Глава 12
Алан вышел на улицу. Сегодня он слегка перестарался с виски и потому вызвал себе такси. Время было пять часов утра, клуб готовился к закрытию, но это он оставил на Стаса. Ему же нужно было ехать домой, чтобы успеть выспаться до обеда, только домой совсем не хотелось. Алан сделал глубокий вдох и потянулся за сигаретами.
Так паршиво он себя еще не чувствовал, и виной всему был никто иной, как Ева. Она выводила его из себя, она... Дьявол! Она возбуждала его до чертиков. Это неожиданное обстоятельство раздражало, а также удивляло его тем, как быстро оно появилось. На него словно обрушилась лавина, сметающая на своем пути его спокойствие, выдержку, трезвость ума, или одним словом - все! Не войди так вовремя Фирс в его кабинет... Нет, об этом ему даже не хотелось думать.
- Вот же гадство, - тихо выругался Алан, щелкая зажигалкой у кончика сигареты.
Он едва не трахнул Еву на своем рабочем столе, как какую-то очередную девку. И ведь сделал бы это, если бы не Фирс. Но злиться на одного себя тут никак не получалось. Какой бы здоровый мужчина спокойно выдержал те провокации, которые ему устаивает несносная девчонка? И тут дело было даже не в самом желании, а скорее в инстинкте - хотелось ответить на эти провокации, да так, чтобы не показалось мало, просто хотелось дать женщине то, что она так просит. И да - именно женщине, в которую превратилась его озорная соседка. Он помнил ее еще в том возрасте, когда она и знать не знала, как целоваться. А что он видит сейчас? Причем не только видит, но и чувствует на себе во всей полноте ощущений, чему научилась Ева за последние годы своей жизни, когда они практически не общались. Она научилась не только целоваться, она научилась соблазнять, и страшно подумать чему еще. В ней появилась уверенность, которая бывает у тех, кто знает себе цену. В ней появилась какая-то ленивая сексуальность, которая отражалась в ее взгляде и жесте, в каждом движении ее стройного, аппетитного тела. И это невозможно было уже не замечать, но что у Алана вызывало не только мужской интерес, а еще и братскую обеспокоенность. Ева с детства не умела обходить неприятности стороной, а сейчас будто намеренно их решила к себе притягивать.
Алану вспомнился тот день, когда она ему сообщила, что устроилась работать в клубе танцовщицей на пилоне. Он был удивлен, потому что Ева не осведомила его даже о своем стремлении обучиться такому ремеслу, слегка обижен, что она пришла с этим не к нему, а также зол, что вообще выбрала именно этот род деятельности. Да они тогда даже поссорились:
- Ты меня достала, дорогая. Делай, что хочешь, только потом не проси вытаскивать тебя из неприятностей! - выкрикнул он, сидя за столом ее кухни.
- Даже не надейся на это! - бросила она, прежде чем швырнуть в него вазу с конфетами.
Алан усмехнулся сам себе, ведь он все равно мчался вытаскивать ее из неприятностей, где бы ни находился, и чем бы ни был занят. Однажды Ева даже вытащила его из постели с девушкой, когда первый раз попала в милицию за мелкий дебош. Все-таки было между ними что-то такое, что сложно чем-то охарактеризовать. Вроде и не брат с сестрой, но очень близкие к этому; вроде и друзья, но слегка отдаленные для полноценной дружбы; и вроде не пара, но слишком много общего было между ними для чужих людей.
Наконец подъехало его такси. Алан сел в машину и сказал водителю адрес, только не свой домашний, а адрес матери. Почему-то именно туда ему сейчас захотелось. Он так редко бывал у нее, что впору было устыдиться. Когда он начал управлять клубом и у него появился неплохой доход, он приобрел себе жилье неподалеку от дома. И хоть ему ничего не мешало жить с матерью, своя территория была необходима каждому.
