~3~
Инес
Время пролетело молниеносно. Последние два года я и не вспоминала о Гуэра. Он не посещал последующие мои дни рождения, лишь отправлял подарки. И это была прекрасное время. Видеть его лицо мне совсем не хотелось. Много чего изменилось, и он стал намного противней для меня, чем тогда.
День нашей помолвки был многообещающим для всех. Я строила планы, как побыстрее избавиться от всех, включая Алессандро. А мои родители следили за тем, чтобы все прошло на должном уровне.
Моя мама внесла в комнату огромную белую коробку Dior и другую поменьше. Там должно быть были туфли.
— Пожалуйста, Инес, веди себя как полагается. Ты не ребенок, а молодая девушка. Умей держать лицо! — мама погладила меня по щеке и поцеловала в лоб.
Гости внизу уже давно собрались, все ждали появления будущей невесты. Мама была одета в облегающее платье со открытыми плечами. Для тридцати восьми лет она выглядела просто потрясающе. А волосы были собраны в низкий пучок.
— Не волнуйся, он просто так не отпустит меня. Нет смысла вести себя плохо, только сделаю все хуже, —согласилась с ней я.
Я подошла к коробкам и сначала открыла ту, которая была поменьше. Хоть мне больше нравится Versace, мама решила сделать заказ у другого модного дома. Ей показалось, что нежность Dior будет намного уместней, чем бунтарство, которое я так любила.
— Мы будем ждать тебя внизу, поторопись. — Мама закрыла за собой дверь.
От безысходности я упала на колени и тихо замычала. Я не хотела выходить из своей комнаты. Мне не очень хотелось находиться рядом с Алессандро. Он нагоняет на меня страх.
К горлу поступила тошнота. Я не желала его видеть. Не желала переезжать из Флоренции в Рим. Не желала становится Инес Гуэра.
Я не желала того, что они могли мне предложить и то, что я должна буду сделать для него.
Их фамилия — позор для меня. Клеймо на всю жизнь.
Вытащив туфли и платье, я нервно улыбнулась. Оно было очень красивое.
Я провела рукой по приятному трикотажу бежевого цвета, сверху была пришита сетчатая ткань, на ней были вышиты небольшие золотистые звезды и цветы.
Сняв с себя всю одежду я быстро протиснулась в платье, надела туфли золотого цвета и встала около зеркала. Мои длинные волосы водопадом спадали на плечи, я убрала их назад, чтобы можно было разглядеть красивое декольте.
Юбка была не такая уж и пышная, как я думала, но все равно присутствовал красивый объем.
Это было настоящим произведением искусства.
Подойдя к окну, солнечный свет одарил меня своим лучами. Последние дни свободы. Я могла бы сбежать, но дом полон охраны, и ошибки прошлого совершать не хотелось. Если бы и пошла на это, тогда бы меня убили сразу же. Нет, сначала задержали, насильно заставили бы сказать «да» Алессандро, а потом он бы убил меня лично за весь тот позор, который ему пришлось и придётся пережить.
***
По всему дому раздавались голоса гостей. Меньшая половина из них радовалась, что совсем скоро создаться новый союз, намного крупнее обычного, что нельзя было сказать о других. Молодые девушки и женщины постарше сверлили меня завистливыми взглядами. Несмотря на прошлые деяния.
Гуэра был завидным женихом. Никого даже не смущало, что от него за километр веет смертью. Главной сплетней этого вечера была я. Мне не нравилось находиться в центре внимания, но раз жизнь так распорядилась, придется спрятать свои истинные эмоции за маской счастливой невесты. Отец будет крайне не доволен, если я позволю себе вольность, прямо на торжестве.
Выдохнув как можно спокойней, я нацепила на лицо приветливую улыбку и, схватившись за подол платья, и начала спускаться вниз. Резко голоса людей затихли, все смотрели на меня.
— Не думала, что Гуэра падут так низко...— прошептала незнакомая девушка другой, видимо подружке. Они обе хихикнули и не переставали пялиться на меня.
Им прекрасно известно, что я слышу их, но сделать больно таким образом они мне не смогут.
