Глава 13
Юля
Я приходила в себя несколько дней. Сознание рывками возвращалось ко мне, но через несколько секунд угасало, как свеча. Я даже не успевала осознать, где нахожусь, и что происходит. Вокруг звучали голоса, до боли родные и совсем незнакомые. Я видела лица родных, иногда слышала обрывки разговоров, но чувствовала себя лишь призраком, которые не может ни вмешаться, ни повлиять на что-либо.
Помню тот момент, когда я окончательно проснулась. Не очнулась, не вынырнула из беспамятства, а именно проснулась. Взгляд уперся в большое, отделанное изысканными шторами окно.
«Я уже не в пещере» — мелькнула приятная мысль. В комнате витали запахи родной стаи: отца, братьев, мамы. Тело ломило, словно я спала непозволительно долго. Скорее всего, несколько суток.
— Юля? — голос мамы звенел от изумления. Высокий, громкий, очень тонкий — он буквально разрезал мой слух. Я вздрогнула всем телом и поморщилась. — Ты очнулась! — она с размаха села на кровать, заставив меня подпрыгнуть на постели. А-а-а! Тело пронзила боль, я застонала. — Я-то уж думала, ты проспишь и этот день! — мама даже не думала снижать тональность голоса.
— Прошу, аккуратнее! — взмолилась я, хоть язык и плохо слушался. — Мама, мне больно!
— Ох, какие мы нежные! — всплеснула руками она, смотря на меня с недовольством. — Когда Романа звала без конца, плохо тебе не было, а стоило родной маме рядом присесть, так сразу расхворалась.
— Что? — я опешила от ее слов. — Звала Романа? — я вновь захотела провалиться в небытие. Боже мой, неужели я и вправду звала Манкулова? Кто слышал это? Захотелось провалиться сквозь землю от стыда.
— Это он похитил тебя? — мама хищно прищурилась и сжала мою руку.
— Что? Нет! — уверенно заявила я. Неожиданно на меня обрушились все события последних дней. Бал, драка, похищение, бункер, моя истерика, попытка напасть на похитителя, который многократно оказался сильнее и ловчее меня. И забвение, прерываемое лишь редкими вспышками сознания. Все навалилось на плечи непосильной ношей, затмило собой физическую боль. Как же я спаслась? Отчетливо помню и возвращение похитителя, и удар головой о стену, и его слова о том, что через меня он отомстит Роману. Но как я оказалась...а, собственно, где я нахожусь? Этот вопрос я озвучила матери.
— Ты в замке Высших, — ответила она сдержанно, сложив руки на коленях. — Нужно сообщить отцу о том, что ты пришла в себя. Юля, я прошу тебя, — поджала губы она, подбирая слова. Не часто можно увидеть маму такой нервной и растерянной, будто ей некомфортно говорить мне о чем-то. — Не упоминай при отце Романа Манкулова. Говори, что ничего о нем не помнишь, даже если это не так. Я не знаю, что происходит между тобой и этим...совсем уже не мальчишкой, но ничем хорошим это увлечение не закончится. Забудь его, — с нажимом произнесла она.
— Мама, неужели только это тебя волнует? — произнесла я с болью в голосе. — Ты даже не спросила, как я себя чувствую!
— Если ты не прекратишь свои странные отношения с Манкуловым, то твое здоровье окажется под огромным вопросом, — произнесла она странную фразу. — Дочь, ты не понимаешь меня, считаешь меня черствой, но поверь: я очень переживаю за тебя. Твой отец все сильнее сердится. Если ты не перестанешь сближаться с этим мужчиной, то, я боюсь, он отречется от тебя, — произнесла она с искренним ужасом в голосе. Эта ситуация волновала ее даже сильнее, чем мое похищение и состояние моего здоровья.
— Как меня нашли? — устало вздохнула я, переводя тему. — Кто меня похитил? Сколько вообще времени прошло? — так странно чувствовать себя потерянной во времени.
