глава 7.
Лето, безусловно, часто ассоциируется с радостными моментами: яркими солнечными днями, веселыми прогулками на пляже, захватывающими приключениями и невероятными впечатлениями. Однако за этой идиллией скрываются и темные тайны, которые иногда обрамляют убийственные события, пронизывая летние дни мрачной таинственностью. Летний воздух насыщен не только запахом цветов и свежести, но и загадками, которые проникают в каждый уголок жизни, оставляя тень неизвестности и интриги. Время от времени летние месяцы оказываются периодом, когда раскрываются самые темные и мрачные аспекты человеческой природы. На первый взгляд, в жаркие и солнечные дни кажется, что вся природа оживает, наполняясь жизнью и энергией. Но именно в этом времени года часто происходят события, которые встряхивают спокойствие общества и разбуженную летней теплотой безмятежность. Невинные игры и развлечения могут внезапно перерастать в кошмарные сценарии, когда за легким занятием скрывается нечто более темное и опасное. Тень убийства, совершённого давным-давно, остаётся витать в воздухе, создавая атмосферу напряжения и опасности. Летние ночи становятся пропитанными не только запахом цветов, но и страхом перед тем, что может прятаться в темноте.
Лето 1986 года в Казани оказалось не таким ярким и радостным, как многие ожидали. Знойные дни, наполненные запахом асфальта и пыли, сменялись ночами, обрамленными страхом и ужасом. В это лето жители города стали свидетелями серии убийств, которые шокировали всё общество и оставили след в истории. Маша, обычная девушка, казалось бы, ничем не отличавшаяся от других. Но за её безупречной внешностью и милым видом скрывалась мрачная тайна. После первого убийства, совершённого целенаправленно, но в состоянии паники и страха, девушка почувствовала странное ощущение удовлетворения, которого никогда раньше не испытывала. Это ощущение овладело ей, и она больше не могла остановиться. Ночи становились для Маши временем охоты. Она бродила по улицам Казани, словно тень, прячась в темноте и ожидая своей следующей жертвы. Её глаз больше не дрогал, когда она наносила смертельные удары, лишь испытывая ощущение эйфории и удовлетворения от каждого нового убийства. Разрушая жизни других, Маша чувствовала, что находит себя, становясь всё более уверенной и беспощадной. Возможно, если бы девушка не попала в «хади такташ», то её жизнь бы и осталась наполненной болью и ужасом, которые она испытывала при потере близких, но сейчас же она сама лишала жизни всех неугодных для Рафа, который видел её страсть к своей деятельности, пару раз он даже наблюдал за ней исподтишка, ведь было и вправду интересно, как хрупкая девушка справляется со страхом, паникой и тревожностью. Мужчина стал её опорой и поддержкой, вдохновителем на новые преступления. Если при первом совершенном убийстве, девочка выбрала саморазрушение, в закрытой квартире, которая казалось есть одним местом где безопасно, то в последующих, её укрытием становился Рафа и подвал «хади такташ». Их взаимоотношения подкреплялась особой связью, и они были готовы, пойти на всё, чтобы защитить друг друга и свои сумрачные тайны.
«FLASHBACK
Темный вечер накрывал Казань, конец июля пришёл с жаркими ветрами, которые несли запах пыли и жаркого асфальта. В этот знойный вечер в подвале одного из старых домов группировка "Хади Такташ" встречалась для своих ежедневных собраний. Среди узких коридоров и пыльных углов, в темном помещении, девочка, чья кличка была известна всему городу, как художница тренировалась в обыденной для неё обстановке. Маша была необычным созданием для своих лет. Её глаза излучали хладнокровие и решимость, которые могли бы позавидовать даже взрослые. Она была всегда сосредоточена, словно нацеленная на одну цель, и ничто не могло отвлечь её внимание. В её руках нож становился продолжением её собственного тела, и она владела им с мастерством, невероятным для её возраста. Старшие члены группировки "Хади Такташ" наблюдали за девушкой со смешанными чувствами. Они курили и обсуждали её способности среди друг друга, порой подбадривая, порой выражая беспокойство. Ведь она была не только самым молодым членом их группы, но и одним из самых опасных. Её хладнокровие и безжалостность поражали даже их, привыкших к жестокости улиц.
