21

Коттедж съежился под тяжелыми от дождя ветвями деревьев, словно прогибаясь от их прикосновения. Когда Маура впервые увидела его неделю назад, она посчитала его просто унылым — так, мрачная хижина, задыхающаяся в наступающих лесных зарослях. Сейчас, когда она смотрела на него из автомобиля, ей казалось, что дом тоже разглядывает ее злобными окнами-глазами.

— В этом доме выросла Амальтея, — пояснила Маура. — Анне не составило труда добыть эту информацию. Ей достаточно было заглянуть в школьный архив Амальтеи. Или же разыскать в старом телефонном справочнике фамилию Лэнк. — Она посмотрела на Риццоли. — Домовладелица мисс Клаузен сказала мне, что Анна захотела снять именно этот дом.

— Выходит, Анна уже знала, что Амальтея жила здесь когда-то.

«И так же, как я, горела желанием разузнать как можно больше о нашей матери, — подумала Маура. — Понять женщину, которая дала нам жизнь, а потом бросила».

Дождь барабанил по крыше автомобиля и серебристой пеленой застилал ветровое стекло.

Риццоли застегнула молнию на своем дождевике и накинула на голову капюшон.

— Ну что ж, пойдемте заглянем внутрь.

Они побежали под дождем к дому и, поднявшись на крыльцо, отряхнули свои мокрые плащи. Маура достала ключ, который ей только что выдали в агентстве мисс Клаузен, и вставила его в замок. Тот поддался не сразу, как будто дом сопротивлялся, не хотел впускать ее. Когда дверь наконец удалось открыть, она угрожающе заскрипела, с неохотой признавая свое поражение.

Внутри было еще более мрачно, и Маура вновь испытала приступ клаустрофобии. В воздухе стоял кислый запах плесени, как будто сырость просочилась сквозь стены и впиталась в шторы, мебель. Свет, проникавший в окно, окрашивал гостиную в унылые серые тона. «Этот дом противится нашему присутствию, — подумала она. — Он не хочет открывать нам свои тайны».

Она тронула Риццоли за руку.

— Посмотрите, — сказала она, указывая на две щеколды и сверкающие медные цепочки.

— Совсем новые замки.

— Это Анна их установила. Напрашивается вопрос: почему? От кого она пыталась запереться?

— Если это был не Чарльз Касселл. — Риццоли подошла к окну и взглянула на зеленую завесу из мокрых листьев. — Да, местечко на редкость уединенное. Никого по соседству. И ничего, кроме деревьев. Я бы тоже врезала дополнительные замки. — Она невесело усмехнулась. — Знаете, мне никогда не нравилась эта лесная романтика. Однажды, еще в школе, мы отправились в поход. Доехали до Нью-Хэмпшира и в каком-то лесу устроились на ночлег в спальных мешках. Я всю ночь глаз не сомкнула. И все время думала: мало ли кто там наблюдает за мной на деревьях или в кустах?

— Пойдемте, — предложила Маура. — Я хочу показать вам весь дом. — Она привела Джейн на кухню и щелкнула выключателем. Лампы дневного света отозвались зловещим гулом. Резкий свет обнажил все трещинки и бугорки на старом линолеуме. Маура посмотрела на его шахматный узор, пожелтевший от времени, и подумала о том, что на этом полу наверняка сохранились микроскопические частички и пролитого молока, и въевшейся грязи. Что еще проникло в эти трещинки и швы? Какие страшные события оставили здесь свое наследие?

— Здесь тоже совершенно новые цилиндровые замки, — заметила Риццоли, остановившись у черного хода.

Маура подошла к двери, ведущей в подвал.

— Вот что я хотела вам показать.

— Очередной замок?

— Да, но видите, какой он старый? Весь проржавел. Этот замок стоит здесь давно. Мисс Клаузен сказала, что он уже был на двери, когда она покупала этот дом на аукционе двадцать восемь лет назад. И вот что странно...

