Просто полюби меня

Кажется, лажать — стало любимым занятием Тэхена за последнюю неделю. Лажать, проебываться, натыкаться на тупики, тонуть в своём же вранье, с болью на душе осознавая, что в большинстве всех неудач, что свалились на его голову, виноват только он сам. Он сам себя в эту яму зарыл, помешанный на идее обрести покой и в то же время с таким страхом его от себя отталкивающий, как нечто чужое. Ким не знал, как ещё не перестрелял каждую бесячую морду вокруг, наплевав на свои запреты не отнимать чужие жизни. К слову, наша дорогая мафия позвала его к себе на разговор самый неприятный. Тэ едва ли сдерживал себя, чтобы не сорваться и не набить Марку морду в тот же момент, как Ким сказал ему то, за чем позвал. Тэхена остановил лишь тот факт, что в его номере наверху сейчас ждёт его девочка. По крайней мере, Тэ на это безумно надеялся, молился, что она не ушла, не передумала, ведь было очевидно, что Дженни пришла с ним поговорить, а тут этот чертов Гису, чтобы он провалился.

Тэ держался.

Выдерживал этот отвратный разговор мыслью о том, что совсем скоро он вылетит из кабинета мафии прочь, помчится со всех ног наверх и забудет обо всем хотя бы на мгновение. А там уже, как пойдёт. Разумеется, Ким будет из кожи вон лезть, но попытается хоть как-то, хоть что-то девушке объяснить, загнав наконец свой гребаный гнев куда подальше. Потому что Мин был прав. Из-за нерешенной проблемы с родственной душой, что сердце гнить заставляла, он не мог решать и другие провалы, каких, вообще-то, было немеренно. Ну вот, например, буквально только что уважаемый, да-пошел-он-нахуй, Ким Марк предложил ему, а точнее будет сказать, приказал, "убрать занозу, дабы нам, благородным бандитам, легче жилось" — дословно. Тэхен не глупый, он сразу понял, что мужчина имеет ввиду и, если честно, первую секунду был в таком шоке, что даже ответить ничего не мог. То есть он, блять, согласился работать на мафию, дабы не пришлось бежать или убивать этого жалкого Чунмена, чтобы что? Чтобы ублюдок Марк приказал ему убить следователя? Потому что тот, видите ли, мешает им. Да нихрена, быть может, Чунмен не так уж и плох в расследованиях, но максимум, кому он мог доставить реальных проблем, что, в принципе, и сделал, так это Тиграм, но никак не мафии, подпольно держащей весь город. Вопрос лишь в том — а мог ли главный из Тигров возразить? Не мог, но Ким все равно попытался и тут же получил усмешку Гису и гневный взгляд Марка. Далее гнуть свою палку Тэ не решился, ему ещё живым отсюда выйти надо. Так что уже спустя неделю работы на Марка Тэхен в полной мере ощутил на себе всю подноготную грязь этой сделки с мафией. Да, он гарантировал им свободу, но эта свобода далась им ценой заточения, как бы странно не звучало, заточения в лапах Марка. Любой его приказ должен быть исполнен, Тэхен это хорошо понимал. А еще то, как посмотрят на него его ребята, когда узнают эту новость. Но это потом. Всё потом. Сейчас Тэ не хочет думать о том, насколько сильно он проебался. В конце концов, быть может, если он действительно решит проблему с Дженни, то и остальное станет ясным. Так что, едва ли Ким покинул кабинет мафии, кинув презирающий взор на стоящих подле охранников, парень тут же помчался прочь, выбегая обратно в хол бара и моментально находя глазами Хосока. Тот стоял у барной стойки, болтая о чем то с Джином, что прижимал к себе какую то местную красавицу. Ким усмехнулся. С виду самый порядочный из них тот ещё бес, когда дело касается преступлений или удовлетворения плотских утех. — Она там? — резкий вопрос появившегося из неоткуда Тэхена, заставил обоих Тигров тут же повернуть головы в его сторону. — Да, — тут же кивнул Хо, замечая слегка рассерженное лицо главного. — Что сказал тебе этот мафиозник? Но Тэхен лишь отмахнулся, подрываясь с места и несясь к выходу, бросив напоследок короткое: — Всё завтра.
Хоби лишь понимающе закивал ему в спину. Чон не знает, что сделает с этой девкой, если она не вернёт ему их прежнего Тэхена. Порой надменного, дерзкого, за любой кипиш топящего, без этой долбанной грусти в глазах. Хотя, не Хосоку лезть в их отношения. Он даже готов признать, что Дженни эта или как там её, довольно отважна, приперлась же в столь поздний час, хотя могла продолжать обижаться, превращая их ссору в вечность, что убила бы обоих. Хо поморщился, не желая думать о грустном и, глянув на брюнетку, умело расположившуюся на коленях Джина, хмыкнул, оглядываясь по сторонам и понимая, что было бы неплохо и себе подцепить такую на сегодняшнюю ночь.

***
Когда за дверью послышались торопящиеся шаги, Дженни нервно вобрала в лёгкие побольше воздуха, сглатывая и метаясь глазами по номеру, в который привёл её Хосок минут двадцать назад, и эти двадцать минут были по истине мучительны. Ким будто бы ждала своей смерти, колени так предательски дрожали, она даже уселась на двуспальную кровать, не в силах держать себя на ногах. Сидела, мяла в руках простыню, делая в полу дыру глазами. В голове было столько мыслей и в то же время — ни одной. А на душе было чувство до того странное, что девчонка банально не могла понять, что она, черт возьми чувствует? Счастье? Обиду? Тревогу? Надежда. Гребаная надежда. Она не покидала Джейн все это время. Ведь девушка видела своего соулмейта разным, но хочет понять, кто из всех этих Тэхенов был настоящим и был ли такой вообще. Хочет понять, настолько ли она оказалась слепа и глупа, что повелась, или все таки было в Тэхене что-то, что и пробудило в ней доверие к нему. Это выяснится сейчас. Если в нем и правда нет ничего, кроме зла, лжи и похоти, то Ким даже не знает, как вынесет это. Её мир перевернулся, свободная от чувств и оков до этого, теперь она с головой нырнула в тёмный омут, слепо поддавшись на зов души. Тысячи раз пожалела об этом, и лишь единожды подумала, что, возможно, так и должно было произойти. Да, больно, да, обидно. Но за эту неделю, что они провели друг без друга, каждый из них что-то понял для себя. Дженни прекрасно осознает то, что поняла она, а вот Тэхен... Едва ли дверь открывается и в проеме показывается парень, Руби даже замирает, глядя в одну точку перед собой. Боится повернуть голову в сторону, ведь чувствует, что готова простить ему всё лишь за его взгляд.

Ужасно.

Настолько сильно хотеть быть рядом с человеком. Дженн понимала, что эту хрень связь между ними творит, а потому старалась из последних сил хвататься за остатки разума, что кричали, требовали справедливости, извинений. Ким, вновь оглядев девушку с ног до головы, аккуратно шагнул вперёд, прикрывая за собой дверь. В комнате было до того тихо, но в то же время так невыносимо громко. Кричали их мысли. Тэ уже буквально оглох от своих собственных, так, что пальцы дрожали. Хотя, они скорее всего просто хотели к ней прикоснуться. Он смотрел сейчас на её профиль, опущенные вниз глаза, замечал взглядом то, как нервно теребила та пальцами простыню. Джейн наверняка тоже ведёт сейчас мысленную борьбу, наверняка снова боится его. Ким боится тоже, страшится хоть слово сказать, вдруг что-то не то опять ляпнет, вдруг она не поверит ему.

