События карантина

Папа разбудил меня в 8 утра со словами «Чё дрыхнешь? Вставать пора». Настя даже ухом не повела и спокойно спала рядом. Её волосы немного налипли мне на лицо и я убрал их. Солнце тихо светило в окно и немного слепило меня. Достав из чемодана чистые майку и трусы и взяв с собой трико, я пошёл в душ. В ванне на втором этаже стоял большой тазик с горячей водой и рядом записка "Помойся уже. От тебя несёт за километр. Мама". "Да уж, мне давно пора помыться". Через минут 15 я вышел чистый, с немного мокрыми растрёпанными волосами и в чистой одежде. «Надо добавить заметку, что нужна вода и запасы электричества на будущее». Сейчас жизнь меняется координально, даже уже поменялась, а я до сих пор такой легкомысленный, как будто ничего не произошло. Я разбирал свой рюкзак чтобы не было так тяжело с ним ходить целый день. Разобрал и прочистил свой АК и ПЯ «Грач», вытер начисто свою саблю и нож, достал свой револьвер и посмотрел на него, направив концом на смотрящее в окно солнце. «Чудная ты штука и какая эстетичная. Самая настоящая птица». Я сложил в рюкзак все свои запасы патронов, парочку запасов еды, чтобы перекусить на ходу и застегнул его. Натянул на себя кобуру, вложил в неё ПЯ, одел вторую кобуру, вложил в неё Магнум и перекинул ремень «калаша» через себя, одел мантию и вышел на улицу. Жизнь почти что кипела: 5 человек мучались с воротами, кто — то занимался огородами, а некоторые просто стояли на месте и тренировались владеть ножом. Я посмотрел на дорогу, уходящую далеко в даль на юг, и решил спросить у Стёпы куда она ведёт:

— Стёп, а куда идёт эта дорога?

— Где — то через километра 2 начинается другое село — Жилетово. Потом идёт поворот в основную часть того села.

— Как думаешь: откуда они могут попасть на эту дорогу?

— Да откуда угодно: могут с другой стороны реки, могут из леса какого — нибудь — много вариантов.

— А что за река?

— Да маленькая какая — то. Её Лужей назвали.

— Хах, прикольно.

Военные приезжали уже завтра, почти что через 24 часа, а точного плана у нас так и не было. Хотелось бы завтра обойтись без крови, но вот как? Они могут начать делать всё что угодно и как справляться с той или иной их деятельностью — я не знал. Жизнь решила преподнести мне прекрасный подарок: по мимо того, что в любой момент бродячие могут участиться с 0 до неведомой цифры в день, так ещё и военные решили заехать на чаепитие. Я заметил на поле 5 бродячих. Они были далековато от стен, однако все дозорные переволновались и подаставали оружие. Я показал жестом, чтобы успокоились и продолжали работать. Ко мне подошла Настя и решила поинтересоваться, что происходит:

— А что случилось? — она сказала это полу заспанным голосом.

— Ты вовремя. Видишь там идут бродячие? — я показал в их сторону пальцем.

— Вижу. А что?

— На — я вложил ей в руку папин нож, — пойдём.

— Тов, а может завтра?

— А я тебя не спрашивал. Это для того, чтобы ты умела защищаться, так что пойдём.

— Ну, ладно — она немного расстроилась и пошла со мной.

Мы стояли в метрах 50 от бродячих, они очень медленно двигались, что позволяло подготовить Настю:

— Так, слабое место — голова. При любой ситуации старайся бить туда, но если не получается — бей по ногам, но тогда ты должна будешь хотя бы его на колени поставить или свалить на землю. Они очень опасны, когда наваливаются, потому не давай им это сделать — уворачивайся, отпрыгивай, отходи, но не давай навалиться на себя. Поняла меня?

— Поняла, поняла. Как бить?

— Сверху концом лезвия в черепушку.

— Я не достану — она опустила руки и посмотрела прищурившись на бродунов.

— Снизу концом лезвия тоже в черепушку, но через челюсть.

— Ладно, попробую.

Бродячие почти что подошли к нам, и Настя, казалось бы приготовилась, но очень сильно волновалась. До них оставалось 20 метров. На её лбу выступил пот, а тело начало трястись, как будто на улице не жара, а настоящий холод. Я достал на всякий случай саблю:

— Я на подстраховке, не волнуйся. Сделай глубокий вдох и выдох.

— И без этого справлюсь.

Один из бродячих выбился из общей кучки и пошёл чуть чуть быстрее всех. Настя вся дрожала, а на руках видны были мурашки. До бродячего было метров 8...7...6. Время шло на секунды. Она всё медлила и медлила. Когда он подошёл к ней в плотную, она оттолкнула его, попробовала ударить его по ногам, по оступилась и бродячий почти навалился на неё. Я быстро подбежал, проткнул с боку черепушку живого трупа и помог Насте встать:

— Так, ты чего медлила?

— Отстань — она хотела уйти от меня.

— Стоять — я остановил её уперев руку ей в правое плечо.

— Что ты ещё хочешь?

— Показать как надо?

— Ну давай — она вложила нож мне в руку и отошла.

— Смотри.

