Зависимая. [18+]

Когда они подошли к дому, на веранде их ждал Намджун. И он явно был очень недоволен. Вся его поза выражала гнев, заставив Лису сильнее сжать руку Чонгука. Но когда она посмотрела на него, ей показалось, что он искренне забавляется.

– Ты разбудил моих зверушек ради своей ш... – прозвучал голос, полный презрения.

– Ничего им не будет. Я лишь знакомил их с новой хозяйкой, – весело, но с намеком произнес Чонгук.

– Какая, к черту, хозяйка? У них режим. Особенно у молодых, – зло сказал он, но в ответ мужчина лишь громко засмеялся.

– Ты похож на десятилетнего мальчика. Не бойся, никто не заберет у тебя твое сокровище, но теперь я хочу, чтобы Лиса помогала тебе кормить их. Они должны привыкнуть к ней.

– Что ты сказал? – возмущенно воскликнул Намджун.

– Это приказ! – твердо прозвучал голос Чонгука, полностью лишенный былого веселья.

– Да, Чонгук, – ответил мужчина сквозь зубы.

– Лиса, не переживай, он не всегда такой. Только когда дело касается его зверинца, – сказал он, смотря на своего Ангела. Мужчина лишь фыркнул.

– Подожди, вот еще Тэхён узнает, куда ты ее водил. Он еще не то устроит, – Намджун уже немного успокоился, хотя в голосе все еще звучали отголоски ярости.

– Вы ведете себя хуже баб, – с улыбкой сказал Чонгук. – Никогда бы не подумал.

– Так же как и я. Привезти сюда женщину!

– Мне надоело жить в мужской компании, пора уже ее разнообразить, – с улыбкой ответил он. – Я надеюсь, ты не будешь поступать необдуманно.

– Нет. Тебе хочется поиграть – играй, – мужчина пожал плечами и, оттолкнувшись от косяка, отошел от двери и спустился с веранды.

– Ангел, не обращай внимания. Мальчики не любят чужих, но они скоро привыкнут к тебе, – легко произнес Чонгук.

Лисе казалось, что он над ней насмехается. Его слова на протяжении всей экскурсии были просты, как будто для нее было привычно слушать об убийцах и оружии. Он смотрел на нее сверху, еще больше уверяя ее в своей ничтожности. Он издевался над ее наивностью и подавлял, вызывая страх. У нее по коже бежали мурашки от его прикосновений. И он на самом деле казался ей не человеком, а богом. Темным богом. А она была лишь игрушкой в его руках. Одно слово, один взмах руки – и ее не станет.

– Пойдем, мой сюрприз наверху, – ласково произнес он, легко подталкивая ее в спину.

Стоит ли добавлять, что интонация, с которой он говорил с ней, настораживала? Она чувствовала себя натянутой струной, постоянно находившейся в напряжении. Они медленно поднимались по ступенькам на второй этаж, и все это время он не убирал свою руку. Он медленными легкими движениями водил пальцами по ее пояснице, лаская ее. От этого прикосновения она чувствовала, как ток пробегает по телу. Казалось, она перестала дышать. Они вошли в его спальню, и Лиса не смогла скрыть своего удивления, ведь он предлагал ей увидеть свое любимое место.

– Да, сейчас, когда ты поселилась здесь, это моя любимая комната, – ответил мужчина на ее немой вопрос, – но все же мы пройдем чуть дальше, – и он подтолкнул ее в сторону ванной.

Открыв дверь, она увидела наполненную ванну, от которой поднимался пар. Мягкий аромат масел заполнял воздух. Тусклое освещение придавало общей картине романтическое настроение, если бы так не пугало ее.

– Что такое, Ангел? – насмешливо спросил Чонгук. – Почему ты не проходишь? Я сегодня устал. Вынесение приговоров, управление своими демонами и целым адом выматывают. Теперь я хочу принять расслабляющую ванну, и при этом меня должна обслуживать моя наложница, – со смехом добавил он, подталкивая ее дальше.

Ей не оставалось ничего другого, кроме как войти в ванную. Стук двери, которую Чонгук закрыл, эхом отозвался в ней. Она не имела ни сил, ни средств, чтобы бороться с этим мужчиной. И она понимала: чтобы выжить, она должна выполнять его приказы.

Он медленно подошел к ванне и, опустив руку, попробовал воду.

– Идеально, – игривая ухмылка расцвела на его лице. – А теперь помоги мне раздеться. Я хочу чувствовать твои пальчики на своем теле, – произнес он, глядя ей в глаза, и застыл в ожидании.

Лиса не сразу вникла в его слова, но потом, когда их смысл дошел до нее, ее глаза расширились от шока. Однако поза Чонгука говорила о непреклонности, и она медленно подошла к нему и дрожащими руками потянулась к пуговицам пиджака. Пальцы не слушались ее, но все же она справилась с тремя пуговицами и стянула с него пиджак, который повесила на крючок. После чего она остановилась, смотря на его белоснежную рубашку.