Но к черту стоять и бояться сейчас? Она ведь не только в его мыслях и мечтах, она здесь — рядом. Но одновременно так далеко. Юноша тихо ступает к кровати, замечая, как с каждым его шагом Дженни все больше напрягается, и, помедлив немного, садится примерно в метре от неё, глубоко вдыхая. — Привет, малышка — едва ли сказав это почти шёпотом, вбок на неё косится, проверяя реакцию. Каждую чёртову секунду боится, что Джейн тут же вскачет и умчится прочь, влепив ему очередную пощёчину, как в тот ужасный день, который Тэ был бы рад стереть из книги своей жизни навсегда. — Привет, — её слегка дрожащий голос, как услада для ушей парня. Ким медлит, однако прекрасно понимает, что этот разговор, который решит их отношения, начать должен именно он. В конце концов, он всю эту кашу заварил, он начал эту игру, в которой сам же и проиграл. Ему это и заканчивать. Но что сказать? Тэ не продумал свои километровые извинения, вообще не был готов к тому, что девчонка заявится прямо к нему. Да уж, появляться неожиданно в его жизни Дженни точно умеет. Ким понимает, что опять пытается следовать какому-то плану, пытается построить что-то в своей голове, помнится, когда он в прошлый раз так делал, то крупно проебался, так может, послать к чертям все эти планы и просто начать говорить? Как там говорится... от сердца. И, поняв, что главное начать, а там слова уже сами свяжутся в предложения, Тэ решил рассказать всю правду. Вывалить её разом, ведь бедняжка слишком долго сидела взаперти, отчаянно наружу рвалась. — Я являюсь преступником уже три года, — весьма печально начинает он, окунаясь в свои не самые приятные воспоминания, пока девушка рядом уши навостряет, а у самой сердце трепещет оттого, что наконец узнает всё, что было покрыто ложью. — В восемнадцать лет я с парнями, некоторых из которых ты видела, сбежал из города, начав жить разбоем, — и, не дожидаясь, пока Дженни спросит причину, тут же добавил. — Денег хотелось, — он почесал затылок. — Ну, и как-то так закрутилось, что дела в гору у нас пошли. Чтобы грабить, нужно много наглости, у нас её было хоть отбавляй. Я уж начал думать, что до конца жизни так и останусь бандитом, но в один день я почувствовал тебя, — на этих его словах Ким вздрогнула, вспоминая ночь, когда и она узнала о Тэхене, голос которого сейчас, к слову, стал немного напряжённее. — Ты хотела правду, и я сказал тебе её тогда, — было слышно, как Киму тяжело говорить это сейчас. — Я желал просто воспользоваться тобой, а потом бросить, думал, что не привяжусь, не стану страдать без тебя... — он сглотнул, а глаза его забегали по полу. Её молчание напрягало, Тэ знал, что Дженни всего лишь внимательно слушает, но, черт возьми, он так же знал, что ей больно это слушать, но это правда, та горькая, отвратная, раздирающая правда, которую парень теперь был просто обязан поведать, иначе сам себе же не простит. — Как видишь, я проебался, надеясь, что ты мне будешь не нужна... — А теперь? — не смея до этого перебивать его, вдруг резко спросила Джейн, резко сжав ладони в кулаки, но все ещё смотря куда-то в пустоту перед собой. — Что теперь? — вскидывая одну бровь, спрашивает Тэ, смотря на её профиль, как девушка вдруг поворачивается, и их взгляды встречаются. Она хочет услышать ответ на мучующий её вопрос, глядя ему прямо в глаза. — Теперь нужна? — в её взоре ураган бушует, молнии сверкают, умирают и рождаются звезды, пока Тэхен молчит. Молчит, а ведь так хочется на крик сорваться.

—Да.

Да. Да. И ещё раз да. Он может повторить это сотни раз. Ведь Тэхен не тот, кто станет до последнего идти против себя самого. Он думал, что контролирует себя, что может управлять своими чувствами. Хрена с два, это чувства управляют им. Кто-то скажет, что это плохо, что это смерть верная и Тэхен согласился бы. Еще пару месяцев назад точно согласился бы, но не сейчас. Ведь сейчас, в этот самый момент, он всем своим телом и душой ощущает, что то, что ему нужно — рядом. Когда то усладу душе приносили ночные посещения баров после очередного удачного грабежа, литры алкоголя, купленные на отобранные деньги, громкая музыка. Тэхен полюбил тишину. Неожиданно для самого себя полюбил ту тишину, что принесла ему девушка. Он понял, что может быть иначе, может быть по другому и, попробовав лишь раз, хочет ещё. Конечно она нужна ему, это очевидно. И это не глупая зависимость, это просто то, чего он, сам того не зная, искал и нашёл в ней. Кто бы знал, что то, что изначально должно было быть увлечением на пару ночей, превратилось в воздух. Всего лишь за пару недель. Страшно в этом признаться хоть кому нибудь, хотя самому себе Тэхен признался тысячи, если не миллионы раз.

Все ошибаются.

Да, он вел себя, как идиот, слишком уверенный в своей всесильности, но если бы не эта разлука, он, быть может, так и не понял бы. Не понял бы, что имея, кажется, все прелести этого мира, он на самом деле не имел ничего. Ничтожное ничего. — Ты не веришь мне? — спрашивает, а сам уже к смерти готовится, потому что Дженни так и продолжает смотреть на него своими круглыми глазами, будто пытаясь его насквозь прочитать. Да и ладно, пускай читает, Киму скрывать что либо больше нет необходимости. — Верю, — выждав ещё пару секунд, отвечает Джейн, отводя взгляд, и Тэхен заново рождается. — Но... — и он об это "но" спотыкается, снова умирает. — У меня просто в голове не укладывается, — она загребает пятерней волосы назад, тяжко вздыхая. — Ты... — Да, малая, тебе достался бандит, — нервно усмехается Ким, прекрасно понимая, чего Дженни так теряется в своих же словах. Не просто бандит, а предводитель шайки. Тэхен отвечает за души пятерых таких же, как и он, а за его душу, вот незадача, отвечает эта девчонка. Которую он год ждал, козни свои строил, ладони потирал, представлял в своей голове, как разложит её везде, где только можно, а теперь банально прикоснуться боялся. Казалось бы, вот она, рядом, только руки протяни, да к себе прижми и больше не отпускай никогда. Ким и сейчас себя еле сдерживал, ладонь так и тянулась к ней, рядом сидящей, но это и будет его ещё одним наказанием — держать своих бесов в узде из-за всего того, что до этого творил. Хотя, больше пугало то, как отныне девушка будет к нему относиться? Он же преступник. Самому почему-то тошно в своей голове произносить эту фразу, но это так. Тэхен не изменит этого, по крайней мере, сейчас, когда он зависит от мафии. Стоило лишь вспомнить о Марке, желание пристрелить того вдруг возникало в душе, хотя до этого ему туда проход был настрого запрещён. Хоть сейчас вспрыгни, пойди, да прибей придурка, а заодно и его платинового урода, да только изменит ли это что-то? Ким с себя грехи за все преступления таким образом не снимет, только руки в крови замарает, чем только хуже сделает. Но что делать с этим неистовым желанием смыть с себя эту грязь? Ведь Дженни её отчётливо видит, Тэхен весь в ней — во лжи, в грабежах, в грехах. Лучше бы он был обычным напыщенным бабником, внезапно осознавшим, что ему лишь она одна нужна, так нет же... в его случае все намного труднее. Да, он признался девчонке во всем, снял с себя этот обман, но это ничего не поменяло. Он как был злом, так им и остался. И юноша прекрасно читал все эти же эмоции в глазах Дженни. Она смотрела на него прямо, смело, но все равно было в этом взгляде что-то, что неприятно корябало где-то под рёбрами.

— Боишься меня из-за этого? — спрашивает Тэхен, нервно вбирая воздух. Уже ждёт, что она либо удивит его своим ответом, либо соврет, Тэ в любом случае поймёт все по её милому полюбившемуся ему лицу, эмоции на котором он читает с ходу. Но, вместо того, чтобы ответить, девушка вдруг подаётся вперёд и, неожиданно для самой себя, окольцовывает шею парня, а сама кладёт голову ему на плечо и прижимается так близко, так крепко, что Ким, до этого глубоко воздух вдохнувший, так и не выпускает его обратно. Вообще на пару секунд дышать перестаёт, ощущая, как тепло от её тела мгновенно ему, замершему до синих пальцев, передаётся, тут же начиная растапливать. Тэхен никогда и никого не убивал, но прямо сейчас понял — что убил бы ради этого ощущения, если бы пришлось. Не решая замереть столбом, как в прошлый раз, когда Дженни кинулась его обнимать тогда в лесу, Тэхен тут же своими ладонями вверх по её спине проводит, носом в её волосы зарывается, сам в себя ещё крепче вжимая. Ему это чувство, в которое он с головой сейчас нырнул, только снилось прошлые дни. Дни, в которых её не было рядом, но была в мыслях. Ким зависим от этого, и юноша уже не хочет разбираться, это все из-за родства душ или из-за чего-то другого, абсолютно все равно. Он ради этой зависимости жить готов, когда ты просто прикрываешь глаза, водя носом по её щеке, слушая её сбитое дыхание, и не думаешь больше ни о чем просто. Нет никаких мафий, нет никаких проблем, грабежи, ошибки, разорванные в клочья нервы — все это остаётся где-то в темноте, из которой Тэ выбирается только тогда, когда её к себе прижимает. Юноша слегка отталкивается назад, заставляя девушку недоуменно на него посмотреть, и лбом к её лбу прижимается, медленно ведя ладонями по её телу, перемещая их с её спины на талию, некрепко сжимая. Дженни в этот момент снова прошибает будто. Так и не привыкла все ещё к тому, что кто-то может касаться её так, быть рядом с ней настолько близко, что аж дух захватывает. Но нет больше причин боятся, её надежда не оказалась напрасной. Вот только... — Только не ври мне больше, хорошо? — едва различимый шепот вылетает из её уст. Она поднимает свой взгляд, понимая, что между их глазами буквально жалкие пара сантиметров. Сбито дышит, не выдерживая этого напряжения. — Хорошо, солнце, — на секунду улыбается Тэхен, понимая однако всю громоздкость сказанных слов. Нельзя просто так обещать такое, нельзя раскидываться такими громкими словами, но для парня ещё раз соврать Дженни собственной мучительной смерти равно. Второго шанса ему больше точно никто не даст и то, что девушка его простила, более того, сама к нему пришла — огромная удача, в которую тяжело поверить. Тэхен все еще до конца не верит в реальность происходящего, хотя уже даже тепло её ощутил, дыхание на своём лице почувствовал. Он хочет большего. Подогреваемый этой мыслью, Тэ аккуратно голову вбок кренит, подаваясь вперёд, соединяет их уста в лёгком, не настойчивом поцелуе, как в тот первый раз, который грозился стать последним.