Я всегда старалась быть сильной, не обращать внимание на сплетников и завистников, хотя, признаю, я завидовала тем, кто был помолвлен не с Алессандро Гуэра. Он внушал в меня страх, какой бы дерзкой я не была с ним, это лишь один из способов показать ему, что мы можем быть на равных, и я не его добыча.
— Она же сбегала из дома! Мой отец рассказывал, что Роберто изнасиловал её! — слишком громко прошептала другая.
— А разве это было не обоюдно? — и снова противный хохот.
Сжав кулаки, я продолжала держать улыбку и гордо смотреть на гостей, приветствуя их кивком головы.
Мамы нигде не было видно, только сестра, она играла с нашими кузинами и совсем не обращала на меня внимания.
Повернув голову, я тихо выдохнула. По моей спине поползли мурашки, а ноги резко стали ватными.
Мой отец беседовал с Алессандро и Джакапо Гуэра. Я знала, как он выглядит, но каких усилий мне требовалось, чтобы найти его фотографии с сыном. В жизни он выглядел намного устрашающе, чем на фото. Ему предписывали намного больше убийств, его даже прозвали Джек Потрошитель.
Самый кровожадный человек за всю историю существования мафии. Его я боялась даже больше, чем Алессандро. Если раньше мне приходилось трястись от одного упоминания их фамилии, то теперь стоит всегда носить в сумочке успокоительное и нож или пистолет, лишним никогда не будет.
В скором времени мне прийдется стать его невесткой и терпеть все происходящее. Я буду частью их семьи. Не знаю как выдержу это. Возможно, жизнь вынудит меня каждую ночь рыть себе тоннель ложкой, пока Алессандро будет спать, чтобы потом сбежать.
Подойдя ближе мой будущий муж заметил меня. Его взгляд блуждал по моему лицу, а потом резко он начал разглядывать мою фигуру. Я чувствовала как щеки заливались ярко-красным румянцем. Папа проследил за его взглядом, но не сделал никакого замечания. Конечно, через пару минут я буду принадлежать другому, он ничего не сможет сделать с этим.
— А вот и моя принцесса! — отец обнял меня и поцеловал в висок.
Улыбка Джакапо, больше похожая на оскал дикого зверя, стала ещё шире, и она мне совсем не нравилась. Сам же, Алессандро перестал смотреть на меня и переключился на что-то более интересное, например на юбку Шарлотты Коломбо, с ней мы учились в школе для девочек, потом меня перевели на домашнее обучение. Её волосы цвета вороньего крыла не могли не броситься в глаза. Сегодня девушка решила отличиться ото всех и надеть красный комбинезон, обтянувший ее задницу. Никакой монашкой она точно не была, много кто из моих знакомых рассказывал, что она трахалась с командой баскетболистов.
Я с прищуром наблюдала, как эти двое обменивались короткими взглядами, и ухмылка Алессандро, как мне казалось, не говорила ни о чем хорошем. Шарлотта, незаметным взмахом головы, указала ему на часы, и заигрывающе прикусила губу. Заметив мой взгляд на ней, она ухмыльнулась и словно ничего не произошло продолжила что-то обсуждать в компании наших бывших одноклассниц.
Если он и хочет с ней потрахаться, то пусть делают это не здесь, заметь их кто-то, это может опозорить меня.
Отец схватил меня за плечи и подвел ближе. Сердце начало пропускать глухие удары, стоило мне оказаться в кругу убийц. Все трое были далеко не святыми, но из них, одному я могла доверить свою жизнь, что нельзя сказать о Алессандро и Джакапо.
Переведя взгляд на Алессандро, я обратила внимание, что его голова была все так же повернута в сторону Шарлотты, точнее на её задницу. Видел бы он свой обезумевший взгляд, который так сильно пытался скрыть.
Я не ревновала, эта эмоция была не доступна мне рядом с ним, пусть делает, что хочет, но не трогает меня.
Где-то в глубине души, я надеялась, что буду замечать на себе этот взгляд полный желания, но Алессандро успел познакомиться с моим невыносимым характером и знал, что я не дамся так просто.
Мне однажды сказали, если мужчина не может получить что-то, он продолжает добиваться или же ищет цель полегче.
Спасибо, что Гуэра решил сразу перейти ко второму.
