***
Стихи.руАвторы Произведения Рецензии Поиск Магазин О портале Ваша страница Кабинет автора
В её глазах
В её глазах
Иван Степович
***
Я сидел на своём месте и с нетерпением ждал когда же чёртова маршрутка тронется. А в эту минуту всё во мне кричало: Вон! На выход! Она здесь! Куда ты собрался?! И я боролся с этим. И что-то щемило в груди.Но я оставался на своём месте. Не двинулся ни разу. Не пошевелился. А что-то неистово тянуло бросить всё, побежать прямо к ней домой. Разбудить. Вытянуть из постели. Обнять. И целовать. Целовать. Целовать. Губы, глаза, шею, ключицы, руки... Целовать всё в ней до чего дотянуться губы.Любовь, влюблённость, страсть, зовите это чувство как хотите. Но оно действительно способно лишать людей рассудка и вводить в исступление.И вот, эта проклятая "Газель" тронулась. Наконец-то тронулась. А мне неистово хотелось крикнуть: Остановите! Выпустите! Дайте мне сойти! Нет! Нет! - но я всё сидел на своём месте. Я боролся с собой. Не издал ни единого звука. Даже дышать стал реже, что бы невольно не прорвались эти слова. Эти и многие другие что клокотали и вскипали где-то глубоко в груди. А за окном медленно и в тоже время необъяснимо быстро улетали в прошлое, отходили в небытие, наши улицы.Позади, там за спиной, осталась она, наши объятия и наши поцелуи.Впереди, да и вообще со всех теперь сторон, только степь, степь и лесополосы. И неужели на эту дикую, жестокую и грубую степь, я променял сейчас её глаза? Её зелёные глаза.Её бездонные глаза. В которых тонул и в которых увидел Бога. Если и есть в этой вселенной хоть что-то, сколько-нибудь божественное, то это глаза любимых.
Глава 1.
Всю свою сознательную жизнь, за исключением года армии, я прожил в провинции. Маленький городишко на окраине области. Здесь я вырос. Окончил школу. Затем местную шаражку. Работы по специальности, как это обычно бывает, не нашёл. Первые пару лет после армии перебивался случайными заработками. Жил с родителями, Потом устроился в местный ДРСУ, на лопату, отработал пол года не больше. Потом работал на почте, полтора года. Работал в "Пятёрочке". Пару месяцев. И конечно же скитался по частникам. К двадцати шести годам мне это всё надоело. Хотя нет, не то слово. Меня тошнило от этого всего. Буквально. Однажды утром, собираясь умыться я взглянул в зеркало и вдруг почувствовал сильнейший порыв к рвоте. Он не был ложным. Меня вырвало. Прямо в раковину. Проблевавшись я опустился на пол закрывая лицо руками. Не знаю от кого я хотел так спрятаться, но я однозначно хотел спрятаться в эту минуту. Забиться в какой-нибудь угол и сидеть там пока мне не станет легче.На работу я в тот день не пошёл. Телефон выключил.И весь день в какой-то не понятной апатии пялился в стену. Я понимал нужно что-то менять, нужно менять себя. Нужно менять свою жизнь.Для начала сменить квартиру. А квартира кстати была ужаснейшая. Но потому и дешёвая. Да дешёвая. Во всех смыслах. Убогая однушка в аварийной двухэтажке. Доисторические, выцвевшие обои. Из мебели диван(он же кровать), пара стульев, шкаф, журнальный столик и обязательный атрибут совдеповской квартиры, стол книжка на котором стоял телик, приобретённый хозяином наверное ещё в девяносто третьем. Совмещённый сан узел, всё как полагается. На кухне старая газовая плита, маленький холодильник, кухонный гарнитур идеально соответствующий канонам всё того же совдепа, стол и пара стульев.Жильё безрадостное.Его действительно стоило сменить. Но на это нужно время и деньги. А нет ни того, ни другого. Да и смогу ли я что-то найти. Ведь и жилья не так много подходящего мне по деньгам. И переезд вылетит в копеечку. А ведь из-за моего сегодняшнего прогула уже минус полторы тысячи из зарплаты. А она и так-то минималка. Нет сейчас я ничего поделать не могу. Ничего.И такими вот мыслями я завершал тот странный и страшный для меня день. А дальше всё шло как раньше. Ходил на работу. Раз в неделю, а то и два раза, напивался с друзьями. Правда зеркал я старался избегать. Лишний раз в них не смотрел.Так длилось ещё наверное месяца два. А потом что-то сдвинулось с места. Как будто со скрипом, тяжело и медленно начали вращаться шестерни какого-то механизма. Будто что-то сломанное, кто-то взял и починил. И всё что лежало мёртвым камнем ожило и пришло в движение. Этим кем-то, была она.
Глава 2.
