Наруто и Хината

Было уже за полночь. Все разошлись.
– Не уходи, – попросил он, прижимая ее к себе.
Здесь, на узком диванчике в его мастерской, ей было так спокойно и уютно, как нигде больше. Жаль только, тревога не отступала. Продолжала терзать, грызть ее изнутри.
– Скажи, что осталась у подруги, – произнес он, понимая абсурдность своей просьбы, – наври что-нибудь.
Они оба понимали, что враньем тут не отделаться. Мэр будет рвать и метать. Он наверняка уже поднял на уши всех полицейских города.
– Хорошо, я останусь, – обвивая его ногами, сказала она.
Положила голову ему на плечо, закрыла глаза и погрузилась в сон.

Хинату разбудили первые рассветные лучи. Наруто лежал рядом. Его лицо было расслабленным и умиротворенным. Наверное, ему снились хорошие сны. Девушка осторожно встала, накрыла парня пледом и оделась. Она вышла в прохладную свежесть утра, перекинула ремень сумки и пошла по тихой сонной улочке старого района. Ее не пугали ни бездомные бродячие собаки, ни местные жители, вставшие в ранний час. Она шла домой как на эшафот. Полностью осознавая, что не стоит ждать от отца ничего хорошего. Шла, впитывая кожей тонкий солнечный свет – будто в последний раз. Дышала соленым морским воздухом и никак не могла надышаться. Наверное, так чувствуют себя люди при приближении конца. Хочется вобрать в себя как можно больше, зная, что дальше – лишь пустота. Скрипнула калитка. Шаги по дорожке до дома отдавались эхом в ушах. Хината знала, что увидит, поднимая свой взгляд. Распахнулась дверь, и они высыпали ей навстречу все разом: отец, мачеха, охранники, поднятые по их приказу. Она только съежилась, покорно и немного безвольно, когда Хьюга взял ее за шкирку, как слепого ничтожного котенка, и зашвырнул в дом. Она упала на холодный каменный пол, ударилась коленом.

Он так и застыл в дверном проеме, глядя на нее с неприязнью и брезгливостью: – Мерзавка!
И словно другой человек до этого воспитывал ее. Словно кто-то другой ласково звал доченькой и рассказывал сказки в детстве. В этом сгустке черного негатива, в этом безжалостном урагане из ненависти не было ничего от того человека, которого она всю жизнь называла отцом.

– Где ты шлялась всю ночь?!
Ей хотелось закрыть уши руками. Она поднялась на ноги и увидела довольный взгляд мачехи, скромно стоящей в сторонке и наслаждающейся зрелищем. – То, что сказала мне Куренай про тебя и это грязное отродье, это правда?!
Хината только открыла рот, но не успела ответить.
– Правда, – сказал кто-то за спиной отца.
И ему пришлось обернуться. Наруто...
– Наруто! – опасаясь за его жизнь, метнулась к нему девушка.
Ну зачем? Зачем он пришел?!
– Ты не подойдешь к этому ублюдку, – выставив барьером ладонь, остановил ее отец.
Он надменно осмотрел стоящего перед ним парня и затем бросил охране: – Задержите его за проникновение на территорию моего дома!
– Нет! – закричала Хината, вырываясь.
Лицо Наруто при взгляде на отца девушки заходило ходуном от негодования. Один из охранников вроде дернулся вперед, но тут же замер, потому что второй –Монга – придержал его за рукав.
– Что вы встали?! Вышвырните его из моего дома! – зарычал мэр.
– Хината, пойдем со мной Даттебайо! – Наруто протянул руку.
Его грудь от частого дыхания вздымалась так высоко, что казалось, будто он вот-вот потеряет контроль над собой.
– Пошел вон! – процедил сквозь зубы Хьюга.
И втолкнул Хинату обратно в дом.
– Я тебя здесь не оставлю, – хрипло сказал парень, глядя ей в глаза.
Отец развернулся и пошел на него. Это было провокацией. Девушка знала, что стоит Наруто ударить мэра – и ему несдобровать.
– Пойдем! – Парень так и не опустил ее руку.
От девушки будто кто-то зубилом откалывал целые куски, так ей было больно. Она не знала, что делать.
– Наруто, все будет хорошо! – срывающимся голосом прокричала Хината. – Пожалуйста, уходи! Все будет хорошо!
– И вот из-за этого... – Хьюга подошел к парню вплотную и посмотрел на него с презрением, – из-за этого... ублюдка ты посмела ослушаться своего отца? – Он резко выбросил вперед руки и изо всех сил толкнул Наруто в грудь. – Из-за этого наркомана?
Наруто даже не смотрел на него.
– Хината, пойдем со мной! – позвал он.
– Из-за этого вшивого...
Она не дала ему произнести это ужасное слово: – Наруто, я очень тебя прошу! Уходи-и! – По ее щекам покатились слезы. – Уходи!
– Вам нужно уйти, – сказал, встав между Хьюга и Наруто, взволнованный охранник Монга. Он заставил парня посмотреть ему в глаза: – Слышите? Пойдемте, я вас провожу.
Последнее, что видела Хината, это взгляд Наруто. И гигантское цунами боли в нем. Когда парня наконец выпроводили за ворота, она накинулась на отца с кулаками: – За что?! За что ты так с ним?! Как ты мог?!  – Девушка била, толкала Хиаши в крепкую грудь, хлестала ладошками. – Он не наркоман, слышишь, папа?! Не наркоман! Он самый лучший, самый добрый и самый талантливый в мире! И я его люблю! Как ты мог такое ему сказать?! Ты даже кончика его пальца не стоишь!

Ее отбросило к стене оглушительной пощечиной. Девушка осела. Замолчала. Отец отряхнул горящую огнем ладонь, как от грязи, и посмотрел на нее с омерзением: – Моя дочь никогда не будет путаться с таким, как он. Ясно?!
– Мне восемнадцать! – задыхаясь, проговорила она.
Шатаясь, поднялась на ноги. В ушах все еще стоял свист от удара, челюсть практически отнялась. – Я сама решаю, кого любить! И да, я путалась! Путалась! И я буду путаться с ним сколько захочу! Не тебе это решать!
– Значит, – спокойно проговорил отец, – скоро тебе не с кем будет путаться. – Он подозвал одного из охранников жестом и приказал:  – Узнайте мне его имя и адрес.
– Оставь его в покое! – закричала Хината, срывая голос.
– Еще спасибо мне скажешь. – Хьюга с омерзением глянул на нее. – Надеюсь, не весь город в курсе, что ты позволяла себя лапать этой твари?
– И не только лапать! – всхлипнула девушка, гордо задирая подбородок.

А затем подхватила сумку и помчалась наверх в свою комнату. И только там она осознала, что произошло. Соленые ручьи хлынули по ее разгоряченному лицу, руки безвольно опустились. Хината рухнула на кровать, обняла подушку и закричала в нее так громко, как только могла.

Ну почему она не разбилась, падая с того чертового утеса? Почему родилась на свет такой никчемной? Почему разбила сердце тому единственному, кто был безумно ей дорог?