5
В постели с моделью
Вечер пятницы. Неожиданное появление некоего Грегори Рока, режиссера-документалиста, вызывает в баре «Бауэри» легкое оживление. Мистер Рок, автор таких скандально известных фильмов, как «Д. Р. Ф.» («Джеральд Рудольф Форд») и «Манкиз», шествует в довольно задрипанном твидовом пиджаке, опустив глаза долу. За ним следует стайка юных созданий шестеро новых моделей известного модельного агентства. Среди них нет ни одной старше двадцати одного года (двоим вообще по шестнадцать), и половина из них в жизни не видела ни одного фильма мистера Рока и, положа руку на сердце, плевать на это хотела.
Роль буксиров, обеспечивавших непрерывность движения и сохранность состава, выполняли Джек и Бен, «моделепоклонники» два инвестора-предпринимателя лет по тридцать молодые люди с незапоминающимися чертами лица, если не считать кроличьи зубы одного и модный нагеленный «ежик» другого.
На первый взгляд компания производила впечатление веселой беззаботной тусовки. Девушки сияли улыбками. Мистер Рок занял место у стены в окружении своих чирикавших красоток, а молодые люди расселись по краям, будто оберегая мистера Рока от посягательств на его уединение или, упаси Господь, на его дам.
Мистер Рок то и дело склонял голову то к одной, то к другой девушке, на лету подхватывая нить обрывочных разговоров. Молодые люди были полны жизни и энергии. На самом же деле все было вовсе не так картинно, как могло бы показаться со стороны. Если хорошенько приглядеться, удалось бы различить налет усталости и скуки, тенями старости залегший на лицах юных див. Им нечего было сказать мистеру Року и уж тем более друг другу. Но у всех присутствующих была своя работа, и все ее усердно выполняли.
Так они и сидели, сияя великолепием, пока наконец не набились в лимузин мистера Рока и не отправились в клуб «Туннель», где мистер Рок, вяло потоптав танцпол с одной из красоток, наконец осознал, что умирает со скуки, и уехал домой в полном одиночестве. Девочки же остались и принялись за наркоту, а потом Джек, тот самый, с «ежиком», схватил одну из них за руку со словами: «Ну ты, сучка!» после чего она послушно пошла к нему домой. Там он предложил ей еще дури, а она сделала ему минет.
Такого рода сценарии буквально каждый вечер разыгрываются в клубах и ресторанах, где неизменно собираются очаровательные юные фотомодели, слетающиеся в Нью-Йорк, как пчелы на мед, и их спутники, мужчины вроде Джека и Бена, превратившие обхаживание и, по возможности, соблазнение юных манекенщиц в дело всей своей жизни. Позвольте представить моделепоклонники.
Моделепоклонники порода особая. Они на ступеньку выше обычных бабников, которые готовы трахать все, что движется. Моделепоклон-ников интересуют не столько женщины, сколько манекенщицы. Они обожают их за красоту и ненавидят за все остальное. «За глупость, мишуру, беспринципность, искушенность», объясняет Джек. Моделепоклонники обретаются в не-ком подобии параллельной вселенной, с собственными планетами («Нобу», бар «Бауэри», «Табак», «Флауэрз», «Туннель», «Экспо», «Метрополис»), спутниками (многочисленными квартирами, в большинстве своем в районе Юнион-сквер, которые крупные модельные агентства снимают для своих манекенщиц) и богинями (Линда, Наоми, Кристи, Эль, Бриджит).
Добро пожаловать в их мир. Довольно гнилой мирок.
Моделепоклонники
Не каждый мужчина может стать моделепоклонником.
Чтобы спать с моделями, нужно быть богатым, красивым и/или принадлежать к артистической богеме, объяснил Баркли.
Сам он многообещающий художник с лицом ангела Боттичелли, обрамленным светлыми волосами, стриженными в кружок. Живет он в небольшой мансарде в Сохо, которую оплачивают его родители, как, впрочем, и остальные его расходы, что неудивительно, когда твой отец крупнейший производитель пластиковых вешалок в Миннеаполисе. Это значительно облегчает Баркли жизнь, поскольку жизнь моделепоклонника обходится недешево чего стоят одни расходы на коктейли, ужины, такси из одного клуба в другой, наркотики в основном марихуана, но изредка и героин с кокаином. Кроме того, на все это уходит уйма времени. Родители Баркли полагают, что все свое время он проводит в мастерской за работой, в то время как на самом деле он дни напролет планирует свои бессонные ночи с манекенщицами.
