За столом
Стол. На столе фотография. Старая. Немного выцветшая и пожелтевшая. Кроме этой фотографии на столе, почти ничего нет. Бутылка воды без газа, маленький пакетик из аптеки (настолько маленький, что в него только и влезет, что две коробочки с лекарствами) и стеклянный пузырек от таблеток.
Я сижу за столом и смотрю на фотографию. На ней изображен мужчина. Высокий. Лицо такое, что сразу становится понятно — он хозяин, глава семьи. Рядом с ним стоит красивая женщина с длинными волосами. Они улыбаются. Весь их вид говорит о безграничном счастье и уверенности в себе. Перед ними стоят двое детей. Девочка постарше и мальчик помладше. Тоже улыбаются.
Глядя на это фото, я вспоминаю как мы его делали. Отец долго ставил штатив и что-то настраивал на фотоаппарате. Он смотрел в глазок фотоаппарата затем крутил кольца на объективе и, снова, смотрел в глазок. Меня завораживало это зрелище. Я вообще всегда восхищался умению отца с головой окунаться в какое-нибудь дело. В это время мама с сестрой ходили по парку и собирали цветы. Это один из немногих дней, который я помню из детства.
Как я умудрился все это проебать? Отец умер. Он так хотел дожить до моего выпуска из Универа. Он так хотел, чтобы у меня было высшее образование. Он работал на двух работах, чтобы мы с сестрой могли получать высшее образование. Но его сердце не выдержало, когда сначала моя сестра бросила учебу и, приняв ислам, уехала из страны, а спустя месяц выгнали и меня. Эта дура в хиджабе прекратила все общение с семьей, и мы даже не знали, что с ней происходит. После смерти папы мне стало плевать на всё и я стал бухать прямо дома. Мать ругалась. А когда однажды я приволок домой девку и трахал ее с другом в комнате, бухая при этом и нюхая так, что нам позавидовали бы сами Рауль Дюк и доктор Гонзо, мать разбил инсульт. Она и сейчас лежит в соседней комнате вся в говне и покрытая пролежнями. А я сижу за этим столом и смотрю на фотографию.
Жгут уже приготовлен. Зажигалка услужливо подогревает дно пузырька в котором я развожу восхитительный коктейль. Погрел. Поршнем от шприца размешал все это и разбил комочки. Вынимаю фильтр от сигареты и расслаиваю его свободной рукой помогая зубами. Скатываю остатки фильтра в комок и бросаю в пузырек. Он пропитывается этой теплой жидкостью и я погружаю в него иглу. Маленькую такую иголочку, как жало комарики. Тяну на себя поршень и мне давно следует остановиться, но жадность не позволяет. Вобрав все до капли я перевязываю руку жгутом. Жду какое-то время. У наркоманов со стажем всегда одна проблема — венки прячутся и достать их стоит не малого труда. Но вот одна появляется. Мне хватит, я попаду. Чувствую боль. Это хорошо. Это значит, что я попал в венку. Немного вынуть поршень, чтобы посмотреть на цвет крови и убедиться, что я точно попал. И сразу давлю на него и пускаю себе по вене весь этот коктейль! Вынимать шприц всегда немного больнее, чем вставлять. Отвязываю жгут и в голову проникает туман.
Я смотрю на фотографию на столе и постепенно улетаю от нее. Она становится все меньше и меньше, пока не превращается в маленькую точку.