Глава 10
Я смотрел на неё, чувствуя, как весь мир вокруг будто исчезает. Было слышно только её дыхание, чуть прерывистое, почти неуловимое, словно само время затаило дыхание в ожидании. Её лицо, такое родное и одновременно недосягаемое, было едва освещено мягким светом уличного фонаря. Это мгновение, эта тишина, казалось, длились вечность.
Внутри всё сжималось от непонятной смеси отчаяния, желания и страха. И всё-таки я нашёл силы заговорить.
- Потому что, принцесса, мне никто, кроме тебя, не нужен, - мои слова были тише, чем шёпот, но я знал, что она услышит.
Её взгляд - внимательный, немного напряжённый - впился в мои глаза, и мне пришлось собирать мысли, чтобы продолжить.
- Я знаю, ты этого не понимаешь и, возможно, считаешь меня чокнутым. Но, если честно, я действительно схожу с ума. Я стал зависим от тебя. От твоей улыбки, от твоего взгляда, от твоего голоса. Ты изменила всё во мне, разрушила стены, которые я строил годами.
Она слегка нахмурилась, будто пытаясь осмыслить мои слова, но не прервала меня.
- Поверь, я сделаю всё, что только понадобится, чтобы ты стала моей. Я уже говорил: если нужно встать на колени - я встану. Если нужно целовать твои ноги - я буду, и не только их... Если нужно преследовать тебя - я буду.
Я вздохнул, стараясь успокоить бурю эмоций, захлестнувших меня, и продолжил:
- Я сделаю всё, лишь бы ты поняла, насколько я серьёзен. Все те женщины, что липнут ко мне из-за денег и власти, не значат для меня ничего. Они - просто пустота, сплошная обёртка. Они не ценят себя, а ценю ли я их? Нет. Они ради денег готовы на всё, но не ради любви.
Её взгляд потеплел, но я чувствовал, что она всё ещё сдерживает себя, не позволяя эмоциям взять верх.
- Я тоже раньше был готов на всё ради денег, - признался я, чуть опустив глаза. - Но благодаря тебе я понял: я готов на всё только ради любви. Даже если деньги понадобятся, то только для того, чтобы сделать тебя счастливой. Ты стала для меня важнее всего, понимаешь? Важнее даже меня самого.
Я сделал шаг ближе, чувствуя, как меня тянет к ней с неистовой силой.
- Все мои миллиарды не сделали меня счастливым, - сказал я тихо, но твёрдо. - А ты сделала. Одним своим присутствием. Я не знаю, как это происходит, но это так. Ты мой свет, понимаешь? И я не откажусь от тебя. Ни за что.
Её губы дрогнули, будто она хотела что-то сказать, но передумала. Я, подавляя волнение, закончил:
- Ты можешь отказаться от меня сколько угодно раз. Но я никогда не сдамся. Единственный способ оттолкнуть меня - это моя смерть. Ничто другое не заставит меня уйти.
Я замолчал, давая ей возможность переварить мои слова. Её взгляд стал мягче, теплее. Она слушала меня внимательно, ни разу не отвела глаза. И когда я закончил, на её лице появилась лёгкая улыбка.
- Ладно, хорошо, я поняла, - ответила она тихо, но с какой-то скрытой уверенностью.
Мы продолжили ужин, но внутри я всё ещё горел. Это чувство, это напряжение - оно не отпускало. Я не мог молчать.
- Веснушка, я хочу, чтобы ты мне доверяла, - сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко, но настойчиво. - Я знаю, это тяжело, но, пожалуйста... попробуй.
Её глаза встретились с моими. Она смотрела прямо, словно пыталась заглянуть в самую глубину моей души.
- Знаю, что могу, - ответила она после небольшой паузы. - И поверь, я стараюсь изо всех сил.
Я улыбнулся. Это было для меня важнее, чем она могла представить.
- Веснушка, расскажи, что тебя тревожит, - попросил я, взяв её за руку. - Я хочу знать. Хочу помочь тебе. Во всём, в чём смогу.
Она долго молчала, будто боролась с собой. Но, в конце концов, её голос зазвучал - тихо, но уверенно:
- Я даже не знаю, с чего начать...
Её слова были наполнены болью, которую она явно скрывала годами.
- Мой крёстный сказал, что мой отец, который давно развёлся с мамой, выехал за границу Украины. Это значит, что он может приехать ко мне.
Я нахмурился. На первый взгляд, в этом не было ничего плохого. Но её тон говорил о другом.
- В детстве он постоянно пил, - продолжила она, опустив взгляд. - Не работал, всё тянула мама. Он приводил своих женщин прямо в наш дом.