- Что ты будешь делать, когда она убьёт всех, кто нам неугоден? - спросил один из старших, выдыхая дым от сигареты. - Она так не оставит это всё, ей нужны будут новые жертвы.
И в правду, никто не знал, чего можно ожидать от девушки, которая была закалена по понятиям самой кровожадной и опасной молодежной бандой Казани. Её движения были уверенными, искусными, можно было даже сказать мастерски изысканными. Она больше не поддавалась страху и панике, которые могли бы окутать любую другую девчонку. Маша не боялась больше ходить одна по темным улицам, которые кишат бандами других территорий, ведь сама становилась олицетворением этого страха.
- Мы должны быть готовы к любому исходу. Маша - наше оружие, наша сила. Но мы не должны позволить ей уйти слишком далеко. Если нам удастся удержать её под контролем, она будет полезна нам, но, если она выйдет из-под нашего влияния... Бог ведает, что может произойти, - наблюдая за девушкой, которая крутила ножом для нового нападения на соперника, задумчиво выдувал сигаретный дым, буркнул Рафа, ему как никому другому была известна девушка своим холодным умом и мастерством.
Между тем, Маша продолжала свою тренировку, будто бы, не замечая внимания старших. Её движения были точными и беспощадными, словно она была создана для того, чтобы убивать. Но в её глазах не было ни капли жалости или сочувствия, лишь решимость и целеустремлённость. Психологическое состояние Маши было сложным и тёмным. Она была поражённой детьми улицы, вынужденной бороться за выживание с раннего юношеского возраста. Её душа была ожесточённой и израненной жизнью, и убийства стали для неё способом контроля над своей судьбой, способом показать миру, что она сильна и непобедима. Но даже в её хладнокровной манере были моменты уязвимости, которые никто из группировки "Хади Такташ" не мог заметить. В одиночестве, когда она оставалась одна с собой, её сердце ощущало боль и тоску, которые она старалась замаскировать за стеной равнодушия и равновесия.»
Очередная ночь, пропитанная туманом над рекой, приносила стра и неведомое будущее, которое может принести множество страшны событий и последствий. Сегодняшняя ночь должна была принести немыслимую смерть, одного из членов группировки «Кинопленка», жертвой стал Амир Шакиров, он как не в чем не бывало, часто выпивал на берегу Волги, после чего отправлялся плавать на глубину реки, чтобы испытать жуткую эйфорию от соприкосновения холодной воды и горячего тела, которое было окутано градусом прильнувшего алкоголя.
Амир задыхался и захлёбывался в солоноватой, ледяной воде, пытаясь спасти свою жизнь. Он отчаянно бороздил чернильно-черную поверхность огромного водоема, продвигаясь в темноту все дальше от гула моторной лодки. Луну на пасмурном ночном небе видно не было, единственным источником света оставался далеко расположенный маяк. Он находился в двух милях оттуда, и его оранжевое сияние едва достигало реки и окружающей пустоши. Тяжелые кроссовки, которые он туго зашнуровал перед тем, как покинуть подвал группировки, тянуло вместе с намокшими джинсами, словно свинцовые глыбы, на дно. Стояла середина лета, и там, где ледяная вода соприкасалась с благоухающим ночным воздухом, поднималась тонкая паутина тумана. На маленькой и мощной лодке виднелся силуэт человека, которого ранее Амир видел рядом с ней на берегу реки. Фонарик парня высветил труп, который человек затаскивал в лодку. Обмякшее тело, туго завернутое в некогда белую, покрытую пятнами крови и грязи простыню. Все произошло слишком быстро. Предвидящий ночной заплыв, оборвался нападением, казалось, что это мужчина, но лишь маленькие руки выдали Машу. Девушка все же бросила тело в лодку и напала. Когда та выбила фонарик из рук Амира и нанесла удар, нос резанул неприятный запах мертвечины. Парень коротко отбивался, и теперь ему стало стыдно, что он запаниковал и бросился в воду. Следовало бежать в другую сторону, назад в густой лес недалеко от реки.
