Глава 17.
6 лет назад:
Сильные порывы ветра сопровождают меня всю дорогу домой. Обильные раскаты грома заставляют съёжиться и забыться о том, что произошло всего несколько часов назад. Хейсли так и не вернулась, оставила меня, в каком-то жутком подвале и сказала ждать её там. Но я не могла находиться там больше ни секунды. Внутри я была опустошена, Джейсон поиграл на моих чувствах. Поиграл в любовь. Все его слова были ложью, все прикосновения пустыми. Вот так и случается в жизни: мы влюбляемся в человека, идеализируем его, превращаем недостатки в достоинства, на глазах словно пелена, которая затуманивает всё вокруг, всё кроме этого человека. Мы открываем душу и позволяем забраться этому человеку в самое сердце. А потом, когда всё рушиться пелена с глаз спадает, открывая нам глаза на реальность мира, где всё пропитано лицемерием и ложью. Человек закрывается от всего мира, и больше никому не позволяет заглянуть в душу и собрать разбитое на осколки сердце.
Я провожу ладонью под глазами, стирая слёзы со щёк, осталось всего несколько дней и я исчезну из его жизни. Всё будет как прежде. Моя мама поправиться, избавиться от этой противной болезни и я встречу человека, который никогда не бросит меня. Он выберет меня, а не друзей. Он будет рядом со мной, когда в моей жизни случиться переломный момент, а не целовать другую девушку.
Позади меня раздаётся сигнальный звук, и всего через секунду чёрная машина останавливается, из которой выходит Кейн и неотрывно смотрит на меня.
— Почему ты убежала? — он говорит не связно, из-за большого количества алкоголя в его организме. — Эмили, ты же понимаешь, что он сделал свой выбор?
Я остановилась. Обернулась. Посмотрела равнодушным взглядом на Кейна. Он всё также был одет в рубашке, верхние пуговицы были расстегнуты, открывая вид на мускулистое и загорелое тело. Я снова подношу руку к губам и провожу по ним тыльной стороной, пытаясь стереть вкус его губ со своих губ. И в его глазах вижу пустоту, стеклянные, прозрачные глаза, а зрачки расширены, что подтверждает факт: он под наркотой. Кейн бездушный грубый парень, внутри которого сидит мальчик лишённый родительской любви. Он всех отвергает. Он никого не любит. Он просит не лезть к нему в душу, потому что там нет ничего светлого. Он улыбается, только вместо улыбки я вижу звериный оскал. Свет от фар светит мне в глаза, и когда он сокращает между нами дистанцию, загораживает мне путь к отступлению. Это не мой Кейн... не мой друг, который всего несколько недель назад рассказывал мне обо всём. Где-то в глубине души я верю в его искренность. Верю, что он настоящий. Верю, потому что другие не верят и... верю, потому что он в меня верит.
Я выставляю руки вперёд и отталкиваю Кейна, потому что он слишком близко. Но он вместо того чтобы меня пропустить, кладёт руки мне на лицо нежно стирая с моих щёк слёзы. Затем прикасается губами к моей щеке почти невесомо. Его прикосновения переполнены робостью, нежностью. Я на секунду закрываю глаза, и его губы замирают всего в миллиметре от моих. Но я ничего не чувствую. В душе пустота. Нет бабочек в животе, нет влюблённости. Есть только дружеские чувства, которые пошатнулись из-за его поступка.
— Джейсон уехал с Амелией, — хрипло говорит Кейн — Бьюсь об заклад он сейчас рядом с ней, как был рядом с тобой. И что ты в нём нашла?
— Эти чувства нельзя объяснить, просто люблю и всё, — тихо сказала я. Моё дыхание выравнивается. Кейн берёт меня за запястье и прикладывает её к груди, в то самое место, где учащённо бьётся сердце.
— Чувствуешь? — он поддаётся ко мне и заслоняет весь мир — И так каждый раз, когда я нахожусь рядом с тобой. Я даже забыл, что у меня есть сердце, пока не увидел тебя с Джейсоном. Почему-то впервые стало больно. Меня не заботят чувства других Эмили. Я никогда не целую девушек, только тебя.
— Кейн, — я качаю головой, тяжёло сглотнув от его слов. — Ты сказал, что ничего не чувствуешь ко мне, ты обещал не переходить черту дружбы.
— Может не стоит всему верить, что я говорю, — его лицо становится серьёзным — Ты раскрасила мой мир красками, принцесса. Я закрылся ото всех и только тебе позволил заглянуть в душу.
