Глава 12
Горная гряда довольно быстро приближалась. Черные точки в небе, которые я заметила, когда о метке разговаривали, несколько увеличились и начали снижаться. Надо полагать – это те самые соплеменники, которых спасал дракон.
– Дэнарт, ты сказал, что рархи заперты на своей станции? – поинтересовалась я зацепившим мое внимание обстоятельством. – Тогда каким образом нас туда доставили?
– Мы ограничили их перемещения по планете. Создали энергетический купол, который не пропускает корабли рархов и выводит их из строя – вплоть до полного уничтожения всех систем. Правда, купол не мешает им с материнского корабля перемещаться с помощью энергетических телепортеров сразу на станцию, но по крайней мере они здесь больше не летают, чувствуя себя хозяевами планеты.
Голос дракона сочился лютой ненавистью и жаждой убийства, что диссонировало с его поведением в отношении меня. Как-то плохо сочеталась недавняя игривая наглость с этим смертельным холодом в голосе.
– Но ведь они могут прилететь и сверху, из космоса, а не из-под купола?
Дэнарт посмотрел на меня, криво и злобно ухмыльнулся, в который раз поразив драконьей мимикой, и ответил:
– Пусть попробуют! Думаешь, они не пытались? Эшарт – живой и взаимодействует со своими детьми, Марьяна. Проживешь с нами подольше – сама почувствуешь. Наши умники с помощью планеты уже создали такой же щит вокруг всего Эшарта. Так что рархи заблокированы на своей станции, хотя и оттуда доставляют нам массу хлопот.
Все еще не в силах поверить в полученную сейчас информацию, принять ее для себя, недоуменно спросила:
– И каким образом?
– Купол поверхностный, а эти жадные четвероногие грохи делают подкопы и время от времени вырываются на поверхность. Летать не могут, но и на своих транспортных средствах представляют реальную опасность для отдельных групп эшартов или тем более адаптеров. У нас часто случаются стычки с мобильными группами рархов.
– Ты таким образом и попал в плен? – осторожно поинтересовалась я.
– Я? – странно весело переспросил Дэнарт. А потом, качнув мордой и заложив небольшой вираж, начал снижаться, огибая очередную скалу, встретившуюся нам за последнюю пару минут.
– Ты! – настояла я на ответе.
– Нет, меня никто не ловил. Я сам к ним полетел и замучился попадаться на глаза и изображать тупого, плохо летающего эшарта, чтобы меня все-таки захватили в плен.
– Ты сам? – изумленно выдохнула я. – Но зачем тебе это было нужно?
Дэнарт хмыкнул, и я уже в который раз смогла наблюдать, как драконья морда расплывается в ехидной коварной ухмылке. Такое не описать – надо видеть!
– В наших поймах свободных женщин мало, и все находятся под чьей-либо защитой и опекой, потому что либо слишком юны и еще не годятся для связи, либо – уже связанные. Я не вытерпел и решил проверить: не осталось ли на станции или в погибшем городе живых адаптеров. Вдруг там какие-нибудь женщины затерялись. И одинокие... Мучаются без мужчины...
– Точно озабоченный! – резюмировала я.
– Думаешь – я один такой? – вскинулся Дэнарт, а потом снисходительным тоном добавил: – Да там половина моего крыла силовиков толчется, и каждый носом землю роет, рыщет, словно мехт. Даже под землей ищут, учитывая, что еще и тоннели рархов осматривать приходится. А то они пытаются сейчас свои леталки протащить по частям и собрать их уже за куполом. Так что совмещаем личное с общественным. Но не всем так везет, как мне!
Последнее он проурчал и потер шершавой чешуйчатой лапой мою голень. При этом по его телу снова пробежала мелкая волна судорог, выдавая возбуждение и предельно ясные драконьи намерения.
Я устала!
С самого утра сплошной экстрим: кувыркнулась со скалы, мехты, грохи, бег с препятствиями по эрху, полет верхом на драконе под откровения последнего... Приключения выжали меня, как лимон. Сейчас сил нет даже спорить с эшартом, отстаивая собственную неприкосновенность от его домогательств! А по большому счету – и желания тоже нет!