Амир едва дышал, но заставлял себя плыть быстрее. Мышцы жгло от напряжения. Ранние тренировки по плаванию не прошли даром. Он считал до трех, а на четвертом гребке поднимал голову, чтобы глотнуть воздуха. Каждый раз на четвертый счет гул мотора становился все ближе. Он был сильным пловцом, но травмы замедляли его. На вдохе Амир услышал треск. Один из ударов пришелся на ребра, что усилило боль. Он делал большие вдохи, но наглотался воды, и воздух теперь не попадал в легкие. Пелена тумана, низко нависшая над поверхностью воды, окутывала холодным одеялом. Амир подумал, что это может спасти его, но внезапно на него сзади с ревом налетела лодка и ударила по затылку. Его швырнуло вперед и утащило под воду. Резкая боль настигла его тело, когда винт подвесного мотора разрезала плоть. Парень думал, что сейчас потеряет сознание. Перед глазами сверкали искр, а тело буквально онемело от удара. Он не мог пошевелить руками. Брыкался изо всех сил, но отяжелевшие в намокшей обуви ноги едва реагировали на его старания ленивыми движениями. Он выплыл на поверхность, окруженный туманом, и в голове зазвучал спокойный голос.
Ради чего ты борешься? Тони, погрузись на дно, там безопасно.
Амир закашлялся и выплюнул солоноватую воду. В ушах зазвенело, заглушая все звуки. Вода вокруг покрылась рябью, и из тумана снова вынырнул нос лодки. На этот раз она попала под подбородок. Челюсть хрустнула, парня подбросило и откинуло назад на спину. Лодка пронеслась прямо по нему – он всей грудью почувствовал корпус, а затем лопасти мотора врезались в кожу и ребра. Амир больше не мог пошевелить ни руками, ни ногами. Голова и лицо онемело, но все остальное тело горело огнем. Он никогда не чувствовал такой дикой боли. Вода вокруг казалась теплой. Только это была не вода, а его кровь. И она теплой струей выливалась в воду. Он почувствовал запах бензина, потом вода снова заколыхалась, и Амир понял – лодка возвращается. Он закрыл глаза и позволил воздуху покинуть легкие. Его последнее воспоминание было окутано холодом черной воды.
Убедившись, что тело больше не всплывает, Маша удосужилась вернуться на берег, у нее стояла совершенно другая задача – убить одного человека, а не сразу двоих. Все это скорее всего спишут на несчастный случай, но как тогда опишут оставшиеся открытые травмы и раны на теле парня? Никак, скорее всего спустят на самотек, поэтому переживать не стоит. Вот как может обернуться любопытство и то, что ты можешь оказаться не в то время, не в том месте. Погиб ли бы Амир не оказавшись бы здесь сейчас? Конечно же нет, но почему судьба так несправедлива к обычным людям? Неизвестно..
——————
Через два дня, рядом с рекой оказалась семейная пара, которая периодами занималась дайвингом, они были профессионалами, ведь много лет жизни занимались в московском клубе подводного спорта. Хоть дайвинг и не был сильно продвинутым в тогдашней республике, но эта пара была преданна своему любимому виду спорта.
Марина глубоко вдохнула и прыгнула в холодную воду. На мгновение вынырнула на поверхность, окинув взглядом через водолазную маску пейзаж, которые открывался на другом берегу Волги, а затем вновь погрузилась в воду. Под водой была прекрасная видимость. Муж женщины, сплыл первым и плыл прямо под ней, из его регулятора поднимались пузырьки воздуха. Он помахал ей и показал большой палец. Женщина помахала в ответ, вздрогнув от холода, проникшего под гидрокостюм. Она покрутила регулятор и сделала первые неглубокие вдохи кислорода из баллона на спине. На языке появился металлический привкус. Девушка принялась грести сильнее, чтобы догнать Пашу, ведь он уже отплыл довольно глубоко.
На глубине тринадцати метров вода приобрела мрачный зеленоватый оттенок. Они включили фонари, отбрасывая вокруг себя дуги света, которые не могли далеко проникнуть сквозь толщу воды. Из тени вынырнул огромный угорь и извиваясь проплыл между ними, фонарь высветлил его пустой взгляд. Марина отпрянула в сторону, а мужчина даже не вздрогнул, зачарованно наблюдая, как угорь подплыл к его голове, а затем скрылся в темноте. Паша повернулся к возлюбленной, подняв брови под маской. Девушка скорчила гримасу и показала «большой палец вниз».
