16:07
Пятница, 17 ноября
09:11
В коридорах старой больницы стены были покрыты трещинами и облупленной краской. Арсений прошел несколько постов охраны, показал удостоверение трем охранникам, перед ним открыли дверь с паролем, и только тогда он оказался у входа в палату Лены Корячко. Ее охраняли очень хорошо.
Главврач больницы и Матвиенко с двумя небольшими пакетами уже ждали его там.
— Опаздываешь, — хмыкнул армавирец.
— Прости, задержали, — Арсений пожал руку главврачу. — Валентин Андреевич, доброе утро. Как Елена?
— Доброе утро, лейтенант, — кивнул чуть полноватый невысокий врач. — Посттравматический синдром. Как проснулась — тут же попыталась сбежать, словили только в коридоре. С тех пор палату закрываем. Также пришлось вколоть диазепам. Она осела, успокоилась, но забилась в угол. Не разговаривает, чуть что трясется. К себе не подпускает.
— Понял, будем разбираться, — Попов взял у Матвиенко пакеты и проверил их содержимое. — Серый, жди здесь.
— Еще чего. Я пойду за кофе. Фиг знает, сколько ты там пробудешь.
Арсений осуждающе глянул на своего друга, но говорить ничего не стал. Тихонько постучал в дверь палаты и зашел внутрь. Помещение девушки, как и любое в этой больнице, нуждалось в ремонте. Полупустая комната вмещала в себя одно окно, один стол, один стул, одну тумбу. А также одну кровать, на которой под одеялом пряталось одно тонкое исхудалое тело.
Попов двигался медленно, издавая лишь легкий шорох при ходьбе, чтобы быть заметным, но, насколько это возможно, не пугающим.
— Здравствуй, Лена, — аккуратно заговорил детектив. Он сел в нескольких метрах от кровати на пол и поставил пакеты рядом с собой. — Я очень рад нашей встрече, — в укрытии, созданном из одеяла, появился маленький просвет. Блеснули светлые глаза. — Меня зовут Арсений, я принес тебе поесть, — мужчина открыл пакет, и девушка вскрикнула от шуршащего звука. Она вжалась в дальний угол кровати. Попов чертыхнулся про себя: похоже это займет времени больше, чем он надеялся. Он достал еду, разложил ее на тумбе рядом с кроватью и приготовился уходить.
— Завтрак теплый. Покушай, пока не остыл, — Арс подошел к выходу. — Я не хочу тебе мешать, поэтому ухожу. Если нужна будет любая помощь — просто скажи врачу, и он меня приведет. Был рад увидеться, Лен, хорошего дня.
Попов покинул палату.
***
Арсений сидел в своем кабинете, ожидая возвращения Матвиенко. Фоторобот, составленный одной из жертв, еще вчера разослали по внутренним каналам полиции. И сегодня его наконец опознали.
Илья Макаров.
Это имя сияло на экране Арсения Попова рядом с фотографией полноватого мужчины с черными как смола глазами. Детектив сидел в своем кресле и крутил в руках кубик-Рубика, подаренный когда-то Аленой на четырнадцатое февраля.
Макаров Илья Андреевич, тридцать лет, родом из Воронежа. Архитектор по образованию.
Что-то такое было в лице Колеки, что вызывало в полицейском чувство отвращения и тревоги.
Арсению повезло: пару приводов за уличное хулиганство позволило им быстро найти преступника в базе данных. Вот только личное дело мужчины почему-то совершенно не помогало определить актуальное местоположение Макарова.
Где же он сейчас..?
— Пусто, Арс! Абсолютно, — В кабинет ворвался Сережа со стопкой бумаг, которую он тут же бросил на стол напарнику. — Стажеры все проверили: никакой связи Макарова ни с Антоном, ни с его семьей, ни с детдомами Питера. Это даже странно, хотя бы случайно, но что-то должно было бы всплыть, — Попов тяжело вздохнул.
— Значит пусть копают глубже. Скажи им проверить возможные связи отца или матери Ильи с Шастуном. Если ничего не будет — пусть пройдутся по остальным родственникам.
— У Колеки уже пять лет, как нет матери.
— Тогда только отца, — Арсений не отводил взгляд от экрана. Он был полностью сосредоточен на собственном мыслительном процессе.
