Глава 9
В канун Нового года на нижнем этаже дома Саймонов полным ходом шла вечеринка. Мы с Саммер сидели наверху, в ее комнате. Она хмуро рассматривала мой наряд - блузку из искусственного атласа, подарок к рождеству от Эвелин и Патрика.
- Тоска зеленая, Ари.
Она полезла в шкаф и стала бросать на кровать вещи, пока не нашла нечто, на ее взгляд, подходящее - черную замшевую мини-юбку и топ-бюстье.
- Не люблю критиковать, но обычно ты не отказываешься от моих советов. Просто хочу помочь.
На ней самой тоже был топ-бюстье - розовый, украшенный цветочками лаванды, на поддерживающих грудь «косточках». Я не представляла, как в таком виде выйти из дома.
- Не могу, Саммер. Это не для меня.
- Ну, возможно, и так. Да, грудь у тебя несимметричная. Но это почти незаметно.
Она снова отвернулась к шкафу, а я почувствовала, как кровь отливает у меня от лица. «Почти незаметно!» Но ведь она заметила. И Эвелин тоже. И бог знает кто еще.
Захотелось плюнуть на все и уйти, но Саммер отвлекла меня, надев мне на шею жемчужное колье.
- Вот. Модно и элегантно. Знаю, ты любишь вещи в консервативном стиле, Ари.
«Вещи в консервативном стиле». Настроение мгновенно поднялось. Мне стало еще лучше, когда она заявила, что брюки мне великоваты, а туфли слишком скучные. Я вняла ее советам - в моде моя подруга разбиралась неплохо. Итак, когда я вышла из ванной, на мне была моя блузка, ее колье, замшевая юбка и черные лакированные лодочки, которые Саммер ни разу не надевала, потому что они ей были велики.
Мы пробрались через толпу гостей на кухню.
- Уже уходите? - спросила Тина, не отходя от духовки.
В доме изумительно вкусно пахло, а Тина выглядела уставшей.
- За нами приехали, - ответила Саммер. - Вернусь не слишком поздно.
Тина поджала губы и повернулась к столу. Сняв вощеную бумагу с уставленного фаршированными яйцами противня, она покачала головой:
- Хорошо, Саммер, сегодня я тебя отпускаю. Но в следующий раз, когда у нас в доме будут гости или клиенты закажут банкет, я надеюсь на твою помощь.
- Необязательно столько пахать, - сказала Саммер. - Папа зарабатывает кучу денег.
Тина ровным кружком выкладывала яйца на блюдо.
- Деньги тут ни при чем... У меня бизнес, и я за него отвечаю. Репутация, если ты понимаешь, о чем я...
Они продолжали перебранку, пока на кухне не появился Джеф: гости желали знать, куда подевалась Тина. Та сказала, что будет через минуту, и оставила Саммер в покое.
В машине мы уселись на заднее сиденье, Саммер вручила водителю листок с адресом ее парня. Когда Кейси присоединился к нам, мне пришлось пересесть вперед, но это к лучшему - в зеркальце пудреницы я увидела, что они тут же принялись целоваться и тискать друг друга. Саммер отбросила его руку, только когда он потянулся к ее груди.
- Не сейчас, - прошептала она. - Нахал!
Нахал? Такого она о нем не рассказывала... Однако долго размышлять об этом мне не пришлось: вскоре мы прибыли на Западную Двадцать третью улицу.
Перед клубом Дэла собралось много машин и людей, так что водитель высадил нас довольно далеко. Саммер шла между мной и Кейси и приговаривала: «Потрясающе! Потрясающе!», а ее волосы ветром сдувало мне в лицо. Саммер была права: вид и в самом деле ошеломлял. В окнах двух нижних этажей вспыхивали огни, а на улице стояла длиннющая очередь. Обогнув ее, мы поймали на себе завистливые взгляды людей, оставшихся за барьером из бархатного каната.
Вход был устроен не через переднюю дверь, которой мы с Ли воспользовались в прошлый раз, а сбоку. Мы дожидались Ли, чтобы она провела нас мимо грозного бритоголового вышибалы.
- Как называется клуб? - спросила Саммер.
- «Cielo». - Неожиданно рядом со мной возникла Ли. - По-испански значит «небо».