Ходили легенды, что на дне реки ранее была маленькая деревня, что очень дурманило голову паре, которые всегда ждали приключений от своего занятия. Они ныряли в дальнем конце реки, в паре километров от шлюзовых ворот, которые пропускали воду через две огромные турбины для выработки электричества. Марина ощущала отдаленный низкий гул электростанции, в холоде и темноте казавшийся зловещим. Было что-то жуткое в том, чтобы плавать над остатками некогда оживленной деревни. Интересно, как она сейчас выглядит? Их фонари высвечивали лишь ил и мутную зелень воды. Девушка представляла себе когда-то сухие дороги и домики, в которых жили люди, а ещё школу, где играли дети. Павел ухватил ее за руку, что заставило дернуться от неожиданности. Он указал вниз и налево. Во мраке вырисовывался довольно крупный силуэт. Они подплыли ближе, и Марина увидела огромный изогнутый купол церковной башни. Они остановились в нескольких метрах от него, их фонари осветили кучу ракообразных существ, облепивших купол. Ниже девушка увидела кирпичи, покрытые зеленым покрывалом водорослей, и каменные проёмы арочных окон. Жутко видеть на такой глубине сооружение, которое когда-то возвышалось над землей.
Павел отстегнул от пояса водонепроницаемую сумку с цифровым фотоаппаратом и сделал несколько снимков. Они на мгновение задержались снаружи и заглянули сквозь сгустившуюся муть ила в широкую полость старой колокольни. Ракушки покрывали каждый дюйм внутренних стен, местами выпячиваясь наружу. Марина смогла разглядеть контуры изогнутого сводчатого потолка. В башне было четыре окна, по одному с каждой стороны. Окно слева облепили ракушки, а окно справа было практически полностью завалено. Осталась только маленькая щель в форме стрелы, чем-то напомнившая девушке средневековый замок. Окно напротив осталось целым и смотрело на тусклую зелень воды. Марина вплыла через него внутрь. Остановившись в центре, она затем подплыла поближе, чтобы рассмотреть сводчатый потолок. По одной стороне потолка проходила балка, на которой должны были висеть церковные колокола. Ракушки и здесь постарались, повторяя контуры свода. Из-под балки выполз рачок и побежал в сторону девушки. Она в ужасе чуть не закричала и рванулась назад, хватая Павла. Руки в воде двигались будто во время замедленной съёмки. Рак дёрнул усиками, промчался по сводчатому потолку и исчез в окне напротив. Марина заметила, что за окном, куда убежал рак, что-то плавает. Она подплыла ближе, фонарь выхватил из сумрака подошвы пары белых кроссовок. Они покачивались в верхней части окна. Девушка почувствовала прилив страха и адреналина. Она оттолкнулась ногой о каменную арку и медленно пролезла в проем. Кроссовки оказались надетыми на ноги мертвого тела, которое словно стояло в воде рядом с церковным куполом. Павел последовал за возлюбленной, но отскочил назад, ударившись головой о стену башни. Девушка услышала его приглушенный вскрик, и перед глазами поднялось целое облако пузырьков из его регулятора. Она потянулась к нему, не в силах как следует ухватиться из-за кислородного баллона, и потащила прочь от башни. Но напоследок еще раз оглянулась на тело.
Это был молодой парень. Короткие черные волосы, синие джинсы, удерживаемые ремнем с серебряной пряжкой. На запястье стильные, наручные часы. Остатки разорванной белой футболки полосками мотались на шее. У него было хорошее спортивное телосложение. Его голова свисала вперед, а лицо, грудь и раздутый живот покрывали порезы и рваные раны. Но больше всего Марину встревожило выражение его лица. В широко открытых глазах застыл ужас. Внезапно его шея зашевелилась и как будто запульсировала. Девушка почувствовала, как Павел снова схватил её, но ей на какое-то жуткое мгновение показалось, что тот парень ещё жив. Голова утопленника дернулась, челюсть разомкнулась и между переломанных зубов показался скользкий блестящий угорь, черным сгустком просочившийся из приоткрытого рта.
———————
- Почему вы решили сегодня заняться дайвингом? – расспрашивал, закуривая сигарету старший оперуполномоченный майор уголовного розыска Ильдар.
