Зависимая. [18+]

– Успокойся! – громко произнес Тэхён, сидя в кресле и наблюдая за мечущейся Лисой. И хотя на его лице играла улыбка, в голосе явно чувствовался приказ.

– Не могу. Ты сказал, что они вернутся на выходных. Уже субботний вечер, а его нет.

– Ну ты и нервная, – взвыл он. – Может, изменишь свое решение и пойдешь постреляешь? Пока я не сорвался.

– Я ненавижу оружие. Сколько можно повторять.

– Да ты чуть ли оргазм не получила, когда стреляла. Какая это ненависть? – с удивлением воскликнул он.

– Я просто забылась и выпустила пар. Но от этого моя ненависть не прошла.

– Ну да, ты так же забываешься в постели с Чонгуком, а наутро снова его боишься и презираешь.

– Это неправда, – тихо произнесла она, на что Ким лишь удивленно приподнял бровь, но все же сменил тему.

– Черт возьми, я жду его не меньше тебя. Мне уже надоела роль няньки. Я с ума схожу. А тебе лучше не быть рядом, когда я сорвусь.

– Извините, сэр, но я не напрашивалась, – язвительно ответила девушка, ничуть не испугавшись, хотя понимала, что его слова – правда. Но за эти дни она привыкла к нему, и у нее неизвестно откуда появилось чувство безопасности. Она стала вести себя с ним раскованней, не задумываясь о словах и не страшась отвечать резко или с насмешкой.

– А я мог бы испытать новые методы, – мечтательно произнес он.

– Я не буду спрашивать, методы чего.

– Да, Ангелу о таком лучше не знать, – в его глазах вспыхнул безумный огонек. – Также Ангел не должен уметь обращаться с огнестрельным оружием. Но ты так и не сказала, откуда такие познания.

– Разве это важно?

– Нет, – он пожал плечами. – Я и досье твое не читал. Не интересовало. Хотя теперь думаю, что стоит заглянуть в папочку.

– На меня собрали досье?

– Конечно. Или ты думаешь, он удержался бы на вершине, будучи легкомысленным?

– Нет, но...

– Не переживай. Твоя папка будет очень тоненькой по сравнению с моей, – отмахиваясь от нее, произнес Тэхён.

– На тебя тоже есть досье?

– Естественно. А также на Юнги, Джина и Намджуна.

– Но вы же друзья! – удивленно воскликнула она, но Тэхён ответил громким смехом на ее вопрос.

– Да неужели? Дьявол вытащил нас из ада, предложив службу ему или смерть. И каждый из нас понимал, что смерть не будет быстрой.

– Но зачем?

– Он только взошел на трон, и ему нужны были верные люди в окружении, – смеясь, произнес он.

– И он доверился вам?

– Какая же ты наивная! Ты думаешь, нам можно доверять? Думаешь, в нашем мире хоть кому-то можно доверять? – подавшись вперед, положив локти на подлокотники кресла и подперев руками лицо, спросил он. – Мы убиваем не задумываясь. Такими нас сделала жизнь.

– И Чонгука тоже?

– О нет, – засмеялся он. – Я наконец-то понял, к чему этот вопрос. Ты ищешь его светлые стороны. Думаешь, найдя их, сможешь изменить его?

Лиса покраснела, не желая признавать, что он прав.

– Не будь дурой. Это невозможно, – качая головой, произнес он. – Да, нам четверым жизнь поставила условия, и только благодаря им мы такие, какие есть. Но Чонгук другой. Он уже родился таким. Он рос и знал, кем станет. Он ждал этого. Власть, сила, жестокость, беспощадность – все это в его крови. И он никогда не изменится. Нельзя изменить истинную природу. Он Дьявол. Такое имя дала ему мать. 

– Это мать назвала его Чонгуком? – с ужасом переспросила Лиса, не понимая, как такое может быть. Какая мать назовет своего ребенка Дьяволом, да еще и зарегистрирует это имя?

– О, она была по-настоящему чокнутой. Но, к сожалению, я ее не застал. О ней тебе стоит спросить Чонгука или Сехуна. Возможно, еще что-то знает Джин.

– А ты? Как ты стал Голодом?

– Чонгук назвал еще при первой встрече. Я был в смирительной рубашке, сидел возле мягкой стены, когда открылась дверь и вместо привычных санитаров вошел он. Мне было любопытно, и я вел себя тихо. Он посмотрел на меня сверху вниз, и, как ни странно, в его глазах тоже было только любопытство. Ну, может, еще удовлетворение. И тогда он сказал: «Я Дьявол. Я всемогущий. Но мне не хватает своих всадников Апокалипсиса. Я уже нашел Смерть и теперь вижу перед собой Голод. Он сверкает в твоих глазах. Голод, требующий крови», – Тэхён произнес это, стараясь скопировать интонацию Чонгука, и у него получилось очень похоже, что вызвало мурашки по ее коже. Заметив ее реакцию, он рассмеялся, закинув немного голову назад. – Да, не спорю, это звучит драматично. Но есть в нем тяга к драме. Не зря же любовница у него – Ангел.