Честно говоря, не понимаю всех этих охов и ахов вокруг моделей, говорит Баркли. Он вышагивает по своей мансарде в кожаных джинсах и с обнаженным торсом. Волосы его еще не успели высохнуть после душа, а на груди виднеются три хилых волоска. Модели его обожают. Считают его модным и милым. Главное обращаться с ними как с простыми смертными, продолжает он, прикуривая сигарету. Нужно уметь себя держать входишь и сразу направляешься к самой шикарной из них иначе пиши пропало. Это как с собаками: главное не дать слабины.
Звонит телефон. Ханна. У нее съемки в Амстердаме. Баркли ставит телефон на громкую связь. Ей одиноко, и она обкурилась.
Я так по тебе соскучилась, стонет она. Ее голос как змий, свивающийся в кольца в тщетных попытках скинуть собственную кожу. Был бы ты здесь, я бы тебе так отсосала О-о-о-о Это такой кайф, милый.
Вот так-то, подмигивает Баркли. Он прикуривает косяк и заводит разговор с Ханной, запустив пятерню в шевелюру: Покурим вместе, моя сладкая?
Есть два вида моделепоклонников те, кто с ними спит, и те, кто не спит, заявляет Корте фельске, автор книги под названием «Пустозвон», романа о человеке, который проводит жизнь в погоне за моделями. Возглавляют всю эту братию супермоделепоклонники, то есть те, кого чаще всего можно встретить в обществе Эль Макферсон, Бриджит Халл, Наоми Кэмпбелл. Такие водятся везде, где есть модели, в Париже, Милане, Риме, продолжает мистер Фельске. У них уже есть определенный вес в мире моды. Им ничего не стоит снять пару моделей. Они из них веревки вьют.
Но далеко не все моделепоклонники птицы высокого полета. В Манхэттене, главном перевалочном пункте для всех начинающих моделей, достаточно одного состояния. Взять, к примеру, Джорджа и его партнера Чарли. Каждый вечер Джордж и Чарли вьюодят в свет толпы манекенщиц иногда по двенадцать человек кряду.
Джордж и Чарли сошли бы как за среднестатистических европейцев, так и за ближневосточных бизнесменов, но на самом деле они из Нью-Джерси. Занимаются они импортом-экспортом, и хотя им еще нет и тридцати, каждый из них стоит по нескольку миллионов.
Бедняге Чарли никогда не обламывается, смеется Джордж, докручиваясь в кожаном кресле за массивным столом красного дерева в собственном офисе. Пол устелен восточными коврами, на стенах оригиналы картин мастеров. Джордж объясняет, что на секс ему наплевать. Это такой вид спорта, говорит он.
Для этих ребят девочки всего лишь очередной трофей, соглашается мистер Фельс-ке. Для кого-то это способ избавиться от собственных комплексов, для кого-то возможность пофанфаронить.
Джордж рассказал, что в прошлом году от него залетела девятнадцатилетняя модель. Они были знакомы чуть больше месяца. Сейчас у них девятимесячный ребенок. Он с ней больше не встречается. Она предъявила ему свои требования: 4500 долларов в месяц в качестве алиментов, страховой полис на 500000 долларов и 50000 долларов в фонд образования ребенка.
По-моему, это слегка чересчур, вы не находите? ухмыляется Джордж. Улыбка обнажает зубы с сизым налетом
Девочки Вильгемины
Так как же попасть в число избранных?
Модели существа стадные, объяснил Баркли. Перемещаются они исключительно толпой тусуются своими компаниями, живут по нескольку человек в одной квартире. В одиночку они сразу теряются, а вместе они сила. Любой перед ними пасует. С другой стороны, это может оказаться тебе на руку, продолжает он свою лекцию, поскольку, если в одном месте собралось двадцать фотомоделей, твоя избранница наверняка окажется не самой красивой следовательно, твои шансы возрастают. Если она одна и выбирать не приходится, она оказывается хозяйкой положения. Если же ты подходишь к компании из четырех-пяти манекенщиц и обращаешься к одной из них, ей это льстит, поскольку она мгновенно чувствует свое превосходство.
Главное познакомиться с первой. Лучше всего это делать через знакомых.
Стоит заполучить одобрение одной, говорит мистер Фельске, и тебя тут же принимают за своего.
