Наруто и Хината

Когда парень вернулся вечером домой, он сразу заметил автомобиль представительского класса под окнами.
«Интересно», – хмыкнул он. Оставив байк на краю дороги, твердым шагом двинулся к подъезду.
– Обожди-ка! – Открылась дверь автомобиля. Наруто медленно поднял подбородок. С достоинством оглядел незваного гостя. Таких людей не жаловали в этом районе, их сторонились. Встреча с таким возле дома обычно не означала ничего хорошего.
– Я решил поговорить с тобой, – сказал мэр, поправляя пиджак.
У машины с грозным видом встал его охранник.
– Внимательно, – сухо ответил Наруто. Мужчина невольно усмехнулся.

Его раздражало и забавляло воинственное настроение этого неуча. Тот был не просто неприятен ему, он бесил его до такой степени, что Хьюга буквально плющило от необходимости быть вежливым, как советовала ему жена.
– Я подумал, мы можем договориться.
– О чем же Даттебайо? – Ноздри парня раздувались от еле сдерживаемого гнева.
– Я понимаю, что моя дочь для тебя отличный вариант. Ты мог бы решить все свои проб лемы с ее помощью. Ты же понимаешь, о чем я говорю?
– Не очень.
Мэр снисходительно улыбнулся.
– Всё ты понимаешь, дружок. Такие, как ты, привыкли хитростью решать свои денежные проблемы. Хината – девочка из состоятельной семьи, к тому же достаточно наивна и внушаема. Сейчас ей кажется, что свет клином сошелся на тебе, а ты и рад, да?
– Говорите прямо, господин мэр, – попросил Наруто, – слишком много вежливых речей. Я вижу, вам очень хочется быть собой. Не отказывайте себе в этом удовольствии.
– Чего ты хочешь, юноша? – поменялся в лице Хьюга. Он потемнел от злости, на лбу умножились морщинки. – Что тебе нужно от моей дочери? Давай поступим проще! Скажи, сколько денег тебе дать? Может, устроить тебя на работу? Или купить тебе тачку? – Он обвел его взглядом с головы до ног. – Сколько тебе нужно, чтобы ты оставил мою девочку в покое?
– Я не продаюсь Даттебайо, – холодно произнес парень,  – так что вы не по адресу.
– Не строй из себя умника, ты, щенок! – не выдержал Хиаши, повышая голос. – Я тебе похорошему предлагаю! Посмотри на себя! Что ты можешь ей дать? – Он показал на его одежду. – Кто ты, а кто она! Ее ждет большое будущее, учеба в лучшем вузе, поездки за границу, карьера! А ты? Что ты можешь ей дать?
– Это ей решать, – сказал Наруто и сглотнул,  – не вам.
– Ну смотри, – покачал головой мэр, – я никогда не предлагаю дважды. Ты очень пожалеешь, если не согласишься. Я уничтожу тебя, сотру тебя в...
– Извините, но мне пора. – Наруто с жалостью посмотрел на этого лопающегося от презрения и ярости мужчину.
А затем обошел его и скрылся в подъезде.
– Грязный неуч! Чумазый, нищий пройдоха!  – стукнул кулаком по крыше автомобиля Хьюга. – Ты мне за всё заплатишь!
Он склонил голову, поднес дрожащий кулак к губам и постарался успокоить дыхание. Поведение этого мальчишки собрало всю желчь со дна его души и взболтало с такой силой, что мужчина пошатнулся.
– Что встал? – заорал он на охранника. – Едем домой!
Тот испуганно дернулся и открыл ему дверцу машины.
– Хиаши... – раздался голос за спиной. И сердце защемило от тоски при звуке этого голоса
Он столько раз желал этой женщине мучительной смерти, столько раз ее проклинал, столько раз мечтал, чтобы она передумала и вернулась к нему, что теперь не хотел оборачиваться, чтобы снова не испытывать боль и унижение, которые отравляли его сознание долгие двадцать лет.
– Хиаши... – повторила Кушина. И Хьюга повернулся. Сердце качнулось в груди и ухнуло вниз.
– Здравствуй, – сказал он той, что предпочла ему однажды другого.
И не просто другого. Она отвергла его – сына уважаемых родителей, который мог обеспечить ей счастливую безбедную жизнь, и вышла замуж за приезжего светловолосого студента. Для Хиаши Хьюга, самого богатого парня в городе, за которым девчонки толпами бегали, этот отказ стал самым настоящим ударом. Позорной пощечиной. Плевком!
– Я знаю, ты не захочешь со мной говорить,  – робко произнесла она и сделала к нему шаг. – Но, пожалуйста Даттебанэ... Пожалуйста, выслушай меня, Хиаши.

