голодные и больные

И вот, двое сидят греются в горячей воде, столько дней они не чувствовали себя так хорошо, как сейчас. Воспоминания хлынули рекой в их головы.

Ган Си, чтобы не терять время, прихватил с собой книгу и отошёл в другое место, недалеко от двух братьев. Присел на камень, на который обычно кладут вещи для купания.

Братья же сидели расслабленно, они знали, что сейчас им не сбежать. Как минимум потому, что они были без одежды, в одних полотенцах. Они приняли этот факт и решили воспользоваться моментом, чтобы отдохнуть и ни о чем не думать.

Когда они только снимали с себя полотенце, то можно было увидеть их обнаженные тела. Тело Танми Джи было достаточно стройное, а с его цветом кожи это выглядело брутально, каждая девушка бы хотела иметь парня или мужа с таким телом. На спине у него были шрамы, по сей видимости от мечей.

Учитель как-то рассказывал Ган Си о том, что у него был друг, который постоянно пытался с кем-то подраться, чтобы проверить свои силы и по выделываться, но получал лишь царапины на спине. Ху Гонану постоянно приходилось обрабатывать его раны и видимо этот друг был Танми Джи.

У Хао Ниуби было очень худощавое телосложение, будто анорексик. Кожа его бледна, а от пара его шрамы стали краснее и виднее. Был один странный, большой шрам прямо у сердца, будто бы разрезали его плоть и хотели достать его сердце.

К сожалению, учитель Ган Си не рассказывал об этом, но остальные он узнал от чего появились. Хао Ниуби постоянно воровал или вел себя неподобающе, из-за чего получал множество раз плеткой по спине.

У Ган Си была маленькая привычка, рассматривать тела других. Вообще, она никому не вредила, поэтому никто особо не обращает на это внимание. Он также любитель порисовать динамические фигуры или же просто фигуры в движении.

Получалось, конечно, плохо, но Ган Си не теряет надежды и всегда практикуется в этом, если есть свободная минутка.

Танми Джи лениво лежал в водичке и невольно повернул голову в сторону своего брата. Вдруг он привстал и с недоумением в глазах, посмотрел на Хао Ниуби.

Хао Ниуби, увидев движение рядом, повернул голову к старшему и дёрнул головой, спрашивая "что такое?".

А-Джи показал на свою шею и затем развел руками и удивлённо уставился на своего брата.

Хао Ниуби положил свою руку на шею, проверил и только потом вспомнил, что произошло вчера. Он замер и по подбородок залез в воду. Танми Джи ждал, когда братец его, расскажет, что же произошло с ним. Ниуби же молчал, как рыба и ничего не говорил, и даже не смотрел на А-Джи.

В конце концов, под гнетом взгляда Танми Джи, Хао Ниуби вылез из воды, обернувшись на ученика Гонана, а затем снова посмотрев на своего брата, он вздохнул и рассказал, что же произошло вчера, когда Ху Гонан был у него в комнате.

У Ниуби и А-Джи были доверительные отношения, всё же с самого раннего возраста они были вместе, а после ухода из клана, они всё так же были вместе. Хао Ниуби рассказал ему всё, да еще и в красках. Время от времени оборачивался на Ган Си, чтобы проверить слушает он или нет.

Ган Си всё слышал, но старался не реагировать на всю эту чушь и оставался с невозмутимым взглядом, будто ничего не произошло и он ничего не слышал.

Около получаса двое братьев обсуждали ситуацию и на их лицах, за всё это время, пролетело множество эмоций и плохих, и хороших. В конце концов они сменили тему и начали обсуждать что-то другое, не связанное с их общим другом. Ган Си перестал их слушать и углубился в чтение книги.

Так пролетело еще немного времени и Ган Си сказал парням вставать и идти обратно в раздевалку. Братья переоделись и последовали за учеником, в их халупский домик.

Ху Гонан в это время собирал вещи и готовился к завтрашнему отъезду. Он так же спустился в потайную комнату, чтобы отнести безымянный меч на место. Гонан задержал свой взгляд на нём, будто бы меч манил его, призывал помочь ему. Глава знал, что так демоническая душа хочет с ним связаться и пересилив странные чувства, оставил меч и вышел из комнаты.

У Ху Гонана до сих пор болела голова, с чем это связано он до сих пор не мог понять. Гонан вышел на свежий воздух и уселся на креслице, которое находилось на его крылечке.

Обычно на этом кресле сидит Шизи Да и читает книги, уж слишком она любит это местечко. Ветер умеренно дует в этой месте, не мешая чтению книг, а также это место очень тихое, ведь находится оно в дали от людской суеты и здесь легко можно отдохнуть и расслабиться.

Ху Гонан уселся на кресло и откинул голову назад, голова всё так же не проходила из-за чего глава чувствовал раздражение и напряжение в своём теле. Иногда боль была колющей в висках, иногда давящей в районе глаз. Всё это раздражало Гонана, а лекарства, что ему давали, не помогали ему.

Краем глаза Гонан увидел, как его ученик ведёт двух парней обратно в домик. Выглядели они теперь намного лучше, чем вчера, чистые, переодетые. Ведь это их последний день, когда они смогут так выглядеть. Скоро они поедут в Ши Лар Суку, Гонан сдаст их в тюрьму и забудет о них вновь.

