1

После полудня стало очень жарко. Когда Цармина наконец осмелилась подойти к окну, солнце уже начинало краснеть на фоне багрового неба. Дикая кошка сразу же увидела воина в латах, стоявшего на стене. Он, должно быть, забрался по лестнице, которую оставили с той стороны отступавшие в панике трусы. В бессильной злобе Цармина стала царапать когтями по подоконнику:
— Что тебе нужно?
Не меняя позы, она лихорадочно пыталась нащупать лук и стрелы, которые лежали где-то рядом.
— Солнце вот-вот зайдет, Цармина. Ты помнишь ультиматум, который я предъявил тебе утром?
Повелительница диких котов наконец нащупала оружие и старалась теперь выиграть время:
— Повтори его. Освежи мою память.
— С утра условия не изменились. У тебя есть еще время уйти вместе с твоей армией и оставить нас в покое, — сказал Мартин. — Мы не причиним вам вреда, если вы уйдете до захода солнца.
Стрела засвистела в воздухе и вонзилась в бок Мартина. Воитель вздрогнул от боли, покачнулся на месте, но устоял. В досаде Цармина до крови закусила губу. Мартин повернулся и с трудом закинул лапу на верхнюю ступеньку лестницы. Его последние слова прозвучали будто набат:
— Что ж, переговоры закончены. Я развалю твою крепость по камню. Ты отправишься к воротам Темного Леса.
Солдаты, собравшиеся в столовой казармы, слышали каждое слово, прозвучавшее в приближавшемся вечернем сумраке.
— Пора убираться отсюда, — оскалился, обернувшись к Броггу, хорек Колдобина. — С такой большой армией, как наша, мы где угодно сможем собирать дань и жить припеваючи.
Остальные поддержали его:
— Да, к чему воевать ради старых развалин? Крепость ее, а не наша.
— Я служил под началом Беды. Он водил нас в бой и давал наживаться грабежом. А в этом гнусном замке даже есть досыта нечего.
— Правильно. Скольких мы сегодня товарищей потеряли? А она в это время где была? Цармина показалась в дверях зала:
— Продолжайте, продолжайте!
В столовой мгновенно наступила напряженная тишина.
— Что ж вы молчите? — Зрачки дикой кошки угрожающе сузились.
Вегг, крыса, встал с пола.
— Мы хотим отсюда уйти, — проскулил он. Одним прыжком Цармина подскочила к нему:
— Поздно! Солнце уже село. Впрочем, выйти отсюда ты еще можешь — через ворота Темного Леса. Хочешь, я пошлю тебя этим путем?
Вегг затрясся от страха, а Цармина плавным шагом отошла назад к дверям. Она обернулась, ласково улыбаясь:
— Посмотрите на самих себя! Мышь в латах и несколько лесных зверей нагнали на вас такой страх! Вы слышали, чего им хочется. Воевать они не хотят, они хотят дать нам спокойно уйти. А почему?
Солдаты тупо уставились на нее.
— А я вам скажу: потому что они не могут нас отсюда выгнать! Котир неприступен.
Колдобина сглотнул и осмелился возразить:
— Но ведь он сказал, что развалит Котир по камню… Цармина поманила к себе Колдобину и какого-то крепкого на вид лиса.
— Ты и ты, толкайте стену! — приказала она.
Те не посмели ослушаться и уперлись в стену лапами.
— Сильнее! Толкайте изо всех сил! Оба толкали и тужились, пока не свалились в изнеможении.
Цармина засмеялась:
— Ну что, кто-нибудь заметил, что стена сдвинулась, хотя бы чуть-чуть?
— Нет!
— Всех ваших сил не хватит, чтобы в этих камнях хоть кусочек выщербить. Котир переживет даже лес, что растет вокруг. Ну а теперь слушайте внимательно. Я нарушу свои правила и расскажу о своих планах. Для начала должна вам сказать, что в съестных припасах у нас недостатка нет. С завтрашнего дня будете получать двойной паек.
