8 часть
Кафе представляла собой небольшой уютное заведения. Всё было построено на бежево-коричневых тонах, атмосфера обволакивала, успокаивала. Запах кофе и чего-то мучного приводил к появлению слюн. Две молодые официантки ходили по зале, спрашивая про заказы и в скором времени принося их.
Чуя решил занять место возле большого окна, из которого можно было видеть всё что творится на улице, а так прохожих. Место было хорошо ещё тем, что оно находилось чуть ли не в конце от входа, что давало возможность закрыться от всех. И правда чудное кафе!
Ацуши с интересом рассматривал интерьер, сидя на против Накахары, а Акутагава, сидя рядом, скучающим взглядом смотрел в окно. Тут Чуя отметил, что пожалуй придется как-то узнать побольше о этом парне, а то детское личико не должно смотреть так отрешённо — то что у ребёнка могло сохранится часть воспоминаний или характер, который он приобрел в течение жизни, Чуя не хотел принимать. Другое дело Накаджима, ему всё интересно! Своим носиком он лез и туда и сюда. Этому ребёнку можно давать Оскар за любознательность! Если смотреть на него как раньше, то, если Чуя помнит, детство у него выдалось не самым красочным. Может теперь он и хочет всё это наверстать?
Рыжеволосый отвлёкся от детей, рассматривая меню и думая чего бы такого заказать. Если себе он уже решил заказать сначала мороженое с ванилью, хотя он бы не отказался с вином, но так как его здесь нет, то ладно, ещё потом закажет холодный чай. А вот что детям, ведь им нужно перекусить. Сладким их точно не накормишь, а вот что тогда?
— Ацуши, может ты чего-то хочешь?
Обратился к младшему Чуя. Тигрёнок, отвлёкшись от своего занятия, начал думать, смотря своими большими глазами в стол. В его голове сейчас был такой беспорядок, за какую-то мысль просто было невозможно ухватиться. Голова начинала болеть, как будто внутри что-то боролось или не сходилось. Накахара, заметив трепыхание ребёнка, аккуратно дотронулся до его головы.
— Всё хорошо, то что ты не можешь вспомнить — это нормально…
Попытался успокоить старший. Ребёнок и правда обратил внимание на него, головная боль сразу ушла, а слёзы, что-то вот-вот должны были хлынуть, исчезли. Кажется Чуя начал догадывается в чём дело…
— Хочу…рис…
Начал ребёнок. Чуя кивнул, чтобы тот больше не волновался. Спрашивать Акутагаву было даже страшнее, как тот отреагирует, непонятно. Но попытка — не пытка.
— А ты Рюноскэ, может ты чего-то хочешь?
Акутагава отреагировал сдержанно, но в его голове так же было одновременно забито и пусто. Поэтому Чуя решил уже предложить.
— Не хочешь удон с курицей? А потом я тебе закажу чай, тут я видел ещё десерт с инжиром, будешь?
Рюноске одобрительно кивнул головой. Но мысли у него до сих пор путались. Рыжеволосый, заметив официантку, поднял руку, подзывая.
— Что пожелаете Мисс?
Молоденькая девушка мило улыбнулась, готовясь принять заказ и записать в блокнот. Чуя недовольно цыкнул, приехали, называется, к нему уже как к девушке обращаются. Ладно. Накахара, прочистив горло, самым «женственным» голосом начал говорить.
— Мне, пожалуйста, ванильное мороженое и холодный чай, ребёнку… — указывая на Ацуши — отядзукэ*, а ему — указывая на Рюноске — удон с курецей…*
Официантка всё записала и кивнув, ушла за заказом.
***
Закончив с едой и расплатившись, Чуя решил закругляться и идти домой. Дети были уже сонные, прогулка по магазинам и вкусная еда их знатно утомила.
Малые забавно зевали, идя рядом с Накахарай. Тот бы взял их на руки, так руки заняты пакетами, вот мог бы он использовать способность, было бы легче. Но пока нельзя, вокруг много людей, привлечь, в таком случае, полицию, раз плюнуть.