Алан открыл дверь и зашел в квартиру, стараясь не шуметь. Внутри было тихо, что и следовало ожидать в половине шестого утра. Разувшись, он прошел в комнату матери. Она спала, укутавшись в одеяло. Ему следовало бы сделать то же самое, но вместо этого Алан подошел к кровати и присел на край. Он не хотел будить мать, но она все равно проснулась, словно почувствовала кого-то рядом.
- Алан? - тихо произнесла она его имя встревоженный тоном, накрывая теплой ладонью его руку. - Что-то случилось?
- Нет, мам, все в порядке. Извини, что разбудил.
- Ничего страшного, - сказала она ему. - Хочешь чего-нибудь? Ты голодный?
- Мам, успокойся. Единственное, что я сейчас хочу, это сигарету и спать.
- Хорошо, - мягко ответила она, чуть сильнее сжав его руку.
А в ее глазах он увидел то понимание, которое дано только матери. Ей было достаточно всего лишь взглянуть на него, чтобы понять, действительно ли у него все в порядке. И Алан только сейчас понял, насколько она права в своих догадках.
- Устал? - спросила она.
- Да, немного вымотан.
- А как там Ева? - поинтересовалась она, и, естественно, не случайно.
- Как обычно, - усмехнулся он. - С ней никогда не бывает скучно.
- Тебе нужно быть с ней строже.
- Я стараюсь, поверь.
- Хорошо, - повторила она.
Они еще с минуту помолчали, а потом Алан отправился в свою комнату и завалился спать.
Его утро началось в час дня. И не успел он проснуться, как его озадачила тетя Галя, мама Евы.
- Алан, дорогой, ты должен помочь своей одинокой тетке, - сказала она ему, уже давно ощущая между ними родство. - У меня на кухне стал подтекать кран. Не посмотришь?
- Теть Галь, куда от Вас денешься? Посмотрю, конечно.
- Вот хорошо. Пошли к нам.
Натянув спортивные штаны и футболку, Алан отправился к соседке. Тетя Галя дала ему ящик с инструментами, а сама вернулась обратно к его матери, которая готовила обед. Поломка крана оказалась незначительной - всего лишь ссохлась одна маленькая, но важная деталь там, где стыкуются трубы. Алан заменил ее новой, и уже почти заканчивал работу, когда услышал голос Евы:
- Ух ты! Я все еще сплю?
- Вряд ли, - ответил он, повернув к ней голову.
Ева прошагала по кухне, шлепая босыми ногами по полу. Эти красивые ножки едва прикрывал короткий халат из черного атласа, сшитый в китайском стиле. Белокурые волосы были собраны в неряшливый хвост, так что несколько прядей из него выбивались. И вроде бы выглядела она как всегда - мило, по-домашнему, но при этом чертовски сексуально, так что у Алана сразу появилось недвусмысленное желание на ее счет, которое раньше не возникало и в помине.
- Что? - спросила она, заметив на себе его внимательный взгляд, когда доставала что-то из холодильника. - Ты хочешь мне что-то сказать? Или, наоборот, что-то услышать от меня?
- Не угадала, - ответил он, возвращаясь к работе.
Ева фыркнула, открывая йогурт:
- Больно надо.
Взяв ложку, она включила электрический чайник, прошагала к столу и села за него.
- Могу только сказать, что вчерашнюю ночь тебе засчитают как выходной, так что придется ее отработать.
- Да пожалуйста, - услышал он дерзкий ответ.
Закончив с трубами, Алан убрал инструменты в ящик, вымыл руки и подошел к Еве. Она посмотрела на него снизу вверх, при этом, медленно облизывая ложку, которая была у нее во рту. Словно сама порочная невинность, которая совсем недавно в чем-то провинилась и прекрасно об этом знала. Как и о том, что ей за это ничего не будет.