Не станет.

Потому что Тэхен её каждый день целовать хочет, будто ежедневная процедура. Потому что это так-черт-возьми-прекрасно, которое скрещивается с позволь-мне-целовать-тебя-вечно. Просто позволь. И Джейн позволяет, даже не вздрагивает тогда, когда парень вдруг резко перемещает свои ладони ниже её спины, подхватывая девушку и усаживая на себя. Руби банально не успевает сообразить, что произошло и как она оказалась сидящей на нем. Тэхен не даёт ей сообразить, неистово желая показать своей девочке, что целоваться можно и немного по другому. Ему больше не нужны опытные губы и руки, обласкавшие не одно тело, ему нужна Дженни. И он её всему научит, пусть даже не сомневается. Просто постепенно, ведь не заметить, как девчонка напряглась, вжав свои дрожащие пальцы ему в плечи, когда почувствовала его горячий язык, скользнувший в её рот, было сложно. Тэ даже заметил едва ощутимую попытку Дженн остановиться, но разве он мог? Гонимый мыслью, что ещё совсем чуть чуть, ещё пару движений и он точно отпустит и без того уже взлонованную девушку, Ким и сам не замечал, как эта мысль растворялась, уступая место огню внутри, что разгорался все быстрее. А когда Дженни, вдруг осмелев, ответить ему попыталась, Тэхену вообще крышу снесло. Он довольно зарычал в поцелуй, уже не совсем понимая, что делает, и начал водить своими руками не только вдоль её спины, но так же поднимая их и выше и опуская ниже, в наглую начиная лапать девушку. Везде хотелось коснуться, о чем до этого фантазировал только. А в голову как назло начали лезть картинки в виде девчонки, лежащей под ним. Как же она будет стонать... Парень оторвался на секунду, пытаясь вернуться в реальность. Не получилось. Он даже почти не увидел её слегка растерянного лица, дрожащих ресниц, настолько пелена желания ослепила его. А потому Тэхен продолжил, теперь уже намного смелее впиваясь снова в её губы, не давая продохнуть, не обращая внимания на слегка притормаживающие его ладони Дженн, что вцепились ему в грудь пытаясь оттолкнуть. Пытаясь, но не отталкивая. По началу девушке и самой голову вскружило, она и не знала, что это настолько приятно. Каждую секунду она ощущала его руки, скользящие по её телу, прижимающие к себе ближе, не позволяющие оттолкнуть. Вот только бабочки в животе умирали перед непонятным страхом, заполоняющим все внутри, заставляющим пальцы дрожать. Она не боялась Тэхена, скорее того, чего он мог сделать. Дженни сама от своих мыслей краснеет, едва ли понимает, что тут же под землю провалится, когда ей в бедро начнёт упираться... ну нет, это надо срочно остановить. И Руби, таки взяв всю волю и все силы в кулак, с громким чмоком отрывается, а точнее отрывает юношу от себя, поочерёдно смотря в его тёмные глаза, в которых отчетливо уже желание читается. Она знает, что он хочет. Да юноша сам ей толково объяснил, для чего она ему изначально нужна была. Конечно, он давно не мальчик уже, тем более, целый год её ждал, но Дженни все равно с этим страхом перед близостью справиться не может.

Тут ещё в голове, как назло, давняя информация, на которую девчонка где-то в интернете наткнулась, всплыла. Вычитала, что с родственными душами этим намного приятнее заниматься, мол, даже самый умелый вам таких ощущений не подарит. Любопытно, но боязно. Дженни сглатывает, метаясь между огнями. Точнее, огонь тут один, и он — в глазах юноши сейчас. Так страшно и одновременно так влекуще в нем сгореть, но сегодня как-то не хочется этого делать. Девушка, опираясь о его плечи, хочет с него слезть, но, едва ли на его бёдрах ерзает, тут же понимает, что делать этого не стоило, ведь парень на секунду глаза прекрывает, нервно шеей дергая. Пытается с возбуждением справиться. Упаси Боже, принуждать, уговаривать её. Тэхен это все прекрасно понимает, но, черт, он уже и не припомнит, когда последний раз хотел так сильно кого-то. А она одним своим видом, сама того не зная, добивает. Сидит на нем, ерзает все время, сбито дышит, обжигая своим дыханием, что у Кима у самого дыхание сводит. Сейчас бы просто опрокинуть её, нависнув сверху, впиться, сорвать одежду, позволить этому пожару сжечь их обоих. Тэ от одних лишь мыслей уже кончить готов, но только слепой не заметил бы, как она дрожит в его руках, все еще сжимающих её за ягодицы. Дженни даже через слой одежды эти прикосновения обжигают, усидеть на месте вообще невозможно, хочется слезть с него поскорее, но девушка боится сделать лишнее движение, понимая, что юноша на грани почти.

Тэхену не привычно ужасно, но раз это его новая реальность, то взамен за все то, что Джейн уже ему сделала, он будет ждать столько, сколько понадобится. Не животное же, хотя соблазн поддаться инстинктам сейчас велик, как никогда. Но, каким то чудом переборов себя, юноша убирает свои руки оттуда, куда ему их вообще не стоило помещать и аккуратно и нехотя снимает девушку с себя, тут же понимая, что у него встал почти, пытается в срочном порядке затмить свою голову чем-то, отключить неведомым способом эти картинки, где девушка под ним стонет. Аж головой на секунду из стороны в сторону машет. — Я отвезу тебя домой, — запинясь от все еще не отпустившего возбуждения, еле как выговаривает хрипло, но в ответ тут же слышит отчаянное: — Нет! — и юноша недоуменно смотрит на Дженни, а та, заправив свои растрепанные волосы за уши, тут же глазами заметалась. — Я... я отправлю родителям смс, что осталась у подруги.
Тэхен расплывается в полу-улыбке. — А сама останешься со мной? — он игриво кренит голову вбок, наблюдая за тем, как слегка опухли её губы. Да уж, не смотреть на них безумно сложно. Тэхен сглатывает, еле как заставляя свои глаза отвести. Возможно, безопаснее было бы её отвезти. В противном случае, всю ночь Ким будет проверять свою выдержку, а находящаяся рядом девчонка будет играть на струнах его контроля. — Ну если ты против, — усмехаясь и скрещивая руки на груди, произносит Дженни, но тут же замолкает, едва ли юноша вдруг снова свое лицо приближает. — Ты что, малая, я только за, — он играет бровями, а Джейн глаза закатывает. — Оставь свои замашки извращенца, Тэхен, — в шутку, а вроде как и всерьёз, говорит, а вроде как и просит она, следя за его реакцией. — Ооо, рано ты меня начала извращенцем называть, — Тэхен падает спиной на кровать, раскидывая руки. Выдыхает, понимая, что вроде бы успокоился. — Если это рано, боюсь представить, что будет, когда будет поздно, — смеётся Дженни, а сама за смехом свой страх скрыть пытается. Но так не хочется к родителям ехать. А когда Тэ на неё в ответ смотрит, девушка понимает, что точно никуда не поедет. — Тебе вообще давно спать пора, — кивает он. — А ты? — вскидывает брови Ким. — Обратно в бар пойдёшь?
— Нет, — юноша снова поднимается, опираясь ладонями позади себя. — Так что готовься к тому, что все одеяло я буду перетягивать на свою сторону.