— Что?

— Эта дверь ведет только в подвал. — Маура посмотрела на Риццоли. — Здесь тупик.

— И зачем понадобилось запирать эту дверь?

— Вот это меня и удивляет.

Риццоли открыла дверь, и из темноты пахнуло сыростью.

— О Боже, — пробормотала она. — Ненавижу спускаться в подвалы.

— Там есть шнур выключателя, прямо над вашей головой.

Риццоли протянула руку и дернула шнур. Зажглась тусклая лампочка, ее слабое сияние разливалось по узкой лестнице. Снизу проступали лишь тени.

— Вы уверены, что это единственный вход в подвал? — спросила она, вглядываясь в полумрак. — Может, кладовка для угля или что-то в этом роде?

— Я обошла дом со всех сторон. И не нашла ни одной двери, которая могла бы вести в подвал.

— А вы сами спускались туда?

— Я не видела в этом смысла. — «До сегодняшнего дня».

— Ладно. — Риццоли достала из кармана фонарик и глубоко вздохнула. — Думаю, стоит заглянуть туда.

Когда они спускались по скрипучим ступенькам, лампочка покачивалась под потолком, и по подвалу плясали тени. Риццоли двигалась медленно, как будто испытывая каждую ступеньку на прочность, прежде чем опуститься на нее всем своим весом. Никогда прежде Маура не замечала в Риццоли такой осторожности, и это усиливало ощущение опасности. К тому времени, когда они спустились на дно подвала, дверь кухни казалась совсем далекой, словно существующей в другом измерении.

Лампочка, висевшая у основания лестницы, перегорела. Луч фонарика Риццоли выхватил утоптанную землю, влажную от просочившейся дождевой воды. Высветил банки с краской, свернутый в рулон ковер, уже покрывшийся плесенью. В углу в деревянном ящике помещались вязанки дров для камина, который находился в гостиной. Собственно, ничего особенного здесь не было, ничто не вызывало ощущения угрозы, которое Маура испытывала наверху.

— Да, вы правы, — заметила Риццоли. — Похоже, отсюда нет другого выхода.

— Только эта дверь, ведущая на кухню.

— А значит, в новом замке не было необходимости. Разве что... — Луч фонарика замер на дальней стене.

— Что это?

Риццоли пересекла подвал и остановилась в изумлении.

— Зачем здесь эта штука? Для чего она могла понадобиться?

Маура подошла ближе. И, увидев, что освещает фонарик Риццоли, почувствовала, как по спине пробежал озноб. Это было железное кольцо, вмонтированное в одну из массивных стен подвала. «Для чего она могла понадобиться?» — спросила Риццоли. Ответ, который пришел в голову Мауре, заставил ее в ужасе отшатнуться.

«Это не подвал, а подземная тюрьма».

Фонарик дернулся в руке Риццоли.

— В доме кто-то есть, — прошептала она.

Сквозь стук собственного сердца Маура расслышала скрип половиц над головой. Тяжелые шаги ступали по дому. Приблизились к кухне. В проеме двери внезапно возник чей-то силуэт, и в подвал хлынул яркий свет. Мауре пришлось отвернуться, чтобы не ослепнуть.

— Доктор Айлз! — раздался мужской голос.

Маура сощурилась.

— Я вас не вижу.

— Детектив Йейтс. Здесь бригада криминалистов. Вы покажете нам дом, прежде чем мы начнем?

Маура судорожно выдохнула.

— Мы поднимаемся.

Когда Маура и Риццоли вышли из подвала на кухню, они обнаружили там четверых мужчин. Маура познакомилась с детективами Корсо и Йейтсом из полиции штата Мэн неделю назад, на лесной поляне. Сейчас с ними были два криминалиста, которые представились просто как Пит и Гари. Все обменялись рукопожатиями.

— Так это что-то вроде поисков сокровищ? — пошутил Йейтс.