— Уррра!!!
— Лето мы продержимся. Последнее время стоит очень сухая погода. До того как начнутся осенние дожди, я прикажу лучникам заготовить много огненных стрел — точно таких же, как те, которыми нас обстреляли хитрые лесные жители. Вы догадываетесь, что я собираюсь сделать?
— Сжечь лес, повелительница.
— Все лето мы преспокойно проведем в Котире в полной сытости. А ближе к осени сожжем и лес, и его обитателей.
Брогг вскочил:
— Я голосую за то, чтобы остаться здесь вместе с нашей повелительницей. Уж она-то не боится лесных жителей. Она даже их вождя сегодня подстрелила.
Войско дружно закричало «ура». Особой бодрости в этом «ура» слышно не было, но и полной безнадежности — тоже.
Белла и госпожа Янтарь склонились над Мартином.
— Похоже, он приходит в себя, — с облегчением пробормотала барсучиха.
Тимбаллиста поднял с земли мешок с камнями для пращи, из которого торчала стрела:
— Без этой камненоски все могло обернуться гораздо хуже.
Белла смочила лоб Мартина холодной водой:
— Но все равно это не так себе царапина, несмотря на камненоску.
Мартин открыл глаза и сразу же попытался подняться, но госпожа Янтарь уложила его обратно.
— Не шевелись, — строго сказала она. — Чистая случайность, что ты жив остался. Белла, приложи к ране целебных трав и перевяжи ее.
— Который час, Гонф? — спросил Мартин, глядя на небо.
— Скоро полночь, товарищ.
— Спасибо тебе, Белла. Но перестань меня обхаживать, будто мама-ежиха. Я должен встать. Меня ждет серьезная работа.
Белла подняла лапу:
— Ну тогда вставай, воин. Что это за серьезная работа, что и подождать не может?
Мартин сделал несколько пробных шагов и сморщился от боли:
— Я должен сегодня же попасть на «Лесной корабль».
— Тогда забирайся ко мне на спину. Гонф зашагал впереди, раздвигая ветки, а Белла с Мартином на спине двинулась за ним.
Выдра Була свернувшись лежал на палубе. Заметив темные фигуры, беззвучно вышедшие из-за деревьев, он громко окликнул:
— Кто идет?
— Сосоп Страны Цветущих Мхов!
— Подойдите ближе, чтобы я вас рассмотрел!
— Була, охотник ты за креветками!
— Гонф, расхититель пирогов! Здравствуйте, сударыня
Белла. Какие новости? Мартин, ты ранен? Что случилось?
Мартин соскользнул со спины Беллы и оперся на меч:
— Ничего страшного, Була. Все готово?
— Готово, насколько возможно.
Була позвал, и на палубу поднялись четверо его товарищей. Мартин в последний раз с нежностью окинул взглядом «Лесной корабль», стоявший на якоре посреди Мшистой Реки, а затем кивнул Буле:
— Топите его.
— Ты хочешь потопить «Лесной корабль», товарищ? Да ты с ума сошел! — Гонф заморгал от изумления. Белла положила свою тяжелую лапу на плечо воришки:
— Мартин знает что делает, Гонф.
Пять выдр с шумом плюхнулись в реку и пропали из виду в темной воде. Вскоре они вынырнули — три у носа корабля и две у кормы. В зубах у них были зажаты канаты, привязанные к судну. Вовсю работая мощными лапами, выдры потянули за канаты. «Лесной корабль» начал медленно поворачиваться, пока не встал поперек течения Мшистой Реки.
Пять мокрых выдр выбрались из воды и вручили канаты Белле. Затем они снова погрузились в воду и поплыли к своим приятелям на противоположном берегу.
— Привязывайте носовые канаты вон к тому большому дубу, — крикнул им вслед Мартин. — Не натягивайте слишком туго, чтобы не помешать судну тонуть. А мы здесь привяжем канаты к этому буку.