Её голос задрожал, но она продолжала:
- Он бил стены, мебель... И я всегда боялась, что он ударит маму. Я пыталась её защищать. Я ненавижу его и боюсь одновременно.
Я почувствовал, как внутри меня закипает гнев. Я сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели.
- Если он хоть пальцем тронет тебя... - тихо, но с яростью проговорил я, протягивая руку, чтобы успокоить её. - Скажи только слово, Веснушка. Я не позволю ему причинить тебе боль.
Её губы дрогнули, и, опустив голову, она прошептала:
- Спасибо...
Её голос, её шёпот - они затронули что-то глубокое внутри меня.
Мы вышли из ресторана. На улице уже стемнело, прохладный ветер трепал её волосы. Я открыл ей дверь машины, подал руку.
Мы ехали молча, но теперь в этой тишине чувствовалось не напряжение, а что-то тёплое, почти родное.
У её дома я снова вышел, чтобы открыть ей дверь. Она посмотрела на меня и слабо улыбнулась.
Мы стояли у её дома, тишина ночи обволакивала нас, словно укрывая от всего мира. Холодный воздух лёгким покалыванием касался кожи, но я его не чувствовал. Всё, что существовало для меня в этот момент, - она.
- Спасибо за вечер, Кристиан. Я не пожалела, что согласилась, - её голос был мягким, почти хрупким, но в нём звучало что-то тёплое, настоящее.
Её слова ударили в самое сердце, наполнив грудь странной смесью облегчения и радости. Я смотрел на неё, и с каждой секундой всё сильнее ощущал, что теряю контроль. Она стояла так близко, что я чувствовал аромат её духов - тонкий, нежный, как сама Веснушка.
Мои глаза скользнули к её губам. Они манили меня, словно магнит, и всё внутри меня кричало: «Сделай это!». Я поднял руку и осторожно коснулся её щеки. Её кожа была мягкой, тёплой, словно бархат. Мой большой палец медленно скользил по её скуле, а я не мог оторвать взгляда от её глаз.
- Можно? - мой голос дрогнул.
Она долго смотрела на меня, словно читая мои мысли, изучая каждое намерение. Время тянулось невыносимо долго. Но потом она кивнула. Едва заметное движение, но оно обрушилось на меня, словно гром среди ясного неба.
Я не стал медлить. Наклонился ближе, и наши губы соприкоснулись. Сначала я коснулся их нежно, боясь напугать её, словно прикоснулся к тончайшему стеклу. Её губы были мягкими, тёплыми, с лёгким привкусом вишни. Моё сердце билось так сильно, что, казалось, вырвется из груди.
Она не отстранилась, не отвернулась. Напротив, её губы ответили мне, и этот момент стал для меня откровением. Всё, что я знал, кем я был до этого, - больше не имело значения. Теперь существовала только она.
Я почувствовал, как её руки неуверенно коснулись моего плеча, и это придало мне смелости. Я осторожно положил руку на её талию, притягивая её ближе, стараясь быть бережным, чтобы не нарушить эту хрупкую магию. Я поднял её чуть выше, чтобы ей было удобнее, чтобы она чувствовала себя защищённой.
Когда её губы начали отвечать более смело, я углубил поцелуй. Наши дыхания смешались, языки встретились, и это было словно удар молнии. Я чувствовал, как её тепло наполняет меня изнутри, как каждый миг этого поцелуя становится новым смыслом жизни.
Мой разум на мгновение отключился. Моё тело горело, каждая клетка жаждала её. Мой член напрягся, но я уже привык к этому ощущению, когда она рядом. Я не обращал на это внимания, полностью поглощённый моментом. Сейчас было только одно - её присутствие, её прикосновения, её губы.
Этот поцелуй был чем-то больше, чем просто проявлением страсти. Он был обещанием. Обещанием никогда не отступать, не сдаваться, не отпускать её. Мы были только вдвоём, и этот момент принадлежал только нам.
Когда мы оторвались друг от друга, она чуть отстранилась, её лицо было пунцовым, а в глазах читалось смущение, но и что-то ещё... что-то, что заставило меня почувствовать себя самым счастливым человеком на земле.
- Спасибо, - тихо прошептала она, опустив взгляд.
Моё сердце сжалось от её слов. Я хотел сказать что-то, но не смог. Всё, что я мог сделать, - это смотреть на неё, продолжая гладить её по щеке.
Эта ночь стала для меня началом новой жизни. Ночи, где теперь была она. Мой свет. Моя Веснушка.