- Давай договоримся, - сказал он ей, - мы оба извиняемся друг перед другом за вчерашнее - это раз. Два - еще одна попытка меня соблазнить, и я перевожу тебя в официантки. Я не шучу. И три - ты перестаешь себя вести, как легкомысленная дура, чтобы я перестал за тебя переживать.
Ева вытащила изо рта ложку и встала, поравнявшись с ним лицом к лицу. Ее губы изогнулись в легкой улыбке, в которой без труда улавливалась хитринка. И только потом она лениво ответила:
- Я подумаю.
От этой короткой фразы Алан вскипел, и когда Ева сделала шаг в сторону, он схватил ее за предплечье. Эта нахалка почувствовала свое преимущество и теперь наверняка будет им пользоваться, чего ему совсем не хотелось бы допускать. И потому разговор он завершать на этом намерен не был:
- Меня не устраивает такой ответ.
- Меня тоже много чего не устраивает. И что с того?
"Вот, зараза!"
Он дернул ее ближе к себе и тихо процедил:
- Не зли меня, Ева.
- Ой, боюсь, боюсь, - насмешливо пропела с улыбкой девчонка, дерзко заглядывая ему в глаза.
"Нет, это невозможно, - пронеслось у него в голове. - И вот что с ней за это сделать?" И все бы еще ничего, если бы ответ на этот вопрос не возникал у него в самых красочных эротических фантазиях. Алан сглотнул. У него вдруг возникло непреодолимее желание впиться поцелуем в ее наглый рот, чему он ужаснулся и невольно оттолкнул Еву от себя так резко, что она влетела в край стола, посмотрев на него удивленными глазами. Алан окинул ее суровым взглядом и сделал шаг назад, подальше от источника его волнений, прежде чем развернуться к выходу. Но в этот момент в квартиру забежала тетя Галя, преградив ему дорогу:
- Ну как у вас тут? Получилось?
- А как же иначе? Обижаете, - ответил ей Алан, пытаясь стереть со своего лица всю суровость, которая была предназначена только для Евы.
- Как хорошо. Алан, дорогой мой, даже не знаю, что бы я без тебя делала, - с улыбкой сказала ему женщина, привлекая к себе, чтобы поцеловать в щеку. - А теперь пойдемте обедать. Твоя мама приготовила такие вкусности, м-м-м... пальчики оближешь.
- Я не буду, у меня что-то вдруг резко пропал аппетит, - ответила ей дочь.
Алан тяжело вздохнул, так и чувствуя на своем затылке ее обжигающий ненавистью взгляд.
- Это что за новости? - удивленно спросила тетя Галя. - А ну-ка пошли. Аппетит приходит во время еды. К тому же, мы уже давно не собирались вот так - вместе за одним столом.
- Мам, я же сказала, не хочу. Идите без меня.
- Ева, - одернула ее та. - Хватит капризничать, не маленькая поди уже.
Тут Алан решил вмешаться. Он повернулся к Еве и протянул ей раскрытую ладонь. Та лишь посмотрела на него обиженным взглядом и сложила на груди руки.
- Пойдем, - сказал он ей.
Но Ева так и продолжала молчаливо смотреть.
- На время семейного завтрака объявляется перемирие, - произнес он. - Пойдем.
Ева опустила глаза, потом гордо вскинула их вверх, и, наконец, ее теплые пальцы легли в его раскрытую ладонь. Сжав их, он повел ее за собой и отпустил только тогда, когда они зашли на кухню его квартиры. Тут витали такие ароматы, что рот наполнялся слюной. Стол уже был накрыт, и налито свежесваренное кофе. Все как всегда - по-домашнему уютно.
Алан сел за стол, напротив Евы. Их любимые женщины заняли свободные места, переговариваясь о предстоящем дне рождения его матери. Ева взяла со стола чашку кофе, так и продолжая смотреть на него обиженным взглядом. Кажется, она злилась.
"Пусть так, я злюсь на нее не меньше" - подумал он, накладывая ей в тарелку салат из свежих овощей.