Название подходило как нельзя лучше. Перед тем как появилась Ли, я рассматривала остроконечную крышу здания, думая о том, что она едва не достает до луны. Интересно, видны ли в ясную ночь звезды через стеклянную крышу в мансарде Дэла?
Ли что-то сказала охраннику, тот отступил в сторону и пропустил нас. Музыка играла так громко, что мои барабанные перепонки, казалось, вот-вот лопнут: ударные, синтезатор и голос певца с британским акцентом. В дымном воздухе пульсировали голубые и желтые огни, парни и девушки, подняв руки, отрывались на танцполе. Хорошо, что перед выходом из дома я догадалась проглотить таблетку от мигрени: от света и шума моя голова раскололась бы от боли.
Мы с Саммер и Кейси пробрались через толпу вслед за Ли к барной стойке в форме полумесяца. Возле нее на высоких стульях, покрытых искусственными шкурами зебры, сидели люди. В баре горели свечи, на стене висело зеркало, три бармена разливали по бокалам «Столичную» и «Джонни Уокер».
Ли что-то сказала одному из них. Я не расслышала, что именно, но через мгновение мы оказались позади барной стойки и вошли в темную комнату, судя по всему, офис, потому что там находился рабочий стол с телефоном. Перед нами стоял Дэл - в черных брюках и шелковой рубашке, три верхние пуговицы которой были расстегнуты.
Он пожал руки Кейси и Саммер, поцеловал Ли, а затем меня, и я почувствовала его руку в самом низу спины, отчего по телу пробежала дрожь.
- Только без алкоголя, пожалуйста, - попросил он, - а то у меня в первый же вечер отберут лицензию.
Мы кивнули. Дэл сказал, что у него еще остались дела и он встретится с нами позже. Ли, Саммер, Кейси и я пошли обратно в клуб, где Кейси занял свободный стул у бара, потому что танцевать он не любил.
В отличие от нас. Мы освободили себе место и танцевали под музыку «Wham!» и «Duran Duran», пока не заныли ноги. Тогда мы сняли туфли и принялись ими размахивать. Саммер то и дело бегала к Кейси, а мы с Ли оставались в толпе, чтобы не потерять место.
Вдалеке я заметила Дэла, а потом и Рейчел, танцевавшую то с одним, то с другим мужчиной. В кожаных брюках и серебристом топе она смотрелась сногсшибательно. Я поймала ее взгляд, и она помахала мне рукой, тряхнув браслетами на запястье.
- Кто это? - спросила Саммер.
От нее несло алкоголем. Я посмотрела на Кейси, который сидел у бара с бокалом руке, и догадалась, что он весь вечер подливал туда вовсе не пепси. Видимо, у него было поддельное удостоверение личности, и он делился напитками с Саммер. Плевать им на Дэла и его лицензию.
- Мама Ли, - бросила я.
Она вытаращила глаза:
- Ты шутишь!
Мы танцевали и танцевали, а Саммер все так же отлучалась к Кейси и вскоре стала слишком часто заливаться смехом. До меня дошло - она пьяна. Потом нам надоело танцевать, мы пошли к бару и уселись рядом с Кейси.
- Почему твой кузен назвал этот клуб «Cielo»? - спросила Саммер, поддернув бюстье, которое начало сползать вниз.
Ли потягивала похожий на «Розовую леди» безалкогольный коктейль с ломтиком апельсина на ободке бокала.
- Его девушка из Испании. Это ее идея.
Саммер кивнула и подкрасила губы, Ли съела апельсин, Кейси заказал следующий бокал, а для меня вечеринка была закончена. У Дэла есть девушка-испанка, а я - дура!
- Эй! - Саммер, перегнувшись через меня, потянула Ли за рукав. - Ари тебе говорила, что я считала Дэла твоим парнем?
Ли покачала головой. Последовавшие за этим слова Саммер были сказаны вовсе не со зла - наверное, она хотела проявить сочувствие и свои навыки психолога. Она выразила сожаление, что парень Ли погиб, потерять близкого человека в ужасной катастрофе - это такая трагедия, бла-бла-бла... Глаза у Саммер заблестели, щеки вспыхнули, и она никак не могла остановиться, пока Ли ее не перебила.
