Глава 14
Валерия
Открываю глаза, когда слышу тихий шорох. В комнате полумрак, только свет из окна ложится полосой на пол. Мой взгляд сразу находит Влада - он сидит на стуле рядом с больничной кроватью, слегка наклонившись вперёд, локти на коленях. Его лицо усталое, под глазами синеватые тени, но в его глазах - тепло и забота. Он смотрит на меня, будто я - что-то хрупкое, что нужно оберегать.
Я просыпалась уже несколько часов назад, когда медсестра принесла обед. Но я даже не прикоснулась к еде. Аппетита не было. Просто смотрела в потолок, чувствуя, как будто что-то застряло внутри и не даёт дышать.
Чувствую себя обузой. В таком состоянии - слабая, беспомощная... Калека. Их жалостливые взгляды, даже самые осторожные слова кажутся лишними. Я не хочу жалости, не хочу эту коляску, я больше ничего не хочу!
Иногда мне кажется, что я застряла где-то между тогда и теперь.
Тогда - когда я могла вставать с кровати, не думая о том, что больше никогда не почувствую землю под ногами.
Теперь - это тишина палаты, приглушённые голоса за дверью и собственное тело, ставшее клеткой.
Я больше не чувствую себя собой. Как будто моё «я» осталось где-то на асфальте, в момент, когда всё изменилось. А то, что лежит здесь - это просто оболочка. Уставшая, чужая, сломанная.
Я стараюсь не плакать. Плакать - значит признать, что боль всё ещё внутри. А я не хочу. Я злюсь. На себя. На этот мир. На то, что со мной случилось.
Злюсь так сильно, что иногда мне хочется закричать, но нет сил. Ни на крик, ни на слёзы, ни на борьбу.
Всё, чего я хочу - тишины. Чтобы меня никто не трогал. Чтобы никто не говорил: «Ты сильная», «Ты справишься», «Это временно».
Нет.
Это не временно.
И я не сильная.
Я просто устала.
Но больше всего разрывает меня изнутри не боль в теле. А боль от воспоминаний.
От того, что я наговорила Владу в тот злощасный день.
Я помню всё до мельчайших деталей: как дрожал голос, как злость застилала разум, как я хотела ранить его, чтобы он почувствовал боль. Я правда хотела чтобы ему было больно. Хотела чтобы не видел меня такой - сломанной, жалкой.
И я ранила. Словами, взглядами, молчанием после.
Теперь от этого осознания мне хочется исчезнуть. Я чувствую себя разбитой, подлой, ничтожной. Такой, какой я никогда не была. Или, может, была - но прятала глубоко. Я не просила прощения. Не объяснилась. А он… он не сказал ни слова. Не напомнил, не укорил. Только смотрел. Тихо, терпеливо, слишком по-доброму.
И это ранило хуже ножа. Эта тишина между нами. Недосказанность.
Между строк - боль, недоверие, а я всё ещё молчу.
Потому что боюсь.
А вдруг он больше не ждёт? А вдруг ушёл уже тогда, в тот день, а остался здесь только из чувства долга?
Я долго смотрю на него, пытаясь поймать момент. Он всё так же сидит рядом, склонившись вперёд, пальцы сцеплены, взгляд опущен. Кажется, он что-то думает, что-то важное… или, может, просто даёт мне пространство.
Я медленно втягиваю воздух. Сердце бьётся быстрее, хотя я почти не шевелюсь. Это странно - бояться не боли, не диагноза… А собственного признания.
- Влад… - голос предательски дрожит, хриплый от долгого молчания. Он тут же поднимает глаза. В них - настороженность. Тепло. И… лёгкий страх? Или мне кажется?
- Прости.
Слово вырывается тихо, почти шепотом, но оно звучит в палате громче любого крика.
Он не отвечает сразу. Просто смотрит. Молчит.
И я, наконец, продолжаю:
- За те слова. За тот день. Я была в ярости. Зла. На себя. На тебя. Я не хотела так сказать... Я думала... Думала ты меня не любишь. Что...