— Я думал, что все это слухи, никак не мог поверить в то, что у моего сына будет настолько красивая невеста, — сказал Джакапо.
Да, жена выполняющая роль слуги, любовницы, инкубатора. Это все про меня.
— Жду не дождусь, когда вы с моим сыном станете официальными супругами.
От этого мужчины разило сигарами и непонятным парфюмом. Губы Джакапо искривились в самой похабной ухмылке. Надеюсь, что пересекаться с ним мы будем достаточно редко. Если он будет продолжать такими темпами, то думаю, стоит рассмотреть вариант, чтобы прятаться за спину его сына. Если он конечно не хуже.
Напряжение между нами стало нарастать. Краем глаза я заметила, как отец с силой сжал руки в кулаки.
В голове промелькнул наш разговор с Розеттой на моё шестнадцатилетние. По её мнению они оба неплохие. Якобы, отец и сын достойные люди и работа никак не влияет на их отношение к семье.
Сдержав наплыв гнева, мой отец как ни в чем не бывало продолжил разговаривать с Джакапо. Среди них я выглядела как дорогая кукла под начищенным стеклом. Только я собиралась найти маму и Теофилу, как Алессандро остановил меня. Он крепко сжал мое предплечье, заставляя меня остановиться.
— Отпусти! — шикнула я. — Я хочу найти сестру.
— Самое интересное, только начинается, — так же шепотом сказал он. — Может стоит обменяться кольцами? Невеста здесь. Нечего заставлять гостей ждать. — Ему было неприятно произносить эти слова. Первый брак выдался для него не самым удачным, мне кажется он боится, что сценарий может повториться.
Я бываю импульсивной и своенравной, но не пойду на измену, даже если Алессандро будет со мной, и как бы сильно я ненавидела и боялась его.
Он продолжал грубо сжимать мою руку, и попытка вырваться делала только больней.
Никто кроме меня не заметил этого. Наши отцы удовлетворенно закивали и подозвали людей.
— Отпусти мою руку, придурок! — с улыбкой сказала я, чтобы никто из гостей ничего не заподозрил.
— Мне ещё долго держать её, так что, нет.
Я чувствовала взгляды на нас. Женщины продолжали сплетничать, мужчины жадно оглядывать меня. Даю пари, что они бы накинулись на меня, не будь Гуэра здесь.
— Они хотят меня, — тихо сказала я, чтобы услышал один Алессандро. — Очень. Смотри как своим взглядом они пожирают меня.
— Замолчи, — прорычал он мне на ухо. — Я сделаю тебе еще больней, если ты не закроешь свой рот. — Он сильнее сжал мою руку и мне пришлось сдержать писк.
Я разозлила его, он был готов порвать не только меня, но и всех, кто присутствовал здесь. Челюсть мужчины заметно напряглась, думаю ещё чуть-чуть и он сломает свои зубы под напором гнева. Он взглянул на меня. Ничего кроме нескрываемой ненависти и ярости.
Было опасно злить его. Алессандро так сильно сдавил мне руку, что, наверное, у меня останутся синяки.
Все так же, стоя рядом с ним, я с натянутой улыбкой смотрела на присутствующих и молилась про себя, что пусть это все поскорее закончиться.
Холодная капелька пота скатилась по моей спине. Я нервно передернулась от неприятных ощущений.
— Как думаешь, она будет как Жизель?
— Не думаю. Алессандро убьет эту девчонку, если она изменит ему. В этот раз он точно никого не пожалеет. Он стал мудрей и свирепей, чем тогда.
— Ну да, она моложе, и он сможет воспитать её под себя, — и снова тихий смех.
Я перевела свой взгляд на Алессандро, он не обращал внимание на сплетников, делал вид, что их здесь нет, хотя хватка его руки на моей стала почти не выносимой. Глухо выдохнув, я коснулась ткани его черного пиджака, как только он соизволил посмотреть на меня, он увидел, что кожа моей руки покраснела и стала переходить в синий.
Мне не нравилась мысль, что из-за своей первой жены, Алессандро захочет воспитывать меня. Я не собака и не поддаюсь дрессировкам. Так, что, это непосильная задача для него.