Зачем архитектору устраивать в своем доме человеческий зоопарк..?
— Слушай, Арс, — Матвиенко надоело, что на него даже не смотрят. — А ты не думал выманить Макарова на живца? Ему очевидно нужна Лена. Дадим ему узнать о ее местонахождении и прийти за ней. А там и схватим.
— Спасибо за предложение, Серега, — детектив покосился на армавирца. Его стальной тон говорил сам за себя. — Но мне хватило операций в этом деле. Хотя, если приманкой будешь ты — я могу передумать. А теперь иди работать. Мне снова нужно к Корячко. Приближается время обеда. Попробую еще раз найти с ней контакт.
— Удачи, — недоверчиво прыснул Матвиенко. На успех друга в допросе шизанутой девчонки он не рассчитывал.
***
Попов постучался в уже знакомую дверь и вошел внутрь палаты. Выглядела худощавая девушка уже немного лучше. Она все еще вжималась в угол кровати, все еще смотрела на следователя загнанно из-под лохматого колтуна волос, но, по крайней мере, уже не прятала голову под постельным бельем.
— Привет, Лен, — мягко улыбнулся Арс. — У меня обед для тебя.
Мужчина, как и в прошлый раз, поставил пакет возле тумбы у кровати (в этот раз девушка не вскрикивала) и принялся накрывать стол. Лена следила за каждым его движением, ни на секунду не отрывая настороженных глаз от полицейского.
— Ты можешь поесть, когда захочешь, — закончив, Арсений свернул пустой пакет и спрятал его в карман. — Главное отдыхай и восстанавливайся, — Попов сидел на одном колене у кровати, смотря на девушку со всей заботой, которую только можно выразить глазами. — Здесь ты в безопасности. — Девушка вжала голову в плечи и медленно помотала ею из стороны в сторону. Попов чуть сузил внимательные глаза. А вот и начало диалога.
Арс чуть приблизился.
— Он сюда не пройдет. Тебе больше не нужно его бояться, — Арсений обволакивал голосом, гипнотизировал глазами, вселял доверие одним только своим присутствием, пытаясь пробиться через толщу стен, выстроенных Леной за годы заточения. Сдирал штамп за штампом на измученной психике девушки. Но штампов там слишком много. Нужно время.
Лена вновь помотала головой. В уголках глаз стали собираться слезы.
— Я могу помочь, — сказал Попов, и девушка сжала губы. — Но для этого мне нужно, чтобы ты все рассказала.
Лена долго молчала, долго смотрела. А потом просто отвернулась и подтянула повыше одеяло. Начинать разговор она отказалась. Детектив встал с пола.
— Понимаю, — кивнул он, намереваясь уходить. — Боюсь, я не смогу к тебе снова прийти. Обязательно поешь и отдохни, Лен, — Арсений подошел к двери и мягко ее толкнул.
— Он-н не отпустит мен-ня, — послышался хриплый голос из-за спины, и Попов замер. На секунду он прикрыл глаза. Это было облегчение.
Сработало.
Следователь обернулся.
— Из-за того, что ты его сестра?
Детектив знал, что это не так. Ему прекрасно известно, что у Колеки сестер нет и никогда не было. Вот только Арсению любым способом нужно вывести девушку на полноценное общение, не потерять нить завязывающегося разговора. Например, с помощью ложного предположения.
Лена нахмурилась и быстро заморгала. Она буквально опешила от такого глупого заявления.
— Нет! — Тут же дернулась пациентка.
— Тогда расскажи, — Попов обернулся к девушке. — Расскажи, как все было на самом деле.
***
Под разговор с Корячко детективу выделили отдельную комнату — бывший кабинет секретаря главврача больницы. Унылая обстановка чем-то напоминала Попову их собственный зал для допросов в родном отделении. Пациентку и следователя разделял потертый пустой стол. Из окна на его поверхность лился тусклый солнечный свет.
— Как ты оказалась в доме Ильи?
Но девушка молчала. Весь запал погас, пока они с детективом перебиралась в другой кабинет. Она сидела на стуле, уткнувшись взглядом вниз, где ее пальцы терли друг друга и переплетались. Но Арсений был готов к подобному. Еще со вчерашнего дня был готов. Нужно было зайти издалека.
