Эпилог
Четыре года как идет война, и наконец, в октябре 1918 года, когда Германия и ее союзники проиграли, война закончилась и большинство воинов Британии были отправлены обратно домой.
Мэри тем временем, когда узнала через письмо, что Генри возвращается обратно домой, она пришла на железнодорожный вокзал и ждала вечера, когда вернется Генри. Было двадцать четвертое декабря, канун Рождества. Вечернее небо было чистым и ярким от закатного солнца. Воздух стоял тяжелый и холодный; дул слабый ветер, но этого было достаточно, чтобы замёрзнуть.
Ночь быстро наступила. Уже везде горели огни фонарей и была тихая мертвая тишина. Поезд приехал поздно ночью. Шум, издаваемый издалека приближался, наполняя тишину шумом движения поезда. Он остановился с громким звуком, наполняя тьму светом с вагон. Оттуда вышла толпа народа, но ни один из них не был Генри... Мэри вглядывалась в каждого, но не находила в них своего мужа, ни его лицо, ни улыбка, ни добрый нрав, ничего не напоминало в проходящих мимо нее людей. Она грустила, пока на фоне другие радовались возвращению своих мужей, братьев, своей семьи... Она думала, что может, он на другой поезд сел, или не заметил ее на станции и ушёл к их дому. Все эти сомнения не давали покоя Мэри, но она оставалась до конца.
В эту же минуту, где - то вблизи, когда она смотрела в пол, кто - то откликнул ее. Голос был усталым, но добрым и ласковым. Мэри посмотрела в сторону голоса и там стоял тот самый, кого она ждала много времени. Перед ней стоял Генри в военной форме и с синяками под глазами, но на лице стояла слабая улыбка, словно подул бы ветер перемен и улыбка сорвалась бы с уст. Мэри быстро подбежала к нему и обняла всеми силами, какими только возможно. Несмотря на свою усталость, они оба держали друг друга крепко, и отпускать не было никакого желания.
Вскоре, вернувшись домой, они вместе готовят свой дом к Рождеству, до которого оставалось несколько часов. Он многое ей рассказывал, но эти слова о подвигах, о славе - не было утешением для Мэри, а было лишь то, что он вместе с ней...