– И ты согласился, – она все еще краснела от слова «любовница».

– Нет, я назвал его психом и сказал, что ему место в соседней палате. Но все же он сумел убедить меня, пообещав то, чего я жаждал больше всего на свете.

– Что же?

– Свободу, – произнес он и замолчал.

Они сидели в тишине, пока Лиса обдумывала его слова. Она помнила, что Джин уже говорил ей о Чонгуке, при этом не затрагивая себя, но Тэхён немного раскрылся, и это поразило ее. Девушка понимала, что это предел, и больше она не узнает от него ничего о нем. Единственным, кто мог ей об этом поведать, был сам Чонгук. Но раз она не могла услышать рассказ о нем напрямую, Лиса решила зайти с другой стороны. Узнать столько, сколько это возможно, о его окружении.

– Ты сказал, что Чонгук родился таким, а ты – нет. Значит, ты еще можешь измениться? – вдруг спросила она, нарушая тишину, и услышала зловещий смех:

– Это невозможно! Хотя некоторые пытались меня изменить.

– Кто?

– Доктора. И знаешь, где они сейчас? – риторически спросил он, разведя руки.

– Где? – не понимая его интонации, спросила она.

– В аду. Я об этом позаботился, – лицо его осветила коварная улыбка. – Чонгук дал мне свободу, пусть и привязал к себе. Он вытащил меня из психушки и позволил поквитаться со своими врагами. О, какие это были дни... Я до сих пор помню их крики, их мольбу о пощаде и их молитвы к Богу.

Все в его словах говорило о насилии и удовольствии. Истинном удовольствии, которое он получил, убивая их. И она понимала, что смерть этих людей не была быстрой. Дрожь пробежала по ее телу. Нет, это был не страх. Она не боялась за свою жизнь и благополучие. Но то, что она услышала, невозможно было принять спокойно.

– Как ты попал туда? – тихо спросила она.

– Меня признали психически больным. И это был лучший вариант.

– И каким же был второй?

– Смертная казнь за особо тяжкое убийство второй степени.

Она сглотнула.

– И это только то, что они смогли раскрыть, – он победно усмехнулся, наслаждаясь каждой подробностью, которую открывал ей. – Ну что? Ты все еще хочешь меня изменить? Ты же не до такой степени наивная, да?

– Я не собираюсь никого изменять, – гордо произнесла она.

– По глазам вижу, что собираешься, – снова засмеялся он.

– А тебя это так забавляет!

– Конечно. Мне нравится твоя упертость. И если бы мог, я бы проверил ее на деле.

– Но ты не можешь, – громко прозвучало это утверждение, и Лиса резко повернулась, увидев такие родные глаза.

– Чонгук, – облегченно кивнул Тэхён. – Наконец-то.

– Неужели мой Ангел доставил тебе столько хлопот? – с издевкой спросил он, при этом не отводя от нее взгляда.

– Она была сущим ангелом, чего и следовало ожидать. Никакого развлечения, – произнес он и рассмеялся каламбуру в своих словах. – И ты знаешь, как на меня действуют запреты и ограничения.

– Черт возьми, если бы я знал, что ты будешь ворчать, как старушка, отправился бы сначала в бар, – Намджун только что вошел в комнату и, обойдя Чонгука, плюхнулся в кресло. Верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты, и он выглядел очень уставшим.

– Побудь ты нянькой, а после высказывайся, – сердито ответил Тэхён, но тут же смягчил ответ своей привычной улыбкой. – Как улов?

– Крупная рыбка так и не попалась, – разочарованно произнес Юнги, садясь напротив Джуна на диван.

– И даже ни намека на нее?

– Одно молчание.

– Нужно было меня с собой взять. Ведь первоначально Дьявол поставил мне эту задачу, – снова сердитые нотки в голосе.

– Крошка, что ты сделала с Тэхёном? Он прямо бешеный, – спросил Намджун у девушки, но та словно приросла к месту.

Ее глаза поглощали каждую черточку, каждую деталь внешности Чонгука. Она отметила уставший взгляд и пятнышко крови на рукаве. Его идеально уложенные волосы сейчас выглядели небрежно растрепанными. После чего она перевела взгляд на мужчин и отметила такие же признаки непростых дней и у них.

– Ангел, – тихо позвал он. И она снова посмотрела на него. – Когда же ты поприветствуешь меня должным образом?

Это был словно толчок, как будто только этого она и ждала. Она сразу же бросилась в его объятия, беря его лицо в руки и покрывая поцелуями. Но он остановил ее безумные движения, нежно взяв за подбородок, и крепко, со всей страстью поцеловал ее.

– Если бы я знал, что меня будут так встречать, вернулся бы раньше, – прошептал он около ее губ.

– Все, с меня довольно этого шоу, я и так намучился за эти дни, – устало произнес Тэхён, при этом с ухмылкой смотря на целующуюся парочку.

Он медленно направился к выходу и уже прошел мимо них, когда услышал слова Чонгука:

– Только без последствий. Сейчас нет времени убирать после тебя.