— Насколько я знаю, ты пропала три года назад. Твоя мама тогда подала заявление в полицию о пропаже ребенка, — на этих словах Лена вздрогнула и подняла взгляд на полицейского. — Но все эти годы полиция не могла тебя найти.
— Мама? — пролепетала девушка, и ее глаза тут же наполнились слезами. — Что с ней?
— У нее все хорошо, — Арсений слабо улыбнулся. Он знал, что это сработает. — Если не считать того, что последние три года она не знает, где ее дочь и жива ли вообще. Она скучает по тебе, — детектив заглянул под стол, нашел там пакет, который носил с собой целый день, и вытащил из него альбом с фотографиями. Серый потертый прямоугольник толщиной с кирпич оказался перед девушкой. — Антонина Ивановна вчера дала нам это.
— О боже, — Лена подтянула к себе альбом и начала его листать. Слезы покатились по щекам, и Арсений протянул пациентке коробку с салфетками. — Я хочу к маме...
— Лена, ты обязательно вернешься домой к маме. Но для того, чтобы ты могла безопасно это сделать нам нужно поймать Макарова.
Девушка листает страницы. Рассматривает свои фото с папой, с мамой. Фото с Нового Года, первого дня рождения, поездки в Турцию. Все это кажется таким далеким. Она так устала. Она так хочет домой. Ей жизненно необходимы объятия родных.
— Это случилось три года назад, — на лице Лены впервые появилась слабая улыбка, когда она увидела фото, — в мае. Мне было пятнадцать. Я с подругами пошла в клуб и там познакомилась с мил.. Ильей, — Арсений включил диктофон на телефоне и откинулся в кресле. — Он был намного старше, но внимательным и заботливым. В первый же день он признался в любви с первого взгляда, и мы начали встречаться. И тогда Илья стал требовательным. Просил все время быть рядом, запрещал видеться с друзьями. Говорил, что любит меня, а я верила. Спустя две недели он сказал переехать к нему, и я согласилась, хотя мама и была против. С тех пор он не выпускал меня из дому. Я плакала, просилась. Но он закрывал двери, ставил замки, расставлял камеры по всему дому и оставлял меня одну только по крайней нужде.
— Ты пыталась сбежать?
Лена кивнула.
— Один раз. Он тогда ушел в магазин. Не знаю как, но стоило мне выйти за порог дома — как он тут же оказался рядом. Тогда он впервые поднял на меня руку и сказал, что если еще раз попытаюсь уйти от него, — голос девушки задрожал, — он… он убьет меня, — Лена взяла минутную паузу, чтобы успокоиться, после чего продолжила рассказ. — А потом он изменился еще сильнее. Начал постоянно переспрашивать, люблю я его или нет. Я боялась, что он сделает со мной что-то, поэтому всегда говорила, что люблю.
— Лена, прости, — Попов выпрямился, — я должен спросить. Если не захочешь отвечать — не отвечай. Но он... прикасался к тебе? Я имею в виду...
Девушка сжала руки в кулаки и помотала головой, смотря в пол.
— Нет. Только поцелуи. Говорил, что не тронет, пока не женимся. А с женитьбой он тянул. Прошлым летом мил… Илья сказал, что не может поверить, что я его люблю. Сказал, что это не моя вина. Его просто до этого много раз обманывали, и потому ему сложно доверять людям. Он ходил сам не свой несколько недель, пока в один вечер не вернулся домой со счастливой улыбкой. В тот вечер он вспомнил давнюю историю о своей встрече с каким-то психологом в баре, который рассказывал ему о ребенке, который распознает ложь. Милы… Илья сказал, что найдет его, проверит меня и тогда будет свадьба. Я решила, что это бред. Что он сходит с ума, а потом… — по высохшим дорожкам на щеках побежал новый поток слез, — потом он притащил первого ребенка в дом… — Лена не могла продолжать говорить, не могла успокоиться. Попов сглотнул. Он оглянулся: на подоконнике стоял кувшин с водой и пара стаканов. Он поднялся с места, налил воды в стакан и, поставив его перед девушкой, сел обратно на свое место. Лена попила воду и продолжила. — Я испугалась. Хотела сбежать, хотела сделать хоть что-то, но не могла заставить себя сделать и шаг из дому. А потом появился тот парень. Высокий с ушами. Ми… Илья пытал его. До этого он только запугивал, а тогда… — Девушка вытерла очередной салфеткой слезы. — А потом полиция, побег… Когда мы перелазили через забор, милы… Илья на секунду отвлекся, и я смогла оторваться от него. Помню как бежала, помню, как упала, а дальше ничего не помню.