- По-моему, алкоголя с тебя достаточно, - заявила она. - Если мне не изменяет память, мой кузен вежливо попросил вас не употреблять.
Ли отвернулась и стала разглядывать толпу. Саммер немного притихла. Наверное, придумывала достойный ответ. Так делают люди в машине по пути домой с вечеринки, на которой их сильно обидели, - мысленно перебирают бесчисленные варианты остроумных реплик.
- Кто бы говорил! - наконец буркнула она, и в это мгновение бюстье у нее съехало вниз. - По крайней мере я сегодня не собираюсь везти своего парня домой.
Ли побледнела, и мне показалось, что ее верхняя губа дрогнула.
- Поправь топ, - выдавила она. - Ты ведь не хочешь, чтобы тебя приняли за шлюху?
Лучше бы она этого не говорила. Ли ничего не знала о наклеенных на шкафчик презервативах и о надписи лаком для ногтей в школьном туалете. Однако Саммер об этом никогда не забывала, и теперь ее грудь от обиды заходила ходуном. Она вновь перегнулась через меня.
- Это, конечно, не твое собачье дело, Ли... но я спала только с одним парнем. И я его не убивала.
Я съежилась. Глаза Ли наполнились слезами. Она вскочила и пошла сквозь толпу к Рейчел, а Саммер бросила ей в спину:
- Сука!
Кейси накинул ей на плечи пальто.
- Сейчас возьмем такси, да, Ари? Поехали отсюда, - сказала Саммер.
Я смотрела, как она одевается. Уходить не хотелось. Мне необходимо было найти Ли и убедиться, что с ней все в порядке. Саммер злилась, нервничала и считала, что я с ней солидарна. Я продолжала сидеть, пока она не застегнула пальто и не подняла глаза на меня.
- Да, Ари? - повторила она. - Поехали отсюда.
Я прикоснулась к колье, которое она мне дала.
- Я пока не могу уйти, Саммер. Мне надо поговорить с Ли.
У нее вытянулось лицо.
- С Ли?! С какой стати тебе говорить с Ли после всего, что она сказала твоей подруге?
«А разве ты ей ничего не наговорила?» - подумала я, но промолчала. Саммер и так уже была не на шутку расстроена.
- Она тоже моя подруга. У меня ведь могут быть две подруги?
Саммер захлопнула рот. Она выглядела так, словно я ее ударила.
- Какие это две подруги? Твоя подруга - я. И нужда тебе всегда была только во мне.
Я не знала, что ответить. На барной стойке лежала соломинка, я схватила ее и принялась гнуть. Теперь я понимала, почему Саммер ненавидела Ли с самого начала: Саммер важно знать, что она - моя единственная подруга. Она была права, когда сказала, что была нужна мне. Наверное, ей очень хотелось, чтобы в ней нуждались. Пожалуй, все этого хотят.
- Я никогда тебя не бросала, - продолжала Саммер, перекрикивая музыку. - Когда я перешла в Холлистер... и завела там друзей... то не отвернулась от тебя. Не перестала с тобой дружить.
Я кинула соломинку на стойку и взглянула на Саммер. Ее глаза блестели. Опять она была права. Она не бросила меня, как поступило бы большинство девчонок на ее месте. Пригласила меня на день рождения и не дала мне весь вечер просидеть в ванной комнате. Даже пошла со мной к гробу дядюшки Эдди и вложила мою благодарственную записку в его холодную руку.
Выяснения отношений меня утомили. Оглушительно грохотала музыка, и мне уже хотелось сесть в такси и уехать домой, но я не могла так поступить с Ли.
- Знаю, - устало произнесла я и стиснула плечо Саммер. - Просто хочу остаться подольше, вот и все. Сегодня же новогодняя ночь... а я - ты сама знаешь - никогда нигде не бываю.
Саммер натянула розовые перчатки, презрительно скосив на меня ярко накрашенные глаза.
- Почему ты не на моей стороне?
- Нет ничьих сторон, - ответила я. Оказывается, иметь двух подруг куда более сложно, чем я представляла.
Она покачала головой:
- Нам всегда приходится вставать на чью-то сторону, Ари. И я надеюсь, ты остаешься только потому, что сегодня новогодняя ночь.