Три года назад Джордж случайно встретил в клубе свою бывшую одноклассницу, чей кавалер оказался букером одного модельного агентства. Через него Джордж познакомился с кучкой моделей. У него была наркота. Кончилось все тем, что они всей толпой отправились к ним домой. Наркоты хватило аж до семи утра. По ходу дела он с одной переспал. На следующий день она согласилась с ним встретиться, но только при условии, что остальные тоже придут. Он пригласил их всех на ужин. И понеслось.
Так все и закрутилось, заключил он.
Сейчас Джордж знает наперечет все модельные квартиры приют новоиспеченных моделей, где за каких-то пятьсот долларов в месяц пятеро девочек жмутся по своим койкам в двух-трех тесных спальнях. Но нельзя терять бдительность девочки приходят и уходят и нужно постоянно поддерживать отношения как минимум с одной из квартиранток. Источник же неиссякаем.
Нет ничего проще, говорит Джордж. Он поднимает трубку и набирает номер.
Алле, можно Сюзан? спрашивает он.
Она в Париже.
Ох, черт, огорченно произносит он. Это ее старый знакомый (на самом деле он с ней знаком всего каких-то пару месяцев), сам только что сюда вернулся. Вот не повезло. А это кто?
Сабрина.
Очень приятно, я Джордж. Минут десять они мило беседуют. Мы тут сегодня в «Бауэри» собираемся. Не хочешь присоединиться?
Ну-у ладно, отвечает она, а сама только что в ладони не хлопает от радости.
Кто там еще с тобой сегодня? Может, прихватишь их с собой?
Джордж вешает трубку.
Вообще-то лучше, когда мужчин больше, чем женщин, говорит он. Чем больше соперниц, тем больше конкуренция. Они настораживаются, затихают. Если одна рассказала другой, что с кем-то встречается, это может сыграть роковую роль. Она-то думает, что они подруги, а на самом деле каждый сам за себя. Ей то и дело рассказывают подобные истории. Твои собственные подруги так и норовят отбить у тебя парня.
Среди них полно пустышек, фыркает мистер Фельске.
У Джорджа своя система.
Среди модельных квартир существует определенная иерархия доступности, говорит он, девочки Вильгельмины самые доступные они из тех, кто все детство провел на колесах или в злачных кварталах Лондона. У «элиты» две квартиры одна в центре, на Восемьдесят шестой, другая на отшибе, на Шестнадцатой. Девочки получше живут в центре. Те, что на отшибе, поприветливей. Про девочек из квартиры Эйлин Форд можно сразу забыть хотя бы потому, что горничная Эйлин просто-напросто вешает трубку.
Большинство из них живут между Двадцать восьмой стрит и Юнион-сквер. Есть еще высотки Зеккендорфа на Пятнадцатой. И еще пара мест на Двадцать второй и на Южной Парк-авеню. Модели постарше, у кого работы навалом, селятся в Ист-Сайде.
Словарь моделепоклонника
Штучка = модель
Гражданские = не модели
Мы все время обсуждаем, как сложно после моделей вернуться «на гражданку», рассказывал Джордж. С гражданскими как-то даже особенно не пересекаешься по крайней мере, не стараешься пересечься.
Модели гораздо покладистей, чем гражданские с их карьерами, добавил Сэнди. Гражданские вечно от тебя чего-то хотят
Вопрос в разрезе
Четверг, вечер. Ресторан «Бароло». Марк Бей-кер, реставратор и промоутер, дает очередную вечеринку. Схема такая: у промоутеров связи в агентствах. Агентства знают, что промоутеры «надежные люди», т. е. и о девочках позаботятся, и скучать не дадут. Те, в свою очередь, нуждаются в моделепоклонниках, чтобы они вывели их моделей в свет сами промоутеры не всегда изыскивают такие деньги. А моделепоклонники всегда. Кто-то же должен их кормить. И вот моделепоклонники встречают кого-нибудь вроде мистера Рока. Мистер Рок хочет девочек. Моделепоклонники тоже хотят девочек, к тому же не прочь провести время в обществе мистера Рока. Все счастливы.
Итак, четверг, вечер. У входа в ресторан чистое столпотворение. Люди давятся, изо всех сил стараясь привлечь внимание рослого детины довольно угрожающего вида судя по всему, наполовину азиата, наполовину итальянца. Внутри дикая толчея. Все танцуют, все стройны и красивы.