В кабинете воцарилась тишина. Рассказ был окончен. Мысли в голове следователя роем вились вокруг каждой детали, произнесенной девушкой. Ему было необходимо быстро извлечь главное и сделать правильные выводы.
— Лена, ты знаешь, где он сейчас может быть? Возможно, он говорил про какую-нибудь работу или друзей, у которых мог бы остановиться.
— Я не знаю, — ответила пациентка и пожала плечами. — Он ничего мне не рассказывал о своей жизни во внешнем мире.
Попов понял, что большего получить от девушки сейчас не выйдет: она слишком устала. Он вытащил телефон из кармана и быстро напечатал Сереже смс.
Арсений:
Найди мне фото мамы Макарова в молодости.
13:32
Серый:
Ок
13:32
— Хорошо, Лен, спасибо, — телефон вернулся в карман, — ты нам очень помогаешь. Скоро мы его поймаем и закроем за решеткой. И тогда ты вернешься домой. А пока возьми альбом. Он все-таки принадлежит тебе.
Попов провел девушку обратно в палату. Стоило ему попрощаться с пациенткой, как раздался сигнал телефона: от Матвиенко пришло сообщение с фото. На нем мама Ильи стояла на берегу озера с широкой улыбкой на лице. На вид на фото ей было не более двадцати пяти лет. Выглядела она точь в точь, как Елена Корячко.
— Ну естественно, — выдохнул Арс. В его голове пазлы начинали сходиться нужными краями. Попов вышел из больницы и выехал в участок. Он нуждался в помощи всего своего отделения.
***
— Жесть, они реально похожи, — Серега стоял рядом с Арсением у экрана компьютера, на котором было высвечено фото двух разных, но невероятно похожих друг на друга девушек. В кабинете следователей стоял устойчивый запах кофейных зерен. — Зря я тебя недооценивал. Видать забыл, с кем мне довелось в напарниках ходить, — хмыкнул Матвиенко и с уважением посмотрел на товарища.
— Нужно найти адреса, по которым Алла Макарова жила в то или иное время. Возможно, Коллекционер прячется там, — предположил Арс.
— Думаешь, мы имеем дело с недолюбленным мамой выродком?
— Я бы выразился по-другому, но в принципе да.
— Что ж, тогда мне есть, чем тебя порадовать, — Сергей улыбнулся. Он отошел к своему столу, взял одну из папок и передал ее другу. — Карла Маркса двенадцать. У Аллы там был собственный дом, полученный за службу еще во времена СССР, — Попов открыл папку. На первой странице его встретило фото дома, сделанное с помощью Google карт. Старый обветшалый дом с полуразрушенным деревянным забором. Фото было сделано в прошлом году.
— Уютно, — поиронизировал Арс.— Ага. Настолько уютно, что с двух тысячи пятого года дом был признан аварийным. В том же году матери Макарова была выплачена компенсация, а здание перешло во владение города. С тех пор там никто не живет, — Арсений не сдержал улыбки. Он поднял взгляд хитрых глаз на коллегу и встретил точно такое же выражение лица у Матвиенко. Они думали об одном и том же. Сергей оперся рукой о стол. — Ну не идеальное ли это местечко для обиженки, которая ищет пристанище? — Арсений смотрел на своего друга и думал о том, насколько же ему повезло с напарником. Все, что касалось сбора информации и вычленения из информационной каши самого полезного — все это было сильной стороной армавирца. Арс не встречал человека, который справлялся бы с этим также хорошо, как это делал его друг.— Серега, — Попов откинулся на спинку своего кресла. — Я уже говорил, что ты крут?
Низкорослый полицейский хохотнул.
— Говорил, но я не прочь услышать это еще раз.
— Серый, ты крут, как никто.
— Я знаю, — тут же загордился Матвиенко. — Поехали?
— Поехали.
***
Бронированный УАЗ с тремя собровцами и двумя детективами затормозил в паре десятков метров от нужного адреса. Через затемненные окна Арсений рассматривал дом с заколоченными окнами, окруженный сгнившим деревянным забором. Выглядело это место в край плохо.