Я подошёл к первому бродячему, нанёс ему удар ногой в колено и всадил сверху нож в черепушку, подошёл ко второму и, немного подпрыгнув, снёс ему часть головы, подбежал к третьему, всадив ему нож снизу в череп, придерживая его рукой за окровавленную рубашку. И вот оставался 4. Я решил немного понтануться и, заложив нож в чехол, я достал саблю, обвёл ей над головой нимб и снёс бродячему голову:

— Как тебе?

— Интересно, классно — она снова собралась уходить.

— Да стой ты, — я придержал её за руку и повернул к себе — ты хочешь сдаться после 1 не удачи?

— Не удачи?! Ты это не удачей называешь?! Да я постаять за себя не могу, ты о чём вообще?

— Настя, всем 1 раз сложно, всем трудно, но от этого не надо сдаваться, такое совершенно нормально.

— Да прям уж? Нормально, да?

— Совершенно нормально.

— Да я могла, понимаешь? Я могла, но нет, не получилось — на её глазах навернулись слёзы.

— Так, ну-ка — я обнял и прижал её голову к груди, — ты чего? Абсолютно всем 1 раз тяжко.

— Ты уверен? Точно? - она сказала это немного дрожащим голосом.

— Точнее не куда, отвечаю.

Мы постояли и пообнимались где — то минут 5 и я отпустил её:

— Сходи умойся и переоденься, а то я тебя кровью запачкал.

— Ой, это же твоя...

— У меня их много, всё хорошо — я нагнулся и погладил её по голове.

— Ну, хорошо — она улыбнулась в ответ.

Задние ворота построили и хотели возвести такие же, но только уже на втором въезде — выезде. Я помог мужикам снести всё необходимое к началу села и взял блокнот «Так, надо записать воду и электричество, а ещё сходить потренировать мужиков, чтобы уже точно были готовы к завтрашнему приезду гостей». Я собрал всех около задних ворот за 25 минут и повёл на вчерашнее стрельбище:

— Виктор Степанович, чему вы их вчера учили?

— Стрелять стоя.

— И только?

— Вы никаких других указаний не дали.

— Хорошо, ничего страшного. Сегодня будем учиться стрелять лёжа.Когда мы пришли к стрельбищу, все легли ровно также, как и вчера:

— Оружие все вчера прочистили?

— Абсолютно все — отозвался Виктор СТепанович.

— Вы проверяли.

— Да. Каждого. Все всё прочистили, не волнуйся, пацан.

— Ну вот и славно. Дать 4 залпа по деревьям!

Прозвучала большая и громкая очередь в сторону вчерашних «мешений». Сходив туда со всеми, я убедился в одном — никто не задерживал дыхание во время стрельбы. У всех куда только можно улетели пули. Вернувшись обратно к местам я сказал всем:

— Вы дыхание — то задерживайте, а то разброс будет очень сильным. Давайте, ещё 4 залпа!

Снова прозвучала очередь и снова мы пошли к «мишеням». Результат меня конечно порадовал, но всё же был не таким хорошим, каким бы мог быть. Я снова оставил Виктора Степановича с ними и вернулся в село. Пусть тренируются с профессионалом, чем со мной. Я то всё равно винтовку возьму, чем с АК — 12 буду мучаться. Сейчас надо было думать о запасах разных ценных ресурсов, а именно: о строй материалах, электричестве, источнике временной провизии, чтобы дождаться урожая с каждого огорода, и о воде. Вода, пожалуй стоит даже выше электричества, потому что и огонь можно в любое время развести, а вот вода исчерпаема. Сейчас надо было в срочном порядке решать проблему с водой и единственным способом являлся водопровод от реки, но трубы — это вторая проблема на водном пути. Где их взять? Откуда вообще? Меня взбодрил Стёпа:

— Что — то случилось?

— Где можно добыть трубы для водопровода? И фильтры?

— Ну и вопросики. С чего ты друг так решил спросить об этом?

— Вода — ценный ресурс, а у нас на не вечная и не будет вечной, а та река — последний шанс избежать нам какого — то водного голодания. Ну, на какие — то несколько лет. Ещё раз повторяю вопрос: где можно взять трубы для водопровода?

— В Боровске ближайший магазин сантехники есть и только. До тутого минут 30 на машине. Это прям срочно надо? Я могу организовать тебе отряд и поедем.

— Нет, не срочно. После военных будем решать этот вопрос. А станция далеко от сюда?

— На которой я работал?

— Да, она.

— Далековато, но можно проехать. Вопрос электричества?

— Он самый. Ладно, стройте ворота. Потом будем с этим всем разбираться.

Завтра уже намечался день встречи военных. Что с планом? Не готов. Все нужные ресурсы не готовы. В задние ворота вошли наши стрелки и я быстро двинулся к ним:

— Автоматы пока не заносим. Заходите в мой дом. Все участники завтрашней операции зайдите в наш дом, срочно! — я крикнул на всё село и сам зашёл к нам домой.

За 15 минут успели собраться абсолютно все. Каждый переглядывался друг с другом и косо смотрел на меня:

— Все в сборе? Тогда начнём. И так, собрался я вас, дабы огласить единый для нас план, но перед этим вопрос: кто сейчас боится? Прям страх просто переполняет — последовало томное молчание, — люди, страх — такое же нормальное чувство, как и радость и если кто — то из вас боится, прошу, скажите сейчас, потому что во время прибытия вояк будет поздно.