Ацуши сонно потирал глаза, когда проходя один из темных переулок, послышался тихи, приглушённый голос: «Помогите!». Накаджима остановился, всматриваясь в темноту, потом посмотрел на Чую, что опять ушёл в свои мысли, спокойно продолжал путь, Акутагава так же не обращал внимание ни на что. Тогда мальчик решил проверить сам. «Я туда и обратно» — подумал Ацуши.
Зайти в тёмный переулок дело не из лёгких, особенно когда ты ребёнок и темноты побаивается. Но услышав очередное «Помогите!», Накаджима сразу нырнул за здание, забывая про всё, что-то внутри просто рвалось чтобы помочь человеку. Внутренний голос кричал, что ты просто обязан помочь! Мальчик подбежал к звуку и увидел высокого и большого мужчину, что прижимал кого-то к стене, его руки лезли по чужому телу. Девушка сильно плакала, кричала и пыталась вырваться. Картина была настолько страшной, что мальчик не мог пошевелиться. В памяти всплывали какие-то картины, где было что-то подобное, только с ним. Глаза расширились, в горле всё пересохло, как и во рту. Что это?
Девушка, заметив ребёнка, ещё сильнее заплакала, понимая что и малыш пострадает, если сейчас же не убежит, пока его не заметили. Но увидев состояние малыша, девушка заревела ещё сильнее, от безысходности. Мужик, поняв что кто-то следит за ним, обернулся. Увиденное ему точно не понравилось. Он взял девушку за волосы и со всей дури ударил об стену головой, та пискнула и съехала на землю. Она была в сознании, но что-то нормально понимать не могла, но видела. Видела большие глаза ребенка, в которых таился большой ужас. Это было хуже пытки. Поэтому она закрыла глаза, от страха, от давление атмосферы.
— Бе.ги.кха! — голос совсем охрип, а в горле пересохло.
Накаджима не двигался, когда к нему подходили и заносили большую толстую руку. Мальчик смог только зажмуриться и… И ничего. Всё как будто замерло.
— Руки убрал от мойго ребёнка…
Послышался хриплый тихий, но настолько сердитый, что страшно стало даже Ацуши, голос над головой.
— Ты ещё кто?! Вали отсюда!
Мальчик открыл глаза и увидел рядом Чую, что держал руку неизвестного. Акутагава спокойно стоял почти рядом, а потом немного презрительно посмотрел на Ацуши.
— Не слишком ли много информации для мертвого? Мм?
Накахара безумно улыбнулся.
— Рюноске, отведи и закрой Ацуши глаза…
Прошептал старший. Рюноске тут же подошёл к «братику»* и дёрнул за руку, делая несколько шагов назад и поворачивая мальчика к себе.
— Закрой глаза…
Накаджима послушна закрыл ладошками глаза, а темноволосый притянул его к себе поближе, поглаживая по голове. Всё же он сознательнее этого глупышки и понимает что сейчас сделает Накахара.
Обидчика сразу припечатало гравитацией к одной из стен, так, что осталось даже вмятина. Девушка на земле затряслась ещё больше, теперь от страха перед силой этого парня, ведь ей известно как никому другому, а его силе.
Чуя отряхнул руку, поворачиваясь к детям. Акутагава спокойно смотрел то на Накахару, то на мужчину. Рыжик* повернулся к девушке и фыркнул. Вся эта ситуация ему очень не нравилась, а особенно ему не нравится когда трогают принадлежащее ему.
Головорез очнулся, приходя в себя. Накахара очередной раз недовольно фыркнул, придётся помарать руки об эту свинью.
Позвоночник хрустнул просто прекрасно, звук был настолько отчётливый и звучный на весь переулок, что кровь мафиози закипела от удовольствия. Ему явно этого не хватало последние дни. Бездушное тело упало в собственную кровь. Накахара отряхнул руки от крови и повернулся в сторону девушке. Та в немом страхе замерла. Шок в её глазах замер, как в мёртвых.
— Вы в порядке? Как вас зовут?