- Я все-таки решила отпраздновать на даче, - сказала мать.
- Ну и отлично, - ответила тетя Галя. - На свежем воздухе все лучше, чем сидеть дома, в этой городской духоте. Дети, я ж права?
- Я сразу сказал, что нужно ехать на дачу, - ответил Алан, делая глоток кофе.
- Вот и договорились, - заключила соседка.
После этого началось обсуждение меню и гостей. В разговор включилась и Ева. Но, как только она закончила обедать, то быстро со всеми попрощалась и упорхнула, удостоив его поцелуя в щеку, причем намеренно коснувшись при этом края губ. Эта нахалка даже в такой ситуации находила момент, чтобы его подразнить. Не было б рядом матерей, он бы показал ей, чем это чревато, а так - пришлось только проводить ее предупреждающим взглядом.
Через несколько часов Алан уже был в клубе. Первым делом он проверил, как продвигается подготовка к пятничному вечеру, после чего сел за документы. Договора, счета, детали, подписи - обычная бумажная рутина. Потом у него была встреча с поставщиком основных спиртных напитков, и, наконец, открытие клуба. Он как раз прикуривал очередную сигарету, когда к нему зашел охранник:
- Алан, к Вам тут один мужчина пожаловал, Павел Викторович, владелец клуба "Куколка", говорит по делу. Пропускать?
- Интересно. Пропускай.
Алан прекрасно знал, что из себя представлял клуб "Куколка", а также то, что в нем не так давно работала Ева. Но с хозяином клуба он знаком не был, и потому его озадаченность являлась вполне обоснованной.
Охранник попустил к нему мужчину - темные короткие волосы, высокая фигура среднего телосложения, темно-синий костюм. Его приличный вид портила лишь самоуверенность, которая из него буквально сочилась.
- Добрый вечер, Алан, рад с тобой познакомиться. Я много слышал о твоем клубе, - сказал ему мужчина, протягивая руку для пожатия. И добавляя: - хорошего.
Алан пожал его руку.
- Спасибо, Павел. Приятно это знать, - также вежливо ответил он ему, решив умолчать, что о его клубе он подобного сказать не мог.
Клуб "Куколка" в своей среде славился не самыми лестными отзывами. К тому же, Ева была не первой, кто попал к нему после ухода из этого места. Рассказывали, что там промышляли как наркоманией, так и проституцией. Когда Алан узнал, что Ева устроилась туда работать, он попытался заставить ее уйти оттуда, и как всегда, зря. Упертая девчонка все делала ему назло, так вышло и в этот раз. Алан даже решил перестать на нее давить только потому, что опасался - она сделает ему назло и тут. Он только смог выторговать у нее обещание, что она не будет заниматься ни тем, ни другим, и попросил ее мать позвонить ему при первом подозрительном поведении дочери. К его счастью, а также и к ее, Ева проработала в этом клубе всего лишь два месяца с небольшим.
- Присаживайтесь, - сказал он неожиданному гостю, занимая свое место за столом. - Чем обязан?
Павел сел в кресло напротив него и поправил пиджак дельным жестом:
- Если не возражаешь, перейдем сразу на "ты". А дело в том, что у меня к тебе есть одна просьба личного характера. Естественно, она подкрепляется материальным эквивалентом.
- Я понял, что за просьба? - спросил Алан, любопытство которого значительно усилилось.
- У тебя работает одна девушка, которая мне дорога. Так вот - я хочу тебя попросить уволить ее, или даже обменять на любую другую, которая тебе понравится из моих девочек.
- Так... - озадачился Алан, начиная задаваться главным вопросом, и уже уверенный на девяносто девять процентов, что он знает имя несчастной. - И кто же эта девушка?
- Ее зовут Ева Владимировна Смирнова, она работает у тебя всего несколько дней.
Алан чертыхнулся про себя и затушил в пепельнице недокуренную сигарету. И почему он не удивлен, что разговор идет именно о Еве?