От мыслей о разлуке, у Гонана накатилась тоска и снова он начал вспоминать о былых временах, когда было всё прекрасно и можно было ни о чём не думать.

Танми Джи и Хао Ниуби шли за Ган Си, волосы их до сих пор не высохли, а со лба текли небольшие капли. Ху Гонан заметил, что они что-то бурно обсуждали, иногда окликая ученика, но тот старался не обращать на них внимание.

Вскоре они скрылись за деревьями и ушли в своём направлении. Ху Гонан закрыл глаза и решил немного посидеть с закрытыми глазами.

Когда он закрыл глаза, то начал появляться силуэт из сна, который напугал Ху Гонана до смерти. Глава открыл глаза, на лице читалось недовольство и злость. Он подумал: "Если еще раз он появится, я его просто убью". Хоть Гонан и понимал, что это всё в его голове, но не мог с этим мириться.

Танми Джи и Хао Ниуби, вместе с Ган Си, дошли до домика. Ученик снял с них специальные ошейники и отвёл в комнаты, а затем поставил барьер по указанию своего учителя. Снова двое братьев не могли контактировать с друг другом и им оставалось ждать завтрашнего дня.

Наступила ночь.

Фонари вновь включились и гул, что стоял на улице, стих. Ху Гонан сидел в своём кабинете и разбирал бумаги, он так же решил прибраться на своем рабочем столе.

У Гонана всегда было чисто, везде стоял порядок, вся пыль убрана, а все полы помыты. Иногда ему было очень лень делать уборку, но в основном у него была чистота и порядок в доме. Как говорится, завидный мужчина.

Когда он убирал на полку очередную стопку бумаг, на пол упала вещь. Ху Гонан поднял ее и рассмотрев получше, улыбнулся.

Эта вещь была совместным подарком от его родителей. Браслет был из чистого золота, с драгоценными камнями. Гонан часто одевал его на праздники или на важные мероприятия.

Сейчас у него не было особо времени наряжаться и выглядеть как аристократ, поэтому браслет валялся без дела целыми днями. Ху Гонан не забывал его протирать каждый день, как и другие его драгоценные вещи в доме.

Наверное, единственное к чему он не прикасался во время уборки, так это безымянный меч. Ведь тот выделял много демонической ци и это могло ухудшить состояние тех, кто находился рядом.

До Ху Гонана только сейчас дошло, почему у него такое состояние. Он понял причину, по которой у него болела голова всякими разными способами и возможно его странные сны связаны с этим мечом.

Браслет, что Гонан всё это время держал, он положил на верхнюю полочку, а затем сел за стол.

Ху Гонан присел не из-за того, что придумал план, а потому что у него снова заболела голова. Для раздумий он сегодня слишком устал и сил не хватало на то, чтобы придумать план по избавлению демонической ци из его тела.

Глава быстренько сбегал за снотворным к своей жене, затем вернулся в свой дом. Налил себе воды и добавил пару капель лекарства, он пошел готовиться ко сну.

Наступила глубокая ночь, Танми Джи не мог снова уснуть и просто сидел, смотрел на горящую свечу в своей комнате. В некоторые моменты он вспоминал то, о чем рассказывал ему Ниуби и недоумевал от того, что услышал тогда.

Хао Ниуби и Ху Гонана связывали тесные отношения и А-Джи думал, что после стольких лет они смогут снова наладить общение и быть как великое трио, как в старые добрые времена. На деле же оказалось всё печально.

Хао Ниуби всячески старался задеть Гонана, а Ху Гонан по своей натуре был вспыльчивым человеком и Ниуби часто прилетало за его слова. В такие моменты Танми Джи оказывался меж двух огненных сфер, которые вот вот извергнут огонь и озарят весь город своим непотухаемым пламенем.

Танми Джи вообще не знал, что ему делать в таких ситуациях и поэтому старался не влезать в их дела, но один вопрос всё же засел у него в голове.

"Почему Ниуби так резко начал относиться к Гонану?". Ведь по сути ничего плохого не произошло, по крайней мере А-Джи не мог вспомнить никакого выпиющего случая для таких действий со стороны своего младшего брата.

С Гонаном было всё понятно, сколько Танми Джи его помнил, он всегда ,в отличие от своих названных братьев, был более эмоциональный, особенно в подростковом возрасте. Это было около 10 лет назад, по крайней мере таким, его запомнил Танми Джи, сейчас же не было достаточно времени, чтобы узнать, как справляется со своими эмоциями Ху Гонан.

Хао Ниуби лежал в своей комнате и тупо смотрел на стену, не выражая никаких эмоций и не двигаясь. Свеча была погашена, он сидел в полной темноте и ни о чём не думал. Через время он всё же уснул крепким сном.

Ху Гонан оказался в цикле сна, в котором он может свободно передвигаться и даже говорить мысли на уме, но картина вокруг него не менялась как он хотел.