Эта история началась также, как и большинство других историй из моей жизни. По пьяни. Мы с друзьями собрались выпить. Или напиться. Как пойдёт. Происходило всё это на руинах бывшего пионерского лагеря, который находился уже вне черты города и отделялся от частных секторов населённых в основном пенсионерами, одним только мостом. Поскольку лагеря давно уже не существовало ни на бумаге, ни в сути своей, можно было не бояться штрафов. Не общественное место. Именно по этому он стал излюбленным местом тусовок у всей пьющей молодёжи.Мы сидели на набережной площадке. Это было небольшое асфальтированное возвышение над речушкой оборудованное бетонными лавочками с которых давным давно посрывали деревянные сидения. Мы все уже хорошенько поддали когда мне в голову пришла идея сменить место пребывания. В лагере было много разных мест где можно было провести время. И одно из них это старая лагерная эстрада. Главным плюсом её было то, что напротив сцены располагалось пара десятков деревянных скамеек со спинками, не в пример удобнее.Там-то я Её и встретил. Я знал её и раньше. Когда-то, классе может в девятом-десятом, пытался за ней ухаживать, но не сложилось. У неё были очень странного, бросающегося в глаза каштанового оттенка волосы чуть ниже плеч. Глаза неопределяемого цвета. Глянешь раз - зелёные. Глянешь два - серые. Она была выше меня. Да в этом собственно нет ничего примечательного. В своём возрасте, я не выше ста семидесяти двух сантиметров.Она с подругой занимала первую левую скамейку, а на последующих устроились пара парней и ещё одна девушка. Они сидели компанией и отнюдь не с лимонадом ситро. Мы заняли первую и вторую правые. Когда мы проходили мимо них, она быстро взглянула на меня и бросила бесстрастное " привет ", она меня узнала. Я ответил ей тем же "приветом" но более оживлённо. Куда оживлённее, я выпил уже достаточно. Среди её компании оказались знакомые моих друзей. Приветствия. Рукопожатия. Обмен шуточками категории "Б". Дальнейшие события развивались самым естественным для такой ситуации образом. А именно, две пьющие компании объединились. Все между собой разговорились. И поднялся пьяный гул.
Не помню уже как это вышло, но получилось так что мы сидели отдельно от остальных. Справа кто-то от всей души, как заправский скакун, ржал над очередной тупой шуткой. А мы говорили о политике, музыке, литературе, философии... Думаю вполне справедливо сказать что мы нашли друг-друга. У неё был насмешливый и язвительный характер. Но наверное это мне нравилось. Нет. Это определённо мне нравилось.После полуночи, около часа, мы с ней пожалуй были пьянее всех остальных, так-как несколько раз, когда у нас кончалось пойло, забирали его у тех кто был уже "готов". Да и курили сигарету, за сигаретой. Где-то в третьем часу ночи народ начал расходиться и она тоже засобиралась домой. Мне хотелось её проводить. По двум причинам: Во первых, потому что мне не хотелось с ней расставаться; Во вторых, потому что ей пришлось бы пересечь железнодорожные пути, пролегающие сквозь наш городок, чтобы попасть домой, а это опасно - таким образом я и навязался ей в провожатые.
Переходя пути, она споткнулась о рельсу. Я сразу же схватил её за руку:
- Аккуратнее...
- Да, да, да, Обязательно.. О-бя-за-тель-но...
Раз взяв её ладонь в свою, я уже её не отпускал. Не знаю почему я это сделал. Я вообще-то не из тех уверенных в себе ребят которые могут вот так запросто взять за руку, обнять или поцеловать. Но её руку я почему-то не отпускал. А она не протестовала. Дорогой мы продолжали болтать, обо всём на свете. О звёздах, о любви, о химии и о пиротехнике людских сердец.
В какой-то момент она остановилась и повернулась ко мне лицом. Я всё ещё держал её руку.
- Вон там я живу, пришли, доволен теперь? Знаешь где мой дом! - Сказала она с хищной улыбкой указывая на один из ближайших домов. - Пора расходиться, не думаешь ммм?
Я ей не ответил. Но в место этого сделал что-то совсем не свойственное мне. Я даже не знаю как это произошло. Я просто подумал и в следующую секунду... Наши губы сомкнулись. Я притянул её к себе и поцеловал. А она ответила на мой поцелуй. Это длилось не больше десяти-двадцати секунд. Но стоило целой жизни.Она резко прервалась, отодвинулась:
- Всё! Пора! Позвонишь!
Ещё одна хищная улыбка, всплеск зелёного пламени глаз и вот её силуэт быстро удаляется и скрывается за калиткой.Я некоторое время стоял на месте осознавая что произошло. А потом медленно пошёл домой с идиотской улыбкой на всю морду.