Мама с сестрой протиснулись в первый ряд. Они нервно смотрели на то, как отец и Джакапо положили свои руки на наши. А затем начали тихо читать молитву:
— Благослови брак этот. Пусть жизнь их будет долгой и не познаёт несчастье. Дети рождённые в союзе будут счастливы и здоровы. Благослови супруг будущих, Господи. Позволь заключить союз свящённый на земле и небесах. Во имя всех святых, Аминь.
— Аминь. — Сказали все хором.
Джакапо передал сыну небольшую красную коробочку с кольцом. Я постаралась сдержать накопившиеся слезы, как только Алессандро открыл её. Внутри скрывалась надпись, я не смогла разглядеть, что там написано, Алессандро будто прочитал мои мысли и тихо произнёс:
— Per sempre la tua vita è nelle mie mani — На веки вечные твоя жизнь в моих руках.
Нервно взглянув я подала свою левую руку и позволила ему одеть кольцо.
Пожалуйста, Инес, пожалуйста, не плачь. Не показывай насколько тебе больно. Терпи! Просто терпи!
Они не могут увидеть моего горя, я не могу... мои родители не простят мне. Даже моя гордость не имеет права на то, чтобы опозорить их. Пусть видят мою улыбку, пусть думают, что я влюблена или хотя бы он нравится мне.
Широко расправив плечи, я набрала в себе силы и посмотрела в глаза Алессандро, чуть прикрыв их. Он, в отличии меня, не играл в эту грязную игру, поэтому не удосужил меня улыбкой. Лишь с подозрением наблюдал, что нового я буду готова выкинуть.
Чуть закусив нижнюю губу, я чуть похлопала ресницами и отвернулась, сделав вид, что засмущалась.
По мне так и плакал театр.
— Что ты творишь? — Алессандро нагнулся к моему уху и убрал мешающуюся прядь за ухо.
Я вздрогнула от очередного, слишком интимного, контакта. Меня всегда передергивало, когда мужчины переходили эту черту.
— Хочу показать, что счастлива. — За улыбкой я прятала весь свой страх.
Заметив в толпе бывших одноклассниц, в том числе и Шарлотту, она сложила свои руки на грудь и пристальным взглядом смотрела на мое лицо, будто хотела выцарапать глаза.
— Твои поклонницы готовы напасть на меня, дай им только команду, — шепотом сказала я Алессандро.
Он перевел ленивый взгляд на толпу и, клянусь, его глаза похотливо вспыхнули.
— Боишься, что твое место займут? — глумился он.
За весь вечер, я впервые, увидела, как Алессандро улыбнулся мне.
— Делай, что хочешь, но пусть, это не коснется меня или моей семьи.
Я снова улыбнулась и взглянула на свое кольцо. Оно было красивым, почти таким же, как то, которое он подарил мне два года назад.
Теперь я законная невеста семьи Гуэра. Хотелось побить себя по щекам и проснуться в своей кровати, подумать, что все это страшный сон. И вот сейчас я выйду на маленький балкончик в своей комнате, присяду в мягкое кресло, чтобы насладиться сладким пением птиц.
Мама не смогла сдержать порыва слез, смотря на происходящее. Сестра же стояла смирно и успокаивала её. Маленькая защитница. Теа всегда была одной из самых сильных и смелых из нас. Она держала нос по ветру и не боялась трудностей, наоборот, всегда была готова к ним. Она даже была готова поменяться со мной местами, чтобы я стояла сейчас здесь. Это ли не доказывает её преданность старшей сестре?
Пока все были поглощены помолвкой, отец пытался достучаться до матери, чтобы она прекратила плакать, но все зря. Слёзы ручьями текли из её голубых глаз. Казалось, рай плачет, именно с ним у меня ассоциировались мамины глаза.
Взглянув на неё, я видела только боль за происходящее, она была против всего этого. Я знала, но что за тайну они с отцом держат под семью замками? Расскажет ли она, если я спрошу у неё?
Неподалеку, за спиной Джакапо, я заметила Розетту, она стояла рядом с очень красивой женщиной в коктейльном платье и маленькой девочкой рядом, наверное ровесницей Теофилы.
— Жена отца, Мирелла и моя сестра, Джулия. — Сказал мне Алессандро, будто прочитал мысли.