Когда корабль был закреплен канатами, выдры снова подплыли к нему и взобрались на палубу. Була раздал деревянные молотки, и все спустились в трюм. Була показал, где надо проделать отверстия.
Выдры с жаром принялись за дело. Вскоре вода уже наполняла трюм.
— Все на берег! — скомандовал Була.
Мартин уже ждал их. Они вместе стояли и смотрели, как «Лесной корабль» слегка накренился, а затем стал погружаться все глубже и глубже. Гонф запел унылую прощальную песню:
Крылатою птицей на воды
Сходить тебе было дано,
А ныне во имя свободы
Ложишься на самое дно.
Уходит товарищ в последний поход,
Но память он в сердце у нас обретет.
Стоим мы с друзьями,
Не пряча лица, —
И мы не забудем
Тебя до конца…
Воришка шмыгнул носом и вытер лапой глаза:
— Хорошо, что Лог-а-Лог этого не видит, товарищи.
Нос и корма с одинаковой скоростью опускались все ниже. Вода с бульканьем лилась уже поверх перил на палубу.
Мартин отвернулся:
— Пошли, Гонф. Я больше не могу смотреть.
Бледная серебристая луна осветила спящий лес. Звери возвращались в свой лагерь под стенами Котира — Белла, тяжело ступая, несла на спине Мартина, рядом с ней шагали Гонф и Була.
— Не унывайте! Это была великая жертва и смелый поступок. Вепрь гордился бы нами, если бы узнал о нем! — утешала спутников Белла.
Була и не собирался отчаиваться.
— Наверное, когда мы покончим с Котиром, Командор придумает, как поднять «Лесной корабль». Гонф искоса взглянул на выдру:
— Ты в самом деле так считаешь? Ты это не просто так говоришь, чтобы нас утешить? Була весело подмигнул:
— Конечно, нет. Мы ведь ничего не ломали, только затычки выбили. Судно в полном порядке. Не волнуйся, товарищ. Командор с этим делом справится.
Тем временем корабль уже полностью затонул. Над поверхностью виднелись только нос, корма и мачты. Сильное течение надежно прижало днище судна ко дну реки.
Теперь на Мшистой Реке образовалась настоящая запруда! Река начала выходить из берегов, обходя с обеих сторон корабль, препятствующий ее течению. Прошло еще чуть больше часа, и у запруженной реки остался лишь один путь, по которому могла уходить непрерывно прибывающая вода.
Вниз, в затопительный туннель!
Бурлящий поток с ревом устремился под землю, сметая и унося с собой прелые листья, мелкие камушки и обломки веток. Он несся вперед и вперед, ударяясь о стены и подмывая их, отчего туннель делался еще шире. Наконец разогнавшаяся масса воды достигла низины, в которой стоял Котир.
Кротоначальник и дед Динни дремали после трапезы, от которой еще оставалось несколько горбушек многослойного пирога. Неожиданно они почувствовали, что земля под ними задрожала. Кротоначальник прижал нос к слою прелых листьев:
— Вот оно, вот, дед Динни. И без копательных лап ясно, что под землей творится.
— Я так думаю, что скоро эти разбойники в такой бане окажутся, какая им и не снилась!
— Клянусь рытьем, не хотел бы я оказаться на их месте!
Страна Цветущих Мхов мирно спала в эту тихую теплую ночь. Но спокойно все было только на поверхности земли.
Вегг зевнул и задрожал от утреннего холода. Он поплотнее завернул свое тощее тело в старую мешковину, служившую ему плащом. Утро выдалось облачное, и солнце не успело еще прогреть плоскую крышу, на которой Вегг был поставлен часовым. Брогг поднялся снизу, грохоча сапогами. Потирая лапы, он взглянул на неподвижные верхушки деревьев:
— Ночь прошла спокойно?
— Да, только холодно, да и враги никуда не делись, — отрапортовал Вегг.