Глава 3
Шагая в сторону дома я постепенно осознавал произошедшее. Счастлив ли я был в эту минуту? Пожалуй да. Расчитывал ли на какое-нибудь продолжение? Точно нет! Слишком хорошо знал как это бывает. Алкоголь и одно спонтанное желание. Я был доволен и тем что уже мне выпало. Я хорошо провёл время. Очень хорошо. Не знаю когда подобное могло бы повториться. Очень не скоро.Такие мысли крутились у меня в голове когда на телефон пришло сообщение. Короткая фраза "позвонишь".
Всю следующую неделю шли дожди. Неделя счастливой прохлады среди жаркого южного лета. Я ей так и не позвонил во всё это время. Да и после тоже. Не потому, что не хотел снова её встретить. Просто не знал что ей сказать. Как начать разговор. Да и стоит ли вообще ей звонить. Может она и не помнит тот вечер. Выпили мы изрядно. Если всё так, то позвонив, буду выглядеть глупо. А выставлять лишний раз себя идиотом, у меня нет никакого желания. Я и так часто это делаю ненамеренно. Впрочем оправданий я могу ещё кучу придумать.
Прошло ещё несколько недель. Абсолютно одинаковых и унылых. Я шёл домой с очередной попойки. Настроение было отвратительное. Медленно плёлся по улицам ниочём не думая, растворяя мысли в мрачном джазе, что лился из наушников. Думал было посидеть немного в небольшом скверике, но желание это быстро пропало. Почти все скамейки были заняты кучками веселящейся молодёжи. Вид этого грязненького праздника жизни испортил настроение мне ещё больше. Да и просто сидеть в одиночестве среди этих кучек было, как-то по своему, стыдно. Не знаю как лучше объяснить. В конечном итоге я прошёл сквер насквозь и двинулся дальше. Через минут двадцать или тридцать был уже дома. Выпил чашку кофе, покурил и собирался уже лечь спать, как вдруг зазвонил телефон. Я быстро взял трубку не глядя кто звонит. В такой час мало кто мог мне позвонить.
- Да...
- Ты чего даже не поздоровался? Молча прошёл мимо, про манеры и приличия вообще не слышал? - Я сразу узнал, сквозящий издёвкой в каждом звуке, голос. Её голос.
- Эм... А мы где-то пересекались?
- Ты через сквер проходил. У самого входа кучку пьяненьких ребят, что не видел? Давай скажи что не заметил! - Я не очень хорошо понимал чего в её голосе больше. Иронии? Раздражённости? Игривой издёвки? Мне ясно вдруг представилась её нахальная улыбочка и отблески зелени глаз.
- Я не всматриваюсь в каждую компанию которая встречается мне на пути домой. Уж извините мадмуазель.
- Ладно, чёрт с тобой. - Как бы примиряюще ответил её голос. - Чего делаешь сейчас?
- Кофе пью, а что?
- Меня не хочешь домой отвести?
- А ты где?
- Всё там же.
- Я подойду минут через двадцать. Сиди где сидишь.
- Хо-ро-шо!
Я тут же выскочил из дома и пошёл в сторону сквера.
___
Быстрым шагом вошёл в сквер и начал искать её взглядом. Она сидела на скамейке не освещённой фонарями.
- Привет. - Я поднял правую руку в знак приветствия, она поднялась и обняла меня.
- Привет, дошёл наконец!
- Я спешил, насколько это возможно.
- Ещё-бы ты не спешил!
- О да! Это было бы наглостью с моей стороны.
- Непростительной. - Лёгкая улыбка на миг пробежала по её лицу.
- Да, именно такой. - Минутное молчание.
- Что ещё расскажешь? - Две зелёных искры полетели мне прямо в лицо. - Только интересное что-нибудь!
- Я? Интересное? Боюсь ты ошиблась рассказчиком. В моей жизни нет ничего сколько-нибудь интересного - Я попытался отшутится, но вышло это коряво. Никогда у меня не получается хорошо отшутиться. Но тем не менее постоянно пытаюсь это сделать.
- Ой, вот только не надо мне тут... Давай расскажи чего-нибудь. - Я заглянул ей в лицо и по выражению его понял что сейчас началась какая-то игра, правила которой мне конечно никто объяснять не собирается.
- Ну могу тебе рассказать о том как Достоевский и Тургенев разругались.
- Не надо, а то я усну. Всё эти истории из жизни писателей я и сама знаю. И смешные и грустные. Лучше скажи, почему так и не позвонил?
- Не знаю, наверное постеснялся.
- Ммм, а ты у нас значит стеснительный да? А тогда я этого не заметила.
- А тогда я и сам этого от себя не ожидал. Это было совсем не в моей манере.
- Даже так? Как-же ты осмелился тогда?
- Сам не знаю. Просто вдруг захотелось. И я решился.
- А вот это уже в моём духе! - Лёгкий смешок и ещё одна улыбка.