10 человек неуверенно подняли руки и опустили, посматривая на остальных:

— Хорошо. Я не хочу просто сильно напрягать тех, кто боится, дабы операция не сорвалась. Значит так: автоматчики будут под моим командованием лежать в кустах, пистолетчиков возглавит Стёпа, кодовое имя Технарь — я посмотрел на него и мы кивнули друг другу, — Без моей команды не стрелять, ни в коем случае. От каждого шороха может зависеть результат нашей операции. Если кто — то выстрельнет без моей команды — он подставит всех. У военных чёткая установка — зачистить местность и церемониться они не будут. Мы просто мирно их проводим, постараемся во всяком случае проводить их без жертв с обоих сторон.Я знаю, что сейчас мне не доверяет каждый из присутствующих и что вам сложно меня понять. Да, на то есть причины: я могу не знать банальной военной тактики, вы меня впервые видите, а я уже начал вами руководить, я с другой местности, не знаю местных установок и ещё масса разных причин, но я хочу вас защитить, хочу вам помочь. Доверьтесь мне один раз, завтра и я сделаю всё, чтобы показать свою честность. Я не из тех людей, кто хочет массовой смерти, я не из них, я хочу помочь вам, даже ценой собственной жизни, но посодействуйте мне. У кого — нибудь есть вопросы?

— Твои предположения? — Стёпа скрестил руки и посмотрел на меня гордым взглядом.

— Мои предположения? Выживем и всё пройдёт гладко. Ещё вопросы? — последовало томное молчание, — Раз вопросов нет — совет закончен.

Все уходили и я тоже хотел было уйти, но меня остановил Стёпа:

— Минутка есть?

— Слушаю.

— Давай присядем — он сел в кресло.

— Ну давай - я сел напротив него на диван, — я тебя слушаю.

— Ты не уверен ни в чём.

— Ну, верно подметил.

— Какой же истинный план?

— Импровизация.

— Хах, а ты тактик. Ты говорил всё так уверенно, что твою неуверенность можно было увидеть сразу.

— Серьёзно? — я улыбнулся и снял очки, чтобы протереть их.

— Ты же понимаешь, что там волн...

— Волнуется и боится больше 10 человек — я знаю. Но те кто не сказал сейчас, хотят проявить себя и показать, что они храбры.

— А ты умнее, чем кажешься. Ты проницателен, но всё же какие — то моменты не учитываешь, однако ты прав: лучше импровизировать, чем не вносить поправки в нужный момент времени.

— Совершенно верно. Импровизация даёт свободу, а свобода даёт массу возможностей.

— Мне надо собирать людей на вылазку?

— 10 человек. Боящихся бери. Я поработаю с ними. В машинах бенз имеется?

— Всегда — Стёпа улыбнулся и вышел из гостинной.

Я услышал чьи — то тихие шаги у себя за спиной:

— Насть, тебя очень хорошо слышно, всё равно не сможешь спрятаться.

— Да блин. Как? Как ты меня услышал?

— Слух хороший. Ты что — то хочешь?

— Тов, а скажи честно: ты выживешь?

— Чёрт меня знает. Тут уж как поведёт — я повернулся к ней и увидел, как она опустила голову.

— Научи...

— Чему?

— Ты знаешь.

— А, этому...за мной — я встал, пошёл к входной двери и резко остановился, — стоп, блин..

.

— Я взяла уже нож, успокойся.

— Тогда точно пойдём — я вышел из дома и направился в лес около задних ворот.

Настя молча шла за мной и немного оступалась. Я остановился в метрах 60 от границы леса:

— Пожалуй, здесь и начнём. Покажи какой нож ты взяла.

— Вот — она вытащила из кармана раскладной нож и дала мне, — я его в тумбочке нашла в кабинете.

— Хм — я нажал кнопку на рукояти, чтобы вылезло лезвие, — не плохо. Ладно, так. Как я с утра учил? — я вернул ей нож.

— Голова — слабое место. Если не попадаешь по голове — старайся сбить или уклониться. Не давай им наваливаться на тебя.

— Молодец. Всё верно. Вот тебе ещё один урок: бродячие медленные — пользуйся этим. Если это единичная цель — прошмыгни у него под рукой и ударь в голову со спины. Твой рост более чем позволяет это сделать. Твоя задача не даться ему победить тебя. Банальный укус или рана могут привести к заражению и тогда ты не спасёшься. Так, а теперь повторяй за мной — я достал нож, встал в боксёрскую стойку и сделал удар сверху как будто по голове заражённого.

Настя повторила всё в точности за мной, но как — то слишком слабо:

— Вот так? — она посмотрела на меня.

— Насть, нет, надо бить сильнее, с яростью.

— Ну, я попробую — она снова сделала всё, но опять слабо.

— Насть, надо бить как будто зол на него. Чем сильнее ты ударишь, тем больше шанс того, что ты его обезвредишь.

— Ладно, хорошо — она снова ударила также слабо.

— Настя, бей с яростью, слышишь? С яростью.

— Това, да блин — она подошла к дереву слева от меня, — не могу я бить с яростью, понимаешь? Не моё это.

— Тогда зачем попросила обучить?