— Тебя нашли три дня назад, — грустно отозвалась мама. — Точнее, не нашли, а тебя принес Роман Макнулов, — нехотя признала она, нервно теребя пальцы. Мама всегда берегла свой маникюр как зеницу ока, но сейчас срывала его, как надоевшие шторы. — До этого его взяли под стражу как главного подозреваемого, но он избил охрану и сбежал. Посланные оборотни его так и не нашли, а может, не особо искали. Он много времени проводит с Высшими за закрытыми дверями, даже больше, чем твой отец. Его не допускают к этим разговорам. Все указывает на то, что именно Роман похитил тебя, а затем вернул...
— Нет, это был не он, — покачала головой я. И пусть мама метнула в меня убийственный взгляд, я не откажусь от своих слов. Ни перед ней, ни тем более перед отцом. — Мама, это не Роман! — простонала я, представляя, что сейчас творится. Отец обвиняет Манкулова, который, как я понимаю, спас меня. Тем самым папа подставляет и нашу стаю, и себя лично. Неблагодарность — одна из самых презираемых черт характера в мире оборотней.
— Ты уверена? — кажется, от моих слов мама расстроилась еще сильнее.
— Абсолютно, — шепнула я, воссоздавая в памяти все, что помнила о своем похитителе. Нет, это не мог быть Роман. Слишком разная манера речи, тембр голоса, фигура, даже повадки. Если бы меня похитил Манкулов, он бы действовал иначе, и уж точно не стал бы приносить меня обратно!
Неожиданно в груди будто бы распустились цветы, разливая по телу бесконечную нежность. Он спас меня! Пока я пребывала в беспамятстве и истерике там, в бункере, именно Роман занимался моими поисками. Он не наплевал, не занял позицию «Юля мне чужая», он искал, не один день... И нашел.
— Это плохо, — совсем уж помрачнела мама. — Отцу это очень не понравится.
— Мама, но это правда! — простонала я. — Разве я могу обвинить невиновного?
— Тогда молчи! — решила мама. — Молчи и говори, что ничего не помнишь и не знаешь!
— Постой... Так, получается, что настоящего похитителя до сих пор не нашли? — цветы в сердце завяли, не успев напитать душу своим божественным ароматом.
— Э-э-э... — от моего вопроса мама растерялась. Похоже, желание родителей обвинить во всем Романа позволило похитителю уйти от наказания. За три дня он наверняка успел замести свои следы.
Наш диалог прервал стук в дверь.
— Время принимать... О, вы очнулись! — в дверях появился немолодой мужчина в белом медицинском халате. Хоть он и говорил очень дружелюбно, внимательный блеск в его глазах не позволял усомниться: этот человек очень умен и непрост. — Какая прекрасная новость. Все будут очень рады. Без вас, милая Юлия, тут творится полный бедлам.
— Я должна поговорить с...кто у вас тут главный? — спросила, хотя знала ответ. В этом замке хозяин один — глава рода Высших. Чтобы защитить Романа и спасти от позора отца, мне придется разговаривать именно с ним.
— Какой прогресс! — распахнул врач голубые глаза, спрятанные за тонкой оправой очков. — Сколько силы, эмоций, решимости! Полагаю, на ноги вы встанете быстро, но все же переутомляться я вам категорически запрещаю. Постельный режим и строгий прием всех препаратов!
— Насколько все было плохо с моим состоянием? — я вспомнила, насколько ужасно чувствовала себя в последние дни.
— Не смертельно, но и легким ваше состояние назвать нельзя было, — хмыкнул доктор. Подойдя к капельнице, он подключил к ней банку с прозрачной жидкостью и вколол туда что-то из шприца. Раствор начал поступать в мой организм. — Как я и предполагал, молодой организм быстро идет на поправку. Юлия, блеск в ваших глазах мне совсем не нравится. Имейте в виду: узнаю, что вы нервничали или нарушали режим — запрещу любые посещения! Если вам станет хуже, с меня три шкуры снимут, сами понимаете.
— Я должна поговорить с Высшим, — настояла я, пусть уже не так категорично.
— Я передам ему, что вы пришли в себя, — уклончиво отозвался доктор. — Но вы же понимаете, что влиять на решения хозяина замка я не могу? Если он сочтет нужным, то непременно навестит вас.
— Да, конечно, — промямлила я, опуская взгляд. Мысль о том, что разговор со мной Высшие посчитают глупостью и чем-то неважным, мне даже в голову не пришла. Что ж... Мне остается только ждать.