- Да? Ты у нас значит, капитан - импульсивность?
- О да! Я такая. Беру что хочу. Делаю что хочу. Не постоянно, но по мере своих возможностей.
Дальнейший разговор продолжался в том же ключе. Рассуждения об образе жизни. О месте в мире. И друг, о друге. Языком дворовой молодежи, разбаленным экзистенциалистской терменалогией, конечно. Я чувствовал себя с ней легко. Мне было приятно быть рядом с ней. В какой-то момент я взял её за руку. Она не противилась. Так мы и шли. Рука об руку. И только звёзды были этому свидетелями. Когда мы уже приближались к её дому я спросил:
- Завтра на вечер есть какие-нибудь планы?
- А что такое? - Самоуверенная улыбка и хищный блеск зелени.
- Хочу позвать тебя на свидание.
- На свидания я не хожу. Слово это не нравится. А погулять сходить могла бы согласиться.
- Тогда завтра идём гулять вечером.
- Какой шустрый, я ещё не согласилась. Завтра ближе к вечеру разберёмся.
- Хорошо. Шанс есть, а это уже радует.
- Пришли. - Она посмотрела мне в глаза и улыбнулась. Улыбка у неё наверное всегда бывает такой игриво опасной.
- Да, пришли. Ну что, до завтра наверное, да?
- Посмотрим. Пока.
Мы обнялись на прощание. Отстраняясь она вдруг вновь приблизилась и поцеловала меня в щёку. Сверкнула глазами, улыбнулась и скрылась в ночи.
***
Прошло уже больше полугода с того дня, когда ранним утром я покинул свой городишко и перебрался в "мегаполис". Справедливо будет сказать что моя жизнь изменилась в лучшую сторону. Теперь у меня есть нормальная работа. Снимаю неплохую квартирку рядом с центром. Да и доход вполне достойный. А главное есть перспективы карьерного роста. Жаловаться казалось бы не на что. Особенно если ты материалист. Я таковым не являлся никогда. И даже сейчас, мне что-то не даёт покоя. Какой-то наглый голосишка, откуда-то из глубин вечно шепчет какое-то слово. Разобрать не могу. Но наверное это именно то, чего мне не хватает. То что могло бы вытянуть меня из вечной хандры. Знать бы что это за слово. Ох знать бы.
Чем дальше идёт время, тем более я недоволен положением дел в своей жизни.
Я начал избегать девушек. Последние пару месяцев со мной дважды пытались познакомится. Видно хороший костюм и правда делает мужчин привлекательнее.
Ведь внешними данными я никогда не отличался, в положительном смысле.
Нет я не уродлив. Но и далеко не красавчик.
И девушек я избегаю вовсе не из-за комплекса неполноценности. Просто я почему-то не хочу очередной недолговременной моногамности, другим словом это и называть не хочется. Это не любовь. Не роман. Когда раз за разом ты сходишься с кем-то, целуешься, спишь. И всё без смысла и цели. Лишь лекарство от скуки. Всё уничтожается за доли секунды. Минуту назад вы врали себе и окружающим, что вы жить друг без друга не можете. Но вдруг, водночасье не хотите и имена друг друга вслух произносить
Пару дней назад, сидя за столиком в одном пабе, в одиночку глотая Портер, я вспомнил один из наших с "Ней" разговоров. Была одна мысль на которой мы оба сошлись. Не уверен, понимали мы ту мысль в тот момент в полной мере, или просто пытались друг другу показаться такими независимыми и такими свободными, почти нигилистами.
Хотел бы я снова "Её" увидеть. Снова поговорить по душам с бутылкой самого дешёвого красного, полусладкого.
Глава 4.
Наша "прогулка" состоялась. Правда свиданием она так и не стала. Когда мы встретились в моём рюкзаке уже лежали пара бутылок вина, кусок сыра(не самого дешёвого кстати) и нож. Я подготовился. Всю дорогу до места, где вышеуказанное можно спокойно употребить внутрь, она бросалась в меня игривыми колкостями, а я худо-бедно защищался и пробовал контратаковать. И игре этой не было конца.
И расслабляться нельзя было ни на минуту. В какой-то момент, когда первая бутылка вина была уже наполовину пуста, разговор зашёл о любви.
- То есть ты не веришь в любовь? - Вопрос этот я задал с видом дарвиниста образца 1867 года, когда теория Дарвина кстати была далеко не так популярна, как сейчас, нашедшего единомышленника.
- А что ты любовью называешь? - Испытующе глядя переспросила она.