Многие говорили, что Мирелла Гуэра чертова красавица, и они не преувеличивали. Она действительно была такой. Пухлые алые губы, ровное лицо, без единого лишнего рубца. Мирелла была как модель, не удивительно, что Джакапо клюнул на неё. Её волосы были собраны в низкий хвост, макияж слишком дерзкий. Джулия, видимо, придерживалась позиции своей матери и держала её за руку, смотря как её отец радуется, что его сын снова женится.
Розетта подтирала слезинки и хлопала громче остальных. Пару раз она бросала взгляд на Миреллу и разочарованно мотала головой, что она не хотело поддерживать свою семью и показывала ребенку неправильный пример.
— А теперь, прошу, давайте пройдём в сад и отметим помолвку, как полагается. — Папа похлопал моего жениха по плечу. Мама и сестра прошли вперёд, а Алессандро с Джакапо рядом с ними. К ним прижалась Розетта и Мирелла с дочерью.
Они даже не подошли к нам, видимо женщина посчитала, что познакомиться мы можем и потом.
Как только огромная толпа гостей оставила меня позади, я смогла выдохнуть. Меня словно сдавливали стены, потерев грудную клетку рукой, я навалилась на стену, давая себе время отдышаться.
Мне хотелось сбежать, куда-угодно, но лишь бы не быть сейчас там.
Увидев, что чья-то фигура снова приближается к дому, я спряталась за углом и затаила дыхание. Если меня увидят, то непременно уведут к остальным.
Чуть высунув голову я увидела черную копну волос Шарлотты в её неприличном красном комбинезоне. Она направлялась в сторону гостевых туалетов.
Я прижалась к стене, чтобы она не заметила меня.
Шарлотта никогда не нравилась мне, она всегда вела себя как шлюха. Ей нравилось показывать таким девочкам как я, чего мы лишаемся, раз законы нашего мира отличаются от его.
Коломбо не совсем относились к мафии, её отец был влиятельным бизнесменом и вкладывал миллионы евро в наркобизнес. В своем время это принесло слишком много денег.
Мне нужно убираться отсюда, спрятаться где-нибудь и посидеть немного, перевести дух. Но не могла заставить себя сдвинуться с места, так как мой взгляд застыл на Гуэра, идущего в дом. Он расслабленно прикрыл за собой раздвижную двери и направился туда, куда только, что зашла Шарлотта.
Я ухватилась за стену, не давая себе возможности свалиться. Мои ноги подкашивались, на каблуках, если бы не опора, то они могли бы услышать меня.
Сняв обувь, я выждала удобного момента и на цыпочках подкралась к двери, подставляя ухо. Мои щеки горели от того, что я собиралась сделать, и я даже не могла дать себе трезвую оценку, для чего мне это нужно было.
— Да...— томно прошептал женский голос. — Ещё, Господи, жестче! — хныкала она.
По моему телу прошла волна мурашек, когда я слушала, как двое людей занимались сексом. Мои щеки стыдливо вспыхнули, но я не смогла заставить себя убежать.
— Возьми его в рот, — рыча приказал Алессандро, Шарлотте. — Живо!
Мои соски напряглись от его тона, я скрестила ноги, так как почувствовала легкую пульсацию между ног, которая нарастала с каждым разом, когда я рисовала в своем воображении картинку двух полуголых людей.
— Кончи в меня! — хныкала Шарлотта. — Фамилия Гуэра подойдет мне намного больше, чем этой избалованной стерве.
Меня передернуло от её слов. Я попятилась назад и случайно задела расписную картину, висевшую в доме моего дедушки и бабушки. Она с грохотом повалилась вниз. Звуки в туалете резко прекратились.
— Собирай свои манатки! — шикнул Алессандро девушке. — И катись от сюда!
— Но мы не закончили!
Я не расслышала то, что ответил ей мужчина, меня уже там не было.
Раскрыв дверь своей старой спальни, я быстро закрыла дверь на замок и скатилась вниз, горько плача.
Весь день я повторяла себе, что никто не должен увидеть мои истинные эмоции, но сейчас, когда я одна, мне можно дать волю чувствам.