— Да потому что, блин — она сильновато ударила по дереву ножом в бок, — надо хоть как — то защищаться в этом мире, а я как неженка стою в сторонке и не могу проявить ярость, вот просто не могу, не могу я выразить ярость, её во мне нет, — на каждое своё слово она била по дереву ножом в разном направлении и немного прикрикивала.

— Вот это вау — я взял её за руку и вытащил нож, — говоришь что не умеешь бить с яростью? — Отстань. Ты этого не видел, — она скрестила руки и повернулась ко мне спиной.

— Почему ты так боишься проявить эту эмоцию?

— Не твоего ума дело. Отстань от меня! — она начала уходить в сторону села.

— Стоять, — я взял её за руку и повернул к себе лицом, — ну и зачем сдаёшься, даже не начавши?

— Отпусти меня!

— Сначала объясни что происходит.

— Эмоции — это зло! — она вырвалась и побежала в село.

— Значит зло, да? Что ж, хорошо, — я сел в позу полулотоса и достал саблю, — разомнусь перед вылазкой.

Я тренировался с саблей около получаса, прежде чем решил вернутся в село. Подозвав Стёпу, я попросил его собрать мне тех 10 испугавшихся, чтобы они немного свыклись с этим новым миром. Стёпа кивнул мне и уже через 20 минут все были готовы к поездке в Асеньевское. Перед тем как ехать, Стёпа дал мне листочек с материалами для передних ворот.

На том складе, что мы были в последней вылазке, я нашёл 5 рабочих обычных раций и одну с полустёртой подписью «Дальнего д». «Видимо, дальнего действия. Не плохо. Может смогу обнаружить военных». Я немного почитал данные на задней крышке рации и нашёл радиус её действия — 60 метров. «Ничего так, хотя и военных я смогу найти и без неё». Когда все собрали необходимые нам вещи и материалы — я собрал всех около входа на склад:

— И так, слушайте: вы заявили, что боитесь завтрашнего события, так? — они все переглянулись, посмотрели в стороны и кивнули мне, — нет, страх — это нормальная человеческая эмоция и ей очень хорошо можно пользоваться, но только этому надо научиться. Сейчас я хочу проверить ваш навыки в борьбе с бродячими. В селе их многовато должно быть. Я видел нескольких, когда мы подъезжали к складу. Кстати, их кто — нибудь кроме меня заметил? — все удивлённо посмотрели на меня, — значит никто, хорошо. Все бродячие давно могли добраться до этих мест, может и не в сильных или массовых количествах, но могли. Вопрос: какие, по вашему мнению, характеристики должно иметь оружие против бродячих? Кто готов ответить?

— Я попробую — из шеренги вышел мужик лет 40, ходивший на 1 вылазку, — по моему, дальность, лёгкость и эффективность, верно?

— Верно. Ты, конечно, назвал не всё, но большую часть, молодец, вставай обратно в строй, — я повернулся на лево и пошёл к воротам, — так, пока будем идти к домам, всё объясню — я открыл ворота и показал рукой, чтобы все пошли за мной.

Перед подходом к самому селу я всех остановил и повернулся:

— Поскольку дорога полностью пустая, мы встаём в круг. Короче, создать круг вокруг меня, ясно? — все кивнули и образовали круг, — идём чётко со мной: я останавливаюсь — вы тоже, я начинаю движение — вы со мной. И так, пошли! — я медленно пошёл, оглядывая всех, — пока идём расскажу характеристики оружия. Оружие, как уже было сказано, должно быть длинным, потому что чем дальше от вас бродячий, тем больше у вас шансов выжить. Лёгкость тоже, конечно, хорошо, но порой тяжёлое оружие будет лучше. Эффективность вопрос спорный, потому что даже самый обычный асфальт и ботинок могут завалить бродячего. Кстати, стоять — я встал и огляделся, — тот, что впереди — мой, — я вышел из всего круга и подошёл к бродуну. Ударом ногой по ноге я поставил его на колени, и когда он пытался встать — я пнул его со всей силы в морду. Подойдя к его голове, я банально забил её кроссовком, расквасив его голову, — прошу. Кстати, такая тактика может быть уместна и против людей, но это потом, — я снова вернулся в круг, — пойдём дальше. Самое главное и мощное оружие против этих бродячих мёртвых туш — это ваша не преклонность. Вы ещё имеете мозг в черепе, в отличии от бродячих. Их мозг давно умер и уже ничего не значит, так что его у них точно нет. Ловкость, сила и разум — это 3 самых последних варианта в самых критических ситуациях. Это 3 очень сильных козыря. Самая простая изобретательность позволит вам жить дольше, чем кому — нибудь другому. Вы должны...

Один из мужиков повернулся ко мне и опустил лопату:

— Товарищ комендант, я всё понимаю, это нужные нравоучения и все дела, но...Я резко достал «Грача» и выстрелил в голову бродячего, который почти что подобрался к этому мужичку:

— И как же я мог забыть о сосредоточенности? — я осуждающе посмотрел на этого мужика, и он повернулся ко мне спиной, — В бою надо ставить приоритеты правильно, максимально правильно. Если есть возможность кому — нибудь помочь — помогите, если вы перебрали все варианты, то у вас всегда остаются 3 козыря — используйте. Что ж, мы дошли до конца села, поздравляю! — я встал на месте и оглядел всех, — стойте на месте, мне надо кое — что оглядеть, — я вышел из круга, вкинув «калаш» и прицелясь куда — то вперёд.