- Это хороший вопрос. - Я приготовился излагать с видом профессора МГУ. Набрал воздуха и выложил свои измышления. - С одной стороны, любовь, чувство любви, это ряд определённых химических реакций в человеческом мозгу. И если ты закоренелый материалист, больше ничего это слово значить для тебя не может. Но всю цивилизованную историю человечество преклоняется перед любовью. Любовь давно проникла, если в своём культурном значении не послужила основой таким явлениям, как искусство и религия. Мы отрицать этого не можем. Одно только "Бог - есть любовь", чего стоит. Плюс ко всему понятие любви в умах людей продолжает развиваться. Любовь больше не делится на чистую и порочную. На правильную и не правильную. Мы больше не осуждаем однополую любовь или секс до брака. Любовь это некое химико-социально-культурное явление. Да, наверное так. Ну а если говорить о любви как в кино или книгах, то в это я не верю. Там всё слишком красиво. Люди буквально сходят с ума от любви. В классической литературе, разлучи какую-нибудь барышню с возлюбленным, так она тут же заболеет и помрёт. Это бред. Любовь это безусловно яркое явление в жизни людей. Это сильные переживания. Но далеко не такие сильные и прекрасные, как нам пытаются преподнести. Мы вообще часто забываем о тёмной стороне любви. А может намеренно замалчиваем. Этого я не знаю. - Во всё время моего монолога она слушала глядя куда-то в сторону. А потом глотнув вина сказала:
- В любви много собственничества. Мой парень, моя девушка, мой муж, моя жена... Моё, моё, моё, моё. Это глупо и жестоко. Пытаться заявить свои права на другого человека. Навязывание друг-другу каких-то обязательств и мазохизм страдания. Это любовь. Не уверена что вообще любила когда-нибудь или хотя бы влюблялась. Последнего парня, за которым заметила что он начинает влюбляться в меня, я тут же послала подальше. Мне это не нужно. Истерики, условия, пьяные звонки среди ночи и иже с ними.
- Мои последние отношения тоже были из того разряда что отбивают всякую охоту к попыткам повторить. Я встречался с девушкой к которой у меня не было вообще ничего. Она мне даже не очень-то нравилась. Зачем тогда? Просто так. От скуки. От одиночества может быть. Не знаю. Мы провстречались с ней несколько месяцев. А потом как-то раз в постели я не смог. Не смог с ней. Я не хотел её. Был с ней, а думал о том что завтра на работе, две машины грузить. Вскоре после этого я с ней расстался. Да так чтобы не было звонков, сообщений. Жестоко. Честно всё ей сказал. Возможно я разбил ей сердце. Наверняка знаю только что больше ничего подобного я не хочу.
- К чёрту любовь! Налей ещё и дай мне сигарету.
Весь оставшийся вечер мы разговаривали о довольно личных вещах. Много откровенного рассказали друг-другу. Мы верили друг-другу. Мы теперь знали что, что-то связывает нас, связывает тонкой красной нитью.
С того вечера мы виделись если не каждый день, то через день. Нам всегда было о чём поговорить. А если не было, мы могли просто посидеть рядом, покурить в тишине. В такие моменты она бывало положит голову мне на плечо, а я возьму её за руку.
Расставаясь я целовал её. Она меня. Звёздное небо и двое влюбленных, отказавшихся верить в любовь. Отказавшихся ей покорятся. Но находящихся в её власти.
Да, мы были парой. Нет, мы не были парой.
Мы хотели быть вместе, но бежали от друг от друга. Почему? Потому что быть вместе значило взять на себя определённые обязательства, определённую ответственность. Это значило дать другому право чего-то требовать. Мы не могли себе этого позволить. Цена была нам не по карману. Так мы думали. Оба. И каждый в отдельности сомневался.
5.
В середине августа мне позвонил отец. Событие само по себе неслыханное. После их с матерью развода, лет этак десять ему небыло до меня дела. А потом вдруг его начала волновать моя жизнь. Где работаешь? Сколько платят? Когда женишься? И прочее, и прочее... Но этот его звонок выбивался из основного ряда. Суть в том что в этот раз он задал один лаконичный вопрос:
- У тебя какое образование? - он произнес это так быстро что я не сразу нашёлся с ответом.
- Среднее юридическое. - Выдавил наконец.
- Это чо ты заканчивал?
- Колледж.
- Я перезвоню через минут двадцать.
- Эм... Ладно.
"Чего эт ему припёрло?" - Подумал я. Через полчаса он действительно перезвонил.
- Да?
- Короче такое дело - Начал он хриплым прокуренным голосом. - есть работа, хорошая, в компании, но надо будет не в этом, так в следующем году на вышку идти. Пойдешь?
- Пойду, а что за работа-то?
- Какая-то фирма юридическая. Не знаю. Я твой номер дам человеку, он позвонит, объяснит всё. В городе у них филиал. Он там то-ли главный, то-ли зам главного, не важно.
Одноклассник бывший. Домой приезжал, к матери своей, пересеклись, заговорили, оказалось работа есть. Я договорился. Он как в город вернётся позвонит. Жди там.
- Ну-у хорошо, буду ждать.
