~
Он всегда был таким. Светил яркой улыбкой во все тридцать два, а его и без того узкие глаза становились ещё уже. Он всегда говорил всё напрямую. Пусть иногда и черезчур прямо, но действительно то, что не мог сказать никто. Можно сказать, что он жил одним днём. Он был таким родным и уютным. Даже эти его английские словечки были какими-то своими. У него было всё. Он был любим всеми.
Но я ненавидел его всеми фибрами души, но и также сильно любил. Он не видел моих чувств или делал вид, что не видит. Конечно, у него ведь был весь такой маленький и милый Чжинхван. Я же просто был ему лучшим другом, которому он рассказывал все свои даже самые потаенные секреты.
А было поистине хреново. Слушать про его ночные, и не только похождения с ЧжинХваном, а потом напиваться до беспамятства и блевать потом всё утро в "белого друга". Он конечно знал об этом, думал, что я просто схожу с ума от одиночества, и мне стоит найти себе кого-нибудь. А я не хотел кого-нибудь, я хотел именно Ким Мать Его Дживона.
А знаете за что я ненавидел его больше всего? За эти чёртовы обнимашки время от времени. Эта его гребанная тактильность убивала меня, появлялось чувство, что он просто решил угарнуть надо мной и посмотреть за реакцией влюбленного в него парня. О чьих чувствах он вроде как не знает, но эти его понимающие взгляды не давали мне покоя. Они прожигали насквозь, будто заглядывая в душу.
Знаете...
Я ненавижу себя. Чживона больше нет рядом. Этот идиот не сказал о болзни. Он не сказал, что осталось всего каких-то жалких три месяца. Он не сказал никому, даже Хвану, а он вроде как был любовью всей жизни.
Наверное, вы уже давно поняли из-за чего я ненавижу себя, да? Я ненавидел его даже когда он умер. Ужасно, не правда ли? Со временем ненависть прошла, но я не могу понять... От чего мне так тяжело? Это всепоглощающее чувство откуда-то взявшейся обиды и непонятной тоски не отпускают меня.
И наверное, даже сейчас, он бы выбрал ЧжинХвана. Но не смотря на всё это...
Я всё ещё люблю тебя, Ким Чживон.
С болью,
Ким ХанБин.