***
Не перетягивал. Все время её укрывал. Снова. Прямо как в ту самую ночь у него в доме, когда Тэ, не сумев напиться, вернулся в комнату с уже спящей девчонкой, полный разных дум и противоречий. В ту самую ночь он окончательно сбился со своего изначального плана, да это и к лучшему, как оказалось. Этой ночью Тэхен тоже был полон мыслей, долго не смог заснуть, вот только сегодня, в отличие от прошлого раза, он не лежал в метре, хмурясь и разглядывая в темноте её лицо, пытаясь понять, что же она творит с ним, а был совсем близко. А когда убедился, что девушка заснула, даже слегка приобнял её, пододвигая к себе поближе. Рассматривал черты Дженни вблизи, теперь уже не задаваясь беспокойным вопросом, что она с ним делает. Она уже сделала. Тэ ещё в полной мере не понимал всего того, что чувствует к девушке, но отчётливо ощущал желание быть рядом и иметь возможность прикасаться к ней тогда, когда хочет. В ту далёкую ночь это казалось чем то неестественным и противоречивым, туманным. Сейчас же все встало на свои места. Тэхен слегка улыбался, в темноте заправляя локон Дженн за ухо, иногда не сдерживался, подаваясь вперёд и слегка целуя её в лоб, но тут же отстранялся, надеясь, что та не проснётся. Она ведь захотела провести эту ночь с ним, что приятно удивило юношу. Ведь это значило, что её страх к нему рассеивается, что она ему доверяет, знает, что он не причинит ей боли. Больше не причинит. Ким безумно ценил это, понимая, что должен оберегать её доверие и в принципе её, как самое в жизни дорогое. Но в том и была проблема. Пускай сердце парня и принадлежит этой малышке, разумом он понимает, что не может делать все лишь ради неё одной. У него есть Тигры. Тэхен их всех любит до безумия, пускай и бесят порой. Тэхен за них в ответе, они доверяют ему точно так же, как Дженни, и Тэ слишком боится подвести кого угодно из них. На двух стульях не усидишь. Пускай девушка этого напрямую не говорила, юноша прекрасно заметил все по её взгляду. Конечно её напрягает то, что её соулмейт – преступник, живущий темной жизнью. Что уж тут поделаешь, не принц ей достался, Тэ вообще не думал, что хоть когда-то начнёт... встречаться с кем то, что ли. Типа, не секс на пару ночей, а прям отношения. Это не входило в планы парня при том раскладе, что он являлся и является главным среди своей банды. Не продуманно получилось, ведь три года назад, едва ли вступая на путь преступный, Ким был так уверен, что всю жизнь будет бандитом, что разом исключил все другие пути своей жизни. Он видел лишь одну дорогу – усыпанную награбленными деньгами, грабежами, новостями в интернете о том, что был совершен очередной налёт тех, кого все не могут поймать. Ох, как Тэ любил читать это вместе с парнями, усмехаться. Жизнь, во истину, шутка странная. В восемнадцать тебе кажется, что ты отчётливо видишь свой путь, знаешь, кем ты хочешь быть, думается, что судьба твоя известна наперёд, план начертан, дорога проложена и ничего нежданного не произойдёт. А потом в двадцать один происходит взрыв, оглушающий такой, и ты внезапно осознаешь, что все то, чем ты жил до этого и чем думал жить до скончания дней – и не твоё вовсе. Точнее, оно было твоим, но все меняется. Нет, Тэхен не загнется, если и дальше будет жить разбоем. Он в этом деле стоит уверенно на обеих ногах, мало того, рядом с ним ещё пятеро стоят. Его движения отточены, а мозг подстроен под то, чтобы совершать преступные дела. Беда лишь в том, что Тэ не хочет жить так всю свою жизнь. Буквально пару недель назад понял, и эта мысль не даёт покоя более. Раньше у него ничего, кроме воровства, не было, а теперь есть. Вот она, рядом лежит, морщит нос во сне, неосознанно к нему ближе льнет, трогать себя позволяет, целовать, несмотря на то, что так жестоко с ней обошёлся, в лицо выплюнув страшную правду. Дженни и правда ребёнок ещё. Вот только совсем не глупый ребёнок. Ким знает, что она однажды спросит у него, как долго ещё он собирается быть тем, кем является сейчас. К сожалению, Тэ не знает ответа на этот вопрос. Ведь если ты являешься злом, наживающимся на других, то ты не можешь просто по щелчку пальцев стать обычным человеком. Но это все таки возможно, и Тэхену даже есть, ради кого. И в то же время он не может, потому что он не сам по себе. Он в банде, и пускай все его слушаются, Тэхен не может просто прийти и сказать: "Ребята, а давайте ка перестанем быть преступниками, вернёмся к обычной жизни?". Невозможно. И Ким знает, что Дженни, его девочка, это понимает, но он так же знает, что её напрягает тот факт, что она находится в отношениях с преступником. Такое чувство, будто жизнь снова пытается загнать парня в тупик, носом его ткнуть в безысходность. Ну ничего, Тэ что нибудь придумает, обязан придумать, иначе в какой-то момент ему придётся выбрать между теми, кого он любит, и той, которую он любит. Этот выбор сделать будет нереально, и, дабы не допустить того, что бы пришлось выбирать, надо начинать действовать уже сейчас.

Утро Тэхена впервые за долгое время является безумно добрым. Как минимум, оно начинается с того, что парень просыпается оттого, что Дженни его разбудить пытается. Открывать глаза и видеть перед собой её лицо – что может быть лучше? Но Тэхен всегда найдет способ, как сделать все лучше, а потому он внезапно для девчонки перехватывает ту за руки и, перебрасывая через себя, аккуратно валит на кровать, нависая сверху, и долго целует, забирая у девушки очередной поцелуй для себя. Да что там, она все их будет только ему отдавать, хотя и один нагло был отобран каким-то сопляком. Вдруг вспомнив об этом, Тэ отрывается от слегка изумленной девушки и, придавливая её запястья к постели, смотрит долго и презрительно. Руби не понимает, в чем дело, хмурит брови, уже намереваясь спросить что-то, как Ким её опережает: — С кем ты целовалась тогда? — спрашивает он требовательно. Джейн первую секунду все так же ничего не понимает, но потом до неё доходит. Она вскидывает брови, а по телу мурашки неприятно пробегают. Он видел её поцелуй с Джексоном. Так ей не показалось тогда, что Тэхен где-то рядом. — Какой-то светловолосый скейтбордист, — продолжает напирать Ким, а в самом шутка с сердитостью перемешалась, превращаясь в ревность. — Это мой друг, Джексон, — невозмутимо отвечает Дженни, тут же замечая растущее напряжение в глаза сверху. — Я поцеловала его потому, что проиграла спор. Мы спорили ещё до того, как я узнала до тебе. — Да-а? — протягивает Тэ, вновь ближе наклоняясь. — И на что спорили? Дженни нервно вдыхает, когда парень проводит своим носом по её щеке, обжигая своим дыханием, хочет руками дернуть, да те крепко к постели прикованы его даже слегка больной хваткой. — Малышка, я жду ответа, – все не унимается Ким, вновь их глаза на одном уровне держа, а бедная девчонка и слова вымолвить не может из-за очередной внезапной близости. Но надо ответить, а то ещё сделает с ней что нибудь за то, что молчит. — Мы спорили на то, что я никогда не буду со своим соулмейтом, что никогда не влюблюсь в него, — говорит это все на одном дыхании Дженни, тут же щеку нервно изнутри кусая. Тэхен мгновенно расплывается в довольной усмешке, а в глазах привычный лисий взгляд. Дженни уже начинает готовиться к тому, что юноша выкинет что нибудь, но тот, будто растерявшись на секунду, резко отпускает её, поднимаясь и позволяя девушке подняться. Ким отводит взор, дабы Дженни не увидела этой резко наступившей растерянности после осознания её слов. Она его любит. Он её тоже. Вот только между ними пропасть из всех тех грехов, что на Тэхене есть. И пускай Дженн специально глаза вниз не опускает, дабы эту бездну не видеть, Тэ сам её взором прожигает. И додумалась же судьба свести преступника и невинную девчонку. — Дженни, мне надо тебе кое-что сказать, — и девушка после этих слов вся напрягается, уши навостряя, пока Тэ с мыслями собирается. — Я... я не просто преступник, я главный среди банды, — он смотрит ей в глаза. — И с недавнего времени мы работаем на одного очень плохого человека, которому вынуждены подчиняться. — И этот человек заставляет вас делать что-то плохое? — растерянно спрашивает Дженн, понимая, что все, что делает Тэхен и его ребята, вообще-то, плохо.