Везде было пусто и даже трупы вояк не лежали. «Могли стащить бродячие или животные, но всё же надо это учесть». Я почувствовал чей — то взгляд справа от меня. Повернувшись, я увидел одного из тех военных. Он пошёл в сторону маленького поля, показав рукой жест «За мной». Я настороженно пошёл за ним на это поле. Он остановился по середине этого поля спиной ко мне. Я встал в 10 метрах от него и снова прицелился:

— Что ты хочешь от меня? Ты умер, так уйди же на небеса и не трогай меня.

— Я хочу поговор...рить — он резко дёрнул головой в левую сторону и сел также спиной ко мне, — я знаю зачем ты нас убил, твоя забота о тех людях оправдана. Всё хорошо, можешь не винить себя.

— Ты просто плод моего воображения. Это всё не правда, это не правда — я опустил АК и взялся руками за голову, — тебя здесь нет, ты умер. Это просто моё чувство вины.

— Твоя социопатия. Ты её контролируешь. Я и реален и нет. Я знаю твоё будущее и честно — я рад за тебя. Ты великий человек и рассудительный. Я лишь хочу попросить тебя об одной услуге.

— Класс, моё воображение просит меня же об услуге. Остановите землю, я сойду.

— Похорони нас, прошу. Я заберу их с собой, всё будет хорошо, мы не будем более тебя трогать, только похорони нас.

— Ох — что — то дёрнулось во мне. «Неужто это не моё воображение? Может и помочь?». Я сделал глубокий вдох и медленный выдох, немного прищурился и взял «калаш» на перевес, — где ваши тела?

— В том краю леса — он показал на, полу отделённые от основного леса, деревья слева от нас, — мы там. Похорони нас хоть где, но сделай это, прошу.

— Хорошо, я — протёр глаза и снова посмотрел на место, где сидел вояка — его не было, — вас похороню...

Меня это даже не особо удивило. Я вернулся ко всем и увидел не особо равную битву людей и бродячих. Достав саблю, я пулей подбежал ко всем и разложил большую часть заражённых. Осмотрев всех и убедившись, что все на месте, я сунул саблю в чехол:

— Так, вроде все целы.

— Ты куда ходил? Кого — то увидел? Нам пора идти от сюда — вышел из толпы Витя.

— Витя? Правильно?

— Да, я.

— Вопросов меньше — дела больше. Никого там нет, показалось мне. Я тут кое над чем подумал и мне понадобиться ваша помощь.

— Слушаем.

— Вон там — я показал головой на край леса, на который указал мне тот военный, — там трупы вояк. Застреляных.

— Ну, окей. А откуда ты это знаешь? — Витя искоса посмотрел на меня и немного отступил.

— Увидел их. Похоронить бы их, а то получается что мы не лучше вояк. Вить, Стёп — я посмотрел на мужчин, которые были со мной на 1 вылазке, — помогите, пожалуйста.

— Просто похоронить? — Стёпа вышел из-под тени деревьев, прищурил глаза, протёр нос и посмотрел на ту часть леса.

— Просто похоронить. Если хотите — можете идти к машинам и даже вернуться. Если что — то произойдёт — я сообщу.

— Держи — Стёпа протянул лопату, — ты ничего плохого не подумай...

— Всё в порядке — я положил руку ему на плечо и кивнул, — возвращайтесь в село. Я вернусь, обещаю.

Стёпа кивнул мне и положил свою руку на мою. Мы простояли так секунду и все пошли обратно на склад к машинам.

Подойдя к месту трупов вояк, я увидел 7 бродячих. «Да вы заманали уже. Ох, твою же мать. Что вы ещё хотите от меня?». Постучав лезвием лопаты и приманив бродячих к себе, я начал отступать. Одним чётким ударом по нижней челюсти я вырубил первого, после чего отрубил ему голову лезвием, пока он лежал. Второго я сбил на одно колено ударом по правому колену черенком лопаты, прокрутися вокруг себя, пройдя немного вперёд, и нанёс правый удар лезвием по шее бродячего, отрубив ему башню. Заметив ещё двух, я оттолкнул одного от себя по ближе к полю ударом ногой в живот, сбил с ног второго ударом лезвия по ногам, встал на спину упавшего, вскопнул его голову вместе с землёй и отбросил это лопатой в сторону. Подошёл с другому, снова оттолкнул его по ближе к полю руками, держа лопату, отошёл немного назад и, разбежавшись, снёс ему голову лопатой, как копьём, в прыжке. «Ещё трое остались. О господи». Я решительно пошёл в сторону леса от 4 трупа. Все оставшиеся двигались последовательно с расстоянием в метра 3 друг от друга. Перед 5 я размахнулся, прокрутился вокруг себя, пройдя немного вперёд и держа над собой лопату, и боковым ударом лезвия пригрел его бошку к дереву, отрубив половину. Постоял секунды 2 ровно, смотря полу уставшим и полу злым взглядом на последних двух. Вытащил лезвие из ствола дерева, отошёл назад, взялся за конец черека и сделал пирует, снеся заднему пол бошки, а переднему размозжив её черенком. «Глубокий вдох и медленный выдох»:

— Ты закончил? — за спиной оказался тот самый военный, что проводил меня на поле.