Я была уверена, мы обе знаем, что причина не в этом, но больше мы не говорили. Кейси попрощался со мной, и они с Саммер стали пробираться к ярко-красному знаку «Выход». Я осмотрела толпу и увидела Рейчел и Ли. Рейчел обняла дочь за плечи и повела прочь. Я смотрела им вслед, пока они не исчезли в мерцающем огнями море людей.
Потом я увидела Дэла. Он здоровался за руку с мужчинами, целовал в щечку женщин, при этом каждую женщину он обнимал за талию. Этого было достаточно, чтобы мне захотелось поскорее очутиться дома, на Флэтбуш-авеню, доедать мамино печенье и ждать, когда на Таймс-сквер начнут спускать дурацкий шар.
Не помню, как меня занесло на лестницу, ведущую в апартаменты Дэла. Я долго сидела одна в баре, наблюдая, как гости танцуют, и целуются, и смотрят друг другу в глаза. А на меня никто не обращал внимания. Никто, кроме неряшливого толстяка, вознамерившегося угостить меня коктейлем «Алабама сламмер».
Я этого не заслуживала. Не заслуживала, чтобы меня клеил такой тип. У меня блестящие волосы, ухоженные брови, я стройная, и рост у меня выше среднего. Может, я и не такая сексуальная, как Саммер или девушка Дэла, экзотический образ которой я пыталась нарисовать в воображении последний час, но я лучше этого жирного придурка с тремя подбородками и дешевой серьгой в ухе.
Оставив мысль найти Ли, я бросилась прочь. С трудом пробравшись сквозь толпу, я наконец толкнула какую-то дверь, через которую надеялась выйти на свежий воздух, к такси. Но очутилась на лестнице в вестибюле, к которому с улицы вел центральный вход.
- Ничего, малышка, - услышала я голос Рейчел.
Они с Ли стояли на ступенях ниже, Ли уткнулась лицом в шею Рейчел, а та ее утешала. Они напомнили мне вдову с ребенком, которых выгнал на улицу жадный домовладелец. Вдвоем против целого мира.
Я попыталась незаметно пройти мимо, но, услышав свое имя, обернулась. Они не двинулись с места, так и стояли обнявшись. Ли попросила прощения за то, что оставила меня одну.
- Сейчас я вызову машину, и мы поедем по домам, Ари, - сказала она. - А ты, мам, возвращайся в клуб. Я испортила тебе праздник.
Рейчел взяла в ладони лицо Ли.
- Ничего ты не испортила, малышка.
Но Ли продолжала настаивать.
Рейчел ушла, и Ли посмотрела на меня.
- Пойдем к Дэлу, от него позвоним.
Мне не хотелось идти к Дэлу, в его мансарду с кирпичными стенами и стеклянной крышей, с чудесным видом на звездное небо. Нужно было быстрее забыть о нем. С чего вообще я решила, что такой парень, как Дэл, может заинтересоваться мной? Какая глупость! Скорее бы закончилась эта ночь.
Сказать об этом Ли я не могла, и мы пошли. Она открыла красную дверь собственным ключом, сняла трубку с телефона, а я села на диван.
В помещении не было перегородок между жилыми зонами. Я уставилась на кровать Дэла в дальнем конце мансарды - черную, лакированную, с зеркальным изголовьем и смятыми простынями, спадающими на деревянный пол. Через окно рядом с кроватью виднелись горгульи на соседнем здании. Или, возможно, драконы. Со своего места я не могла разобрать точно, подошла к окну и прижалась лбом к стеклу, но не увидела ни драконов, ни горгулий. Это были призрачные лица ангелов с щечками-яблочками и пухлыми, как у Эвелин, губками.
Я осмотрела комнату. Сидя ко мне спиной, Ли разговаривала по телефону. У меня появился шанс пошпионить. Я потихоньку выдвинула ящик комода: там лежали сигареты и отделанные рюшками трусики, которые - я была в этом уверена - принадлежали испанке. Наверное, у нее ровные зубы, приятный акцент и абсолютно симметричные груди.
- Скоро за нами приедут, - сообщила Ли с другого конца мансарды.
Я закрыла ящик.
- Хорошо.
Минуту спустя ладонь Ли легла на мою руку. Она опустилась на кровать, и я села рядом.