Наказуемо.

— Да, — честно отвечает юноша, а взгляд его мрачнеет. Он опять борется с самим собой, но понимает, что надо сказать девушке правду, ведь ещё вчера он поклялся никогда ей более не врать. – Я не должен грузить тебя этим, но... — Но что? — по голосу её слышно, как с каждой секундой тревога в душе Джейн растёт. — Говори.
Тэхен запрокидывает голову, выдыхая. — Мне придётся убить кое-кого.
Лицо Дженни тут же бледнеет. Она испуганно хлопает глазами, ловя на мимике парня каждую противоречивую эмоцию. Конечно девчонка понимала, что Ким не святой, что много плохого делал, наверное даже то, о чем ей знать не стоит, но Руби до последнего надеялась, что крови на руках юноши нет. — У-убить? — запинаясь, шепчет девушка, не понимая, как ей реагировать на это. Да, теперь парень рассказывает ей свою правду, вот только она все хуже и хуже с каждым разом. В голову в этот момент ещё и врывается вчерашняя фраза о этом спасении, помощи друг другу. Дженни не понимает, как можно помочь. Она слишком мало знает про преступную жизнь Тэхена, чтобы что-то советовать ему, да и навряд ли девчонка хоть что-то будет в этом смыслить. Трудно свыкнуться с тем, что человек, пригревший её душу и сердце, наносит вред другим. Простым людям, мимо которых Джейн проходит по улице каждый день. Не то, чтобы этот факт вызывал в ней отвращение к юноше, но Дженн не могла просто принять то, что Тэхен... как бы это сказать... Хороший для неё, плохой для остальных. — Слушай, — набирается смелости она, протягивая руку к парню и аккуратно располагает ту на щеке юноши, поворачивая его голову в свою сторону. — Я не знаю, насколько у тебя там все запутано, лезть и указывать тебе я тоже не осмелюсь, — вздыхает она. — Но я знаю лишь то, что если ты не хочешь этой смерти, кому бы она не предназначалась, ты не должен обрекать на неё другого, — Дженни пододвигается ближе. — Я очень боюсь за тебя, Тэхен.
Она поочерёдно смотрит в его тёмные глаза, видя в этом мраке свое отражение. Ситуация принимает совсем не шуточный оборот, и девчонка переживает за того, с кем связала её судьба. Пока в голове гимном звучат слова Чимина, девушка пытается прочитать во взоре юноши молчаливое обещание о том, что он не совершит того, чего не хочет. К счастью, уже через пару секунд на лице Тэхена появляется улыбка, пускай и слегка натянутая. — Все будет хорошо, малая, — он кладёт свою ладонь поверх её, хотя сам в эти слова не верит.

***
Резкий звон мобильника заставляет мужчину раскрыть глаза, мгновенно дернувшись. Затекшая за всю ночь шея мгновенно дала о себе знать, тут же ноюще заболев. Чунмен нахмурился, а звонок и вибрация мобильника продолжали действовать на нервы, так что следователь незамедлительно потянулся к телефону, отвечая на звонок. — Да? — сказал он заспанным недовольным голосом. — Чунмен, здравствуй, — с того конца трубки послышался голос Ким старшей, и Ким тут же встрепенулся. — Прости, что беспокою так рано, но Дженни не вернулась сегодня ночью домой, — на этих словах Ким окончательно взбодрился, ведь он вспомнил, зачем карауил всю ночь в машине у подъезда девчонки. — Она писала, что останется у подруги, но, как выяснилось, Дженни покинула дом Лисы ещё вчера поздно вечером... — голос женщины дрогнул. В Чунмене и в самом какая-то резкая паника поднялась. Особенно становилось страшно за их дочь при том факте, что её соулмейта зовут так же, как и одного из потенциальных преступников из банды Тигров. Кто знает, быть может, этот урод перехватил бедную девочку где-то по дороге... Сухо резко такая злость пробрала. Он сжал кулаки, уже готовясь перевернуть этот город вверх дном, но найти дочь своего друга, как вдруг взгляд его заспанных, но внимательных глаз ухватил черную бмв, заезжающую во двор и подьезжающую ровно к подъезду девушки. Сначала следователь насторожился, а затем резко вскинул брови, едва ли из машины вышла... Дженни?

Целая и невредимая. Более того, помахавшая кому-то, кто сидел в тачке, перед тем, как двинутся к подъезду. — Не беспокойся, Лиен, я займусь этим, — невозмутимо произнес мужчина, в момент успокоившись. — Хорошо, а то я безумно переживаю, — не унималась встревоженная женщина, но её можно понять. Её дочь соврала ей, всю ночь проведя не у подруги, а у, видимо, какого-то парня. Ким быстро догадался, что это может быть тот самый Тэхен. — Не переживай, — успокоил Ким старшую Сухо, сбрасывая и, проследив взглядом девчонку, заходящую в подъезд, а затем переведя взор обратно на бмв, нервно усмехнулся, тихо прошептав себе под нос. — Вот же ловелас... ну ничего, сейчас мы узнаем, кто ты. Конечно мужчина понимал, что это прекрасный момент, чтобы проследить за этим странным Тэхеном. Так что Рено выехала вслед за бмв со двора, аккуратно следуя за ней по улицам. Чунмену прямо таки не спускал с интересующей его тачки пристального взгляда. Вот только боль в шее, да и вообще во всем теле безумно отвлекала. А все почему? А все потому, что мужчина, черт возьми, провел ночь в своей Рено. Вчера ближе к вечеру Ким подъехал к подъезду девушки, ожидая, когда та вернётся домой от своих друзей, дабы... честно, Сухо даже не представлял, что ему стоило сделать, чтобы настолько испугать девочку, дабы та почувствовала страх, дабы приманила свою родственную душу. Впервые в своей жизни юноша надеялся на импровизацию, но, к счастью, она не пригодилась. Ведь, томно дожидаясь Дженни, Чунмен заснул прямо в своей тачке. Ужас какой. Но теперь Ким был благодарен своей вчерашней усталости за то, что склонила его в сон, ведь он проснулся ровно в тот момент, как Дженн все таки вернулась домой. Вот только не пришлось её ловить, приманивать соулмейта, так как тот сам прискакал. Вон он, едет через тачку от него по главной улице. Сухо нервно сжимал руль пальцами, а взор его ни на секунду не отрывался от бмв, что чёрной лошадкой выделялась среди остальных тачек, приковывала к себе внимание, буквально кричала "смотри, во мне едет преступник". Хотя Ким ещё не убедился в том, что это именно тот Тэхен, который ему нужен, он с каждым мгновением почему-то все больше верил в это. Интуиция подсказывала. И вроде все шло гладко, пока бмв вдруг не начала странно вилять, объезжая один район за другим на два раза. Мужчина тут же напрягся, понимая, что его, скорее всего, спалили и тот, кто едет сейчас в бмв, пытается проверить это. Но выхода не было, Чунмен не мог упустить потенциального бандита сейчас. Номер машины нет смысла запоминать, ведь такому преступнику, как он, не составит труда поменять номер. И он пропадёт, растворится. А в данный момент глаза Кима все еще смотрят на чёрный бампер, не хотят из видя выпускать. Сухо не выпустит. Тигров надо загонять в клетку. Тем временем, напряжение росло. Бмв, скоро перестав вилять, теперь направилась в какие-то закоулки, машин и людей вокруг становилось все меньше. В конце концов, два автомобиля просто остались наедине, ведь бмв заехала в закоулок между стенами высокого старого дома, где не было ни единой души, и остановилась. Сухо тоже нажал на тормоз, паркуясь в метрах десяти. Продолжал прожигать внимательным взглядом тачку спереди. Сомнений в том, что в чёрной лошадке сидит тот, кто ему нужен, почти не осталось. Следователь уже начал пытаться догадываться, что же тот бандюга задумал, раз завез его один на один в этот переулок. Тет-а-тет решил им устроить? Мужчина убедился в догадке, когда дверца бмв вдруг открылась и оттуда вышел парень лет двадцати-двадцати двух, крепко сложенный, с такими же черными, как и его тачка, волосами и хмурым, но хитрым взором, который он тут же смело направил на стоящую позади Рено. Чунмен аж брови от удивления вскинул, на секунду все таки усомнившись в том, что этот парень преступник. Разве стал бы один из Тигров так открыто палить свое лицо? Ким выдохнул нервно, потянувшись к ручке, и тоже медленно выходя из машины, тут же устанавливая с парнем зрительный контакт. В глазах того не было ни капли страха, что приятно удивило Сухо. А что, если он вышел на самого главного из банды? Во истину, этого юношу можно было сделать главным лишь из-за взгляда тёмных, повидавших много, глаз и высоко вздернутой головы. А еще смекалки, ведь додумался же завести их двоих сюда, где нет чужих глаз. Только бандит и тот, кто хочет этого бандита поймать. — Надо полагать, ты Тэхен? — громко спросил Чунмен, оставаясь подле своей машины. На всякий. Мало ли что этот придурок выкинет. Тэхен же усмехнулся. Оглядел следователя с ног до головы, будто оценивая. — Надо полагать, ты Ким Чунмен, — в ответ поприветствовал он его так же странно, но тут же задал вопрос. — Вот только откуда тебе известно моё имя?
Сухо ещё раз удивился сообразительности этого паренька. Вот ведь не говорит ничего такого и не ведет себя так, чтобы сразу на него клеймо бандита повешать, но в то же время не остаётся сомнений в том, что перед ним – один из Тигров. Сухо видит его невидимый полосатый хвост, по глазам того все читает. Тигрёнок хочет поболтать? Что же, почему бы нет. — Да вот, — засунув руки в карманы тёмных брюк и сделав деловой вид, начал мужчина. — Копал не так давно под одного преступника... и накопал там твоё имя. Секудное напряжение пробежало в глазах Тэ, но Чунмен этого не заметил. Парень нервно поиграл желваками, прекрасно понимая, про какого такого преступника говорит этот урод. — Копать ты умеешь, — признал Тэхен. — А вот следить не очень, я заметил тебя в тот же момент, как ты со двора за мной выехал. — Со двора Дженни, попрошу заметить, — вскинул руку Чун, пытаясь понять, как отреагирует этот хищник при имени своей родственной души, но Тэхен оставался невозмутимым. Прекрасная выдержка, тут явно годы преступных тренировок сыграли свое дело. — Ты её соулмейт, верно? — А ты ей кто? — раздраженно выплюнул Тэ. Рука бандита уже зачесалась. Надо бы поскорее вытянуть пистолет с глушителем, что припрятан сзади, да выстрелить в этого ублюдка. Тот даже среагировать не успеет. — Я её друг, и друг её отца, — честно ответил Сухо. — Признаться, я удивлён, что она в порядке, учитывая, кто ты.
Тэ расплылся в злой улыбке, опуская на секунду голову. Признаться, он и сам удивлён, но ни капли не сожалеет об этом. Дженни в порядке и она будет в порядке, потому что ради неё Тэхен точно убить сможет. Никто не встанет между ней и ним, и если этот следователь намекает сейчас на это, то Тэ реально пустит ему пулю в лоб. Всего один выстрел. Так чего медлить? Ублюдок давно понял, кто перед ним стоит, а раз он уже и лицо его видел, и имя знает, то надо его убирать. Словно молния на ясном небе сверкнула, настолько быстро Тэхен достал из-за спины пистолет, направляя дуло на ошарашенного мужчину. Тэ и сам удивился своей ловкости, придурок Сухо успел лишь руками всплеснуть и сделать отрешенный шаг назад, но уже через мгновение собрался, нервно сглотнув. — Убьешь меня? — прищурился он. Потому что видел сомнение в глазах парня. Да, тот держал пистолет уверенно, поглаживая пальцем курок, вот только взор его буквально кричал:

"Если ты не хочешь этой смерти, кому бы она не предназначалась, ты не должен обрекать на неё другого". Хочет ли Тэ на самом деле смерти этой занозы или им движет приказ Марка? С одной стороны, убить бы сейчас следователя, доказав тем самым мафии свою верность, да поближе к последнему подобраться и его тоже убрав. Получится ли у Тэхена? Он не имел ни малейшего понятия. С другой, он может не убивать Сухо, прислушавшись к словам своей малышки, которая его даже темным злом приняла. Не отвернулась, простила. А он пообещал ей не врать, но не убивать он ведь не обещал, верно?

Но что будет, когда она узнает... А она узнает, ведь Чунмен, как оказалось, друг их семьи. И что ответит парень, когда Дженни у него напрямую спросит, был ли он убийцей следователя? Тэхен не сможет соврать, иначе умрёт в ту же секунду, но он знает, что эта кровь на его руках снова черту между ними проведёт. Второй раз юноша её уже не переступит. Сморгнув возникшую пелену перед собой, Тэхен, поколебавшись ещё секунду, вдруг медленно опустил руку, слыша, как выдох облегчения вылетает из мужчины. Тот ведь действительно испугался. — Вообще-то, надо бы убить тебя, — тут же выпалил Тэ, взглядом его убивая заместо пули. — Приказ мафии ведь. Сухо тут же встрепенулся при упоминании того, кто весь город в страхе держит уже долгое время, кто его отравляет, уничтожает, умертвляет. Тот самый, кто убрал прошлого следователя, на пост которого и пришёл Ким. Мужчина решил не переходить пока дорогу главной занозе города, и потому до сих пор оставался жив, однако, видимо, его игры надоели тому, и вот он пришёл за ним. Пришёл в облике одного из Тигров. — Так вы связаны с Марком? — нервно спросил Ким. — О, тебе известно его имя, — усмехнулся Тэ, все продолжая пистолет в руке крутить. — Да, все никак не подберусь к нему. — И не поберешься, — уверенно заявил парень. — Даже я не в силах сделать что-то против него, куда уж тебе. Сухо вскинул брови. — А ты имеешь что-то против мафии? Тэхен не ответил, но следователь прекрасно понял ответ по его глазам. Выпрямился, а в голове мгновенно план-капкан родился. — Ну раз так, — воодушевленно произнес он. — Думаю, нам есть, о чем поболтать.

***
Надо признать – впервые за все годы девушке пришлось отчитываться, пришлось выслушивать недовольные выкрики разволнованной Ким старшей. Хорошо хоть отец был уже на работе, а то и от него бы досталось. Вообще-то Дженни никогда не ругали, если девчонка где-то задерживалась или внезапно оставалась на ночь. Родители доверяли дочери, и та подумала, что отмазаться тем, что она осталась у Лисы, получится и в этот раз... но не получилось. Мать заподозрила, что дочка уж слишком часто остаётся у одноклассницы, а потому на утро позвонила родителям той. Как выяснилось, Ким младшая покинула дом Лисы ещё вчера вечером, и где она была всю ночь – неизвестно. У женщины тут же паника поднялась, а так как телефон дочери был разряжен, тут же в спешке начала звонить Чунмену. Кому ещё, как не ему. Он ведь из полиции, он должен как-то помочь. Но, какого же было удивление Лиен, когда Дженни позвонила в домофон, едва ли Ким сказал не переживать и сбросил трубку. — Джейн, я требую объяснений, — прямо с порога после бурного недовольства, поставив руки в бока, сказала женщина. Девушке осталось лишь вздохнуть тяжко, да попытаться сходу что-то сообразить. Но та поняла лишь то, что в этот раз прикрыться Лисой не прокатило. Что же, эта отмазка должна была когда-то перестать работать. — Где ты была всю ночь? Рассказывай, — такой строгой Ким старшую редко увидишь. — И как долго ты уже врёшь мне, что остаешься у Лисы?
Дженни поджала губы, виновато смотря на мать. Нет уж, продолжать врать не стоит, надо рассказать все, как есть, тем более девчонку кошки скребли за то, что от родителей все скрывала. — Я была у Тэхена, — тихо, но честно ответила та, неосознанно сжимаясь, боясь того, как отреагирует мать. Та вскинула брови. Пока не было понятно, рассержена она или просто удивлена. — У Тэхена? — переспросила она. — Да, если ты не забыла, он мой соулмейт, — Джейн начала разуваться, переставая смотреть маме в глаза, дабы хоть как-то снять напряжение. — И я провожу с ним время. — Но почему ты не сказала мне? — развела руками женщина. — Я ведь только рада, что ты с ним... — она запнулась, вдруг потянувшись за телефоном. — Надо срочно набрать Сухо, сказать, что ты в порядке. — Ты уже и Чунмену успела позвонить? — изумилась девушка, закатывая глаза. — Да ладно, ма-ам. — Не мамкай, — шикнула та, прислоняя мобильник к уху и покорно ожидая, пока услышит на том конце мужской голос, но отвечал ей лишь автоответчик. — Занят, — выдохнула она. — Видимо, все силы уже кинул на твои поиски! Дженн обречённо вздохнула и, решив дальше не выслушивать претензии матери, поплелась в свою комнату. Точнее, полетела. Потому что у неё со вчерашнего вечера будто выросли крылья. Джейн буквально переполняли радостные эмоции, заставляющие её хотеть завизжать со всей силы, что аж сдерживать себя приходилось. Но, зайдя в свою комнату и закрыв за собой дверь, девушка мечтательно вздохнула, сползая по двери вниз. На душе так легко и приятно. Конечно, после недели мучений, терзаний, принятия раздирающих чувств, попытки осознать всю горечь происходящего и сдерживания слез, она наконец таки взглянула в его глаза. Глаза, которых уже не боялась. Сейчас, сидя в своей комнате и пытаясь не раскричаться от всего того, что внутри творилось, Дженни поняла, что её впервые посетила мысль о том, что она рада, что в её жизни появился Тэхен. Ведь по началу она хотела даже избавиться от него, затем допустила короткую мысль о том, что, возможно, у них могло что-то получиться, после чего её резко выдернули из своих грез, показав всю подноготную, всю серую реальность. А теперь... теперь девушка понимала, что если ей и нужен соулмейт, то только такой, как Тэхен. Как бы это странно не звучало, с ним не скучно, и он заставляет чувствовать то, что раньше девчонке было недоступно. Пускай ей все еще немного непривычно, что кто-то может быть с ней так близко, усаживать на себя, целовать. Дженни покрылась мурашками и слегка покраснела, вспоминая его прикосновения. Сейчас она готова была сгореть от стыда из-за всего того, что было вчера поздно вечером, но именно вчера этого стыда не было. Было лишь желание чувствовать его вот так. Ещё бы пару месяцев назад девчонка на такой совсем не детский поцелуй сказала бы "фу", носом поворотив, а теперь понимает, что, черт возьми, Тэхен целуется просто потрясающе. Не то, чтобы Дженни было, с кем сравнивать, но то, что он делает, явно не заставляет её оставаться равнодушной. Тело отзывается, к нему в руки просится, что девушка аж за голову хватается, мотая ей из стороны в сторону. Ещё не хватало этих грязных фантазий. Но из подступающих грешных мыслей её вырывает стук в дверь и голос мамы: — Дженн, тут тебя Сухо к телефону. Ким тут же вскакивает, резко открывая дверь и недоуменно на протянутый телефон смотрит. Вскидывает одну бровь, догадываясь, что сейчас ей придётся ещё и от Кима порцию недовольства выслушать. Но, так или иначе, девушка берет в руку мобильник.