Он бродил по темному лесу, только дорожка была светлее, будто показывая ему путь к какой-нибудь цели, что его ждёт в переди. Пройдя чуть вперёд, Ху Гонан услышал голоса. Удивительно, что в этом цикле находился не он один, а кто-то ещё и их как минимум двое.

Гонан пошел вперёд, туда, откуда доносились голоса. Когда Гонан дошел до своей цели, он остановился и удивлённо посмотрел на людей, что здесь находились.

Один сидел на камне, спиной к главе, а другой стоял перед первым и внимательно слушал. Тот, кто стоял, оказался глава клана Юрен Дзу, Сяо Нима.

"Что он тут делает?!". У Гонана пронеслось множество эмоций по этому поводу. Он знал Сяо Нима, как распиздяя, что лишь вешает лапшу на уши и любит по выделываться. В этом цикле Нима был серьёзен и о чем-то излагался, а сидящий время от времени хихикал и чуть ли не валился с камня.

Ху Гонан никак не мог расслышать то, о чем они говорят, поэтому сидел в кустах и ждал. Наконец Сяо Нима махнул рукой на прощание и растворился в пыль. Видимо так уходят из цикла сна. 

Человек на камне остался, а затем затих и будто бы вовсе не шевелился. Через время он повернул голову и своими красными глазами смотрел в сторону кустов, в которых засиделся Гонан. Рассмотрев силуэт Ху Гонан понял, что это тот странный Хао Ниуби из его кошмаров.

- Иди сюда.- неожиданно заговорил "Хао Ниуби" и подняв руку, зашевелил пальцем, призывая Гонана подойти.

Глава же в свою очередь не хотел к нему подходить, но тело будто не слушалось его и пристав из кустов, он направился в сторону человека на камне. Он шел медленно и напряжённо, готовясь в любой момент атаковать.

По всей видимости "Хао Ниуби" это не понравилось и он встал с камня и направился в сторону Гонана. Ху Гонан же, в свою очередь, остановился, когда силуэт зашагал и приготовился атаковать.

- Стой там.- грозным голосом сказал глава.

Силуэт остановился в паре метров от него и склонив голову в сторону, остался стоять неподвижно. У него не было видно рта, а возможно он вообще отсутствовал, из-за чего не было понятно, как он говорит.

- Кто ты такой?- спросил у него Гонан.- и почему ты принимаешь форму моего друга?

- Угадай.- сказал ему силуэт и по его, красными как кровь глазам, была видна насмешка.

- Демоническая душа- это я точно знаю, но кто ты на самом деле и почему принимаешь форму моего друга.- Гонан не делал акцент на том, что внешность друга была из прошлого.

- Это единственная форма, которую я хорошо запомнил.- жалобно произнёс "Хао Ниуби".

Затем силуэт начал двигаться в сторону Ху Гонана, а у того, будто тело онемело и он не мог пошевелиться. Всё тело Гонана напряглось, и он не знал, чего ожидать от него.

"Хао Ниуби" подошёл в плотную к Ху Гонану и смотрел своими кровавыми глазами на него, а затем резко сменил физическую форму и стал практически точной копией Гонана. Подвох был только в том, что лицо было размыто, некоторые части тела отличались друг от друга, одежда так же была в разброс. Будто неправильная мозаика.

- Вот видишь почему я принимаю форму твоего друга.- отвернувшись спиной к Гонану, сказал:"Хао Ниуби".

Когда силуэт снова хотел развернутся к главе, он почувствовал, что что-то упирается ему в поясницу. Он повернул голову и увидел железный, не заточенный меч, который обычно носили новички в главе Фонгоу Дзу. Было это сделано для того, чтобы неумелые мастера не поранили других, да и сами не получили бы травмы.

Ху Гонан же в свою очередь немного опешил. Он хотел призвать Шуи Шидао, а вышел бесполезный, железный меч. Гонан не показал свою растерянность на лице, наоборот оно стало более серьезным и готовым атаковать, хоть и был в его руке меч для новичков.

"Хао Ниуби " развернулся и меч был уже на его животе. Он внимательно рассматривал этот меч и даже не поднял головы, чтобы посмотреть на Ху Гонана.

Затем Гонан проснулся. Перед выкидываением из фазы сна, за его спиной появился белый свет, а после он проснулся и схватился за голову, ведь она начала сильно пульсировать и колоть.

После этого Ху Гонан уже не смог заснуть до утра.

Наступило утро, небо озарило солнце, выглядывающее из-за гор. Гонан послал Ган Си вывести двух братьев из заточения, а также приказал Чанг Гачао подготовить повозку, в которой он поедет вместе с двумя другими парнями.

Всё было готово уже к полудню, позавтракав, Гонан немного приоделся, чтобы выглядеть опрятнее и отправился в сторону повозки. По пути ему сообщили о том, что всё хорошо и они могут со спокойной душой отправляться в путь.

До Ши Лар Суку добираться около половины дня, поэтому по пути они решили останавливаться, только чтобы справить нужду. Ху Гонану было немного грустно, что после долгой разлуки он не смог нормально провести время со своими названными братьями, но грусть не появилась на его лице. За место этого он одел маску безразличности.

Так и началось путешествие до Ши Лар Суку.