И вся его ненависть разом споткнулась о ее светлую, теплую улыбку. Кушина ничуть не изменилась с их последней встречи. Те же густые, длинные волосы, та же мягкая поступь, покатые плечи, изящная фигура. Она оставалась такой же женственной и уютной, такой же привлекательной и манящей, что Хьюга на миг стушевался и забыл, кем он успел стать за эти годы. Женщина прикусила губу, подбирая слова, и лед в сердце мэра затрещал, слетая кусками. Он вспомнил их разговоры, их вечерние прогулки, вспомнил каждое слово, что говорил ей однажды под луной на утесе.
– Наши дети любят друг друга, – виновато произнесла Кушина.
И горькая ревность, мрачная ярость и ненависть нахлынули вновь и затопили его с головой. Снова перед глазами понеслись картинки, как он стоял на том утесе месяцем позже и смотрел, как она плавала в море с другим. Как они проплывали вокруг камня любви, как смеялись, а он в этот момент захлебывался от злобы и зависти. Хьюга никак не мог понять, что его Кушина, его светлая и лучезарная любовь всей юности, могла найти в таком, как Минато, – нищем парне, прибывшем на стажировку из Бостона? И сколько ни умолял он ее одуматься, ничего не помогало! Кушина как ослепла. Ни в какую не желала включить мозги и понять, что она теряет, отвергая его. Такого унижения Хьюга вынести не смог. Женился в отместку на подруге Кушины и закатил самую шикарную свадьбу в городе. Надеясь, что она узнает и ей станет больно. А теперь он стоял и видел ее глаза. Они говорили, что Кушина никогда не жалела о своем выборе. И никогда не любила его.

– Я знаю, что тебе не нравится, что они встречаются. Я понимаю, что мой сын не тот, кого ты хотел видеть рядом со своей дочерью Даттэбанэ, – продолжала она, сложив руки на груди. – Но, Хиаши... у них ведь чувства. Их нельзя разлучать...
– Чувства? – скривился он. Поднял указательный палец и покачал им у ее лица. – Твое отродье не коснется моей дочери, так и знай!
– Ты же меня хочешь наказать, мне отомстить, – женщина, не боясь, подошла еще ближе, – и они здесь ни при чем...
– Ты сделала ошибку, Кушина, – ледяным тоном произнес Хьюга, – и я не дам своей дочери сделать то же самое.
– Я любила, – негромко сказала она. – И я была счастлива.
– И где? Где сейчас твое счастье?! Кинул тебя и свалил?! А я тебя предупреждал!
– Он умер... – ответила женщина.
– Вот как. –Хиаши задумчиво огляделся вокруг. – Сдох, а тебя оставил в этих трущобах? Конечно, это гораздо лучше, чем быть замужем за мной.
– А ты ничуть не изменился Даттебанэ, – покачала головой Кушина.
– Я? О нет, я изменился! Ты же мне всю кровь выпила! Ты же меня так унизила, что мне стоило огромных усилий остаться здесь и поставить этот город на колени, заставить уважать себя!
– Я ни минуты не сомневалась в своем выборе, Хиаши, – почти прошептала женщина, пятясь, – а сейчас убедилась, что была права. Ты – настоящее чудовище...
– Ха, – рассмеялся над ней мэр, – зато у меня есть всё! А с чем осталась ты?
– У меня есть мой сын, и я им горжусь. – Она остановилась и тяжело вздохнула. – А еще у меня была настоящая любовь. Недолго, но была. И память о ней я буду хранить всегда. Тебе такого не понять. – Кушина улыбнулась. – У тебя и сердца-то нет.
– Дура! – бросил ей мужчина.
Сел в машину и уехал.