— Белки снова стреляли?
— Они не стреляют, если мы не стреляем. Но мне все равно кажется, они что-то затевают.
Брогг присел рядом с Веггом на корточки:
— Брось, что они могут затевать? Ты ведь слышал слова повелительницы. Мы просто будем отсиживаться в крепости, пока не настанет удачный момент, чтобы сжечь лес.
— Эти лесные жители не так глупы, как ей кажется, — нагло ответил Вегг.
Брогг беззлобно пихнул его в бок:
— Уж об этом предоставь заботиться мне и повелительнице. Ты уже завтракал?
— Еще нет. Я просто помираю с голоду. Можно сбегать хоть крошку проглотить?
— Что ж, сбегай. Но пошли сюда кого-нибудь на замену. У меня поважнее дела найдутся, чем тут вместо тебя на часах стоять.
Потирая замерзшие лапы, Вегг запрыгал по лестнице вниз. Он решил отправиться в буфет, а не в столовую: там, поближе к кладовой, было больше шансов разжиться чем-нибудь вкусным. Ему навстречу попался лис, на ходу вытиравший свои мокрые лапы о стену.
— Мокро там внизу, приятель. Вода в буфете из-под пола поднимается, — предупредил он.
— Вода? Где?
Оба взглянули вверх: к ним по лестнице спускалась Цармина. Лис махнул лапой через плечо:
— Там, внизу, госпожа. Да там и всегда сыро было. Вегг покачал головой:
— Только в тюремных камерах и ниже, но не на первом же этаже! Кроме того, сейчас лето, а с самой весны не было ни единого дождика.
Цармина быстро побежала вниз, оттолкнув их в сторону:
— Вы двое, за мной!
Все трое вскоре оказались рядом с буфетом. Вода сочилась из-под пола, и они отпрыгнули на несколько ступеней вверх.
— Когда я здесь был минуту назад, — в изумлении произнес лис, — пол был разве что мокрый. Смотрите, вода снизу бьет!
Вегг потрогал воду лапой:
— Откуда она взялась?
Цармина не могла оторвать глаз от воды.
— Доберись до тюрьмы, крыса, — приказала она дрожащим голосом. — Скажи часовым, чтобы явились сюда доложить обстановку. Они, наверное, что-нибудь расскажут.
Вегг отдал честь. Боязливо ступая по воде, он побрел по коридору. Цармина поднялась еще на несколько ступеней и замерла в ожидании.
Вскоре Вегг примчался назад, вздымая вокруг себя тучу брызг. На его морде было написано полное недоумение.
— Госпожа, вся лестница, ведущая вниз к тюрьме, залита водой. Просто как колодец! У-у! Там двое утопленников плавают — две ласки.
Вращая обезумевшими глазами, Цармина стала медленно водить лапами по шерсти, будто стараясь вытереть их. Вдруг она повернулась и побежала вверх по лестнице. Со всех сторон доносились голоса солдат:
— Плац превратился в озеро!
— Нижнюю казарму затопило!
— Все запасы еды погибнут!
— Ребята, в главном зале вода!
— Все тюремные стражи утонули!
В ушах дикой кошки, мчавшейся в свою комнату, раздавались крики и визг охваченных паникой солдат. Схватив со стены лук, она принялась пускать одну стрелу за другой в сторону притихшего леса.
— Покажитесь! Выходите на бой! Мартин, где ты? — визжала она.
Мартин стоял на ветке высокого тополя. Его поддерживали госпожа Янтарь и еще четыре белки. Сын Коры звонко хлопнул его по спине:
— Смотри, Мартин, получилось! Котир будет затоплен!
— А насколько поднялась вода, товарищ? — крикнул с земли Гонф.
— Там уже довольно мокро, Гонф.
— И все поднимается?
— Да, все поднимается, как и задумано. Предводительница белок подала знак своей команде спустить Воителя на землю.
— А что теперь, Мартин? — спросила она.
