Рад слышать
Вторник, 7 ноября
14:40
Среди подворотен в центре пасмурного Петербурга располагался бар “В большом городе”. Неприметное подвальное помещение, которое, тем не менее, пользовалось среди горожан популярностью. Высокий парень с зелеными глазами уверенно спускался по ступенькам, ведущим ко входу.
Внутри заведение выглядело очень стильно и имело особую таинственную, но тихую и уютную атмосферу. В зале сидело несколько посетителей, но Антона интересовали не они. Ему была нужна Ира.
Пройдя мимо занятых столиков, парень приветственно подмигнул официантам, пожал руку бармену и направился ко входу для персонала. Отодвинув шторку, Шастун прошел к двери с небольшой табличкой “Вещевой склад”. Не стучась, он уверенно проскользнул внутрь и попал в место, переполненное мебелью и прочими элементами интерьера бара. Со стоящего неподалеку дивана ему навстречу поднялась улыбчивая девушка с короткой стрижкой.
— Шастун, приветики! — Ситуация не располагала к радости и веселью, но Антон не мог сдержать улыбку. Чеснокова обладала невероятной способностью: ей, как никому другому, удавалось заряжать всех окружающих своим не затмевающим позитивом. Неудивительно, что всего за полгода ее повысили до главного администратора “В большом городе”.
— Привет, Чеснокова! — Они тепло обнялись. Спустя пару минут нежностей, вся безмятежность испарилась из комнаты. Антон аккуратно отдалился, и улыбка медленно сползла с его лица.
— У меня немного времени. — Извиняющимся тоном сказал он.
Ира вглядывалась в лицо своего давнего друга и недовольно морщилась. Чеснокова все надеялась, что к моменту, как она выполнит просьбу Шаста, парень одумается. Но решительность в его глазах не знала меры.
— Слушай, Антош, — ее голос звучал жалобно. Она колебалась. — Может все-таки не надо? Мне не нравится это идея. Это незаконно. Это опасно. Ты не сможешь получить защиту полиции потом! Ты сам станешь преступником и ни на чью помощь рассчитывать уже не сможешь. Государство не будет на твоей стороне. Антош, ну пожалуйста…
“Ну пожалуйста...”
Ох, уж эта Чеснокова. Она всегда слишком сильно за него переживает. Всегда искренне желает ему счастья, но как мало понимает… Шастун был готов к этому. Более того, хоть Ира и не осознавала это, но ее слова только подкрепляли уверенность парня в своих действиях. Её доводы были для него пустым звуком, не более. Поэтому он только обреченно покачал головой.
— Прости, Чесночок. Я всегда все свои проблемы решал сам, и не в моих планах что-то менять. Я не стану рассчитывать на мусоров. Тем более, когда на кону стоит жизнь Окс. Сейчас только я могу спасти ее. И для этого мне нужна твоя помощь... Ты ведь достала его? — Ира опустила глаза и осторожно кивнула. Антон заискивающе наклонился к ней. — Я сделаю все, чтобы не доводить дело до крайности. Но имея дело с психопатом — я не могу рассчитывать на пустые руки. Мне он нужен. Ир, пожалуйста, доверься мне.
Если бы парень мог сейчас видеть лицо девушки, то он бы обязательно заметил, что в уголках ее глаз назревают крупинки слез. Ира медленно развернулась и двинулась к чехлу, лежащему за диваном. Уложив его на журнальный столик, она достала кейс и, открыв его, отошла в сторону. Антон ободряюще коснулся ее плеча.
— Спасибо тебе. — Сказал парень, после чего подошел к столику и взял патроны. Далее, как учили: патроны в магазин, магазин в пистолет, пистолет в кобуру, кобуру на застежки и сразу за пояс. Сверху прикрыть толстовкой и черным пальто.
Разобравшись с содержимым кейса, Антон закрыл ящик и подошел к настороженно наблюдающей за всем этим действом Чесноковой. Он крепко обнял девушку за плечи, и та немного расслабилась.
— Передай спасибо дяде Лёне. Вы оба меня очень выручаете. — Вдруг Ира собралась и включила себя обычную: она отодвинулась от парня и назидательно замотала указательным пальцем перед его лицом. Ее глаза источали наигранную строгость, за которой скрывался настоящий страх за друга. Страх, который тяжелым камнем теперь будет лежать на ее груди до тех пор, пока Коллекционер не окажется за решеткой.
Но голос ее больше не дрожал.