Сначала общаешься с какой-то девицей с деланным европейским акцентом. Потом еще с одной, из Теннесси, она только что вернулась из дома и делится впечатлениями.
Я была в клешах и на платформах, так видели бы вы, как мой бывший на меня вылупился: «Что это говорит ты так вырядилась?» А я ему и говорю: «Привыкай, милый. Нью-Йорк есть Нью-Йорк».
Появляется Джек и дает кое-какие разъяснения.
Как бы глупы они ни были, в моделях преобладает стремление манипулировать другими. Их можно разделить на три категории. Первая категория новенькие. Эти, как правило, совсем девчонки лет по шестнадцать, семнадцать. Они все время тусуются. У них не так уж много работы, зато амбиций хоть отбавляй, им нужны знакомства, связи фотографы например. Категория номер два те, у кого полно работы. Они уже постарше, от двадцати одного и выше, и уже лет пять как в модельном бизнесе. Они нигде не появляются, все время в разъездах, их почти никогда не видно. И наконец, третья категория супермодели. Они ищут покровителя, который может что-то для них сделать. Они просто одержимы идеей денег, возможно, потому, что их положение столь шатко и недолговечно. Если у тебя меньше двадцати тридцати миллионов, они на тебя и не взглянут. К тому же они страдают звездной болезнью общаются исключительно с супермоделями, а всех остальных манекенщиц или просто не замечают, или поливают грязью.
Ты идешь вслед за Джеком, и разговор продолжается чуть ли не в мужском туалете.
К двадцати одному у них уже такой багаж накопился! рассказывает Джек. Полный комплект. Дети. Бывшие любовники. Неприятные знакомства. Большинство из них дети из семей неблагополучных или с сомнительным прошлым. Они красивы, но в конечном итоге тебе от этого ни тепло ни холодно. Они молоды. Необразованны. У них нет ничего святого. Лично я предпочитаю тех, кто постарше. Нужно только найти такую, чтобы как чистый лист. Вот я и ищу.
Добьешься одной добьешься всех
Главное заполучить хотя бы одну знаменитость вроде Хантер Рино или Жанны Родз, продолжает Джордж. Ну тех, с обложек европейских журналов. Добиться одной значит добиться всех. В ночном клубе нужно приглядывать за девочками постарше. Они вечно норовят пораньше ускользнуть домой, потому что им на следующий день вставать и идти на работу. Сажаешь их в такси, все честь по чести, а потом возвращаешься и берешься за тех, кто помоложе.
Все, что им нужно, это комфорт, добавляет мистер Фельске. Они так молоды. Они только-только начинают играть во взрослые игры. Они еще ничего толком и не понимают в жизни, а тут все эти искушенные мужчины Конечно, им нелегко.
В своей мансарде Баркли открывает бутылку кока-колы и усаживается посреди комнаты, оседлав табурет.
Смотришь на них и думаешь: кто может сравниться с фотомоделью? А с другой стороны, они глупы и напыщенны до невозможности, и в голове творится черт знает что. Трахнуть модель в сто раз проще, чем первую попавшуюся девчонку. Они же только этим и занимаются. Это как эффект курортника стоит оказаться вдали от дома, как начинаешь вытворять все, что душе угодно. А эти все время вдали от дома, то и дело в разъездах. Так и живут.
Баркли отхлебывает кока-колу из бутылки и почесывает живот. Время три часа утра, он всего час назад проснулся.
Эти девочки кочевницы, говорит он. У них по любовнику в каждом городе. Когда они в Нью-Йорке, то звонят мне, а окажись они в Париже, Риме или Милане позвонят кому-нибудь другому. Когда они здесь, мы делаем вид, что мы вместе. Держимся за руки, встречаемся каждый день. Многим женщинам это нужно. А потом они уезжают. Баркли зевает. Не знаю, вокруг столько красивых женщин, что со временем начинаешь искать кого-то, кто может тебя рассмешить.
Иногда сам поражаешься, чего только не сделаешь ради этих пташек, говорит Джордж. Однажды я даже в церковь пошел с одной моделью и с ее дочкой. Теперь я стараюсь встречаться с теми, кто постарше. Чувствую, пора завязывать. Отвлекают они меня. Так всю жизнь из-за них профукаю. Джордж пожал плечами и отрешенно уставился в окно своего кабинета на тридцать четвертом этаже с видом на Манхэттен. Ты только посмотри на меня! Двадцатидевятилетний старик!