— Закончил.

— Знаешь что одними понтами не проживёшь?

— Знаю — я смотрел на трупы вояк, — захороню вас на поле.

— Спасибо — в его голосе прочувствовалась нежность — когда захоронешь, я тебе кое — что покажу.

— М? — я повернулся и посмотрел на него, — О чём ты?

— Потом узнаешь, пока что захорони.

— Хорошо.

Я похоронил всех рядом с лесом в полутеньке, чтобы не сильно напекало летом или весной. Положил перед каждой могилой камень, присел на корточки и упёрся коленом правой ноги в землю, положив левую руку на вторую ногу:

— Простите меня. Сейчас началось то время, когда вас рано или поздно бы убили — я тяжело вздохнул и опустил голову, — да что я несу? Я не знаю жаль мне или нет. Может я и намеренно это хотел сделать, а может...

— Успокойся. Никто из них тебя не винит — вояка встал рядом.

— Ты...ты хотел мне что — то показать? — я встал.

— Да. Я могу показать тебе твоё будущее.

— Это как?

— А это так — он повернулся и прикоснулся указательным пальцем правой руки к моему лбу.

Всё побелело, но через секунду я оказался в какой — то комнате. Посмотрев вокруг я опознал в комнате казарму. Военную восьмиместную казарму с двухэтажными кроватями и двумя шкафами между кроватей. Кто — то шёл по коридору. К камере привели Настю в моей мантии, но сверху была одета не понятная мне блузка или сорочка, а под ней бронежилет. Потом привели...меня? Я был в чёрных брюках, чёрных полукроссах, полусапогах и в белой рубашке с закатанными рукавами. Нас посадили напервый этаж коек около двери и развязали нам руки. Мужчина, что их привёл, закрыл решётчатую дверь и куда — то ушёл. Мы с Настей посидели ещё несколько секунд тихо и потом она заговорила:

— Ты достал?

— Ну, а ты как думаешь? — я улыбнулся с частичкой радости и злорадства.

— Достал — Настя презрительно посмотрела на меня.

— Да не обижайся ты. Всё имеется. Я достал вот — я вытащил из левого кармана какие — то ключи и поднял их, — а так же вот — я расстегнул рубашку и залез правой рукой к задней части поясницы и вытащил оттуда разводной ключ, — как тебе?

— Това, ты тупой?

— И да и нет. Не волнуйся, твой викторианский стимпанк я не запачкаю. Всё буду делать сам — я злорадно улыбнулся и встал.

— Даже девушке ничего не оставишь? — Настя тоже встала и слегка оскалилась на последнем слове.

— Ничего — я нагнул голову к ней.

— А ты плохой — она взяла меня за шиворот рубашки, притянула и поцеловала в губы.

— Ладно, пора выбираться — я открыл решётчатую дверь ключами и вышел вместе с Настей.

Я вышел за ними в коридор и увидел такую картину: дальше по коридору шло другое помещение с гаражной дверью, в конце коридора стоял мужик, который привёл меня и Настю в нашу «камеру». Он стоял с Ак — 12 в руках и не слышал меня, подходящего сзади. Я ударил его разводным ключом по голове со всей силы, схватил за заднюю часть бронежилета и медленно опустил, чтобы не издавать много шума. Там же стоял второй, но оперевшись на стенку правым боком и потягивая сигарету, стоя спиной к нам. Я прошёл за собой и Настей в эту большую комнату. Встав около оглушённого, я показал ключом на мужика и потом на Настю. Она повернула меня к себе, поцеловала в губы и кивнула, после чего села на одно колено и начала снимать броник с лежащего. Я подошёл ко второму, ударил его по левой части головы один раз, потом замахнулся и ударил со всей силы, разбив ему голову об стену:

— Бери у него АК, а мне дай ПЯшку — я взял у убитого пистолет и снял броник.

— Хорошо — Настя одела бронежилет, кинула мне пистолет и перекинула через себя ремень автомата.

— Благодарю — я словил пистолет, проверил каждый на наличие патронов и тоже одел броник.

— Сколько их?

— Сейчас нас встретят двое у входа сюда — мои. Около цистерны стоят два — твои. Снимай метко и аккуратно, как я учил.

— Да я же и так метко стреляю.

— Так я не тебе — я себе — я повернулся к ней и улыбнулся, — так, на счёт...

— Погнали — Настюшка быстро прошла мимо меня держа «калаш» на изготове.

— Ну или так — я упёрся локтями в поясницу, держа пистолеты стволами вверх в разные стороны, и пошёл за ней.

У входа стоял какой — то ящик и за ним сидели двое амбалов и играли в карты. Я выстрелил в них не церемонясь, посмотрел на цистерну и кивнул Насте. Она пустила очередь в 3 выстрела по двум охранникам. Из другой части здания показались ещё какие — то люди. Я быстро побежал к мужчине, стоявшему по среди большого двора, располагавшегося между цистерной и стеной здания, прибил его к полу, сел на его спину и приставил пистолет к его голове:

— Я его застрелю, если вы не опустите оружие!