— Нет никаких гарантий, что мы что-нибудь найдем, — сказала Маура.

Криминалисты оглядели кухню, пол.

— Линолеум изрядно потрепанный, — заметил Пит. — Какой период времени нас интересует?

— Садлеры пропали сорок пять лет назад. Подозреваемая все это время жила здесь со своим двоюродным братом. После того как они уехали, дом пустовал в течение многих лет, а потом его продали на аукционе.

— Сорок пять лет назад? Пожалуй, этот линолеум лежит здесь с тех пор.

— Я знаю, что ковер в гостиной поновей, ему лет двадцать, — сказала Маура. — Нам придется его поднять, чтобы исследовать пол.

— Мы еще не работали с объектами старше пятнадцати лет. Это наш новый рекорд. — Пит выглянул в кухонное окно. — Стемнеет не раньше чем через два часа.

— Тогда давайте начнем с подвала, — сказала Маура. — Там уже темно.

Криминалисты отправились выгружать из машины свое оборудование: видео- и фотокамеры со штативами, коробки с реактивами, аэрозолями и дистиллированной водой, сумку-холодильник «Иглу» с бутылочками химикатов, электрические шнуры и фонарики. Все это они спустили по узкой лестнице в подвал, где сразу стало тесно. Всего лишь полчаса назад Маура испытывала тревогу, находясь в этом мрачном помещении. Сейчас, наблюдая за тем, как мужчины непринужденно выставляют штативы и разматывают шнуры, она уже не ощущала страха. Подвал стал для нее не более чем каменным мешком с земляным полом. И никаких привидений в нем не было.

— Этого я не учел, — сказал Пит, переворачивая свою бейсболку козырьком назад. — Пол здесь земляной. Значит, содержание железа будет повышенным. Может светить везде. Трудно будет интерпретировать сигнал.

— Меня больше интересуют стены, — сказала Маура. — Пятна, брызги. — Она показала на стену с железным кольцом. — Давайте начнем отсюда.

— Сначала нам нужно сделать снимок. Позвольте я выставлю штатив. Детектив Корсо, можете установить линейку на той стене? Она люминесцентная. Это будет нашей точкой отсчета.

Маура взглянула на Риццоли.

— Вам лучше подняться наверх, Джейн. Они будут разводить люминол. Для вас это вредно.

— Я и не знала, что он токсичен.

— И все-таки не стоит рисковать. В вашем положении.

Риццоли вздохнула.

— Ладно. — Она медленно поднялась по ступенькам. — Но мне так не хочется пропускать это световое шоу.

Дверь подвала захлопнулась за Джейн.

— Ей разве еще не пора в декрет? — поинтересовался Йейтс.

— У нее еще есть шесть недель, — ответила Маура.

Один из экспертов хохотнул.

— Прямо-таки полисменша из «Фарго», а? Как же в таком виде преследовать преступника?

Из-за двери донесся вопль Риццоли:

— Эй, хоть я и беременна, но не глуха!

— И к тому же вооружена, — заметила Маура.

— Что, может, начнем? — произнес детектив Корсо.

— Вон там в коробке маски и очки, — сказал Пит. — Вам всем лучше надеть их.

Корсо передал респиратор и очки Мауре. Она надела их и стала наблюдать за тем, как Гари отмеряет химикаты.

— Мы будем работать с веществом Вебера, — сказал он. — Оно более чувствительно и, думаю, с ним безопаснее. Другие вещества здорово раздражают кожу и глаза.

— Вы смешиваете уже готовые растворы? — спросила Маура. Из-за маски ее голос казался глухим.

— Да, мы держим их в лабораторном холодильнике. Потом, уже на месте, смешиваем три компонента и разбавляем дистиллированной водой. — Он накрыл крышкой мерный стакан и взболтал смесь. — Никто из присутствующих не носит контактных линз?

— Я ношу, — сказал Йейтс.