На этом наш разговор закончился. Я толком мало что понял. Что за фирма? Что за работа? А зарплата как? Хватит мне на жизнь в городе? Речь разумеется о городе масштаба областного центра шла. Надо будет как-то квартиру снять, одеваться, кормится... и прочее... Я в голове задавал себе вопросы, не получал ответа и оставался всё так же заинтригованным. Походил по квартире, выпил кофе и стал собираться идти к ней. Собственно конкретно в ту минуту меня мало что волновало. Только она.
Через несколько дней, мне действительно позвонили. Человека о котором говорил отец звали Игорь Андреевич, он был заместителем директора филиала юридической фирмы. Не самой знаменитой в стране, но и не самой безвестной. Он рассказал мне о фирме, о том какую работу может предложить. Уточнил информацию об образовании и стаже(которого не было от слова "совсем") и прочие необходимые вещи. Предварительно, я им подходил. Да и его знакомство с отцом внесло свою лепту. Нужно было только пройти официальное собеседование, что я сделал на той же неделе. Мне дали время на то чтобы рассчитаться на прежнем месте трудоустройства и переехать. Благо отец помог деньгами.
Так вот, спонтанно и неожиданно, моя жизнь резко начала меняться.
Рассчитали меня сразу, без двухнедельного отрабатывания, что дало мне время передохнуть немного и расслабиться. Но расслабиться не получалось.
Я всё время думал о ней.
"А что она? Неужели всё теперь кончится? А не должно было? Она ведь всё равно в конце лета уехала бы. Вернулась бы к учёбе. Нет, это было бы не так важно! Я ведь всё равно мог бы её видеть! Она приезжала бы на праздники и прочее... Точно приезжала бы...
Ведь приезжала бы? Да о чём я вообще думаю! Всё это не важно!"
Я говорил себе, что мы просто проводили вместе время. Ничего больше. Что я был готов к тому что это всё закончится. Но я лгал себе. Я знал что уже влюбился. Но продолжал себе твердить, что это не так.
6.
- Ну и когда ты уезжаешь? - Спросила она ровным голосом даже не глядя в мою сторону.
- В понедельник, рано утром.
- То есть через три дня...
- Да, через три дня.
- Ну тогда всё это время, ты будешь в полном моём распоряжении - Улыбка которой она меня одарила после этих слов, была не особенно доброй, впрочем таков уж её характер.
- Не спеши, мне ещё и со своими дружками, охламонами нужно будет вечерок посидеть, попрощаться по людски.
- То есть скотски накидаться.
- Возможно. - Тут я покривил душой, так это было не "возможно", а "именно так".
- Если ты уедешь, то мне будет скучно. Да и целоваться нескем станет. - В её голосе слышались минорные нотки, такого я не ожидал от неё. Я готов был к тому что она посмеётся надо мной или из вредности скажет какую-нибудь гадость. Но не к тому что она расстроится. Хотя вернее будет сказать, не к тому что не станет этого скрывать.
- Ты как будто расстроилась - С нарочитым удивлением сказал я.
- Не будь дураком, конечно меня расстраивает тот факт, что моя игрушка от меня убежит.
- Игрушка да?
- Да! А тебя что-то не устраивает - Теперь на её стервозную мордашку вернулась привычная хищническая улыбка, а на меня были направлены два зелёных уголька. На улице темнело и лучи закатного солнца придавали её глазам какое-то мистическое мерцание.
- Если бы меня что-то не устраивало, я бы не сидел тут с тобой.
- Ну вот и не выпендривайся тогда, лучше поцелуй меня.
Дважды меня просить не нужно. К тому же, это был первый раз когда она на прямую велела мне поцеловать её. Без намёков, без уловок. Прямо и четко..."поцелуй меня".
Лучше слов я наверное в жизни не слышал.
Последнюю ночь в родном городишке я провёл с ней. Нет мы не занимались любовью. Мы просто любили друг-друга в эту ночь. Мы мало говорили, да и о чём было говорить. Я прижимал её к себе. Она сжимала мою ладонь. И губы наши вновь и вновь соприкасались в поцелуе.
Начинало светать. Часа четыре утра было, не меньше. Мы стояли посреди дороги недалеко от её дома.
- Мне пора, через два часа мне уезжать. - Рот мой произносил эти слова, а руки продолжали держать её в объятиях и будто бы не имели силы отпустить.
- Да тебе пора уходить. Время пришло. - Впервые, в её голосе, по средствам этих шести слов я услышал настоящую, нескрываемую грусть. Первый и последний раз.
Раздался звонок будильника на телефоне. Значит мне пора просыпаться. Умываться. Бриться. Одеваться. Пить свой чёрный кофе без сахара. И покидать дом. Этот город. Возможно навсегда.
-Я должен идти. Пока...
-Прощай...