— Алло? — кусая щеку изнутри, спрашивает она. — Привет, Дженни, — голос мужчины то ли взволнован, то ли радостен. — Я задам тебе сейчас один вопрос, а ты пообещай, что ответишь на него честно, хорошо?
У девчонки по спине холод неприятный пробегает, но она, сглотнув, тихо отвечает: — Х-хорошо, — а сама уже боится, что не сдержит обещание, начиная в догадках теряться, что спросит у неё Ким. Повисает трех-секундная пауза, а затем раздаётся: — Ты знаешь, кто твой соулмейт такой? Дженни смаргивает. Тут же пытается понять, знает ли обо всем Сухо или просто догадывается и берет её на рожон. Кто её соулмейт такой? Преступник, главный среди банды, нахал, обманщик, а ещё просто парень, которого она любит. — Да, знаю, — решив ответить честно, почти без промедления говорит Дженни. — Это хорошо, потому что ты должна знать, что я заключил с ним сделку и велика возможность того, что твой тигренок не угодит за решётку. Джейн выпрямляется. При слове "решётка" её будто током бьёт, но она пытается успокоить себя, уже не впервые ощущая всю тяжесть сдерживаемых эмоций и продолжает слушать то, что говорит ей следователь, округленными глазами смотря перед собой.

***
Глаза всех пятерых были уставлены с особенной внимательностью во взглядах на Тэхена сейчас. Юноша собрал их всех в их доме, одних, без псов Марка, что следовали теперь за Тиграми по пятам. И это значило лишь то, что Тэ собирается сказать ребятам что-то действительно важное. На самом деле, каждый из Тигров ждал, что спустя некоторое время работы на мафию главный наконец соберёт их и скажет, как им действовать дальше, ведь было совершенно очевидно – что работать на Ким Марка, делясь с ним своей добычей, было не по душе, по крайней мере, большинству. Конечно, это было необходимо, дабы обеспечить Хосоку безопасность, но неужели из-за этого они теперь все время будут в услужении у этого мафиозника? А потому каждый из парней сейчас был готов внимать Киму, ведь один лишь вид того уже излучал что-то. — Джентльмены, — усмехнувшись, наконец начал Тэхен, в очередной раз прокручивая в голове разговор с Сухо, который произошёл буквально час назад. Дело принимает серьёзные обороты. Следователь предложил очень выгодную сделку, на которую Тэ согласился, не спросив даже своих ребят. Конечно, если все будут против такого расклада, какой он сейчас расскажет им, то Тэхен просто кинет Чунмена, но что-то парню подсказывало, что в данном случае их и следователя объединяет одна цель. — Я виделся с Чунменом.
Он специально не продолжает сразу дальше, желая высмотреть реакцию парней. Удивление. Изумление. Даже лёгкий испуг, всё это вполне ожидаемо было. — Ты... он видел твоё лицо? — вскинув бровь, спросил Юнги. Все остальные тут же напряглись. — Видел, — кивнул Тэ, опуская взгляд. — Но... — хотел было что-то сказать Джун, как Ким его перебил, вновь поднимая голову: — Я должен был убить его, — резко отрезал он. — Таков был приказ Марка, — юноша посмотрел в сторону Хосока и Джина, и те сразу поняли, за чем вчера вечером мафия вызывал к себе Тэхена. — Быстро же этот урод приказы начал раздавать, — возмутился Хо. — Но почему ты не убил его? — вопрос Чонгука моментально заставил главного обратить на того свой взор. Кажется, младший был единственным, кто не обрадовался тому, что Тэхен не выполнил приказ мафии. Тэ сразу заметил в его глазах недовольство, которое тот, однако, пытался скрыть. — Я сделал кое-что получше, Чонгук-а, — заявил Ким. — Я заключил с ним сделку. — Чего-о? — тут же послышалось со стороны остальных. Тэхен выдохнул, понимая, что это будет очень трудно объяснить, но этот договор с, по сути, врагом – выход, который Ким видел в сложившейся ситуации. Возможно, конечно, он слеповат в выборе выходов, ведь прошлый такой он видел в сотрудничестве с мафией, теперь же, чтобы отмазаться от первого, он решил посотрудничать с Сухо. Эдакий перебезчик. Но было ли Тэхену дело до предательства Марка? Нет. Он делал все ради своих ребят и только. И если ещё неделю назад мафия нужен был им, дабы избавить Хосока от проблем, то теперь сам Марк стал этой проблемой, от которой стоило избавиться. Всё ради своей выгоды – это девиз вовсе не бандитов, а обычных людей. — Малыш Чунмен-и, как оказалось, точит когти на мафию, да только не может или банально боится ему дорогу перейти, — начал Тэ. — И он мне предложил убрать Марка вместе... — Как это – вместе? — перебил его Джин. Тэхен усмехнулся: — Нам надо подставить этого мафиозника, господа, дабы он и его свита угодила в лапы Сухо, а тот уж разберётся, что с ними делать. — Добьется их пожизненного, известное дело, — смекнул Джун, тут же возразив. — Нам ведь это тоже обернётся боком. Но главный расплылся в усмешке. Он не настолько глуп, чтобы сотрудничать с одним из копов, не имея при этом выгоды, по сути, она и была толчком к тому, что Тэ вообще согласился. — С нас будут сняты все обвинения, а уголовные дела на нас будут уничтожены, — тут же воскликнул Ким, а глаза других моментально загорелись. Да уж, на них много дел заведено, было бы весьма неплохо, если бы все они канули в лету. — За то, что поможем ему разобраться с мафией? — уточнил Юнги. Тэхен кивнул. — Блять, так это же просто идеально, — радостно воскрикнул Хосок. Новость о том, что тюрьма им грозить отныне не будет, была самой главной причиной, почему юноша тут же выразил свое положительное к принятому решению отношению. — Убрать этого говнюка... — Будет непросто, — перебил его Тэхен. — Но мы справимся, мне лишь важно знать, готовы ли пойти на это? — он оглядел каждого из Тигров по очереди. Их лица не выражали однозначной эмоции. Оно и понятно – на кону принятие очень важного решения, с которым прежде парням сталкиваться не приходилось. Убрать мафию задача не из лёгких. Да, они сейчас ближе всех к нему, к тому же, подвоха тот наверняка не ожидает, хотя, будучи такой важной шишкой, должен всегда ожидать. И все таки это является преимуществом. Марк полагает, что он их спасение, да и к тому же знает, что у банды есть кредо – не убивать. Тигры и не будут его убивать, всего лишь надо сдать мафию полиции, да так, чтобы все складно прошло. Подобное им еще не приходилось совершать, но все бывает в первый раз. Да и кто они такие, чтобы не справится? Ребята совершали налеты на такие охраняемые объекты, что их коллеги по делам преступным обзавидовались бы. У них нет сомнений в своих силах, но действительно, готовы ли они пойти на это? На сделку с тем, кто им жизнь усложнял, а теперь пообещал облегчить. Но нет сомнений в том, что выбирая между тем, кого поймать, Тигров или мафию, следователь выбрал бы последнего. Тигры являлись проблемой временной, ещё пара недель, и банда уехала бы обчищать другой город. Мафия же корнями в этот врос. Настолько, что не выдернуть. Неудивительно, что Сухо вдруг предложил им сотрудничество, решив простить ребятам их грехи, едва ли появилась возможность избавиться от Марка.