– Как скажешь. – хмыкнул мужчина.

– Каких последствий? – спросила Лиса, находясь еще в тумане от его поцелуев.

– Трупов, конечно. Нам сейчас не нужно лишнее внимание, – с твердостью ответил он, внимательно наблюдая за ее лицом.

Но его слова не стали чем-то новым, пугающим и наводящим страх. Ведь она и так догадывалась, о чем они говорят, просто вопрос слетел с губ прежде, чем она поняла, каким бессмысленным он был. Чонгук выгнул бровь в удивлении, когда не заметил на ее лице уже привычных признаков страха. Его пальцы мягко сжали ее подбородок. Но Лису не нужно было заставлять, она сама подалась навстречу его взгляду, утонув в этих бездонно-темных глазах. Ей казалось, что вторых таких в природе нет. Они были идеальны в своей пронзающей глубине. Но прошло мгновение, и он отвел взгляд, притянув ее к себе и слегка поцеловав в лоб.

– И что же с тобой сделал Тэхён, что ты стала так спокойно реагировать? – серьезно спросил он.

– Ничего, – прошептала она, сильнее прижавшись к его рубашке и вдыхая его аромат. Мужской, пряный, с запахом пота и дорогой туалетной воды. В нем были сила и грубость, мужественность и настойчивость. – Мы просто разговаривали.

При этих словах Намджун резко открыл глаза, поднял голову со спинки и быстро принял сидячее положение.

– Тэхён? Разговаривал? – недоверчиво спросил он, и Лиса повернулась в руках Чонгука, чтобы посмотреть на него.

– Да.

– Наверное, вешал ей лапшу на уши, – произнес Юнги.

– Так Чонгук не забирал его из психушки? – переспросила она, не веря, что такое можно было придумать.

– Да, я забрал его оттуда, – ответил он, видя, что оба мужчины уставились на нее в неверии и молчат.

Лиса облегченно вздохнула после его слов, признавая, что вместо того, чтобы обрадоваться, что все слова Тэхёна – выдумка, она расстроилась оттого, что ей солгали.

– Черт возьми, что ты сделала с нашим психом? – вскрикнул Намджун.

– Да, он никогда не отличался разговорчивостью, а уж тем более о том времени, – Юнги смотрел на нее восхищенно, хотя в глазах еще присутствовала некая настороженность. – Сначала Дьявол, потом Джин, Джун и Тэхён. Теперь мне стоит опасаться?

– Ты говоришь так, словно я ведьма и их приворожила. Но, по-моему, единственные, кто здесь играется с потусторонними силами, это вы!

– Мафия – это большая секта, в которой люди поклоняются главе, как богу. У нас это Дьявол. Что может быть страшнее? – пояснил Джун.

– На этом принципе я построил свою власть. Нет ни одного человека в теневом мире, который не знает о Дьяволе и его всадниках Апокалипсиса. Если одного из них послали за тобой, значит, ты уже мертвец, и неважно, что пока еще дышишь. Поэтому я дал им такие имена, из-за которых их слава будет идти впереди них.

– Достаточно. Я так устала от метафор и сравнений с Дьяволом и всякой нечистью. Я скучала, Чонгук, – серьезно произнесла Лиса, подняв голову и посмотрев ему в глаза. Эти слова дались ей не так уж легко, но она подошла к той черте, когда просто невозможно их удержать в себе.

По его виду можно было понять, что он удивлен. И не только слова стали тому причиной. Эта интонация... Хрипота и серьезность, осмысленность и глубина. Он легко взял ее за подбородок, проникая через глаза внутрь ее души, удостоверяясь, что это правда.

– Впервые я так стремился домой, – просто ответил он ей, давая понять, как важно для него ее признание.

Она прижалась к нему, потонув в его объятиях, ощущая тепло и уют. Связь между ними окрепла, выросла еще на пару ступеней. Это пугало, но в то же время в ее душе царила радость с легким намеком на счастье. Неизвестно, что сулит ей это навязанное будущее, но сейчас оно уже не казалось ей таким ужасным. Девушка улыбалась, слушая рассуждения Намджуна и Юнги об удивительных изменениях в поведении Тэхёна. Она чувствовала тепло и легкую дрожь от прикосновения Чонгука. А он нежно целовал ее в шею, не забывая при этом вставлять свое слово в разговор мужчин. Этот миг был диковинкой. Зарождением чего-то нового. Ведь не только для него поменялось значение этого привычного слова – «дом». Впервые с того момента, как она оказалась здесь, ей хотелось произнести его. И она тихо прошептала, когда он в очередной раз наклонился к ее уху, легко прикусывая мочку:

– Как я рада, что ты наконец дома.

И в ответ она ощутила его горячее дыхание. Он крепче прижал девушку к своему телу, давая почувствовать через ткань силу своего желания. Он сжал ее руку и, не говоря ни слова, повел наверх. Мужчины не обратили внимания на их уход, не придавая этому особого значения, считая вполне обыденной вещью хозяину и хозяйке дома вечером уйти в свою спальню.