Глава 26. Шествие
✿‿︵🌾 ︵‿✿
В тот день Тиса и Нун проснулись очень рано. Еще до рассвета они выскочили из своих комнат в гостиную и начали громыхать посудой. На шум и возгласы вышла сонная Мел.
– И что вы тут делаете?! – слегка раздражённо поинтересовалась она.
Нун радостно взвизгнула:
– Праздник Демонов же! Мы должны нарядиться, и я хочу разрисовать Тисе лицо. Сегодня столько дел, нужно успеть всё до шествия!
Тиса, пол лица которого было покрыто синими ромбиками, закивал. Девушка подошла ближе и села рядом на диван, наблюдая, как Нун с энтузиазмом размалёвывает друга.
– Вот бездельники, – зевнула Мел. – Когда же вы начнёте работать и будете уставать так же, как я. До шествия ещё весь день, а вы уже такой переполох устроили! Ладно, я, пожалуй, ещё отдохну. Делайте, что хотите, только тихо и маску не красьте.
Девушка поудобнее устроилась на диване и провалилась в глубокий сон.
– Она же проспит весь праздник! – недовольно пробубнила Нун.
Тиса успокоил:
– К ней придут подруги и разбудят.
– Ага, и будет она с ними чаи гонять да ногти красить. Точно всё пропустит!
Дети вышли из дома, когда было совсем светло. Им пришлось задержаться, потому что Нун во что бы то не стало хотела дорисовать последний цветочек на лице похрапывающей Мел.
Город встретил их необычайной яркостью. Дома были украшены красными, оранжевыми и жёлтыми лентами. На балконах пестрели ранние цветы. Из-за обилия красок создавалось впечатление, словно улицы полыхают.
День Демонов был главным праздником на острове и совпадал с началом лета. Его праздновали с восходом солнца и до глубокой темноты, восхваляя загробную жизнь.
Тиса оглянулся. То тут, то там сновали демоны в разноцветных нарядах и масках. У кого-то, как и у него, были разрисованы лица. Стоял гомон, а по воздуху разносилась весёлая мелодия барабанов и флейт. За пять лет жизни на острове Тиса не один раз участвовал в празднестве, но каждый раз ему было мало.
Нун понеслась вперёд, утягивая его за собой:
– Пойдём скорей! На большой площади будут выступать уличные артисты! А на малой – конкурсы! Чур, ты полезешь на столб!
– Я? – охнул Тиса.
– Ага! Там, наверху привязана лента. Если спустишься с ней, получим секретный приз!
– Нун, насколько я помню, с прошлых праздников, этот столб слишком высокий. Я не хочу свернуть себе шею.
– Тогда я полезу! Будешь страховать!
Тут их окликнули полукровки примерно одного с ними возраста, с которыми ребята вместе учились и неплохо ладили.
– Эй! Тиса, Нун, пойдёмте к реке, там будут соревнования в гребле!
Весь день дети носились из одного уголка города в другой, закупались сладостями, брызгались в фонтанах, слушали песни и смотрели представления. Когда дело дошло до конкурсов и столба, Тиса занервничал.
Столб был гладкий и, казалось, пронзал облака. Даже взрослые ловкие демоны не могли взобраться наверх. Некоторые из них падали с этой верхотуры и только благодаря своей демонической сути оставались без тяжких увечий.
Нун взволнованно пискнула и вызвалась в ряды участников. Тиса удержал:
– Не надо!
– Но я так хочу секретный приз... – голос девочки погрустнел. – Неужели мы даже не попробуем?
Тиса не хотел расстраивать её, а потому решился на отчаянный шаг:
– Ладно, не переживай, я полезу. У меня больше шансов.
Произнося последние слова, он ясно осознавал, что никаких шансов у него нет, даже выжить. Нун счастливо запрыгала на месте. Следующие пару минут стали для Тисы суровым испытанием.
Цепляться за скользкий столб и ползти за призрачной лентой было сложно. Но ещё сложнее оказалось выбиться из сил на половине пути и, вцепившись в столб, таращиться вниз. Тиса почувствовал себя котом, который залез на дерево и не знает, как спуститься.
После колоссального напряжения и бестолковых усилий он скатился на землю и ушиб бок. Разумеется, он не достал заветную ленту. Нун всё же расстроилась, ведь пока он ползал наверх, она выяснила, что секретным призом для победителя станет козёл.
Когда Тиса узнал, ради чего рисковал жизнью, его настроение слегка испортилось. Нун же решительно сказала:
– Тиса, давай всё-таки я полезу! Я хочу козла!
– Но зачем нам козёл? – опустошённо спросил мальчик.
– Но я хочу! Он будет жить с нами.
– А что скажет Мел?!
– Думаешь, она будет против?