— Ты обещал быть здравомыслящим, Шастун. Только попробуй не сдержать свое слово. Ты меня понял? — Спросила администратор бара. И Антон серьезно кивнул.
— Обещаю. — Сказал он, поцеловал девушку в щеку, прочими элементами интерьера бар и покинул здание.
Flashback
“Ты видел Рианну? Антош, она такая классная! Я обязательно накоплю деньги на такую же шапку, как у нее, и буду ходить красивая, как она! И не вздумай говорить, что я и так красивая. Ты все время это говоришь”
“Антош, дай свой мизинчик — закрепим обещание. Когда я докоплю — мы вместе пойдем покупать ее! Знаешь, мне ведь чуть-чуть осталось насобирать!”
“Антош, я накопила! Представляешь? Три месяца ушло! Хорошо, что ты не давал мне спускать деньги на игрушки, а то копила бы целый год”
“Через шесть дней свободен? Хорошо... Я подожду! Я хочу, чтобы ты был со мной, когда я сделаю сама свою первую большую покупку!”
“Осталось пять дней!”
“Четыре!”
“Три..!”
“Два!”
“Антош?”
“...Не можешь..? Ты же обещал, Тош… Ну прогуляй работу”
“Ну пожалуйста…”
...
…
…
...
Ну что?
Доволен?
...Что не прогулял?
Урод.
Вторник, 7 ноября
16:30
Светловолосый парень стоял перед входом в огромный торговый центр. Он мялся на месте. Второй день Антон держался в шаге от пропасти, которая грозила ему потухнуть в ненависти к самому себе. Парень прикусил язык, чтобы вернуться из туманных мыслей в реальность. Засунув руки в карманы черного пальто, он вошел в здание.
Шум, гам, толпы и ничего такого, что могло бы хоть чуточку перекликаться с внутренним состоянием молодого человека. Он казался самому себе черным пятном на этой картине всеобщего веселья. Вот только сейчас это было неважно. Антон пришел сюда с конкретной целью: найти следы Оксаны. Парень пытался вспомнить название магазина, куда девочка хотела попасть. Но быстро понял, что без подсказки не вспомнит, а потому направился на самый верх. Эскалаторы, магазины, еще эскалаторы. Наконец, он добрался до четвертого этажа, где мог оглядеть весь торговый центр.
“Сопрано”, “Зара”, “Ле Шонтэ”...
Вот он. “Ле Шонтэ”
Найдя нужную вывеску, Шастун отошел от перил и шустро ринулся к эскалатору, как вдруг запнулся обо что-то ногами. Обо что-то такое, что могло ойкать и падать с приглушенным звуком.
Молодой человек опустил глаза и увидел маленькую девочку, которая попалась ему под его крайне длинные и несуразные конечности. Девочка, недолго думая, начала рыдать, и Антон вдруг растерялся. Ему нужно было пару мгновений, чтобы от далеких мыслей о поимке Коллекционера вернуться к реальности. Той самой реальности, которая в очередной раз страдала от его опрометчивых поступков.
Шастун упал на колени и оглядел девочку: малышка держалась за ногу и во всю заливалась слезами. Ее крики разносились по этажу, привлекая внимание окружающих.
...В том числе, конечно, и ее отца.
— Кьяра!
Внутри у Антона все оборвалось, как только он понял, в чьего ребенка врезался. Каждый стук сердца ощущался мощным ударом о грудную клетку. Попов в обычной одежде: обтягивающих штанах, футболке и темной куртке быстро приближался к ним. Шастун вдруг начал ощущать, что застежки на кобуре давят ему на бедро, а сама ткань сильно натирает. По спине скатилась капелька пота.
Это подстава?
...Или судьба над нами смеется?
Вот только Арсений и сам оторопел не на шутку. Когда же до него дошло, в какой они с Шастуном оказались ситуации — он ощутил, как по внутренностям прокатился заряд высокого напряжения.
Арс подошел ближе и затаил дыхание, когда Антон поднял голову. Глаза парней уже второй раз за день пересеклись, и опять они оба не были к этому готовы. Их тянуло и отталкивало. Манило и отпугивало. Хотелось больше никогда не видеться, но иметь возможность задержаться друг в друге на подольше.
Кьяра зарыдала с удвоенной силой, видя что о ней забыли. И это мгновенно подействовало на Арсения: он тут же потянулся к дочери, помогая ей подняться.