Может, подчиниться более сильному и опытному? Переложить на него свои проблемы, дать возможность позаботиться обо мне. Пусть недостойно – и даже позорно – прятать голову в песок подобно страусу, но сопротивляться дракону хотелось все меньше и меньше. Да и сам Дэнарт с каждым мгновением нравился мне все больше и больше. Именно потому я промолчала, легла на спину эшарта и крепко к нему прижалась. Вопросы оставим на потом, а сейчас хочется просто чуточку передохнуть от всего.
Не тут-то было. Плавным скользящим движением дракон обогнул скалу, и перед нами открылась довольно большая площадка, по которой словно кто-то разбросал полупрозрачные... сталактиты, наверное. Во всяком случае, очень похожи. Почти в центре, на ровной поверхности с небольшим углублением, вокруг окровавленной туши неизвестного животного суетились эшарты. Разноцветные... и голые.
И почему меня это не удивляет?!
Мы направились к этой пестрой компании, ярко выделяющейся на светлом фоне выбеленной солнцем скалы. Слава богу, в этот раз Дэнарт на подлете оборачиваться не стал. Дождался, когда я с него слезу, и только потом трансформировался. Видимо, учится быть заботливым... мужем...
Как только я оказалась на изрядно затекших своих двоих и подняла взгляд от каменной площадки, вздрогнула и сделала невольный шаг назад. Тут же ощутив за своей спиной Дэнарта.
– Не бойся, они в своем уме, и препарат уже нейтрализовался, – понял мои страхи Дэн.
Нащупав правой рукой, вцепилась в большую ладонь моего дракона. На всякий случай. Стоит кому-нибудь поглубже вдохнуть, спрячусь у него за спиной – его не так жалко, как себя!
Не в силах скрыть страх и в то же время одолеть собственное зашкаливающее любопытство, я рассматривала семерых голых мужиков. Хотя нет, ошиблась! Трое из них свое мужское достоинство прикрыли какими-то тряпками. И если мне, мягко говоря, было не по себе наблюдать обнаженных эшартов, то их самих отсутствие одежды нисколько не беспокоило.
Ближе всех к нам из этой семерки оказался самый стройный и молодой, с кожей в серо-голубую сетку; такой же расцветки, почти полосатые короткие волосы спутанной массой торчат вокруг его чересчур длинного лица. Как по мне, так уж больно на свежевыловленного утопленника похож – с эдакой раскраской-то. Чресла голубой дракон прикрыл грязной белой тряпкой, но хватило ее, чтобы прикрыть только спереди, а вот стоило ему повернуться, мелькнула голая задница и на талии – небольшой узелок из тоненьких полосочек.
Что-то мне напоминает эта тряпка...
Еще один из «одетых»: огромный, даже крупнее и выше Дэнарта, мрачный, жуткий тип с черным типовым узором на коже и ежиком темных волос – этого даже симпатичным не назовешь, как моего дракошу. Демон из ада, да и только. Этот оживший кошмар в делах участия не принимал, и по тому, как он поворачивал голову и принюхивался, я поняла – слепой. Странно, но если слепой, значит, вроде бы нашел женщину? Может, еще не попробовал ее крови? А набедренная повязка из тряпки, похожей на полотенце или наволочку, откуда взялась?
Третий – крупный, даже, пожалуй, кряжистый шатен с волосами до лопаток и добрыми, шоколадного цвета, глазами. А расцветка кожи наводила на мысль, что его искупали в «Несквике», а потом забыли помыть. В общем, негативного впечатления не производит. После брюнета глаз даже отдыхает. У этого на талии вообще из глины сделали кольцо и на него накинули тряпку, странно похожую на нашу джинсу.
Четвертый, оранжевой масти мужчина, в глаза которого, казалось, вставили шкурку от апельсина, глядя на меня, тактично в стратегических местах прикрылся руками. Надо же – стеснительный! Причем ладошки эти походили на две лопаты для уборки снега.
От группы мужчин к нам направился совсем не стеснительный голый эшарт в сиреневых тонах, с похабной ухмылочкой разглядывающий мою персону. Причем двигался он довольно интересно. Словно танцуя, смешно виляя задницей. Но смеяться я не рискнула. Видимо, такая веселенькая вихляющаяся походка в «человеческом» облике обусловлена наличием хвоста в драконьем. Вот привычка и сказывается!
– Эх-х, хороша! – выдохнул сиреневый. – Повезло тебе, Дэнарт!