Ближе к вечеру Тиса и Нун, увешанные леденцами, скреплёнными в виде бус, уставшие, но довольные, поспешили на место встречи с Мел. То были центральные дороги города, по которым в назначенный час должно было пройти праздничное шествие.
– Тут будут факиры, – сказала Нун. – Мы увидим их одними из первых. А ещё будут танцовщицы и передвижная площадка с Зелёным Солнцем из бутонов. Его привезут на площадь. Говорят, оно расцветёт вечером. Тысячи бутонов раскроются в один миг. Представляешь, как будет красиво!
– Да, – согласился Тиса, – Старейшие постарались. В прошлый раз такого не было.
Мел нашла их незадолго до начала шествия. Рисунки всё ещё красовались на её лице, однако это её нисколько не беспокоило. Девушка улыбалась, доставая из сплетённых на голове волос красные лепестки цветов, которые то и дело сыпались из окон домов.
– Мел, ты же не против, если с нами будет жить козёл? – сразу спросила Нун.
– А?! – оторопело выдала Мел.
– Видишь, она не против, – крикнула девочка Тисе и продолжила: – Мел, после шествия полезешь на столб?
Толпы демонов сгрудились по обе стороны улицы. Когда раздались первые звуки дудок, возвещающие о начале шествия, все радостно закричали. Тиса и Нун встали на цыпочки и вытянули шеи, чтобы лучше разглядеть шествие.
Первыми шли танцовщицы. Демоницы в лёгких платьях изящно подпрыгивали, взмахивая завивающимися лентами. Мел, завидев знакомых, продвинулась вперёд, радостно улюлюкая вместе с гулом толпы.
За танцовщицами шли факиры. Одни дышали огнём, другие жонглировали факелами, а третьи и вовсе глотали пламя. Казалось, что ещё один трюк, и они обожгутся. Но, конечно, этого не происходило. Однако при каждом броске факела сердца зрителей, и живых, и мёртвых, на миг замирали.
Тиса и Нун смотрели во все глаза и что-то восклицали, позабыв обо всём на свете.
Совсем близко загремел шум колёс и топот копыт. Пятнистые лошади в красной упряжи везли деревянную платформу, на которой находилось огромное Зелёное Солнце – круг из переплетённой зелени с треугольными лучиками.
От группы танцовщиц отделилось несколько демониц. Они подбежали к толпе, протягивая руки. Девушки зазывали детей пойти с ними, чтобы взойти на платформу, стать частью шествия и получить благословение Зелёного Солнца.
Демоны радостно закричали, вскидывая руки и выставляя вперёд детей в надежде, что танцовщицы выберут именно их. Нун подалась вперёд. Ей до зубной боли хотелось, чтобы выбрали её. И ей повезло.
Деревянная монотонная маска на фоне разукрашенной толпы привлекала внимание. Одна из демониц подбежала к Нун и взяла её за руку. Девочка в свою очередь повлекла за собой и Тису. Тот, не ожидавший, что их выберут, замешкался. Его бусы из леденцов зацепились за край одежды Нун, но оцеплять времени не было – танцовщица, смеясь, утягивала вперёд. Подруга радостно вскрикнула:
– Идём! Идём!
Она ринулась вперёд, и бусы порвались. Красные круглые леденцы покатились по брусчатке.
– Не обращай внимание, идём! – повторяла Нун.
Тиса потянулся и ухватил её за руку. Они вместе устремились вслед за танцовщицей против хода шествия. Когда они оказались у платформы, демоница покинула их, а дети вскарабкались наверх и оказались у солнца. На площадке уже было несколько маленьких полукровок и демониц с малышами.
Тиса и Нун огляделись. Они словно плыли в толпе. Символ праздника возвышался над ними и впечатлял своими размерами. Дети восторженно разглядывали творение из нераспустившихся бутонов. Нун что-то прокричала Тисе, но он её не услышал.
В следующий миг откуда-то сбоку в переплетение цветов полетел факел. Похоже, кто-то из жонглёров всё же сделал промах. Тиса даже не успел испугаться. В воздух постоянно что-то взмывало, да и разве может живая зелень загореться от неудачного падения факела?
Но Зелёное Солнце в краткий миг вспыхнуло, словно облитое маслом. Неестественное, словно сотканное из чернил пламя окутало его со всех сторон. Языки огня взметнулись ввысь.
Толпа, ранее ревевшая от восторга, при виде горящего солнца закричала уже от ужаса. Чёрное пламя в мгновенье ока перекинулось на гирлянды развешанные вдоль улиц. Процессия застопорилась, зрители и актёры бросились врассыпную.
Мел, ничего не понимая, кинулась обратно к детям, но к своему ужасу обнаружила, что их уже нет на месте.
Тиса застыл. Шум и огни сбивали с толку. От полыхающего солнца на деревянный помост посыпались искры. Обжигающий жар окатил всех, кто собрался на платформе. Демоницы, дети – все бросились прочь, в бушующую толпу. Тиса хотел последовать за ними, но вдруг понял, что Нун куда-то пропала. Он оглянулся.
