрал ему зад. Я надеюсь, что ему было чертовски больно, потому что он блять заслужил это. – Послушай, мне жаль, - заговорил он, но я бы никогда не приняла его извинения, потому что он собирался накачать меня наркотой.
- Все равно. Что произошло? – я спросила, а он напрягся. Я закатила глаза, положила его историю и взяла тонометр, для измерения кровеносного давления. Я схватила манжет и насос, поворачиваясь к нему. Я присела на край кровати, чтобы начать работать.
- Я не знаю, я не помню, - было видно, что он врет. Его глаза не заглядывали в мои, а голос дрожал.
- Ладно.. – я медленно засучила рукава, стараясь не контактировать с его кожей. Это было почти невозможно, потому что моя рука все-таки касалась его загорелых рук. Все его плечо и запястье было в надписях и рисунках, в частности большом микрофоне. Зачем он сделал это с собой? Он показался мне горячим. Горячим? Я назвала человека, который почти накачал меня горячим?
Я почувствовала, что его глаза изучали меня все это время, точно так же, как и глаза Гарри. Я не ощутила тех же самых бабочек как с Гарри, но я не удержалась и взглянула на его великолепные яркие карие глаза. Он ухмыльнулся, я продолжала сжимать воздух в манжете, его дыхание становилось тяжелым. Он явно какой-то неуравновешенный.
- Что на самом деле произошло? – я записала цифры и снова посмотрела на него, но он молчал. – Ладно, ты можешь рассказать мне или нам придется сделать пару тестов, которые причинят тебе не меньше боли, - солгала я. Если он не скажет, что с ним произошло, то врачи просто станут предполагать развитие событий.
- Хорошо, - он насупился, устраиваясь удобнее на кровати. Я победно улыбнулась, положив листки на стол, чтобы записать. – Я жестоко подрался вчера ночью, - он сказал неясно. Это понятно и по его внешнему виду. Почему он такой упрямый?
- В ход был задействован металл? – спросила я.
- Да, лом рин.. – он остановился. – Лом от тротуара, - негромко сказал он, но я не верила ему. Он хотел сказать «ринга»? Он не мог быть боксером, он слишком тощий. Конечно, у него были мышцы, но он не походил за человека, который проводил все дни в тренажерном зале, как Гарри.
- Где же это произошло? – я продолжала надавливать на него. Он в любом случае должен ответить мне.
- Я чувствую головокружение, - переменил тему он, и я прикусила губу от досады. Что бы ни случилось, очевидно, что это связано с его эго. Он не хочет афишировать, что его зад надрали куча парней. – Я устал, - он добавил и я вздохнула.
- Вздремни. Я буду здесь, когда ты проснешься, - я ухмыльнулась, но все, что он сделал, так это кивнул и закрыл глаза.
Я смотрела как он отрубился, буквально, за считанные минуты. Он не лгал, когда сказал, что устал. Ну, хоть в чем-то он сказал правду..
Я решила закончить с заполнением бумаг, проверяя, что ничего не упустила. Он был почти здоров, и я уверена, что его скоро выпишут. Но я все еще не могла понять его. Черт побери, кто он такой? Почему он был на бое Гарри в тот вечер на арене Бельмонта? Насколько я поняла, Гарри и Зейн не были друзьями. Я просто счастлива, что не видела того блондина. Это сделало положение бы только хуже.
Зейн выглядел более, чем некомфортно, когда он спал. Его ритм был ровным и спокойным, судя по мониторам. Его кровеносное давление и холестерин были совершенными. Если у него нет невидимых ран, то фактически он будет находиться недалеко от идеального человека. С научной точки зрения, конечно.
Я не сразу заметила его впечатляющие внешние данные. У челюсти был ровный и точный контур. Его волосы были красивыми, но ничто не могло сравниться с кудряшками Гарри. Зейн покинул мой разум и на его место пришел Гарри. Кажется, он должен был мне написать. Но все, чего я хотела от Гарри, так это только того, чтобы, наконец, уже прийти к нему и жадно бросить его на постель.
Я достала свой телефон, замечая, что ни от кого сообщений не было. Было уже девять пятнадцать, и я пробуду здесь еще не менее девяти часов. Если я застряла здесь с Зейном, то позвольте мне застрелиться.
- Бекка, я могу немного отвлечь тебя? – меня позвал доктор Джонсон, взглянув на Зейна. Он с нетерпением смотрел на меня, ожидая ответа.
- Да, он спит, - я усмехнулась, кивнув. Я засунула телефон в карман и подошла к доктору для дальнейших его указаний. Он вздохнул, прежде чем начать говорить.
- В 307 палате нужно провести осмотр, если ты не возражаешь, - сообщил он и я застонала. Я тут же закрыла рот рукой от такого грубого поведения с доктором. Доктор Джонсон махнул рукой, призывая меня оставить палату Зейна. Все равно это лучше, чем быть здесь с Зейном. Я добралась до 307 комнаты. Доктор Джонсон не дал мне историю болезни. Видимо тот, кто находится здесь, не обследовался у нас раньше или доктор Джонсон оставил ее на столе.
В конце коридора столпилась кучка медсестер, которые что-то шептали друг другу. Я закатила глаза. Они так раздражают меня своими сплетнями. Действительно, кому какое дело, как твой парень порвал с тобой? Нет необходимости говорить это миллион раз на работе, чтобы другие посочувствовали тебе. И самое страшное то, что все они были такие. Вот почему я не подошла к ним. Я не хотела, чтобы весь мир знал о моих проблемах.
Я взялась за ручку нужной палаты и открыла ее. Я осторожно закрыла ее, прежде чем посмотреть в знакомое лицо.
- Эй, красавица.
Хей, морковки! В честь своего дня рождения (23 декабря) ,я решила перевести для вас главу;3 Надеюсь угодила:)
Happy birthday to me x)