Сдать ублюдка, получить благословение полиции и жить дальше, не попав в клетку – неплохая перспектива.

Первым это понял Хосок, вновь удивившись находчивости парня. Сам бы Хоби просто пристрелил Сухо, не подумав даже выслушать того, а уж тем более на сделку пойти. Тэхен додумался, ну, незря он главный. — Я за, — уверенно заявил Хо первым, таким образом дав старт и подтолкнув остальных к принятию решения. — Согласен, — вторым стал Юнги. — Мне изначально этот Марк не нравился. — Поддерживаю, — кивнул Джин. Джун, порассуждав ещё с секунду, тоже закивал головой. Если им не будет грозить тюрьма, он согласен. Тем более, Тэхен считает эту сделку выгодной, а Джун Тэхену верит. Ким почти облегченно выдохнул, видя согласие в глазах почти всех, но тут же напрягся, когда перевёл взгляд на младшего. Тот стоял с устремленным вниз грозным взором, слегка даже сжав кулаки. — Чонгук? — аккуратно спросил Ким. Тот сразу встрепенулся, будто вылетая из мира своих мыслей и как-то неуверенно и даже обречённо пробормотал: — Да, я тоже за.

За то, чтобы прямо сейчас наорать на вас всех, идиотов.

Гук был просто в шоке. Да, бывали времена, когда он не соглашался с решением главного, но его возражения редко, кто слушал, ссылаясь на то, что Чон ещё не очень хорошо смыслит в делах преступных. Он отличный хакер и компьютерный гений, этого не отнять, но вспыльчивость и желание сделать все наоборот, будто назло, являлись его отрицательными качествами, которые видел каждый из Тигров, но не сам Гук. "Когда же ты вырастешь?" – эта фраза Юнги, сказанная в прошлую истерику младшего, напрочно вбилась в голову юноши, что он аж чуть не ответил тогда: "когда я вырасту, то набью тебе морду". Тем более Чонгука всегда привлекали мафии. Настолько, что он в будущем и сам хотел стать таким, отделившись от ребят. Ребят, которые в очередной раз просто согласились с хотелкой Тэхена. Да, тот главный, но неужели все здесь считают, что идти против Марка, более того, объединяться с придурком-следователем реально хорошая идея? Юношей двигало пуленепробиваемое непонимание, а еще дикое желание высказать свой протест, да только кто его послушает? Головой опять закачают, сказав, что не дорос и всё. Но Чонгук дорос. Дорос до того, чтобы принять настолько отчаянное решение, какое он моментально принял в своей голове под воздействием негативных эмоций.

***
— Товар был доставлен? — монотонно и даже почти безразлично спросил Марк, туша сигарету о пепельницу.
— Был, босс, — тут же закивал Гису, кладя на стол вырученные деньги. Марк даже не посмотрел в их сторону. Даже не стал спрашивать, сколько его правая рука заграбастала себе. Плевать, если честно, у Марка денег много. Считать каждую купюру он не собирается, тем более теперь, когда тигрята будут послушно приносить часть своей прибыли. А мужчина неплохо устроился. Этот своеобразный бизнес достался ему от отца, которого Марк убил ещё в возрасте лет двадцати. Сейчас ему за тридцать. Живёт – не жалуется. Пришёл на готовенькое. Всего лишь то надо пару раз в месяц выезжать, избивать кого-то, кто попытался подставить его, подумав, что умный самый. Эй не-ет. С предателями Марк разбирается лично и безжалостно. Дверь в его кабинет вдруг раскрывается. Внутрь заглядывает охранник: — Босс, к вам тут один из Тигров...
— Пусть заходит, — резко обрывает Ким, смотря на Гису. — Наверняка Тэхен-и пришёл порадовать смертью Сухо. Но брови мафии вскинулись, когда на пороге он увидел совсем не того, кого хотел, а хиленького подростка. Да, он тоже из банды, но этот мальчишка не сильно интересовал мафию, тот даже не запомнил его имя и вообще удивлялся тому, как ребёнок оказался в банде. — Чон Чонгук? — спросил Гису, на самом деле своим вопросом желая поведать боссу имя парня. Тот остановился, выдохнул, дождался, пока двери за ним закроются, нервно покусал щеку изнутри, но, поняв, что пути назад нет, смело посмотрел Киму в глаза: — Мне есть, что рассказать вам.
— Да-а? — удивленно протянул Марк, открыто усмехаясь над пацаном. — Тэхен поленился прийти сам и отправил тебя дабы доложить о смерти... — Сухо жив, — тут же перебил его Чонгук. — Более того, он и Тэхен, — юноша запнулся. Слова предательства собственной банды все не хотели вылетать из его уст. — Они... — Что? — мафия уже заподозрил неладное. — Говори.
"Я сделал кое-что получше, Чонгук-а, я заключил с ним сделку".
Нет, Ким Тэхен, ты испытал терпение одного из своих. — Они заключили сделку, — все таки выговариает Гук. — Тигры собираются сдать вас полиции. Повисает секундная тишина. — Че? — тут же разрывается в хохоте Гису, хлопая в ладоши.
— Побойся Бога, мальчик, ты сам то понимаешь, что говоришь? Никто не причинит вреда боссу. Но Марк смотрит в глаза этого пацана, видя там всю серьёзность и непонятно откуда взявшуюся преданность. — Он серьёзно, — прерывает смех платинового своим грозным голосом мафия. — Что же, — следом же расплывается в улыбке. — Весьма забавно, я думал, Тигры не настолько глупы... — он оглядел Чона с ног до головы. — Но почему ты сдал их? Чонгук нервно сглотнул. В голове красным мигало "предатель", а ладони вспотели. Теперь уже не важно, почему он сдал своих же братьев, теперь важно лишь то, что он их сдал. А раз сгорел сарай, гори и хата. — Это Тэхен, — выдавливая из себя ненависть, произнес Гук. — Все из-за него. Он никогда не слушал меня... мне это надоело. Чонгук сейчас всеми силами пытался убедить себя, что совершил правильный выбор. А Марку уже начала нравится эта игра. Предупреждён – значит вооружен, вот только Марк всегда вооружен. Кровь на его руках высыхать не успевает, а на этом мальчишке крови нет. Так раз он чист и в нем столько ненависти, может, позволить вести ему эту игру, раз он её начал? — Может, ты знаешь какие-то слабые места Тэхена, — поинтересовался мужчина. — На них можно надавить, и ты будешь наблюдать за тем, как он мучается, — мафия расплылся в дикой улыбке, от которой на секунду не по себе стало, хотя ответ тут же возник в голове Чонгука: — Есть одна девчонка, — тихо произнес он. Марк быстро смекнул, в чем дело. Да наш тигр влюблен! Печально, ведь таким, как он, нельзя влюбляться. Нет места любви в мире алчности, обмана, насилия и похоти. Нет места любви в сердце бандита. — Сможешь поймать её? — однако азарт уже загорелся внутри Марка. Этот разгорающийся багровым пламенем огонь, о да, скоро тут все сгорит к чертям. И в первую очередь – Тэхен. А жаль, ведь он был Марку симпатичен. Казалось бы, такой успешный бандит... — Смогу, — уверенно ответил Чонгук. Запахло гарью.

👉 ⭐
👉 💬