— Тогда вам лучше выйти, детектив. Даже с защитными очками вы можете получить раздражение.

— Нет, я хочу посмотреть.

— Тогда отойдите в сторону, когда мы начнем распылять вещество. — Он еще раз встряхнул бутыль, после чего вылил содержимое в емкость распылителя. — Все, мы готовы. Только сначала сделаем снимок. Детектив, можете отойти от стены?

Корсо отошел в сторону, и Пит нажал на кабель удаленного спуска фотокамеры. Вспышка осветила стену, которую собирались опрыскивать люминолом.

— Теперь нужно выключить свет? — уточнила Маура.

— Сначала Гари займет свою позицию. В темноте мы все будем тыркаться как слепые котята. Так что сейчас каждый пусть займет свое место и не покидает его, договорились? Двигается только Гари.

Гари подошел к стене и поднял баллон распылителя, заправленный люминолом. В защитных очках и маске он был похож на работника санэпидстанции, вышедшего на борьбу с вредителями.

— Выключите свет, доктор Айлз.

Маура дотянулась до прожектора и щелкнула выключателем. В тот же миг в подвале разлилась кромешная тьма.

— Давай, Гари.

Они расслышали свист пульверизатора. Засияли зеленовато-голубые хлопья, похожие на звезды в ночном небе. Показался призрачный круг, который как будто парил в воздухе. Железное кольцо.

— Возможно, это вовсе и не кровь, — заметил Пит. — Люминол реагирует на массу вещей. Ржавчину, металлы. Щелочные растворы. Это железное кольцо может светиться независимо от того, есть на нем кровь или нет. Гари, можешь отойти чуть в сторону, чтобы я сделал следующий снимок? Здесь выдержка сорок секунд, так что стой, не дергайся. — Когда наконец щелкнул затвор камеры, он скомандовал: — Свет, доктор Айлз.

Маура нашарила в темноте выключатель прожектора. Когда вспыхнул свет, она уставилась на каменную стену.

— Ну, что скажете? — спросил Корсо.

Пит пожал плечами.

— Не слишком впечатляюще. Здесь будет много ошибочной информации. Во-первых, на этих камнях слой земли. Мы, конечно, исследуем и другие стены, но в лучшем случае найдем лишь отпечатки рук или крупные брызги. Обнаружить кровь на таком фоне вряд ли удастся.

Маура заметила, что Корсо поглядывает на часы. Детективам пришлось преодолеть долгий путь, и наверняка он уже подумывал о том, что все это пустая трата времени.

— Давайте продолжим, — попросила она.

Пит передвинул штатив и сфокусировал фотокамеру на другой стене. Сделал снимок со вспышкой, потом произнес:

— Свет.

И подвал вновь погрузился в темноту.

Зашипел пульверизатор. В темноте как по волшебству снова возникли голубовато-зеленые искорки, похожие на мигающих во тьме светлячков, — это люминол вступил в реакцию с окисленными металлами, содержащимися в камне, и обратился в сверкающие точки. Гари распылил по стене свежую струю, родив новую стаю звездочек, а затем двинулся дальше, затмив ее собственной тенью. Послышался грохот, и силуэт Гари резко шатнулся вперед.

— Черт!

— Что случилось, Гари? — заволновался Йейтс.

— Ударился обо что-то голенью. Похоже, это лестница. Ни черта не вижу в этой... — Он запнулся. Потом пробормотал: — Эй, ребята. Вы только посмотрите на это.

Когда он отошел в сторону, все увидели голубовато-зеленое пятно неправильной формы, которое светилось, напоминая призрачный бассейн с эктоплазмой.

— Что за черт? — произнес Корсо.

— Свет! — выкрикнул Пит.

Маура включила прожектор. Пятно исчезло. На его месте она увидела лишь деревянную лестницу, ведущую на кухню.

— Оно было вот на этой ступеньке, — сказал Гари. — Когда я споткнулся, сюда случайно упали капли раствора.