Подтерев слезы ладонью, я поняла, что размазала свою тушь.
Ну, и черт с ней!
Мне не было обидно за измену, хотя её толком нельзя так назвать, будь между нами чувства, я бы расстроилась, даже постаралась бы отомстить, как-нибудь, другим способом.
Они готовили меня с пятнадцати лет, наседали и готовили к моей супружеской жизни. Ребенка, который толком не понял, что такое жизнь.
Наши законы слишком жестоки.
Я должна улыбаться, даже когда все очень плохо, и не важно, что твориться на моей душе.
Попытаясь отвлечься я посмотрела вокруг. В моей комнате все оставалось как прежде, только мебель была покрыта белой тканью. Мы с Теофилой наведывались сюда, когда хотели сбежать от гостей или мама с папой начинали спорить, хотя происходило это очень редко.
Несколько лет сюда никто не заходил кроме меня и Теофилы. Пушистый плед продолжал аккуратно лежать на полу, в одном из ящиков прикроватной тумбочки должны лежать конфеты и газировка. Шторы плотно закрыты, это было сделано для того, что бы за нами не подглядывали. Нам нравилось включать ночник, ставить ноутбук на плед и смотреть фильмы или же делиться секретами, зная, что ни одна из нас про них никому не расскажет.
В этой комнате каждая чувствовала себя в безопасности.
Закрыв дверь на замок, я включила ночник, и пересела на плед. Я хотела поднять свои туфли, но поняла, что их нет...
Дьявол.
Кажется, я оставила их в коридоре, возле туалета, когда случайно выдала себя. Если их заметили, Алессандро и Шарлотта поймут, что это я их застукала. А если так и будет, один из них точно начнет подшучивать надо мной или специально хвастаться.
Звон в ушах прервал отдаленный голос людей, казалось они находятся совсем далеко от меня, их почти не было слышно. Словно по щелчку пальца передо мной пронеслись все события моей жизни, начиная от счастливого детства и заканчивая помолвкой.
Эти стены слышали и видели многое, как я переживала первую любовь, боль, которую мне причиняли чужие люди, радость и горе.
Все было здесь.
Время проходило очень быстро. Солнце стало садиться за горизонт. На часах было около шести, значит я просидела здесь примерно часа три.
Телефон разрывался от сообщений, звонков матери, отца и несколько с незнакомого номера. Ставлю на то, что это Алессандро. Видимо они заметили мое отсутствие, наверное, уже отправили охрану прочесать всю территорию и найти меня или же понял, что я в наглую подслушивала, как он трахал Шарлотту.
Чертовы традиции, не дающие мне жить своей жизнью. Как жаль, что они никогда не изменятся.
Я отбросила телефон, чтобы перестать слышать надоедливые уведомления.
— К черту эту помолвку! К черту тебя Гуэра! — крикнула я, смотря в потолок.
После моих сказанных ругательств, кто-то начал стучать в дверь. Сначала это было тихо, но уверенно, а потом уж слишком настойчиво.
По моей щеке скатилась слеза, но мне пришлось быстро вытереть её. Кто бы это ни был, моей размазанной туши будет и так достаточно.
Встав с пола, я уже хотела подойти к окну, чтобы вылезти из него, но не могла пошевелиться. Эти стуки напрягали меня.
— Заперто! Найдите другую дверь! — но кто-то все равно продолжал ломиться.
Не вытерпев, я набрала как можно больше воздуха в легкие и открыла дверь. Даже не посмотрев кто там стоит.
— Я не ясно выразилась!? —рыкнула я.
И только посмотрев вверх, мой взгляд долго тянулся, чтобы увидеть глаза этого человека. Пошатнувшись, я повозила Алессандро войти внутрь, но когда хотела улизнуть, чтобы оставить его здесь одного, он одной рукой схватил меня за талию и притянул к себе. Правой рукой он захлопнул дверь и повернул замок.
У него были мои туфли...
— Дай пройти!? — брыкалась я. — Я не в настроении разговаривать с тобой!
Я повернулась к нему лицом, его рука все так же крепко держала меня. Сейчас на нем не было пиджака, лишь накрахмаленная белая рубашка, которую Шарлотта перепачкала в своей помаде. Дерьмо. Надеюсь, никто не подумает, что след оставила я, так как наши оттенки очень похожи.