Мне стало неудобно. Из головы никак не шла мысль, отчего здесь такие мятые простыни. Интересно, как бы я чувствовала себя, если бы рядом был Дэл, а не Ли?..
- Послушай, - начала она, - мне нужно, чтобы ты кое-что знала.
И она рассказала мне о своем парне. Он специализировался на зоологии, мечтал стать ветеринаром. Каждый раз, когда она приезжала к нему в Осуиго, он давал ей поводить свою машину для практики. И всегда все было в порядке. А когда в одну из суббот в декабре прошлого года они ехали к нему в общежитие после кино, машина заскользила на обледеневшей дороге. Он ударился грудью о приборную панель и умер до приезда «скорой помощи».
- Повреждения внутренних органов, - вздохнула Ли. - Проклятый несчастный случай. В школе могут болтать что угодно, но это чистая правда.
Я ей поверила. Вероятно, именно из-за сплетен Ли часто пропускала занятия. И ходила в одежде своего парня потому, что так ощущала его присутствие. Действительно, какой смысл красиво одеваться, если твой любимый больше никогда тебя не увидит?
- Саммер понятия не имеет, о чем говорит, - сказала Ли. - Я его не убивала, это не моя вина. И я никогда с ним не спала, потому что боялась забеременеть. Боялась, что тогда он сбежит, исчезнет навсегда. Так случилось с моей мамой. Он был такой понимающий и терпеливый, но я все равно заставляла его ждать, и это оказалось самое ужасное решение в моей жизни. Второго шанса не будет. Не уверена, что мне вообще когда-нибудь кто-то понравится. Большинство парней - ничтожные лицемеры.
Я закатила глаза:
- Знаю. Раздают пустые комплименты...
Ли пристально посмотрела на меня:
- Ты Дэла имеешь в виду?
Я пожала плечами. Мне совсем не хотелось себя выдавать, но слова сами сорвались с языка.
Она откинулась назад, на смятые простыни, и сказала, что ей не следовало бы говорить о Дэле плохо, но придется, ведь я должна узнать правду. Он расстался со своей девушкой, и помирились они всего несколько дней назад.
- Дэл свинья, Ари. Тебе он не нужен. Поверь мне.
- Дэл?.. - Я не была уверена, что правильно расслышала слово.
- ...свинья, - повторила она. - Это мой кузен, и я люблю его, но он ужасный бабник. Постоянно обманывает свою девушку, водит сюда кого попало. Потаскушки - так их называет Идалис. Отвратительные шлюхи, которых по утрам вышвыривают на улицу.
Кто такая эта Идалис? Я не могла поверить, что все, кого Дэл сюда приводил, - потаскушки. Наверняка некоторые из них - обычные девчонки, которые думают, что нравятся ему. Перед глазами возникла неприятная картинка. Я вообразила, как симпатичная девушка на высоких каблуках, с размазанным по лицу макияжем, бредет по покрытому копотью тротуару после ночи, проведенной на этих соблазнительно мягких простынях. Елка, оставленная после праздника в мусорном ящике, или отслуживший свое ковер - такие сравнения пришли мне в голову.
- Идалис? - переспросила я.
Ли кивнула:
- Его девушка. Он даже не предохраняется. Два года назад подхватил венерическую болезнь, не знаю точно какую. Лечился пенициллином. Я слышала, как мама разговаривала об этом с дядей Стэном. Но ведь так можно и СПИД подцепить. Им болеют не только геи, но и такие неуемные гетеросексуалы, как Дэл. Когда ты спишь с одним человеком, ты спишь со всеми, с кем спит он...
- Да, - согласилась я.
Нам рассказывали об этом на занятиях по половому воспитанию.
Но я не была уверена, что все остальное тоже правда. Мне казалось, Ли пытается пощадить мои чувства. Как мама, когда одноклассница однажды не пригласила меня на день рождения. Помню, мама сказала тогда: «Сдалась тебе эта выскочка и ее чертов день рождения! Кто она такая? Насколько я знаю, ее папаша два года сидел в тюрьме за неуплату налогов».
Но все же в глубине души я верила Ли. И чувствовала теперь облегчение, словно она отвела мою руку от симпатичного пса с острыми как бритва зубами, который мог изуродовать меня на всю оставшуюся жизнь.