— Твою мать, спасайте Афоню! — крикнул кто — то из толпы.

— Я реально прострелю ему бошку! Настя!

— Уже готова их расстрелять! — Настя зашла за меня и целилась в группу людей, стоявшую слева от меня.

- Ладно, ладно. Опустили все пушки! — самый главный и толстый из них опустил свой автомат и показывал руками, чтобы все сделали также, но никто не опускал, — Ладно, чёрт с вами. Отпустите Афонасия.

— Я его не отпущу. Вы, мать вашу, оглушили меня и мою девушку и ещё просите, чтобы я его отпустил?! — я потыкал в лицо мужчины, которого прижал.

— Да блин. У нас приказ такой! Мы вообще не знаем кто вы! Нам сказали взять человека в длинном сером пальто — мы и сделали! Мы вообще не знали, что с вами эта девка будет!

— Она не девка, а девушка. И что значит это ваше «у нас приказ такой»?

— Да то и значит. Нам банда одна сказала вас схватить, вот мы и выполнили. В обмен на вас мы получим ресурсы. Больше нам ничего не сказали.

— Вы прям вообще не знаете кто я?

— Вообще не знаем.

Я встал, направляя пистолет в лежащего:

— Я Товарищ комендант, моё почтение.

— Товарищ... — этот жирный мужик встал на одно колено и положил своё оружие рядом, смотря в землю. Все последовали за ним, — Мы не знали...у нас просто приказ...мы...

— Заткнись. Воздух лишь зря сотрясаешь. Встань...как тебя?

— Виталий, но все зовут меня Пивовар — мужик встал и повесил на одно плечо АК, — Товарищ комендант, ну честное слово, ну не знали — он поднял руки.

— Да успокойся ты. Вижу. Опускай руки — я перестал целиться, протёр левый глаз, повернулся к Насте и показал жестами, чтобы подняла Афонасия и опустила автомат.

— Вы уж извините за такое плохое двух дневное содержание. Может вы хотите есть? У нас там тушёнка завалялась. Могу вашей деву...

— Шпильке — я перебил его, — для меня она Настя, Настенька, дорогая и тому подобное, а для вас она — Шпилька.

— Уяснил. Так вы чего нибудь хотите?

— Нет. До нашей базы тут недалеко, не исхудаем, когда пойдём.

— Ну, вообще — то есть заминка. Ма — а — а — ленькая такая. Наниматели приезжают сегодня.

— А кто ваши наниматели?

— Я точно не помню, но кажется они называли себя Берсерками.

— А, Берсерки. Пройденная тема...

В глазах снова побелело и я оказался на том самом поле, где и был. Вояка уже исчез... Повернувшись назад, я снова увидел его, смотрящего на небо:

— Этот момент произойдёт с тобой где — то через два года. А теперь мне пора идти. Будь сильным. Ты всё сможешь — он провёл рукой по моим глазам и я как в прострацию упал.Как пришёл в село — не помню. Как зашёл в кабинет и сел за стол - не помню. Как снял снарягу — не помню. С того момента, как я поговорил с военным прошло где — то часа 4. Я настроил часы на 16:24. «Долго я был в...отключке? Астрале? Неважно». Неужели тот военный и правда был духом? Может это моё воображение? Кто знает, что случается с людьми после убийства? Хладнокровного убийства... Я выбрал путь социопата. Выбрал сам, никто не помогал, а значит я должен его пройти. Я сел за стол на кухне и достал остатки бутеров. Я смотрел в окно, наблюдал как все спокойно трудятся, будто апокалипсиса нет и всё хорошо. Доев, я решил вернуться в то место в лесу, где я пытался потренировать Настю. Оно было самым прилежным посреди деревьев и мне это нравилось.

Я снял АК и пистолет с кобурой, оставив только чехол для сабли. Я тренировал удары по дереву, старался делать всё как можно точнее, но результат всё равно меня чем — то не устраивал:

— Что же не так?

— Держи сильнее. Дыши ровнее, а то совсем с дыханием не работаешь — это был знакомый голос.

— А ты собственно... — я повернулся назад и увидел того самого военного.

— Послан как ангел хранитель. Я знаю, что сейчас ты ничего не понимаешь и это сложно осознать, но...

Я начал махать саблей, чтобы задеть его, но всё бестолку: ни раны, ни царапины. Это был реальный дух:

— Зачем ты меня преследуешь? Что тебе нужно?

— Я хочу тебя уберечь от лишних действий. Только доверься мне, прошу.

- Так, это раздвоение личности - я присел на корточки и схватился за голову, - он не существует. Сейчас я сделаю вдох выдох и он исчезнет. Да! Точно! - я сделал глубокий вдох и медленный выдох, закрыл глаза и встал, - всё, всё теперь хорошо, - открыв глаза я увидел его снова.

- Я твой ангел хранитель. К сожалению, только ты меня видишь.

- Докажи, что ты не плод моего воображения.

- Может не...

- Докажи.

- Ладно...попробуй представить в моей руке такую же саблю, как у тебя. Попробуй.

Я старался вообразить его, стоящего с моей саблей в руках, но всё бесполезно: она не появлялась. "Может я не умею контролировать свою вторую личность и она живёт своей жизнью?". Я задумался не на долго:

- Может ты такая моя личность, которую я не могу контролировать?