— Почему ты убежала и сидела здесь? — на его вопрос я просто истерически хохотнула.
— Отпусти меня! — я снова начала брыкаться. — Отпусти или я закричу, сюда сбегутся все!
Мои угрозы только забавляли Алессандро. Он придвинул меня ближе к себе и вдохнул аромат моих волос.
— Кричи сколько хочешь, Инес. — прошептал он. — Ты официально моя невеста. Я могу делать с тобой все, что захочу.
— Нет, я не твоя игрушка, Гуэра! Катись к чертям собачьим или к своим шлюхам, но не подходи ко мне, — он засмеялся. — Я похожа на клоуна?
— А ты с характером, я это понял ещё два года назад, — Алессандро приблизился к моему лицу. — Мне очень нравится, когда со мной играют.
— А мне нравится, когда такие как ты оставляют меня в покое, — он наконец-то отпустил меня, и я отошла в другой конец комнаты. — Зачем ты пришел сюда? Не уже ли соскучился? — с сарказмом спросила я, сложив руки на грудь.
Алессандро снял пленку с кресла и уселся в него, положив свои руки на колени. Я вспомнила, как каких-то несколько часов назад он держал в них Шарлотту и меня передернуло.
Он долго смотрел на меня прищурившись.
— Ты мне безразлична, Инес, этот брак нужен не мне, а отцу, — начал он. — Я хочу предложить мир. Ты будешь жить со мной, при этом делать, что хочешь и когда, тем временем пока я не откажусь от своих старых привычек.
— Трахать шлюх и убивать?
Он ухмыльнулся.
— Да, трахать и убивать, — он ухмыльнулся и чуть наклонился вперед. В его глазах запылал яркий огонь. — Как тебе то представление? Возбудилась, а?
Алессандро собственнически смотрел на меня. Будь в комнате светлей, он бы увидел как вспыхнули мое лицо. Он буквально раздевал меня взглядом.
Я хотела отвернуться от него. Находиться в одной комнате с незнакомым мужчиной было слишком тяжело для меня. Мой грудную клетку сдавило. Приоткрыв окно, я на секунду высунула лицо, чтобы подышать свежим воздухом.
Держись, Инес. Держись.
Медленно повернувшись к нему, я завела руки за спину.
Алессандро наблюдал за мной, словно зверь, готовый съесть в любой удобный для него момент.
— Мне все равно, Алессандро, — я обреченно пожала плечами. — Изменяй, даже делай детей на стороне, — набравшись смелости, я стала подходить ближе, не разрывая зрительного контакта. — Но может перестанешь?
— Не понимаю, о чем ты? — с усмешкой сказал он и поддался вперед, что наши губы разделяли миллиметры.
Мне было противно смотреть на них после того, как дешевая шлюха целовала их, или они казали других её мест.
Я угрожающе сдвинула брови и чуть ли не зашипела от злости.
— Я не твоя собственность, Гуэра. Мне не нравится когда меня ей считают, — сказала я. — Я никогда тебе не достанусь. Можешь изменять мне, но не трогай меня. Ты понял?
Алессандро был явно впечатлен. Он провел языком по нижней губе и откинулся на спинку кресла.
— Ты уже моя. И если я захочу, ты будешь делать все, что я скажу тебе. Даже не сомневайся в этом.
Не ответив на его слова, я развернулась к нему спиной. Он не посмеет, меня никто не тронет. Тем более он. Я зареклась.
От прошлых воспоминаний, меня резко затошнило и новая волна отчаянья накрыла на меня. Я быстро постаралась справиться с этим чувством.
— Так зачем ты искал меня?
— Мне нужно перемирие до свадьбы.
***
Под руку мы вошли в сад. Алессандро не сильно сжимал мою руку, хотя пару раз я чувствовала, как он еле сдерживался и хотел сжать сильней.
Не знаю как меня уговорили, но на перемирие я согласилась. Пусть семья увидит какие мы счастливые, влюбленные — не дай Бог — а будучи в Риме я не дам ему передышки. Он плохо знаком с моим характером.