Девочка стояла поодаль. Похоже, она хотела лучше разглядеть солнце, и когда оно вспыхнуло, оказалась ближе всех к огню. Пламя горело в опасной близости от её лица. Если бы не маска, оно наверняка бы обожгло её. От ужаса Нун не могла пошевелиться.
Тиса ринулся к ней. Не замечая жара и горячих угольков, падающих на кожу, он приблизился и схватил её за руку, пытаясь увести. Стоило девочке услышать его знакомый голос, как она пришла в себя и, спотыкаясь, двинулась следом.
– Быстрее, быстрее! – восклицал Тиса, словно бы это могло ускорить их.
Все, кроме них двоих, уже покинули платформу. Поддерживая Нун, он пошёл прочь. Огонь остался позади. Главное сейчас было покинуть деревянную сцену и найти Мел.
Когда они достигли края помоста, Тиса облегчённо выдохнул, но рано. Потому что в следующий момент нечто бесформенное преградило им дорогу. Это было чернильное пламя.
Оно двигалось, как живое, стояло на четырёх лапах и рычало, подобно дикому зверю. Нун вскрикнула. Дети подались назад, но за их спиной горело солнце, а пламя того и гляди было готово перекинуться на деревянный пол.
От высокой температуры становилось сложно дышать. Запах гари вновь забил лёгкие Тисы, как тогда, когда он стоял возле своего сгоревшего дома. Мальчик попытался сосредоточиться на том, как им выбраться из ловушки, но пламя окружило их стеной.
Тем временем с конца шествия к пожарищу неслись Старейшие и стражники. Охранники шествия окружили площадку, но они оказались бессильны перед ужасающим магическим пламенем.
Нун закашлялась. У Тисы слезились глаза от дыма. Он подумал, что если нельзя обогнуть огонь, то можно попробовать ринуться сквозь него. Нет, тогда лёгкое платье Нун вспыхнет, как спичка. Должен быть другой выход!
За спиной раздался пугающий хруст. Огромное полыхающее солнце накренилось вперёд. Раньше его держали деревянные крепления, но теперь они выгорели.
Старейшая Сэл подбежала к платформе. В её бардовых глазах отразилось пламя. Она услышала крики Нун и бесстрашно кинулась к огню в надежде помочь, но было поздно.
С новым треском солнце накренилось ещё больше. Нун посмотрела на Тису. Тот на краткий миг встретился с её перепуганными зелёными глазами и крепко обнял, закрывая собой. Затем символ праздника с оглушительным грохотом рухнул, погребая под собой детей.
Старейшая Сэл застыла. Чёрная магия нежно скользнула по её лицу, обжигая щёку. Старая демоница отшатнулась назад не столько от боли, сколько от осознания, что произошло нечто непоправимое.
Тут кто-то врезался ей в спину. То была Мел. Рисунки цветов на её лице размазались, а в глазах плескался ужас:
– С-старейшая! – вскрикнула она. – Вы в-видели Нун, видели Тису?!
Охранники шествия тоже обратились к Старейшей:
– Что делать?! Это магия! Водой не потушить!
Кто-то крикнул:
– Там всё горит, там были дети!
Мел, услышав это, обернулась к полыхающей площадке, а затем резко сорвалась с места и бросилась в пламя. Старейшая Сэл попыталась её удержать, но внезапно их обеих обдало леденящим ветром.
Потоки чистой прозрачной магии, словно водой залили всё вокруг. Языки чернильного пламени медленно потухли. Старейшие, защитники, спасатели, все, кто остался, устремили поражённые взгляды к обугленному остову солнца.
Там, пригнувшись, стоял Тиса. Он одной рукой обнимал Нун, а другую вскинул вверх, держа в воздухе над собой прозрачный барьер.
За секунду до падения солнца Тиса почувствовал, как его лёгкие обожгло холодом, а затем тот бесконтрольно вырвался наружу, затопляя всё вокруг, защищая и остужая невыносимый жар пламени. Никогда ещё у Тисы не получалось ничего подобного.
Сейчас же он глубоко дышал, прижимая к себе Нун. Он опустил руку, разрушая барьер, и посмотрел на подругу. Девочка чудом уцелела.
Маска, покрытая копотью, скособочилась набок, открывая часть её светлого лба. Тисе показалось, что вот-вот маска упадёт на землю, впервые открывая ему личико Нун. Пара секунд и маска и правда легко соскользнула с лица.
Но перед Тисой, словно из неоткуда возникла Мел. Она крепко обняла их обоих. Перед глазами мальчика воцарилась темнота, и только в ушах звенели голоса защитников шествия:
– Вы это видели! Этот мальчик потушил магическое пламя!
– Это же ученик Старейшей Сэл!
– Он что, маг?!