— Если повезет — сейчас все и закончится, — произнес Матвиенко, но Попов молчал: не любил заглядывать наперед. Оперативники выдвинулись первыми. Покинули машину, незаметно подобрались к забору и, перебравшись через него, попали на заброшенную территорию. Все трое скрылись из виду.
Следователи сидели на своих местах, дожидаясь сигнала.
— Кстати, Арс, пока есть время. Уже идет второй день. Как тебе с Шастуном живется-то? — Спросил вдруг Серега, улыбаясь.
— Ты правда думаешь, что сейчас хорошее время для этого? — Недовольно покосился на напарника Арсений, но Матвиенко его будто не услышал.
— Ты уже занюхивал поношенные им футболки?
Попов поморщился.
— Серый, какой же ты мерзкий.
— А ты от ответа-то не увиливай. Я тебя знаю хорошо! Ты сто пудов что-то скрываешь. С утра ходишь какой-то собранный весь, напряженный. Рассказывай давай.
— Я расскажу. Но позже. И только при условии, что сейчас ты будешь молчать.
— Заметано.
В этот момент один из собровцев показался из-за дома и жестом показал, что внутри никого.
— Выходим.
В тот же миг Сергей и Арсений вылезли из УАЗа. Перебравшись через забор, они проследовали за оперативником. На руки тут же были натянуты нитриловые перчатки. Из карманов были вытащены фонари. Обойдя здание, трое мужчин подошли к некогда заколоченному окну. Сейчас же оно было вскрыто сотрудниками СОБРа. Оперативник, а за ним и двое следователей, проникли в погруженный во тьму дом.
— Отряд сейчас прочесывает помещения на наличие потайных комнат, — сказал Тимур, руководитель опергруппы. — На всякий случай, будьте осторожны.
Арсений кивнул коллеге и включил фонарь. Первое, что бросилось ему в глаза в этом помещении — это странные картины, которыми были увешаны потресканные стены.
— Либо Алла Макарова увлекалась искусством при жизни, — прокомментировал Матвиенко, — либо Колека за последние годы здесь знатно обжился.
Большие полотна были измазаны хаотично нанесенными мазками разных цветов краски. Какие-то выглядели ярко и весело, в то время как другие угнетали и нервировали сознание. Полки шкафов были заставлены банками с красками, пол покрыт пятнами высохшей краски. В углу стоял побитый жизнью мольберт.
— Я вызову криминалистов, — Тимур оторвал Попова от изучения интерьера.
— Угу, — кивнул он. Мужчина прошел вглубь небольшой комнаты, когда его низкорослый друг принялся копаться в шкафах и ящиках преступника. Арсений подошел к рабочему столу. На нем лежали кисти, палитры и тюбики с масляной краской. Под столом скрывалась переполненная бумагами полка. Попов вытянул на свет фонаря листы бумаги, изрисованные схемами, и потертый кожаный дневник.
— Записи Коллекционера? — подошел к другу Матвиенко и глянул через плечо на находку Арса.
— Похоже на то, — Попов открыл дневник и стал вчитываться в тексты.
Первая случайная страница:
03.09
Зинченко Варвара, пн-пт:
8:15 — выход в школу
12:10 — большая перемена, прогулка до парка Горького
14:20 — возвращение домой
…….
Арсений сглотнул. Зинченко Варвара — это первая похищенная жертва.
Попов листает дальше:
12.09
Дмитрий Крутов
……...
Слабые места: крепкое пиво, любовь к крышам, полуночные визиты в секс-шоп, боязнь сирен полицейских машин и скорой помощи.
………...
— Дневник похищений, — прошептал Арсений и закопошился в страницах, желая найти главу про Антона.
— Ищи последнюю запись, — вдруг предложил Сергей. — Там может быть что-то с сегодняшней датировкой, — предположение товарища звучало разумно, и Арсений тут же отыскал последнюю заполненную страницу:
17.11
Захват Машинки
10:00 — выезд Попова из дома Гуляева 21
12:00 — выезд Машинки в больницу
14:00 — возвращение Машинки на Гуляева 21
15:45 — мой выезд
16:00 — месть Машинке
Внутри все застыло.
Арсений достал часы.
Они показывали 16:07. В этот момент раздался звонок.