— Ну же, Совенок… — Мужчина забеспокоился, потому как малышка совсем не хотела вставать. Тогда Попов потянулся к заплаканным щекам, чтобы утереть дочке слезы, но Антон отдернул его руку. Найдя непонимающие глаза детектива, он установил с мужчиной зрительный контакт и медленно кивнул. Арсений сглотнул: хоть он и не догадывался о том, что собирается делать этот светловолосый парень, Попов все-таки опустил руку.
Шастун мысленно поблагодарил детектива за доверие и повернулся к Кьяре.
— Болит? — Спросил он у девочки, полностью переключившись на нее.
— Да, — сказала она и захлюпала носом еще усерднее.
— Это хорошо, — улыбнулся парень. Малышка тут же опешила, а вместе с ней и ее папа. — Ведь я знаю одно хорошее волшебство, — Шастун достал завалявшийся в пальто платок и накрыл им больное колено. — Абракадабра, бумс! — Затем он потер коленку, подул на нее и изящно, совсем по-сказочному так, забрал платок. — Ну что, легче?
Девочка задумалась.
— Да…
— Давай тогда еще разок, чтобы наверняка. — Антон улыбался ей так тепло, что это начало действовать и на Арсения: тот даже не заметил, как на его лице тоже начала расползаться улыбка. Шастун проделал все свои действия еще раз. Снова платок, трение и волшебные слова. Попов наблюдал за ним очень увлеченно, поражаясь тому, как легко уступил право владения ситуацией этому молодому, но крайне дерзкому человеку.
— А теперь, — сказал Антон, — попробуй встать.
Кьяра аккуратно поднялась и, поняв, что ей больше не больно двигать ногой, метнулась к сидящему рядом отцу, крича что-то по-детски неразборчивое об удивительном волшебнике Антоне.
Шастун, довольный результатом, поднялся на ноги. Он с непривычным для себя самозабвением наблюдал за нежностями отца и дочери. Что-то в голове ломалось, когда Антон видел, как мужчина вытирает мокрые от слез щеки девочки и смеется наперебой ее восторженным возгласам. Слишком уж контрастными казались парню непробиваемый холод детектива Попова и убаюкивающее тепло Арсения — отца маленькой девочки.
И тут Антон вздрогнул. Он не должен быть здесь. Не должен отвлекаться. Он не может себе позволить расслабиться. Не сейчас. Не здесь. Не с ним.
Парень собирался незаметно уйти, но Арс, увидев его движения в сторону эскалаторов, взял Кьяру на руки и выровнялся. Попов чувствовал себя не в своей тарелке, но знал, что должен прояснить Антону ситуацию сейчас, пока еще есть такая возможность.
— Шастун?
— М?
— Если я скажу, что наша встреча здесь — случайность, ты мне поверишь?
— Попробуй. — Пожал плечами Антон.
— Я не знал, что встречу тебя здесь. — Шастун внимательно смотрел в голубые глаза мужчины напротив и понимал: цвет не меняется. Значит это не был спектакль, не была ловушка для него. Ничего такого.
Значит таки проделки судьбы, да…?
Парень поправил пальто и развернулся, готовый уйти.
— Антон, — вновь окликнул его детектив, и парень оглянулся. — Мне жаль.
А в глазах голубой океан.
Чистый и правдивый.
С каплей горечи, но все же теплый.
Шастун кивнул и торопливо ушел восвояси, боясь споткнуться о свои же ноги, которыми сейчас почему-то было особенно сложно управлять.
Этажом ниже находился тот самый магазин, о котором Антону рассказывала Оксана. Быстрыми шагами он направился туда, вытряхивая из головы назойливо всплывающий перед глазами образ извиняющегося следователя.
Потом. Я подумаю об этом потом.
Уже через полминуты парень стоял перед полкой с шапками, разыскивая ту самую, которую, спасибо помешанности Окс, не раз и не два видел на фото.
Вот она.
Серая с козырьком, точно как на картинке.
— Простите, — сзади к Антону подошла девушка консультант и приветливо улыбнулась. Благодаря бейджику парень узнал, что ее зовут София. — Я могу вам помочь?
Шастун улыбнулся, надеясь, что улыбка не выглядит слишком вымученно.
— Да… Моя двоюродная сестра очень хочет шапку из вашего магазина. Она вчера сюда приходила, выбирала. Я хочу сделать ей подарок на день рождения, но, к сожалению, не знаю, какую именно она хотела бы. У вас есть сегодня среди сотрудниц те, кто работал вчера, и возможно, мог видеть, что она мерила? — Девушка тут же расцвела: такой заботливый старший брат, при этом высокий и очень даже симпатичный...