— Ты знаешь..., что я ничего не чувствую к тебе, — охрипшим голосом произнесла я и вырвалась из его хватки. В глазах потемнело. Я не лучше Джейсона, мы оба рушим всё вокруг себя. Внезапно двери его машины открываются и вальяжной походкой выходят два парня. На их губах играет озорная улыбка.
— Она крепкий орешек, чувак, — один останавливается рядом с нами. Всё его тело покрыто татуировками — Ты проиграл спор.
Кейн кидает на меня гневный взгляд. И вся его нежность моментально превращается в грубость. Он снова закрывается от меня. Кейн отдаёт несколько купюр парню, не отводя от меня взгляда. Мне становится безразлично на всё что происходит вокруг. Только парни не уходят. Они осматривают меня как что-то ценное и недоступное. Холод пробирается через тонкое платье, до самых костей. Я оборачиваюсь и не оглядываясь, срываюсь на бег. Дождь медленно капает на холодный асфальт. Машина преграждает мне путь и из неё выходит Кейн.
— Мы ещё не закончили, принцесса. — его голос затуманивает всё вокруг, и боль беспощадно ломает всё внутри. Меня толкают, и я падаю, больно ударяясь головой об землю. Надо мной возвышается фигура человека, который собирается причинить мне боль.
— Ты слишком наивна, Эмили, — парирует Кейн, проведя рукой по моей щеке. — Но, несмотря на это я действительно любил тебя. Любил тебя, даже когда ты выбрала его. Любил, но ... больше не буду.
Я будто стою на краю обрыва, что меня ждёт внизу? Страх, боль, разочарование? Я смотрю на их лица, и на всех лицах маска равнодушия. Перед глазами появляется бесконечно синее море. Сначала полёт, потом падение в пропасть. Кейн уничтожает во мне ребёнка, ребёнка который верил в светлое будущее, верил в искренность. Верил в людей, но больше не будет.
Наши дни.
Джейсон.
Я провожу рукой по бёдрам Амелии, её маленькие пальчики зарываются в моих волосах. Эта девушка не вызывает во мне каких-либо чувств, с ней просто можно забыться. Адам сидит рядом и смотрит на костёр, который уже почти догорает, оставляя после себя лишь пепел. Амелия целует меня в шею и я морщусь, отстраняясь. Почему то совсем не её прикосновения мне хочется чувствовать. Аделина назвала бы это всё фальшью, и считала что Амелия не способна на искренние чувства. Отчасти я согласен со своей сестрой.
— Почему ты просто не отомстишь ей? — закурив уже третью сигарету, спрашивает Адам, после того как Энрике ему всё рассказал, Адам засыпал меня вопросами. — Соблазни её и потом сделай побольнее. Пускай узнает, что ты чувствовал в момент, когда твоя сестра погибла. Она не устоит перед твоей обаятельностью.
Адам усмехается, выпуская дым в тёмное небо.
— Она не подпустит меня близко — хрипло произношу я, до сих пор чувствуя вкус её губ. — Её просто замучает чувство вины, и будет постепенно уничтожать её.
— Да ты, похоже, правда к ней не равнодушен, — раздаётся голос Энрике — Боишься больно ей сделать? Увидеть в её глазах разочарование? Или до сих пор хочешь, чтобы она была твоей?
Я гневно смотрю на него, и парень начинает смеяться. Но он прав, чувства не угасли. Мне хочется её снова поцеловать, заглянуть в глаза, и никогда не отпускать. Но всё не так просто, как хотелось бы. Поэтому я закрываюсь ото всех, не давая возможности кому-либо узнать о моих чувствах.
— Может быть ты и прав, — поднимаясь с песка, я направляюсь к мотоциклу, на котором катаюсь слишком редко. Амелия садиться позади меня и прижимается ко мне всем телом. Я не отталкиваю её, хоть мне и хочется побыть наедине. Мотоцикл срывается с места, оставив после себя следы от шин. Скорость и драйв помогают на время заглушить чувства. Я останавливаюсь на парковке кафе, где был несколько дней назад. Как раз в это время дверь открывается и выходит Эмили с улыбкой на губах и её подруга. Они шагают под руку, даже не взглянув в мою сторону. Как она может быть счастлива, когда отняла жизнь у человека? Похоже, в ней действительно сидит дьявол. Дьявола, которого я не готов стереть из своей жизни.