Ком в горле мешает дышать и в сердце болезненно колет. Будто его иглой прокалывают и я тяжело вздыхают. Пытаюсь сдержать предательские рыдания, до крови прокусываю губу, пытаясь сделать больно физически, чтобы не расплакаться от моральной боли.
Так больно - открываться, быть слабой перед ним. Но ещё больнее - жить в этой тишине, не зная, что он чувствует. Не зная, остался ли он по любви… или из жалости.
Я не осмеливаюсь поднять глаза. Просто жду.
Молча. Как приговор.
- Лер,- зовет он меня. Его голос уставший, измученный и ласковый,- Карамелька. Я знаю что ты сейчас чувствуешь, тебе больно, ты не можешь убежать от этого всего, не только из-за состояния здоровья, но и морально. Ты снова и снова прокручиваешь этот момент в голове и твоё состояние зависит от твоего настроя, а он у тебя на втором месте, потому что в голове у тебя совершенно не те мысли.
Я вжимаюсь в подушку, как будто могу спрятаться от его слов, от правды, которую он озвучивает. Он говорит то, что я сама боюсь признать. Слишком точно, слишком по-настоящему. И всё это - обо мне.
Он продолжает, и голос его становится ещё тише, почти шепчет:
- Ты винишь себя. За то, что случилось. За то, что не можешь быть прежней. За то, что толкнула меня прочь. Но, Лер… ты всё ещё ты. И мне не нужно "прежней". Мне нужна ты - настоящая. С этой болью. С этим страхом. С этими слезами.
Я поворачиваюсь к нему. Медленно. Словно внутри всё ржавое, заросшее болью. Взгляд встречает его глаза - усталые, но полные света. Чёрт побери, как он может так смотреть на меня?
- Ты говоришь, будто я всё ещё важна... Для тебя.- тихо выдыхаю.
Он качает головой.
- Не "всё ещё", Лер. А "всегда была и остаёшься". Понимаешь?
Слёзы всё-таки предают меня. Катятся по щекам горячими дорожками. Я не вытираю их. Пусть текут. Пусть хоть немного очистят всё то, что застряло внутри.
- Я боюсь, Влад, - признаюсь. - Боюсь, что ты уйдёшь, что однажды проснёшься и поймёшь, что это не та жизнь, которую ты хотел.
Он встаёт, медленно, и опускается рядом на край кровати. Берёт мою руку и подносит к губам.
- Я уже выбрал свою жизнь, Лер. И в ней есть место для боли. Для страхов. Для тебя. Всей. Даже если ты не можешь идти - я буду носить тебя на руках. Потому что я люблю тебя. Люблю больше всего на свете.
Моё сердце сжимается, будто не выдерживает веса этих слов. Таких простых. Таких настоящих. Я всхлипываю - беззвучно, с дрожью во всём теле. Он просто держит мою руку, греет её своими пальцами, не отводя взгляда.
- Ты не обязан... - шепчу, неуверенно, почти умоляюще. - Я не хочу быть бременем...
- Ты - не бремя, - перебивает он мягко, но твёрдо. - Ты - моё всё. Понимаешь? Моё «навсегда». Ты можешь быть слабой. Можешь злиться. Плакать. Отталкивать. Но ты не перестанешь быть той, кого я люблю.
Он гладит мою щеку, вытирая слезу, но в этом движении - столько нежности, что я не выдерживаю. Слёзы бегут снова. Я не скрываю их.
Он не боится моей боли. Не уходит от неё. Он здесь. И он - мой дом.
Не говори и слова, он ложится рядом, аккуратно, бережно прижимает меня к себе. Его дыхание рядом. Тёплое. Живое. Настоящее.
И впервые за всё это время я позволяю себе поверить: может быть, с ним - я справлюсь.
Всім привіт, любі. Як вам глава? Сподобалась? Як думаєте що буде далі? Чекаю вас у коментарях.
З любов'ю, ваш автор💗