— Дай-ка я переставлю камеру. Потом ты поднимешься на самый верх лестницы. Как думаешь, ты сможешь спуститься в полной темноте?

— Не знаю. Если буду двигаться медленно...

— Опрыскивай ступеньки по мере продвижения.

— Нет. Думаю, лучше начать снизу и двигаться наверх. Мне не улыбается пятиться назад, да еще по лестнице и в темноте.

— Ну, как тебе удобнее. — Щелкнул затвор фотокамеры. — Отлично, Гари. Я сфотографировал. Дай знак, когда будешь готов.

— Можете гасить свет, доктор.

Маура выключила прожектор.

И вновь они услышали шипение пульверизатора, распрыскивающего люминол. У самой земли вспыхнуло голубовато-зеленое пятно, над ним еще одно. В тишине было слышно, как тяжело дышит Гари через маску и как скрипят ступеньки под его ногами. Он поднимался наверх, распыляя за собой аэрозоль, и за ним ослепительным каскадом тянулись светящиеся озерца.

«Кровавый водопад».

«Это может быть только кровью», — подумала Маура. Кровью были залиты все ступени, забрызганы стены по краям лестницы.

— Господи, — пробормотал Гари. — Здесь, на верхней ступеньке, она еще ярче. Похоже, лилась с кухни. Просочилась под дверь и стекала по ступенькам.

— Всем оставаться на своих местах. Я делаю снимок. На сорок пять секунд все замрите.

— На улице уже, наверное, стемнело, — сказал Корсо. — Можно обследовать и остальные помещения в доме.

Когда они вышли из подвала, нагруженные оборудованием, Риццоли по-прежнему сидела на кухне.

— Похоже, у вас было настоящее световое шоу, — сказала она.

— Думаю, у нас все еще впереди, — заметила Маура.

— Откуда вы хотите начать? — спросил Пит у Корсо.

— Давай прямо отсюда. С пола возле двери в подвал.

На этот раз Риццоли не вышла из комнаты, когда погас свет. Она отошла в сторону и издалека наблюдала за тем, как разбрызгивают люминол. На полу высветился геометрический узор — голубовато-зеленая шахматная доска, нарисованная застарелой кровью, застрявшей в расщелинах линолеума. Узор разрастался, захватывая уже и вертикальную поверхность, поднимаясь вверх фонтаном, образуя арки из светящихся капель.

— Включите свет, — попросил Йейтс, и Корсо щелкнул выключателем.

Пятна исчезли. Они смотрели на стену, которая уже не светилась. На потертый линолеум в черно-белую шашечку. Кухня выглядела вполне безобидной, с пожелтевшим полом и старой утварью. Но всего несколько секунд назад повсюду, куда бы ни падал взгляд, они видели кровь.

Маура все не могла отвести взгляд от стены под впечатлением от увиденного.

— Это был фонтан артериальной крови, — тихо произнесла она. — Вот здесь, на кухне, все и произошло. Здесь они погибли.

— Но вы видели кровь и в подвале, — возразила Риццоли.

— На ступеньках.

— Хорошо. Теперь мы знаем, что по крайней мере одна жертва была убита в этой комнате, поскольку на стене следы артериальной крови. — Риццоли прошлась по кухне, рассматривая линолеум. Она вдруг остановилась. — Почему мы уверены, что не было других жертв? Почему мы считаем, что это кровь Садлеров?

— Мы так не считаем.

Риццоли подошла к подвалу и открыла дверь. Там она постояла немного, вглядываясь в темноту. Потом обернулась и посмотрела на Мауру.

— В этом подвале земляной пол.

На мгновение воцарилось молчание.

Гари сказал:

— У нас в машине есть подземный радар. Мы использовали его несколько дней назад на ферме в Мачиасе.

— Несите его сюда, — скомандовала Риццоли. — Давайте посмотрим, что скрывается там под землей.