— Да, конечно, сейчас я вам помогу! Лена! — С другого конца зала к ним подошла невысокая консультантка.
— Да? — София собиралась объяснить ситуацию коллеге, но Шастун перехватил инициативу: не хотел терять зря время на лишние объяснения, к которым обычно склонны девушки.
— Здравствуйте, Елена. Меня зовут Антон. Моя сестра вчера к вам заходила. Светло-русые волосы, зеленые глаза, вот такого роста, — парень поднял ладонь на уровне живота. — Присматривала себе шапку. Вы не видели ее?
— А! Была такая! Купила у нас вот ту серую шапку.
— Во сколько это было?
— Около шести вечера. А в чем, собственно…
— Вы не видели, куда она пошла после? — Шастун проигнорировал попытку девушки задать вопрос.
— Ну, она спрашивала, в какой стороне Центральный парк, я ей и подсказала. Возможно, она пошла туда…
У Антона зажглась в груди искорка: он наткнулся на зацепку!
— А что-то случилось? — Спросила Елена, и ее коллега тоже странно косилась на высокого парня. Для простой покупки подарка он задавал слишком много не относящихся к делу вопросов. Но Антон уже узнал все, что хотел, поэтому просто ответил что-то невпопад.
— Пластиковые трубы дома протекают. Извините, что потратил ваше время, спасибо, я побегу.
— Подождите…!
У Шастуна все внутри горело. Сердце билось в бешеном темпе, а ноги то и дело норовили перейти на бег, жаль, переполненное здание не позволяло это сделать. Парк! В пяти минутах отсюда. Если Окс себе не изменяла — она пошла туда самыми витиеватыми путями, через все всевозможные переулки и подворотни, а значит Антон мог хотя бы предположительно знать ее маршрут. Он обязательно, обязательно ее найдет.
В пяти минутах ходьбы…
Совсем рядом.
Парень буквально вылетел из торгового центра и резво зашагал в направлении парка. Замерзающие руки были теперь спрятаны в карманы, а глаза горели от предвкушения и надежды.
...Вот только не успел он отойти и на пару метров, как позади послышался знакомый голос.
— Антон! — Парень остановился и сделал глубокий вдох. Что-то в детективе притягивало Шастуна, и ему это не очень-то нравилось. Выдавив из себя улыбку, он обернулся. Из ТЦ, весело шагая, выходила Кьяра и держала за руку Арсения. Во второй руке мужчина нес полный пакет.
— Простите, господин следователь, но я спешу. — Улыбнулся Антон и вновь отвернулся, намереваясь уйти, как вдруг услышал тонкий голосок из-за спины.
— И-и-и! Волшебник, это ты! — Кьяра подбежала к парню, чтобы обнять его самым нелепым образом за ноги: ведь выше она просто не дотягивалась. Девочка жалась к молодому человеку и терлась щеками об его штаны. Шастун благоразумно повернулся к ней боком, где не было закреплено никакое оружие и напряженно следил за каждым ее движением, чтобы опередить Кьяру, если она решит потянуться куда не надо.
Попов, тем временем, не мог сдержать улыбку: такого товарищеского поступка от дочери он никак не мог ожидать. Детская непосредственность была ему сейчас как нельзя кстати: Антону ничего не оставалось, кроме как ответить такими же крепкими объятиями малышке, ведь меньше всего он хотел бы гасить эту чистую детскую радость.
Арсений засунул руки в карманы и, пользуясь моментом, не спеша подошел к обнимающимся ребятам.
— Ты сейчас куда? — Спросил Попов, обращаясь к парню. Лицо Арсения в этот момент было больше похоже на сытую кошачью морду — так довольно он улыбался. Антону хотелось выругаться. Его в прямом смысле поймали.
— Арсений Сергеевич, если позволите, я тороплюсь. — Парень криво улыбнулся следователю и попытался бережно отнять от себя девочку. Но та ни в какую не хотела отпускать живое умопомрачительное доказательство, что магия есть и в реальном мире.
— Уже темно, Антон, может подвезти? — Шастун огляделся и таки выругался. Из уважения к ребенку, беззвучно.
Гребаный Питер и чертова осень! Еще даже шести нет. Парень так глубоко был в своих мыслях, что даже не заметил, что уже стемнело, когда вышел из ТЦ. Но теперь… Как прикажете ему искать следы Оксаны при таком освещении?
