Сказки

  Жила-была птица...


Странная такая птица, не понять, какого вида. Клюв вороний, лапы чаячьи, крылья голубиные. И цвета серого, невзрачного. Не могла птица прибиться ни к одной стае, отовсюду ее гнали: тем крылья не нравятся, этим лапы. Приходилось птице перебиваться одной. Тяжело это было, но как-то удавалось.
Одной зимой птица нашла себе странное убежище. Случилось это так.

Октябрьским вечером, пролетая над краем города, она увидела открытое окно мансарды, в котором горел свет. Открытое нараспашку окно в холодном октябре — странно, не правда ли? Любопытно стало птице, решила она проверить, что там такое. Подлетев ближе, птица увидела сидящую на окне девушку. Девушка курила и как будто бы вовсе не обращала внимания на холод. Так сидела она долго, а затем спрыгнула в комнату, захлопнув окно. Всю ночь, день и еще ночь птица думала о той девушке. А потом решила снова туда прилететь.
Так птица наблюдала за девушкой несколько недель, пока наконец не решилась подлететь и сесть рядом на карниз.
Девушка устало и совсем немного удивленно посмотрела на птицу:
— Откуда ты на мою голову, чудо такое?

Птица, конечно, ответить не могла. Но защебетала-зачирикала во всю глотку, давая понять, что не боится и вообще, девушка ей нравится.

— О, давай потише. Пожалуйста. А я тебя покормлю чем-нибудь.
Птица послушно заткнулась. Девушка влезла в окно и, найдя несколько черствых кусочков хлеба, возвратилась к птице.

— Умное ты животное, похоже... — задумчиво произнесла она, кормя птицу с руки. — Боже, чем только я занимаюсь. Кормлю птицу, хотя самой есть нечего. Да еще и разговариваю с ней.

Птица перестала склевывать крошки с ладони и защебетала, постаравшись придать щебету вопросительный оттенок.

— Что, спрашиваешь, как я докатилась до жизни такой? Очень просто, птица. Нахамила не тому человеку. С другой стороны, что мне оставалось делать?.. Понимаешь, птица, мой шеф был редкостной скотиной. Постоянно орал на меня из-за пустяков, давал невозможные задания в стиле «пойди туда, не знаю куда», и если бы только это — нет же, он еще и приставать ко мне пытался. Долго я терпела, пару лет. А потом не выдержала. Дала ему пощечину и послала к черту. Разумеется, меня уволили. Вот и перебиваюсь теперь кое-как — стипендии едва хватает на такую комнатку и еду. Такие вот дела, птица.

Птица внимательно слушала и отчаянно хотела как-то помочь девушке, но не знала, как.

— Лети, чудо. — Девушка отряхнула крошки с ладони. — Прилетай еще, подкормлю, но постарайся не приводить за собой миллион голубей.
Ответом было чирикание, как бы обещающее — «нет-нет, не приведу».

На следующий день птица вновь прилетела к девушке. И прилетала снова и снова. А потом наступил ноябрь. Пошел снег, начались холода. И как-то так само собой получилось, что птица осталась жить у девушки. Девушка соорудила небольшой насест в углу комнаты и выкроила из мизерного бюджета деньги на птичий корм — не все ж травить гостью хлебом. Птица улетала днем, собирая последние птичьи новости, а к вечеру возвращалась и пересказывала их девушке. Девушка, конечно, ничего не понимала, но внимательно слушала. А после рассказывала птице сказку, всегда одну и ту же — о синей птице счастья. «Ах, — думала птица, — никогда мне не стать такой птицей, исполняющей желания».

А к декабрю дела пошли в гору. В один вечер девушка пришла домой очень счастливая, с полным пакетом. Оказалось, дали прибавку к стипендии. В пакете же были не продукты, а кисти и краски.

— Понимаешь, птица, — объясняла девушка, сияя, — я давно хотела расписать стены мансарды. Здесь можно было бы изобразить саванну. А вот здесь — побережье озера...
И девушка принялась за работу.

Птица помогала в меру сил — старалась подносить кисти и тряпки, но чаще просто сидела и наблюдала за руками девушки. Руки были будто живые. Они стремительно перемещались, шевеля тонкими конечностями-пальцами. А глаза девушки горели ярким светом вдохновения.

К новому году все было готово. Почти все. Оставался один небольшой участок. На участке что-то было тонко, почти неразличимо для птичьего глаза, набросано карандашом. На полу у самой стены стояла банка лазорево-голубой краски.

Птице было очень интересно, что же нарисует там девушка. Но та все откладывала и откладывала работу, пока наконец не наступило тридцать первое декабря.

В этот день птица улетела с раннего утра — найти подарок для девушки. Она искала и искала целый день, но так и не смогла ничего заметить.
Усталая и расстроенная, она вернулась домой.
И с удивлением увидела девушку, стоящую как раз напротив незавершенного участка. Хотя теперь участок как раз был завершен.
На нем красовалась красивая голубая птица. Птица был прекрасна всем — крылья ее были стремительны и изящны, клюв тонок и чуть изогнут. Не хватало лишь нескольких мелких деталей.

Увидев птицу, девушка сразу обрадовалась, но вроде бы при этом и расстроилась:
— Птица, ты вернулась. Я почти закончила этот рисунок. Но у меня нет достаточно тонкой кисти, чтобы прорисовать детали... А я так хотела закончить работу в этом году.
В глазах ее блеснули слезы. Еще минута — и девушка заплакала.

Птица тут же подлетела и села ей на плечо, заворковала, успокаивая. Девушка же все никак не умолкала. Тогда птица вытянула из своего крыла длинное и тонкое маховое перо и протянула его девушке.

Девушка держала перо в руках, с удивлением смотря на него:
— Птица, это мне? Чтобы закончить рисунок?

Птица выразила полнейшее согласие.

— Спасибо тебе, птица. Это самый лучший мой подарок! — Девушка погладила птицу по мягкой спине. — А теперь подожди-ка немного.

И руки девушки вновь зажили своей странной отдельной жизнью. Несколько минут — и рисунок был окончен.
Птица вглядывалась в стену, узнавая в изображенном на стене... саму себя.

— Это ты, птица. Ты. Моя птица счастья. Правду ведь говорят — не найдешь, пока не перестанешь искать.

От этих слов в птице поднялось что-то такое очень теплое и нежное. Хотелось петь, хотелось взмыть в небеса... и в то же время остаться рядом с девушкой. Птица была счастлива, в глазах у нее потемнело...

Девушка с удивлением наблюдала, как на месте только что упавшей с насеста птицы садится, потирая затылок, другая девушка.
За спиной незнакомки разворачивались крылья. Крылья лазурно-голубого цвета.

Автор: Алекс Кошкина