— Сейчас начинается самое главное. Я ничего не рассказывал вам о моем друге Тимбаллисте — даже о том, откуда у него такое странное имя. Так вот, подождите немного, и вы увидите, что за подарок он припас Котиру! Он его спровадит под воду, можете не сомневаться! А я сейчас пойду возьму свой меч и латы. Сообщите вождям Сосопа, что все боеспособные звери должны собраться на краю нашей возвышенности. Грядет последний бой.
Крыса Вегг и ласка по имени Отползай швырнули свои кольчуги и щиты вниз с крыши крепости. До них донесся слабый всплеск: боевая экипировка плюхнулась в воду.
Брогг бросился к ним, обнажив свою кривую саблю:
— Эй, так делать нельзя!
Отползай рассмеялся в лицо командиру:
— Нельзя! Послушай, Брогг, ты лучше тоже бросай свои побрякушки в воду, а не то потонешь в полном боевом снаряжении!
Командир скосил глаза на мундир с Тысячью Глаз и на красный бархатный плащ:
— А что скажет повелительница? Грязноус, которому поступок товарищей придал храбрости, кинул свой круглый щит между зубцами парапета:
— Не слушайте Брогга, ребята. Довольно нам врали. Эта сумасшедшая кошка готова нас всех погубить, чтобы спасти свои развалины.
Заслышав шаги за спиной, ласка резко обернулась, но было уже поздно. Рядом стояла Цармина. Одним яростным ударом она убила ласку на месте. Без усилия подняв тело, она швырнула его вниз.
— Кто следующий? Посмотрим, кто посмеет ослушаться Повелительницу Котира.
Все в ужасе попятились: одно неосторожное движение означало теперь смерть на месте.
Цармина подобрала с крыши копье и наставила его сначала на одну кучу солдат, потом на другую. Те растерянно отступили еще на шаг назад и уперлись спинами в зубчатый парапет. Дикая кошка безумно захохотала и разломила надвое толстое копье:
— Взгляните на себя! Солдаты называется! Вы пойдете в бой или умрете. Победа или смерть!
Буммм!
Вся крыша задрожала. Цармина бросилась к парапету — и успела увидеть, как еще один валун пролетел по воздуху, будто огромная бесформенная птица.
Буммм!
Валун ударил в стену на высоте второго этажа. Посыпались обломки кладки и исчезли в образовавшемся на месте плаца озере, а там, куда ударил снаряд, осталась зияющая дыра. Когда крыша заходила ходуном после третьего выстрела, Цармина в отчаянии вцепилась в зубец парапета, безумными глазами уставившись на глубокую воду внизу.
Командор похлопал по грубой деревянной раме:
— Скажи-ка еще раз, как ты эту штуку называешь, товарищ?
Тимбаллиста помогал выдрам и белкам уложить следующий валун в корзину.
— Баллистой, Командор. Я их много построил в молодости, когда мы воевали на севере.
Командор в восхищении затряс головой, когда система противовесов и лебедок заскрежетала от дружных усилий десятка лап, а длинный метательный рычаг, сделанный из трех березовых стволов, прогнулся, прижавшись к спусковой перекладине.
— Ты, я вижу, опытный боевой мастер, Тимбаллиста. Управлять этой большой катапультой мог бы и ежонок! Динни подпрыгивал, хлопая лапами:
— Дай мне стрельнуть, дай мне!
Тимбаллиста прищурил глаз и тщательно прицелился.
— А почему бы и нет? Давай, Дин, — разрешил он. Когда метательный рычаг отскочил назад, высоко швырнув валун, Динни бросился на траву:
— Полетел! И это я стрельнул?
Наблюдатели, стоявшие у берега новорожденного озера, увидели, как валун со страшной силой ударил по башне крепости. Весь Котир зашатался. Обломки каменной кладки посыпались в воду, и еще одна дыра зазияла в стене.
Лесные жители дружно закричали:
— Урра-а-а!!!