— Да! — Завопила Кьяра. — Пусть волшебник поедет с нами! Ну пожа-а-алуйста! — Шастун не знал, что творится в голове следователя, но был уверен — ничего хорошего там нет. Арсений смотрел то на дочь, то на светловолосого молодого человека и улыбался. Как вдруг, его взгляд задержался на дочери, и улыбка чуть поникла. Он присел возле нее и коснулся пухленького лица.
— Звереныш, ты что замерзла? У тебя губы фиолетовые. — Попов тут же принялся плотнее укутывать девочку в ее курточку и сильнее натягивать на голову шапку.
— Неправда. Мне совсем не холодно!
— Нет, Совенок, так не пойдет. — Арс достал из кармана куртки ключи и, вытянув руку, отключил сигнализацию своего Toyota Fortuner, что стояла на парковке, сразу за спиной Антона. — Бегом в машину, я скоро подойду. Можешь пока открыть какой-нибудь из своих наборов и поиграть внутри. — Девочка, немного подумав, выхватила из рук папы пакет с игрушками и помчалась на заднее сидение машины.
— Только уговори волшебника поехать с нами, ладно, пап? — Дверца Тойоты захлопнулась, и Попов неторопливо поднялся с земли.
Теперь Шастун остался с Арсением наедине. Конечно, если не брать в расчет то, что в округе разгуливает много народу. Но не замечать людей оказывается на удивление легко. Главное найти голубой океан, который утопит тебя живьем.
— Она же мне теперь не простит, если ты не поедешь с нами, — детектив улыбнулся, а его радужки покраснели. Ну конечно, безобидная ложь. Такого много в человеческой речи, ничего особенного. Это стало нормой жизни.
Но вот об утреннем инциденте в участке он сожалел абсолютно искренне.
Антон заткнул внутренний голос, а эти мысли засунул куда подальше, стараясь не забывать о том, что Попов ему не товарищ и с ним следует быть очень внимательным. Сейчас это было особенно сложно сделать, ведь мужчина буквально буравил молодого человека своими пронзительными голубыми глазами. И это затягивало.
— Очень мило с вашей стороны, господин следователь...
— Антон, я серьезно, — перебил его детектив, будучи пугающе твердым в своих словах. — Шутки-шутками, но уже правда темно. Понимаю, время детское, но по улицам разгуливает психопат-киднеппер, а ты как нельзя кстати попадаешь в группу риска. Выпускники детских домов как раз в его вкусе.
— Арсений С...
— Если ты переживаешь о том, что я узнаю, где ты живешь или работаешь, то прости, но я это уже и так знаю из досье. — Шастун скривился. Не то чтобы его это как-то удивило, но было странно осознавать, что Арсений знает о нем все. — Единственное, что мне сейчас нужно — это обеспечить твою безопасность. Веришь ты мне или нет, но Коллекционер продолжает охоту, и я не хочу, чтобы его седьмой жертвой стал ты.
Антон сглотнул. От этих слов по его спине пробежали мурашки, ведь детектив говорил чистейшую правду. Кажется и сам Попов почувствовал, что перебрал с откровенностью, а потому поспешил прервать внезапно возникшую неловкую паузу.
— Если хочешь — я вообще буду молчать. За всю поездку ни слова тебе не скажу. Будем как в вакууме ехать. — Шастун усмехнулся.
— С твоей-то девочкой в машине? Вряд ли. — Следователь развел руками, принимая поражение, и уставился на парня в ожидании его решения.
Шастун колебался. По-хорошему, ему без раздумий следовало бы отказаться. Держаться подальше от полиции и всех, кто с ней связан. Не позволять им проникать в его жизнь и менять планы. Под пальто все еще прятался заряженный пистолет и это тоже должно было намекнуть парню, что ему следует уйти от копа как можно скорее. Но, несмотря на все эти аргументы, Шаст сомневался. Сомневался в том, хочет ли он лишний раз нагнать на себя подозрения со стороны полицейских. Сомневался в том, может ли его мозг все еще продолжать работать после практически бессонной ночи. Сомневался, готов ли он отказаться от возможности узнать своего врага поближе... Единственное, в чем он мог не сомневаться — детектив говорит правду. Он действительно старается, чтобы защитить его. Действительно хочет обезопасить его. И Антону нужно узнать.
Почему?
Антон тяжело вздохнул и неловко взъерошил волосы.
— Пусть... будет по-твоему.
Арсений облизнул губы и кивнул, бегая глазами по толпе вокруг. Он был доволен ответом парня, но показывать это в полной мере отказался.
— Рад слышать, — сдержанно улыбнувшись, сказал Арс, и мужчины направились к машине.