- Ох, ладно - он сплёл пальцы своих рук, опустил их перед собой, слегка приклонил голову и расправил крылья.

- Теперь я верю... - меня поразил нереальный шок, от чего я вырубился и упал на землю.Очнулся я под закат. Свет светил мне прямо в глаза. "Часов 20, наверное". Я медленно сел, зачехлил саблю и неспеша встал. Всё кружилось и не на долго в глазах потемнело. "Какого же чёрта? Мне это приснилось или нет?". Я ничего не осознавал, глаза были немного мутные и ещё этот раздражающий свет. Я стоял и оглядывался по сторонам:

- Какого же... - я протёр глаза.

- Чёрта? Честно, сам не знаю - меня перебил до жути знакомый голос за спиной.

Я испугался, вздрогнул, повернулся, вытащив саблю, и удивился:

- Но...твою мать, это невозможно - я тычил в этого "ангела" остриём.

- Успокойся, Това.

- Ты ещё и моё имя знаешь. Ну ничего такой подарочек. Убил, так мне его как "ангела" подослали.

- Тов, соберись с мыслями и ещё - он показал пальцем куда - то мне за спину, - там проблемка к тебе крадётся.

И в самом деле: я услышал мрачное хрипение и тяжёлые шаги. Повернувшись, я подошёл бродячему и скосил ему голову:

- Благодарю конечно, но это ничего не меняет - я повернулся к вояке и не увидел его, - ах ты...

- Да успокойся ты, параноик. Я на дереве.

- Твою же мать, ну блин, ну не пугай - я посмотрел на дерево и увидел его сидящего на одной из веток. Я уже решил смириться с этим.

- Лучше вот что сделай: Настя твоя обижена на тебя. Пойди и извинись.

- Блин, может давай потом?

- Неа, она спать ложиться, так что это сейчас самый нужный момент времени, чтобы извиниться.

- Ой, блин, ладно - я зачехлил саблю и пошёл в село.

Настя реально ложилась спать. Я услышал какую - то возню в кабинете и решил зайти без стука:

- Насть - я медленно открыл дверь и немного зашёл в комнату - Прости, я...

- Молчи - она стояла ко мне спиной.

- Настя, я просто хочу извиниться, не более.

- Молчи...

- Настя, ну я же...

- Да замолчи ты уже! - она резко подошла ко мне и начала бить меня по груди, - Замолчи ты уже! Не виноват ты, понимаешь!? Нихрена не виноват! Это я просто такая неженка, что даже ярость не могу пробудить! Я просто беспомощная содержанка, которая ни на что не способна! Я...я... - она рыдала и била меня по груди.

- Тихо, тихо - я обнял её и прижал левой рукой к своей груди её голову.

Она более менее успокоилась и, поцеловав её в лоб и пожелав спокойной ночи, я пошёл обратно в село. Сказал всем, кроме дозорных, чтобы ложились спать по раньше, потому что завтра однозначно надо вставать где - то в утра 6 или раньше. Всех мирных успели эвакуировать в Асеньевское, пока я спал или был в отключке. Я приказал открыть ворота на распашку и всем расходиться по домам, кроме дозорных.

Мой дедушка по дежурству как обычно стоял в эпичной позе, прислонившись к дереву и держа на плече топор:

- Товарищ комендант, вы раньше обычного.

- Да и вы собственно тоже.

- Ну, кому как, а мне просто хочется быть полезным.

- Вы и так полезны, даже если не дежурите - я сел под своё дерево, сняв рюкзак.

- Устали?

- От силы. Дел ещё много, не до усталости как - то.

- Хотите конфетку? По вашему виду можно сказать, что вы не выспались - он достал из нагрудного кармана рубашки какую - то конфету.

- Какая? - я посмотрел на него с ног до головы.

- Клюквенная - он спокойно так улыбнулся и протянул её мне.

- Спасибо - я подошёл и взял конфету.

"Клюквенная. Сладкая небось. А жизнь не сладкая". Я развернул и положил конфету в рот, сунув фантик в карман. "Блин, реально клюквенная":

- Спасибо - я посмотрел в сторону дороги и подошёл к своему дереву.

- Вас что - то тревожит.

- С чего решили?

- Не решил, а вижу. Вы сами как не свой.

- Да, блин...

- Волнуетесь? Вот, в детстве, мой дедушка меня учил одной вещи: Глубокий вдох - он глубоко вдохнул, - и медленный выдох - он выдохнул, - всё у вас получиться.

- Уверены?

- Да конечно, я уверен в том, что хоть вы и молоды, но что делаете - знаете.

- А если не знаю?

- Импровизация тоже выход.

- Хах, умно.

- Товарищ, комендант. Мы все по любому пойдём за вами. Вы молоды, но убедительны. Вы рассматриваете недостатки, как возможности и это очень интересно. Честное слово, никогда такого не видел.

- Да я просто мыслю рационально. Ничего более.

- Хех, вы скромничаете - он тоже посмотрел на дорогу и улыбнулся.

И вот так мы сидели в кромешной тишине и смотрели на дорогу. За ночь появилось только 5 или 6 бродячих, а так всё было тихо и спокойно. Так мы сидели всю ночь на пролёт до самого рассвета, даже глаза не сомкнув...