В ту же секунду мой дракон прижал меня к себе и глухо рыкнул, прежде чем ответил соплеменнику:
– Хороша и моя! Познакомься, Марьяна, это моя правая рука – Айаал из двести тридцать пятого поколения Айаул!
Я напряженно улыбнулась и кивнула. А Айаал с горящими от любопытства аметистовыми глазами поинтересовался:
– Какой тебе спектр достался?
– Их три! Но... я еще не закрепил метку, и все может измениться, – с досадой на себя ответил Дэнарт.
Я напряглась, что не осталось незамеченным. Дэн тут же что-то буркнул на незнакомом языке сиреневому и повел меня к остальным – знакомиться.
Голубой представился как Эрил, шоколадный – Шкер, оранжевый – Олен, а черного звали Эгер. Синий, чересчур широкоплечий, но низкорослый дракон звался Джун. А второй брюнет представился Гариком, невольно вызвав у меня улыбку. На «фамилиях» и числительных я решила пока не сосредотачиваться, запоминать такие непривычные имена – чистое мученье. Но, похоже, надо тренировать память.
После представления Дэнарт спросил у черного Эгера:
– Что, еще не вернулось? Даже после закрепления?
И снова я увидела пустой невидящий взгляд демоноподобного брюнета, направленный в никуда.
– Нет, пока не вернулось. Хотя есть вероятность, что спектр слишком широкий, вот и идет перенастройка. Ну, я так думаю... надеюсь! – спокойно, но мрачно ответил Эгер.
А я наконец поинтересовалась тем, что притянуло мое внимание и не давало покоя:
– А что за тряпочки на вас? Можно узнать?
Дэнарт приподнял меня над землей, держа под грудью, и шепнул на ухо, обдавая горячим дыханием и заставляя мурашек толпами бегать по коже:
– Это, надо полагать, трусы, изготовленные из одежды твоих соотечественниц... Некоторых из них я твоими глазами видел на площадке, когда мы с тобой удирали от рархов.
В груди заныло, и я шепотом испуганно выдохнула, вцепившись в его руку:
– А где они? Неужели там остались? Ты обещал, что я с ними увижусь!
Стоило задать этот вопрос, и эшарты нахмурились и помрачнели, словно их только что помоями облили и уличили в интимной неполноценности.
Шоколадный Шкер неожиданно усмехнулся и заявил:
– Смотри-ка, они – все как одна недоверчивые, неуверенные и сомневающиеся в наших достоинствах! Женщины пошли в эрхован мыться и стирать.
– Куда? – начала я вырываться из рук своего дракона, собираясь бежать за девочками хоть в эрх.
– Туда, – махнув рукой, указал направление голубой Эрил, – эрхован за углом, – и тяжело вздохнул: – Нас туда не пускают, стесняются...
– Я тебя провожу! – безапелляционно заявил Дэнарт, освободив из объятий, и немного отойдя от компании эшартов, просветил: – Если я не ошибаюсь, из твоих знакомых там женщина по имени Света и совсем юная Кира.
– Всего две? – в отчаянии выдохнула я, хотя, услышав имена, чуть слезу не пустила от счастья.
– Нет, четверо женщин, но я видел с тобой именно этих. Хочу сразу предупредить: Света досталась Эгеру, а Кира – Эрилу.
Я спешила встретиться с девчонками, да и камень горячий – долго не постоишь, но, услышав настолько важную информацию, притормозила, ворчливо и придирчиво заметила:
– Эрил больно худенький по сравнению с другими... Ты уверен, что ему можно Киру доверить? Она такая слабая, беззащитная...
Дэнарт весомо заметил:
– Худощавый – потому что молодой, как и Кира. Они идеально подходят друг другу! И не суди только по внешнему виду! Эрил – один из лучших танцоров Эшарта! Придет время, и меня превзойти сможет.
– Ты – танцор? – неприятно изумилась я.
– Да! Самый лучший, как признано многими спецами!
– Хм-м, танцуешь, значит?
– А что? Тебя силовики не устраивают?
– Нет, что ты... каждый зарабатывает как может. У нас тоже мужчины танцуют... за деньги. В стрипбарах...
– Это как наше крыло? – неуверенно переспросил Дэнарт.
– Сложно судить, но, наверное, да, – ехидным тоном ответила я.
Да, четверть века прожив, я ни разу не думала, что моим мужем может стать танцор из стрипклуба. Экономист и танцор – сладкая парочка, ничего не скажешь!