ПРЕДИСЛОВИЕ
У меня в комнате на стене висит картина, безжалостно темнеющая от времени. Её писал мамин брат, будучи подростком. Это копия с картины Константина Маковского «Дети, бегущие от грозы». « Это мы с тобой, сестра!»- так пояснил Витя. Мне она дорога, как память. Помню из детства: когда к нам в гости приезжал дядя Витя, мы с отцом должны были забыть о себе, и не требовать от мамы никакого внимания, потому что приезжал самый дорогой в мире человек – её родной брат! А это великий праздник! Так это и было. Дядя Витя улыбнулся – всё начинало в душе ликовать. Если он хвалил – это заслуженная награда, за долгие годы ожидания. Всем нам хотелось, чтобы ему было очень хорошо. Даже по дыханию старались угадать его душевное состояние. До сих пор при возникновении хотя бы одного из имен Валя и Витя по душе проходит теплая волна. Что-то необыкновенное было во взаимоотношении брата и сестры. Книги нам рассказывали о «настоящих» героях, которые только так и поступали. Мы верили в нерушимую дружбу, в любовь с самоотдачей, в честное слово. У каждого по-разному и в разное время развенчивались кумиры. В начале 21 века принято считать героев плодом воображения, уводящего от реальной картины мира. «Вы ждёте кого-то необыкновенного? Снимите розовые очки, станьте нормальным человеком!» Может быть... Но ведь я точно видела этих необыкновенных, так сказать несуществующих людей! Видела их самую яркую грань и понимала, что «большое» счастье на Земле возможно. Вот и моя мама Валя и её брат Витя дружили так, как должны были люди их мечты. Теперь они оба уже ушли в вечность, а мне хочется для тех, кто желает заглянуть в мир мечтателей и романтиков, ну и, конечно же, для своих сыновей и внука, для своих родных осветить их мгновения жизни. Мама была непревзойденным рассказчиком, а главное участником этих событий, она часто рассказывала мне о мгновениях из своей жизни. Я просила её всё это записать. Даже подарила ей дипломную папку с красивой авторучкой, тогда это было самым удачным скреплением листов. Увы, силы мамы начали таять, желания опадали, как листья, и сшивать лоскутики воспоминаний приходится мне, так уж вышло.
« Графиня! Пожгу все твои книжки!» Так говорила моя бабушка моей маме, но не сожгла и листочка. А графиня ... не смогла ею стать, но была жарким пламенем для многих живущих на земле.
Детство Валечки было коротким и трудным, но по полноте пережитого не сравнится ни с одним современным ребёнком, посещающим по шесть интенсивно развивающих кружков.
Игра воображения, которая сейчас не подвластна многим детям, была центром вселенной этой маленькой девочки. Родилась она в 1931 году. Когда началась Великая Отечественная война, ей было всего лишь 10 лет. Но эти 10 лет рядом были мама, папа и младший брат. И пока они были, были зайцы, просто поджидающие папу Еремея на пути домой и передающие для Валечки что-нибудь «вкусненькое» и приветливое, был цирк, где выступал Чарли Чаплин, был Тихий океан, который выбросил на берег тонущую девочку. Была жаркая отцовская любовь и нерушимая защита от безнадёжности и невозможности. Была мама, которая могла косой скашивать травяной круг, который покорялся не всем мужчинам. И этой женщине легла на плечи война, она сделала всё, чтобы дети выжили, стали образованными людьми, как хотел отец. И соль на корове ездила намывать, чтобы потом обменять на хлеб, и сама этот хлеб выращивала. И дрова сама на всю зиму заготавливала, и сено для коровы-кормилицы накашивала и многое другое. Не писали простые «советские женщины» воспоминаний про своё житьё по скромности и неумению, по невозможности иметь такое временное устройство, ушедшие в вечность молча и безропотно. На могиле Евдокии дочь потом написала лаконично: «Здесь покоится солдатская вдова». Этим всё сказано.