Глава 34
3 недели спустя
Я уставился на пианино.
Там сидела Элисса, как всегда. Ее волосы были распущены и ниспадали красивыми мягкими волнами за спиной. Ее глаза были закрыты, на губах появилась легкая улыбка, когда она напевала и играла на пианино. Для меня. Для нас.
Я тоже улыбнулся. Она была такой красивой. Мой Ангел. Элисса медленно подняла взгляд, и ее очаровательные зеленые глаза встретились с моими. Она послала мне воздушный поцелуй, и я схватил его. Она засмеялась, и я снова улыбнулся.
Внезапно смех прекратился. Элисса смотрела вниз, и слезы текли по ее щекам.
Нет, не плачь, хотел я сказать. Я протянул руку вперед, и вот так моя Элисса исчезла.
Я плотно закрыл глаза, сжимая пальцы вокруг бутылки с алкоголем. Моя голова кружилась, и душевная боль не покидала меня. Я был пьян, как и в любую другую ночь.
Я хотел забыть. Но потом я почувствовал вину и стыд. Я не мог забыть.
Несмотря на то, что она ушла, Элисса никогда не оставляла меня. Даже когда я был слишком пьян, чтобы вспомнить свое имя, я никогда не забывал Элиссу. Она всегда была рядом. Я чувствовал ее. Иногда я ее также видел.
Прошло пять недель с тех пор, как Алексан забрал у меня Элиссу. Пять недель безумных поисков моего Ангела. Но ее нигде не было.
Я просто хотел прикоснуться к ней. Обнять ее. Поцеловать ее.
Я снова открыл глаза и уставился на пианино. Скамейка была пуста. Моего Ангела там не было. Боль. Было так больно, что иногда я не мог дышать.
Она ушла. И я был один. В полном одиночестве.
Я жаждал ее. Я жаждал покоя, который могла дать только она. Я жаждал ее любви.
Но мой Ангел ушел. И без нее я погиб.
Сломался, стал пустой оболочкой.
Элисса однажды сказала, что я ее покой. Но она также была моим покоем. Она была светом для моей тьмы.
Но света не было, и меня окружала только тьма. Я привык к темноте, но теперь она меня только душила. Это только оставило меня сломленным.
Встав, я поплелся к пианино. Я прикоснулся к клавишам и подумал, что Элисса сейчас там.
Я не могу жить без тебя, Ангел. Я не могу.
***
ОЛЕГ
2 недели спустя
Я открыл дверь в комнату с пианино и тяжело вздохнул от вида. Это было то же самое зрелище, что и каждую ночь с тех пор, как не стало Элиссы, но все равно потрясло меня до глубины души.
Дмитрий лежал на полу рядом с пианино, его тело свернулось клубком.
Я потер рукой рот и лицо, пытаясь сдержать эмоции. Я никогда не видел Диму таким сломленным. Таким отключенным от мира. Таким потерянным.
Подойдя вперед, я опустился на колени и, взяв его под мышку, потянул вверх. Он пошатнулся, снова закрыв глаза. «Давай, здоровяк. Давай уложим тебя в постель, - пробормотал я, когда его вес тяжело упал на меня.
Я затащил его в комнату и толкнул на кровать. Дима не проснулся. Конечно, нет. Он напился до забвения.
Сняв с него пиджак, я снял с него лоферы и бросил их на пол. Пот выступил у меня на лбу от того, что я тащил Диму и позаботился о нем.
Когда я закончил, я натянул одеяло на тело. Его брови сошлись в напряжении, и он что-то пробормотал себе под нос.
Придвигаясь ближе, мое сердце замерло, когда я услышал, что он говорил. Я потер грудь, пытаясь избавиться от боли.
«Ангел», - прошептал он.
Я вздохнул и размял затылок, перекатывая плечи, избавляясь от жестких мышц. Что за херня.
Дима был самым сильным человеком, которого я знал, самым безжалостным, но здесь он был... сломлен из-за женщины, которую так отчаянно любил.
Но я не винил его.
Не любить Элиссу было невозможно. Она принесла свет во тьму нашего мира. Она была светом.
Я отвернулся от Дмитрия, но остановился, увидев своего отца, стоящего в дверях. Он посмотрел на Диму, а затем перевел взгляд на меня.
«Я делал это так много раз», - пробормотал он. Я склонил голову набок, ожидая, что он объяснит.
«С Андреем. Когда он потерял Марию, он был именно таким, и я, как и ты, должен был о нем заботиться. Я должен был помочь ему собрать осколки. Но проблема в том, что их слишком много. Андрей все еще сломлен... - Он замолчал, указывая на Диму, прежде чем продолжить. «А теперь Дима».
Я снова посмотрел на кровать и увидел, как Дима борется, как будто он борется во сне. Каждую ночь ему снятся кошмары.
«Вот почему Андрей предупредил его. Не влюбляться. Не позволять себе ослабнуть. Именно по этой причине. Я прошел через это. Андрей прошел через это, и всё, что он хотел сделать, это спасти Диму от тех же страданий».
«Мы найдем Элиссу», - парировал я, отказываясь верить во что-либо еще.
Он кивнул. «Я надеюсь, что да. Ради всех нас. Ее нужно спасти, и она нужна Дмитрию».
Он повернулся, чтобы уйти, но остановился. Оглянувшись через плечо, он оставил меня со словами, которые я не хотел слышать.
«Не допускай той же ошибки, что и мы».
С этим он ушел. И я опустился на кровать.
Мой взгляд поймал фоторамку на прикроватной тумбочке. Я взял её в руку и посмотрел в лицо Элиссе. Она улыбалась, ее глаза сияли такой любовью.
Потерев большим пальцем ее щеку, я снова посмотрел на Диму, а затем снова взглянул на ее лицо.
«Иногда мне хочется, чтобы ты никогда не пряталась под его кроватью», - прошептал я. «И мы никогда не узнали тебя».
Мой отец не успел меня предупредить.
Потому что я уже совершил ту же ошибку.