Я приподнял её лицо, аккуратно взяв за подбородок и припал к её губам. Именно так наверное христиане целуют крест. В этом поцелуе была вся моя любовь. И вся боль была в нём. Только в тот момент я ещё не знал этого. Интуитивный порыв.
- Прощай!
Стремительный поцелуй. "Так сладок мёд, что наконец он горек..." Вспышка глаз. Последние зелёные молнии что видел. И она убежала.
А может просто ушла. Я не знаю.
Так же не знаю сколько я простоял так, столбом. Зазвонил второй будильник. Пора выходить. И я пошёл домой за вещами. На кофе и утренний туалет уже не оставалось времени.
***
Время шло. Что ему ещё остаётся. А впрочем, это наверное не время идёт, а человек сквозь него. Уже четвёртый год я пытаюсь делать карьеру в своей "конторе". Получается со скрипом. Но жизнь как-то устаканилась. Серенький ритм существования офисного служащего уже не угнетает. Человек ко всему привыкает. Я работаю чуть больше чем хотел бы, но думаю так нужно. Никаких романтических отношений я так и не завёл. Не было ни желания, ни сил на это. Раз в две недели захожу в любимое местечко. Джаз клуб "MetrOpoliS". Смысла трёх больших букв я так и не понял. Давольно уютный и с не очень дорогим баром. Тут же завёл приятеля. Звали его Павел Тульский. Такой же конторский клерк, если так можно выразиться. Он был давнишним завсегдаем "метрополя". На музыку ему было плевать. Его больше волновала уютность и стильность заведения. Со мной было наоборот. Наши встречи в клубе постепенно пополнили список жизненных ритуалов. Он был старше меня на пару лет и женат. В остальном мы были весьма схожи. Ни о чём серьёзном мы никогда не говорили, просто трепались за стаканом пива. Редко в крайне дерьмовые дни, за стаканом скотча.
Одним декабрьским вечером в клубе играл какой-то дарк-джаз бэнд из Питера.
Мне нравилось поэтому своего постоянного собеседника я не слушал. Он рассказывал какую-то бредню о работе. Отхлебнув из стакана я поднял голову и увидел то что ожидал увидеть меньше всего. На несколько секунд я испытал что-то сходное с сонным параличом, только наяву. Я не мог поверить глазам. Я увидел Её. Голос Тульского вывел меня из ступора.
- Эй! Ты чего?
- Ничего, просто задумался.
- Да? А вид был будто у тебя мотор встал. - На какие-то несколько секунд, так пожалуй и было.
- Всё в порядке. Говорю же, задумался. Ты мне вот что скажи товарищ завсегдатай, ты знаешь ту девушку? - Я указала Тульскому движением головы в её сторону. - Знаешь?
- У барной стойки? Шатенку? Ту что с фотоаппаратом? - Тульский сощурился, видимо зрение у него хуже чем у меня.
- Да её.
- Впервые вижу. А что?
- Да ничего, просто на одну знакомую похожа.
- Ну я твоих знакомых не знаю. Подойди да спроси. А если ошибёшься, скажи в темноте показалось. Делов-то.
- Обойдусь. Закажи ещё, а я выйду покурю.
Выйдя на улицу я минут десять бездумно стоял . "Она? Точно! Но этого быть не может. Но это точно Она!" Я наконец закурил и постарался выкинуть всё из головы. Получалось не очень хорошо. Я вернулся за столик и промочил горло.
- Я спросил у знакомого официанта. Эта девушка с группой. Их фотограф. Инна зову. Ну что? Твоя знакомая?
- Нет. - "Да! Чёрт возьми да! Это Она."
- Ну и ладно. Долго ещё будешь тут?
- Не знаю, а что?
- Я допью и попрусь домой, завтра куча дел.
- Как хочешь, я посижу пока.
Мы перекинулись ещё парой-тройкой фраз. Тульский допил свой пилснер и ушёл. Я заказал себе чашку кофе и стакан виски. Группа закончила свой сет. Теперь музыка в клубе звучала из динамиков. Играло что-то из Майлза Девиса. "Дослушаю и уйду"
Выходя из клуба я столкнулся с Ней.
- Войтов ты? - Её голос совсем не изменился. - Вижу что ты. Дай зажигалку, я свою куда-то дела.
Сказать что я был удивлён, значит не сказать ничего. А чтобы что-то сказать пришлось бы перейти на нецензурную лексику. Я молча протянул ей простенький крикет зиппо.
- А ты ничуть не изменился, разве что приоделся. - Сказала она, выпустив струйку ароматного дыма. Сигареты точно были дорогими. - Хо-отя... Выцвел ещё немного. Чего забыл тут?
- А что люди обыкновенно забывают в подобных местах? - Вопросом на вопрос. Я последовал её примеру и тоже закурил.
- Пить значит не бросил.