– Что же ты застыла, Ангел? – продолжил он играть с ней. – Или ты думаешь, что я полезу в воду одетым?

Лиса лишь резко помотала головой, не в силах произнести «нет». Она медленно потянулась к первой пуговице, чувствуя под пальцами его твердые мышцы. После трех пуговиц перед ее глазами предстала его бронзовая кожа. Ее щеки запылали, ей стало очень душно, и все же она медленно справлялась со своей задачей. Пальцы то и дело стали касаться его кожи, посылая по телу разряды тока. Страх, дрожь смешались в ней. Она знала, что от нее хочет этот мужчина, и безумно этого боялась. Но она не могла убежать, не могла вернуться в свой спокойный и привычный мир. Казалось, что она попала в кошмар, и он полностью поглотил ее. И, как приговор, в голове звучали слова: «Выхода нет».

Когда она расстегнула последнюю пуговицу, то сразу опустила руки, чтобы лишний раз не касаться его. Медленно подняв голову, она посмотрела на Чонгука, который иронично поднял бровь в ожидании. Тяжело вздохнув, Лиса, положив руки ему на плечи, стянула с него рубашку, и вскоре та оказалась там же, где и пиджак. Теперь он стоял перед ней с оголенным торсом. Его вид завораживал, а тело переливалось в тусклом свете, покрытое шрамами. Сейчас он казался древним воином. Темным воином. Его взгляд поглощал, и Лиса судорожно сглотнула.

– Ты еще не закончила, Ангел. Ты же знаешь это, – полушепотом произнес он, и её взгляд метнулся к ремню на его штанах.

– Пожалуйста, дай мне вернуться в комнату, – тихо попросила она.

– Нет, все нужно доводить до конца, – с насмешкой отказал он.

Она лишь на мгновение прикрыла глаза, а потом потянулась к его ремню. Не смогла быстро справиться с ним из-за нервозности, но все же, переборов себя, расстегнула его и потянулась к молнии на штанах.

– Хорошая девочка, – он нежно провел рукой по ее щеке.

– Нет, я не могу, – нервно произнесла она, резко отступая.

Но Чонгук лишь весело усмехнулся и быстро снял штаны, представ перед ней в обнаженном виде. Ей казалось, что она горит и все ее тело стало красным. Он подошел к ней, и ее взгляд уперся в его твердую грудь. Теперь уже он раздевал ее, но она не могла даже пошевелиться. Она стояла неподвижно, нервно сглатывая, стараясь не смотреть вниз и даже не думать о том, что он полностью голый. Вскоре платье полетело к ее ногам, и она осталась в одном нижнем белье.

Его руки нежно прошлись по ее плечам, оставляя после себя дорожку из дрожи. Он медленно расстегнул ее бюстгальтер. Она была словно кукла в его руках, но ее выдавало сдавленное дыхание. Все это лишь забавляло его. Бюстгальтер полетел на пол, и он обвел руками ее грудь, слегка сжимая. Его большой палец накрыл ее сосок, играя с ним. Наверное, это продолжалось всего минуту, которая Лисе показалась вечностью. Она никогда еще не чувствовала себя так. Все чувства перемешались в ней. Она хотела оттолкнуть его и убежать, а ее тело же, напротив, по какой-то чудовищной шутке судьбы тянулось к нему, отвечая на его прикосновения. В этом она не могла лгать себе. Дрожь, что проходила сквозь нее, впитала в себя два совсем не совместимых чувства. Страх и страсть. То, что она начала чувствовать, можно было назвать страстью. Скорее, это было зарождение ее. И лишь Чонгук это понимал.

Его руки, медленно скользя, спустились к ее трусикам, и, зацепив пальцами резинку, он потянул их вниз. Лиса закрыла глаза и вцепилась руками в его плечи, когда он поднял ее ногу, стягивая с нее последнюю преграду. И вот наконец она осталась стоять перед ним обнаженной. Он отступил на пару шагов, пожирая ее взглядом.

– Вот видишь, Ангел, я тоже могу о тебе позаботиться.

Чонгук залез в ванну. Лиса стояла, смотря в одну точку на стене и сгорая от стыда, от презрения к нему, к себе, от дрожи, что сотрясала ее тело, даже когда он уже перестал касаться ее.

– Иди ко мне, – приказал он, и она была не в силах не повиноваться ему. Забралась в теплую воду, села напротив и скрестила руки на груди, на что он лишь весело ухмыльнулся.

– Повернись спиной и придвинься ко мне, – приказной тон подстегнул нервозность девушки.

Она давно поняла, что он не умеет просить или просто говорить – лишь только требовать. Она выполнила его приказ, придвигаясь близко к нему, но не касаясь его тела. Его руки быстро оплели ее талию, резко дернув к себе. Ее тело натянулось, как струна, когда она почувствовала его твердый член, который упирался в ее поясницу. Он заставил ее откинуться на него спиной, полностью касаясь его груди. Ее голова легла ему на плечо, открывая лучший доступ к ней.