- До этого она работала у меня, и у нас с ней случилась... незначительная недомолвка, - начал что-то объяснять Павел. - Я хотел бы ее вернуть, причем любым способом. Понимаешь, о чем я? Так что ты мне ответишь?
Алан откинулся на спинку кресла, скрестил на груди руки и посмотрел на гостя:
- Я отвечу - нет. А также посоветую выбросить из головы эту затею. Я сейчас сделаю вид, что ничего не слышал, а Вы, Павел - что ничего мне не говорили. И предлагаю закончить наш разговор на эту тему.
- М-м-м, - недовольно протянул гость, задумчиво отводя глаза в сторону, - как любопытно. Могу я узнать, отчего получил такой резкий отказ?
- Я не продаю и не отдаю своих людей, - просто ответил он ему.
Павел вгляделся в его лицо, словно пытаясь узнать, все ли ему было сказано, или определяя - не посчитать ли эти слова за оскорбление.
- Ну что ж, жаль слышать такой ответ, Алан. Честно говоря, я думал, мы найдем с тобой общий язык, - сказал ему гость, поднимаясь с кресла.
- Мне тоже жаль, но ничего другого я ответить не могу.
- Тогда извини за беспокойство. Надеюсь, ты не пожалеешь о своем решении, - с подозрительной ухмылкой ответил ему тот, подходя к двери.
- Ни сколько, - ответил ему с натянутой улыбкой Алан.
Развернувшись, гость гордой походкой покинул кабинет.
- Ева, черт бы тебя побрал! - выругался Алан, доставая новую сигарету. - Куда ты опять влезла?
Впрочем, он решил спросить это лично у нее. Прикурив сигарету, Алан вышел из кабинета и набрал номер Жанны.
- Где Ева? - гаркнул он в трубку, шагая по коридорам в гримерку.
- Она в гримерной, готовится к выступлению. А что случилось?
- Поменяй ее очередь, мне нужно с ней поговорить.
- Хорошо, сделаю.
Он распахнул дверь гримерки так резко, что напугал девочек ударом железной ручки о стену. Все танцовщицы разом вздрогнули, кто-то даже что-то выронил из рук. Ева стояла у стены, поставив на стул одну ногу, на которую надевала чулок-сетку бежевого цвета.
- Выйди-ка на минутку, - строго сказал он ей, натягивая милую улыбку для других. - У остальных прошу прощения, мои красавицы, продолжайте.
Ева что-то пробубнила себе под нос и пошла к нему.
- Что? - недовольно спросила она, как только вышла в коридор и закрыла за собой дверь.
- Ну-ка расскажи мне поподробнее, что у тебя случилось с прежним работодателем? - тихо спросил он, подойдя к ней ближе.
- Я тебе уже рассказывала.
- Давай повторим.
- Это зачем?
- Затем, что я хочу понять, в какое дерьмо ты влезла. Ко мне только что приходил этот самый Павел и просил уволить тебя за деньги или в обмен на любую свою танцовщицу.
В глазах Евы пропала вся злость, уступив место испугу.
"Да неужели?" - язвил Алан про себя.
- Он сказал, что ты ему интересна. И вот ответь мне, как далеко он готов пойти, чтобы добиться того, чего он от тебя хочет?
- Да я-то откуда знаю?
- Вот и я не знаю, - ответил ей Алан, вспоминая, что у него в руке зажженная сигарета.
Он сделал затяжку, смотря, как Ева кусает губы, явно выдавая свою нервозность.
- Так, я слушаю, - напомнил он.