- Не собирался даже.
- Ну пошли тогда выпьем.
- Думаю мне хватит.
- Завтра работаешь?
- Нет.
- Значит пошли.
Лёгкость и наглость с которыми она начала, и вела всё это время разговор, меня одновременно и сбивали с толку, и раздражали. Как вообще так можно? После того как закончились наши взаимоотношения. В памяти ярко вспыхнули её " прощай " и день когда я попытавшись написать ей узнал что добавлен в чёрный список. С телефоном, конечно ситуация была аналогичной. Я много в своё время думал о том почему она это сделала. Отчасти я смог её понять. Наши жизненные пути разводили нас в разные стороны. Всё что у нас было, один травяной стебель среди безжизненной пустыни. Но это никак не объясняло мне её безразличной, молчаливой жестокости. И теперь она так вот запросто, так легко, как ни в чём не бывало, по приятельски беседует со мной предлагает выпить с ней. Четыре года... Четыре года как она выкинула меня.
Старые раны медленно вскрывались. Соль сыпалась. Но и так, но и сквозь эту ноющую боль, я вдруг не захотел её оставить сейчас же. Я смотрел на её лицо. Такое знакомое. Такое настоящее. Такое... Родное что-ли, как бы банально это не звучало. Но в тоже время, на такое... НЕ ТАКОЕ. Что-то изменилось. В глазах. Они больше не полнились изумрудными молниями. В них не было даже слабого мерцания.
-Чёрт с тобой. Но если я напьюсь, пеняй на себя.
- Я просто сделаю вид что не знаю тебя.
Мы докурили и вернулись в клуб. Кстати в итоге я всё-таки напился. Голова на следующий день гудела как красноармейский полк.
Что удивительно, я кристально чисто помню всё что было, вплоть до того момента когда я я вышел из "метрополя". Дальше мгла. Скорее всего я отправился домой пешком. Через какой-то алкомаркет. Проснулся я одетым. Сидя в кресле. На журнальном столике стояла початая бутылка дешёвого виски, стакан, пепельница с парой окурков и ноутбук с которого по кругу играла песня Бориса Гребенщикова "Пришёл пить воду".
"... бессмысленны "против" и "за",
просто что-то изменилось у тебя в глазах.
Когда соль теряет силу - она становится ядом."
Какой банальный выбор!
Сначала я слышу эти строки, а следом прошедший вечер во всём своём великолепии падает на меня мечом Дамокла сорвавшимся наконец с конского волоса. Она не уехала туда, куда хотела. А хотела она перевестись в университет в городе Петра. Доучилась в том куда поступила. Дипломированный журналист. Похоронила отца. Потом старшего брата. Рак и автомобильная авария. Потеряла ребёнка. Это всё в один год. А я думал мне в жизни не везло. Понятно куда делось электричество из радужки глаз. Оно освещало путь в этой тьме. И иссякло, у людей батареек не сменить. Потом она вышла замуж.
"- Если ты часто бываешь в "метрополе", то странно что я тебя раньше не замечала. Кто бы мог подумать, что один из моих бывших каждую неделю прибухивает в клубе моего мужа."
Моё любимое заведение оказалось бизнесом её мужа. А сама она занимается фотографией. Снимает для местного журнала. Иногда работает на заказ. Как с этой питерской джаз-бандой. Бывает и статейки пишет. Я видел и то, и другое. Только не знал что это Её. Откуда мне было знать что она теперь не Ирохина, а Ярова. Инна Ярова. Меня передёргивает каким-то подобием судороги, каждый раз когда я произношу это хотя бы в мыслях.
Мы много говорили. В итоге я просто извинился и ушёл сославшись на то что я уже очень пьян. Я действительно был пьян. И я боялся что могу сделать что-то "не то". Потому что находясь рядом с ней, я вдруг испытал то же влечение, что испытывал уже к ней когда-то давно. Я боялся того, на что пьяный мог бы решиться. И убежал. Да и что мне ещё оставалось?
В понедельник я сразу же отправился к шефу и подал прошение о переводе в другой филиал компании. В другой город. Подальше. Я не мог больше здесь оставаться. Зная что она рядом, я думал только о ней. О возможности снова увидеть её. О возможности говорить с ней. О возможности "БЫТЬ" с ней. Но я не тот уже. И она уже не та. Мы не те. Всё не так. Сколько можно так продолжать? Бесконечно!
Меня перевели через три недели. Во Владивосток. Далеко. Дальше некуда.
Я больше никогда её не видел.
И никогда не забывал.
Даже сейчас, глядя в дождливый день за окном, я порой вижу её глаза. Такие, какие они были в нашу последнюю встречу. Холодные. Грустные. Прекрасные в своей постоянной скорби. И в этих глаза весь мир. В них вся любовь. В них вся жизнь. В них Бог. В них я. В её глазах.