Глава 16
Виталий проснулся от жуткого холода в комнате. Размяв затёкшее тело, Виталий поднялся на локтях, и осмотрелся. Кости уже не было. Окно было открыто нараспашку, и холодный осенний ветер вытянув все тепло. Бормоча себе под нос ругательства, и протирая глаза, Виталий поднялся, и закрыл окно.
На кухонном столе лежало две записки, одна написанная ровным Викиным почерком на аккуратно вырванном листе бумаги, а также короткая заметка, написанная почерком Кости. Вика писала:
«Доброе утро! Мы с Антоном ушли на работу. Я открыла окно, чтобы вам было не душно. А еще, оставила вам немного денег, может вы, захотите куда-нибудь съездить».
На столе рядом с запиской лежало примерно сто пятьдесят конфедеративных рублей. Виталий взял в руки другой клочок бумаги. На ней было написано:
«Привет. Я взял половину денег, поеду проведать маму. В сковородке была яичница, половину я съел. Давай, удачи. Вечером встретимся».
— Ну и хорошо, — подумал Виталий, поставив сковороду на стол.
Доев, к сожалению, холодную яичницу, Виталий быстро переоделся и захватив деньги, вышел на улицу, направившись к ближайшей остановке. Пока он ждал прибытия автобуса, оказалось, что дом его матери находится всего в двух кварталах отсюда, но так как он все никак не мог проснуться, Виталий решил не испытывать судьбу и поехать на ближайшем автобусе.
Зайдя в салон, Виталий накинул капюшон и купив билет, сел на свободное место. За окном проносились старые путники. Это уже как раритет, столько лет прошло – подумал Виталий. И вот за окном промелькнула родная улица. Автобус со вздохом остановился и раскрыл давно не мытые двери. Вдохнув утренний воздух, Виталий осмотрелся и пошёл к дому.
Во дворе ничего и не изменилось. Прошло всего несколько недель, но это время чувствовалось, так, будто прошло много лет. Набрав заветный код домофона, Виталий услышал голос матери:
— Алло. Кто это?
— Мам, это я, — ответил Виталий.
— Сынок? Ты же ушел в армию? – со страхом спросила мать.
— Это долгая история, поднимусь, все расскажу.
Мама ничего не сказала, и Виталий услышал писк домофона. Лифта в доме не было и Виталию пришлось подняться по лестнице. Обшарпанные стены, неравномерно окрашенные темно синей краской, навевали воспоминания о детстве...
Тринадцатое июня, 2026 год.
— Виталь, ну ты где?
— Сейчас мам, иду. С друзьями доиграю.
— И зачем я купила ему эти очки, теперь сидит в них часами, — подумала Аксинья и пошла наливать суп.
— Ладно, я пошёл, поиграйте без меня, - сказал Виталий друзьям, снимая очки.
В этом плане спорить с матерью было бесполезно. Сняв очки, и протерев глаза, Витя побежал на кухню.
— Держи, сынок, кушай, — мать поставила перед раскрасневшимся от игры мальчиком, тарелку аппетитно пахнущего борща, - приятного аппетита!
— Спасибо, мам!
Маленькая квартира, такая же, как в сотнях других хрущёвок, скромно обставленная, но в тоже время такая... Родная... Витя снова, уже в тысячный раз поклялся, что где бы он ни был, он всегда будет возвращаться сюда, домой. К матери.
В гостиной тихо работал что-то телевизор, наполняя дом приятными знакомыми голосами ведущих. Мальчик прислушался.
«Всё больше и больше набирает обороты вооружённый конфликт в Алжире. Остатки Остальные боевики уничтоженного «Исламского государства», по официальной версии, продолжили преступную деятельность, мигрировав в Африку. На фоне вспыхнувшей гражданской войны из-за бедности и вредной для экологии добычи нефти, сторонники «Государства» быстро набрали популярность среди мусульманской части населения.
Боевики обзавелись тяжёлым вооружением и сразу же атаковали нефтяные месторождения в Восточно-Тельском и Южно-Тельском бассейнах. По информации на шестнадцатое августа, две тысячи двадцать шестого года, под контролем исламистов находится около семидесяти процентов 70 территорий. После кассетной бомбардировки города Шлеф к конфликту подключилась ООН - США обвиняет Россию в финансировании боевиков, однако, никаких доказательств публике не предоставляет.
Кремль заявил, что «некоторые авторитетные источники» сообщают, что, якобы кассетные бомбы появились у ИГИЛовцев, именно благодаря США.
Прямо сейчас, репортаж с места событий от нашего специального корреспондента Василия Баскакова...»
— Мама, а почему нельзя просто жить в мире? Почему все друг с другом воюют? Нельзя просто сделать так, чтобы у всех всё было поровну? — Витя всерьёз надеялся получить ответ на этот наивный детский вопрос. Мама лишь посмотрела на него внезапно погрустневшим взглядом.
— Не знаю, сынок. Когда ты станешь большим, — ответила Аксинья, вздохнув — совсем-совсем скоро, ты поймёшь почему так. Но не сейчас. Все дети когда-то об этом спрашивают.
— Мам, но я же уже большой!
— Да...
Добрых две минуты они сидели в полной тишине.
— Ладно, я поел. Спасибо. Пойду обратно к ребятам.
— Хорошо, беги.
— Пока, мам!
Телевизор лишь проговорил уходящему Вите в спину: "К этим и другим новостям сразу же после рекламы".
— Сынок? Ты чего встал? – услышал Виталий голос матери, выглянувшей из-за двери.
— Ничего, просто воспоминания нахлынули, — ответил Виталий, возвращаясь в реальность.
— Так проходи. – заходя в квартиру ответила Аксинья.
Дома пахло ароматной выпечкой и старыми книгами. Мама Виталия любила читать, и с радостью приучала эту любовь сыну. В каждой комнате, можно было найти книжку. Даже в старости, Аксинья отдавала предпочтение книгам, вместо телевизора.
Виталий снял куртку и прошёл на кухню. Аксинья уже наливала сладкий дымящийся чай в кружки из её любимого фарфорового сервиза.
— Вот это да, — наигранно удивился Виталий, — ты же говорила, что хранишь его для подходящего момента.
— А разве сейчас не самое подходящее время? — улыбнулась Аксинья, садясь за стол. — Ты вернулся слишком рано, значит тебе точно есть, что рассказать.