При виде нас все обратили на нас свои взгляды. Нельзя было не заметить жадные взгляды женщин на Алессандро. Пусть смотрят на своих поседевших мужчин. Другая моя рука мигом обвила его бицепс, даже если у нас нет никаких чувств друг к другу, это не значит, что они могут смотреть на него будто он холостой.
— Ревнуешь? — на ухо шепнул мне Алессандро, наклонившись. Я закатила глаза.
— Только в твоих мечтах, Гуэра. Я разрешила тебе изменять мне, — как можно слаще сказала я и с улыбкой на устах поправила воротник его рубашки, где был виден след губной помады.
Кстати, Шарлотту нигде не было видно, интересно она ушла раньше или Алессандро приказал ей убраться отсюда?
Так даже было проще.
— Ты мне разрешила? — явно удивился он. Пришло мое время улыбаться.
Я не заметила, как возле нас оказалась мама. Она гневно смотрела на меня, но при моем женихе не могла позволить себе начать ругаться.
— Сеньора, вы...! — Алессандро быстро загородил меня своей широкой спиной, наверное он улыбнулся мой маме, так как я заметила замешательство и стеснение на её лице.
— Сеньора Леоне, рад вас снова видеть! Инес стало немного не хорошо, а сейчас, — он взглянул на меня и подмигнул, — она чувствует себя намного лучше.
Мама заметно изменилась в лице, расслабившись.
— Славу Богу, ты нашел её, — в ответ Алессандро поднес пальцы её рук к лицу и поцеловал костяшки.
Копия своего отца. Такой же ублюдок и подлиза, ищущий женское внимание.
Но способ отвлечь маму от меня, засчитан.
— Гости ждут вашего танца весь вечер! Давайте не будем их расстраивать, — она показала на красиво декорированную лужайку. — Ваши отцы удалились для решения каких-то вопросов, они подойдут позже.
— Неудивительно, — я сказала это громче нужного и две пары глаз раздраженно смотрели на меня.
Я закатила глаза и прошла чуть дальше, чтобы отдохнуть от компании Алессандро. Но он быстро поймал меня, почти как в спальне, и повел своим маршрутом.
— Я не хочу танцевать.
— Я тоже. Поэтому потерпишь.
Мы вышли на танцпол. Гости разошлись и дали нам как можно больше пространства. Алессандро положил левую руку мне на талию, при этом сжимая ткань платья, а пальцы правой руки переплел с моей рукой. Левую я положила ему на плечо. Со стороны мы ничем не отличались от обычной пары, но если приглядеться можно увидеть как наши глаза прожигают друг друга.
Как только музыка началась, Алессандро начал кружить меня на месте и немного двигаться в такт музыке.
— Ты переходишь все границы, Гуэра. Я не твоя жена, чтобы ты так по собственнически хватал меня, — возмущалась я.
При каждом его касании мое тело вздрагивало, как от побоев. Мне не нравилось это.
— Просто помолчи и наслаждайся как эти люди фальшиво радуются этому празднику, — он придвинул меня ближе к себе, и я глухо выдохнула. — И, кстати, тебе не надоело вздрагивать? Твои мурашки видно даже мне.
— Здесь просто холодно, — пытаясь скрыть смущение, ответила я.
— А, ну, да, согласен. Сегодня плюс тридцать один, что-то холодновато, но не переживай, завтра обещают плюс тридцать пять и без единого облачка, тогда и согреешься, — глумился он.
Я усмехнулась.
Немного помолчав, я старалась как можно быстрей придумать ответ, но не заметила как случайно наступила ему на ногу. А вот и мой ответ.
Алессандро тихо выругался и сердито посмотрел на меня.
— Прости, дорогой, — сладко сказала я и улыбнулась, будто так и было задумано.
— Ты это специально, — он наклонился ближе, испытывая меня. — А я думал, что мы зарыли топор войны.
— Сеньор, вы обижаете меня. Я всегда сдерживаю свои обещания, — с наигранной обидой сказала я.
Я впервые увидела его улыбку, но она была далеко не доброй.
— Советую вам со мной не играть, сеньора Гуэра, — Алессандро притянул меня ближе, так что наши груди соприкасались друг с другом.
— Леоне, — поправила я.
— Это ненадолго.