- Я когда пришла к нему, то сразу сказала, что согласна работать в том случае, если буду только танцевать. Мне подруга сказала, что он нормальный, понимающий мужик, и никого ни к чему не принуждает. Хочешь - просто танцуй, хочешь - зарабатывай деньги другим способом. Но спустя неделю он начал ко мне подкатывать, сначала вроде с шутками, а потом все более настойчиво. Он словно прощупывал почву, соглашусь ли я на что-то большее, кроме танцев. И это началось каждую ночь, что стало реально меня выбешивать. Но когда он предложил за большие деньги лечь под какого-то типа, и я отказалась, он попытался меня взять силой сам. Я его ударила, вырвалась и сказала, что увольняюсь. А он ответил что-то о том, что не даст мне устроиться ни в один клуб и заставит просить его на коленях взять меня обратно.
- Прекрасно, - с сарказмом подытожил Алан ее рассказ. - Почему ты никогда меня не слушаешь? Я разве не говорил тебе не устраиваться в этот клуб?
- Не ори на меня, - процедила ему Ева, сжимая кулачки.
Рука Алана поднялась к ее лицу, и пальцы сжались на подбородке. Мимо них постоянно кто-то бегал, то из гримерки, то в нее, то просто пробегал по коридору. Только, ни Алана, ни Еву это нисколько не волновало.
- Если б я орал, дрожали бы стены.
Ева собралась ему что-то ответить, но Алан сильнее сжал ее подбородок, не позволяя нормально открыть рот.
- Лучше молчи, - скал он ей, - и иди работать. Поговорим позже.
Отпустив девчонку, он развернулся и отправился обратно к себе в кабинет.
Эта ночь едва началась, а уже вымотала его так, что он с удовольствием принял предложение Веры все бросить и приехать к ней. Она вернулась из Италии и теперь просила о встрече, а также о возможности извиниться перед ним за то, что вчера его бросила. Оставив клуб на управляющий персонал, Алан отправился к своей невесте. Правда, встреча вышла не совсем такой, какую он ожидал...
Алан застегнул штаны и подобрал с пола рубашку, к своей досаде замечая, что на ней оторваны две пуговицы. Его зубы плотно сжались. Он все еще злился. А также ненавидел, ненавидел самого себя.
- Ненормальный, - пробурчала в кровати Вера, яростно завязывая пояс халата. - Я, конечно, люблю бешеный секс, но не настолько. Надеюсь, ты это запомнишь.
Накинув на плечи рубашку, он повернулся к девушке и принялся застегивать пуговицу рукава:
- Мне еще раз извиниться?
Да, он не собирался отрицать, что был с ней сегодня немного груб. Впрочем, ему вообще не стоило приходить.
- Не нужно, просто не смей больше вымещать на мне свои эмоции. Я тебе еще не жена и никогда не буду той, кто станет это терпеть. Ясно?
- Вполне, - безразлично ответил он.
Поднявшись с кровати, Вера подошла к нему. Ее губы коснулись его щеки - холодно, без всяких чувств.
- Вот и отлично, - сказала она. - Я в ванную. Ты останешься?
- Нет, - коротко ответил он, не видя для этого особых причин.
- Тогда завтра созвонимся. Нам нужно кое-что обсудить насчет свадьбы.
Отвернувшись, девушка скрылась за дверью ванной комнаты. А Алан оделся и уже собирался выходить из ее квартиры, когда зазвонил его мобильный.
- Да, Стас, - ответил он своему управляющему.
- У меня не очень хорошие новости.
- Что опять?
- У нас тут менты, у них какая-то заявка, и они уже осматривают гримерную.
"Черт! Вот только этого мне сейчас не хватало!" - выругался он про себя, а вслух спросил:
- По какой причине? Что они говорят?
- Говорят, к ним поступила анонимная заявка о том, что кто-то из наших танцовщиц хранит, то ли промышляет наркотой, в общем, какой-то бред.
- Конечно, сейчас буду. Держи меня в курсе событий.
- Договорились.
Он прыгнул в машину и поспешил в клуб, но не проехал и половины пути, как ему снова позвонил Стас:
- Кажется, у Евы в сумке нашли наркотики.
Убрав от лица трубку телефона, Алан зло выругался.
"И почему я не удивлен?"