Его рука медленно скользнула от шеи к животу. Лиса напряженно наблюдала за ней, затаив дыхание, но тут он остановился внизу живота и сразу же убрал руку. Чонгук взял бутылочку с гелем и капнул его себе на ладони. Он ласкал ее грудь медленными круговыми движениями, сводя с ума. У Лисы участилось дыхание. Он то и дело потягивал ее соски.

– Ты чувствуешь это, Ангел, – не спрашивал, а утверждал он, – ты чувствуешь эту страсть.

Его дыхание обжигало щеку. Теплая вода нежно ласкала тело, а грудь горела от его прикосновений. Он стал теребить губами мочку ее уха, и ей казалось, что при этом он грешно улыбается.

– Твоя кожа такая шелковистая. Мягче самой дорогой ткани, – он наклонился и поцеловал ее плечо.

– Чонгук...

– Тебе нравится. Ты не можешь этого отрицать, – сказал он. – Скажи мне, мой Ангел, касался ли кто-нибудь тебя вот так? Я думаю, что нет. Ты самый чистый Ангел. Даже не думал, что такие существуют.

– Я обычная, такая же, как все, – прошептала она, все еще смотря на его руку.

– Только не для моего мира, – ответил он.

Его рука, наконец оставив ее грудь, спустилась вниз и накрыла ее треугольник. Его палец нашел клитор и стал нежно ласкать. Лиса дернулась и сжала руками бортики ванны.

– Тс-с-с... Все хорошо, малышка. Это лишь доставит тебе удовольствие.

– Чонгук, пожалуйста, – взмолилась она.

– «Пожалуйста, продолжай»? – спросил мужчина, опять принявшись за мочку уха.

Она лишь слегка мотнула головой в протесте, не в силах произнести хоть слово, потому что в этот момент его палец кончиком проник в нее.

– А твое тело говорит «да». Я чувствую это, – страстно прошептал он.

– Чонгук...

– Мне нравится, как звучит мое имя в твоих устах, Ангел, – он снова надавил пальцем, входя в ее лоно.

Она дернулась в его руках, пытаясь отстраниться, но не понимала, что этим лишь доставила ему наслаждение, потому что она лишь усердней терлась об его твердый член. Чувства заполнили ее. То стыд, то жар, то дискомфорт, то безумное напряжение внизу живота. Казалось, этому нет конца. Костяшки ее пальцев побелели от силы, с которой она сжимала поручни ванны. И вдруг он отпустил ее.

– Я вымыл тебя, теперь твоя очередь, – он заставил её повернуться к нему лицом.

Как только она повернулась, он взял ее руки и капнул туда геля, после чего положил их себе на грудь, накрыв сверху своими. Лиса не могла поднять глаза. Она уставилась на свои руки, которыми руководил он, понимая, что движет ими не с той силой, с которой она убеждала себя. Нет, ее руки, казалось, жили сами по себе. Они медленно обхватили его плечи, лаская твердые мускулы. Пальчиками она прошлась по шраму на правом плече, потом снова вернулась к груди. И вот он уже убрал свои руки, оставив ей право руководить. И вместо того чтобы резко отнять свои пальцы, она продолжала дальше водить ими, спускаясь к кубикам торса.

Чонгук впитывал ее вид. Мокрые волосы прилипли к раскрасневшимся щекам, взгляд упрямо был направлен ему в грудь, губа закушена. Ангел, который вкусил немного греха. Он до сих пор не понимал, чем же эта девушка так выделялась среди других, но уже и не собирался в это вникать. Он хотел ее. А он всегда получал то, что хотел. И доказательство этого было перед ним. Мучило его своей неискушенностью сильнее, чем самые искусные женщины мира. Ее руки остановили свое движение, и он наблюдал за тем, как она сильнее прикусила губу, боясь поднять взгляд и двинуться дальше в своем исследовании к той части его, что ждала ее внимания больше всего.

– Хватит, Ангел, или же я за себя не ручаюсь. Все-таки хочется первый раз провести в постели, – с натянутой улыбкой произнес мужчина.

Чонгук включил душ, смывая с них пену. Потом поднялся и вышел из ванны. От вида спины мужчины у Лисы перехватило дыхание. Ее глаза прошлись по четкому рисунку яростного дракона, готового к нападению. С открытой пастью, острыми когтями и змеиной кожей, нарисованный в черно-серой гамме, он выглядел таким живым, что казалось, еще мгновение – и он вырвется из своего плена и кинется на нее. Татуировка настолько впечатляла, что девушка и не заметила, как, обтеревшись полотенцем, ее мучитель подал ей руку. Но, спохватившись, Лиса вложила свою ладонь в его и ступила на пол. Мягкое полотенце коснулось ее кожи, но оно не могло смыть краску с ее лица. Когда она стала сухой, Чонгук откинул полотенце и потянул ее в комнату.