- Мой муж и я занимаемся дайвингом уже на протяжении восьми лет, уровень воды упал из-за жары.. Мы думали, что сможем увидеть затонувшую деревню, - отвечала Марина, она вспотела под гидрокостюмом, а мокрые волосы липли к голове и вызывали зуд. Павел сидел, облокотившись к переднему колесу голубой «Волги» и задумчиво смотрел вдаль. Его костюм был спущен до пояса, мужчина был нездорово бледен. Машина пары стояла на травянистом берегу рядом с рекой, а патрульная машина милиционеров в нескольких метрах. Трава заканчивалась в десяти метрах перед машинами на первоначальной кромке воды, но после засухи открылось еще двадцатиметровое пространство берега.
- Вы можете указать, где находится тело? – опрашивал пару второй милиционер, карандашом делая пометки в блокноте. Мужчине было немного за тридцать, атлетическое телосложение и с хорошо подвешенным языком. Ему бы дефилировать на каком-то московском показе мод, а не торчать на месте убийства.
——————
В начале августа 1986 года в Казани витало напряжение, которое плотно обволакивало город. Это напряжение ощущалось в воздухе, на улицах, в каждом взгляде и слове. От этого напряжения не был застрахован никто, даже такой могущественный и влиятельный человек, как Кащей, авторитет группировки "Универсам". Последний месяц был для него испытанием. Десяток членов других группировок были убиты, беспощадно и жестоко, и каждая новость о таких случаях поражала его сердце. Каждая жертва оставляла свои следы в его душе, напоминая о беспощадной реальности, в которой приходилось выживать. Кащей, сидя в отдельной комнате подвала, пропитанной дымом сигарет и запахом алкоголя, чувствовал себя одиноко и беспомощно. Он понимал, что за каждым убийством стоит целая история, целая судьба, и он не мог просто так оставить это без внимания. В его душе шумела буря эмоций: гнев, скорбь, страх. В этот момент ему нужен был кто-то, кто мог бы понять его, кто мог бы выслушать его и дать дельный совет. И этим человеком был Вова Адидас, его близкий друг, верный сподвижник в мире преступности. Он был единственным, кто мог понять Кащея и дать ему опору. Кащей позвал Вову к себе в комнату, желая поделиться своими переживаниями и найти выход из сложившейся ситуации. Парень вошел, прикрывая дверь за собой, и взглянул на своего друга с пониманием и уважением.
- Вов, это уже не в какие ворота не лезет, - начал Кащей, его голос прозвучал устало и настороженно. - Каждый раз, когда я узнаю о новом убийстве, мне становится всё хуже. Я понимаю, что такова наша реальность, но это уже выходит из-под контроля. Десяток членов других группировок... Это слишком много. - Вова кивнул, понимая его слова. Он тоже чувствовал тяжесть происходящего, и его ум был напряжен до предела, пытаясь найти выход из этой ситуации. Ему было тяжело справиться с тем, что происходит вокруг, он старался выдвигать предположения, кто мог таким заниматься, но не было ни идей, буквально ничего не приходила ум.
- Да, это нелегко, - согласился он, присаживаясь на диван и укладывая голову в замок из рук. - Но мы должны сохранять хладнокровие и разум. Только так мы сможем выжить в этом мире. Нам нужно остаться впереди, принимать решения не по импульсу, а по взвешенному обдумыванию. Только так мы сможем преодолеть все трудности, - Кащей кивнул, принимая его слова. Он знал, что Вова прав. Но в его сердце всё ещё горел огонь сомнений и страха. Он не мог не думать о том, что произойдет, если эта волна насилия не остановится, если она достигнет его собственной группировки. Разговор разворачивался вокруг портретов, которые оставляет убийца на месте преступления, рядом со своими жертвами, они стали перебирать кто является хорошим художником среди группировщиков, лишь среди «хади такташ» не было потерь, что приводило столько смутных мыслей и доводов, но предъявлять им никто не смел. Резвый шум прервал их разговор, который доносился из-за двери.
- Из кинопленки мужика убили, - взъерошенный мальчишка, вбежавший в комнату к старшим объяснил одной фразой, почему поднялся такой шум. Новая смерть и новые предпосылки к немедленным действиям, нужно узнать кто это и чем движется, если у Рафа нет не одной потери и смерти, значит он знает, что происходит, и кто этим промышляет. Дальнейшие действия вырисовывались сами по себе, по текущим происшествиям, которые накрывали Казань.