Чуя присел возле голубоглазый красавицы, а она точно была красавицей, только немного не в форме. Девушка указала на невзрачную сумку, что валялась возле её. Рыжеволосый сразу сообразил, начиная искать паспорт или что-то на подобии. В сумке оказалось много документов, наверное девушка шла на работы и хотела сократить через переулок.
— Нацуко Кимура значит… Где-то я слышал это имя…
Парень задумался, вспоминая где он слышал его.
— Рада… знакомству, Чуя кха! Накахара…
Нацуко мило улыбнулась, приходя в себя. Её голова сильно пострадала как и тело, соображать было сложно, но возможно.
— Ты меня знаешь?
Удивился голубоглазый, вставая ровно и смотря на неё с верху в низ.
— Да…я ваша новая кха! секретарша…точнее старая, вы меня не помните? Кха!
— Точно… Кимура, 4 года назад ты работала со мной и ушла в декрет, что очень редко случается у нас…боссу ты была полезна, твоя способность «Расчёт»?
— Да, у вас прекрасная…память…
Она замолчала, подняв руку к голове, видно сильно болела.
— Ясно, я вызову наших, они вам помогут, а…
Договорить он не успел, что-то маленькое схватила его за ногу. Опустив глаза, Чуя увидел Ацуши. Мальчик плакал, обнимая старшего подобным образом. Накахара закатил глаза, совсем забыв про это чудо.
— Ну тише, всё хорошо, я здесь…
Чуя взял мальца на руки, поглаживая того по спине. Ацуши сильно испугался. «Хоть бы не закрылся в себе» — думал Накахара, укачивая того.
— Мама, прости — всхлипнув, Накаджима крепче обнял мужчину — я больше не буду убегать, честно…
— Всё-всё, не плачь, но я надеюсь ты не будешь уходить без мойго разрешения…
Поглаживая по голове, мафиози зыркнул в сторону девушки.
— Это я унесу в гроб!
Пискнула та, понимая что увидела то, что не нужно было видеть.
— Рюноске, пойдём!
Заметив, как ребёнок завис, смотря на труп, окликнул Чуя. Тот сразу отозвался и быстрыми шажками догнал Накахару, который уже взял в свободную руку сумки. С помощью гравитации это не очень сложно, но и без гравитации он сильный, чтобы понести эти пакеты в одной руке.
Девушка только улыбнулась, смотря на «семью».
***
В дом Чуя не в вошёл, а ввалился. Устал он знатно, при чём морально. Из гостиной послышались шаги, а потом появился Дазай. Выглядел он лучше утреннего.
— Чуя~ Выглядишь не очень!
Как всегда на своей ноте, начал Осаму. Чуя фыркнул и поставил пакеты на пол. Шатен, заметив усталость второго, решил всё же помочь и подойдя, забрал из рук рыжего ребенка.
— Ты плакал?
Заметив красные глазки мальчика, спросил Дазай.
— Там тётя, она плакала…а дядя её трогал…а потом мама бах! И-и тётя больше не плакала…а я… испугался…
Лепетал мальчик, помогая себе ручками. Осаму приподнял бровь и посмотрел на Накахару, тот закатил глаза, снимая обувь и одевая тапочки.
— Я устал, следующий раз с ними пойдешь ты…
Обойдя шатена и направляясь с пакетами в детскую, один оставив возле ванной.
Дазай непонимающе пожал плечами и посмотрел на Акутагаву. Тот выглядел ещё хуже, даже, кажется, бледнее. Осаму опустился на одно колено, поставив Ацуши на пол и помог снять тому ботиночки. Рюноске решил справиться сам, но его маленькие пальчики не смогли справиться с механизмом, поэтому Осаму и ему помог, забывая про свою холодность.
— Так…
Чуя подошёл к Дазаю и что-то обдумывая, начал.
— Помоги им умыться, я положил там их пижамки, на их кроватки, каждому своя, уложи их спать, они уже ели, и закинь их одежду в стирку, вроде всё…
Накахара собирался уйти в спальню, но подумав, обернулся.
— Если увижу, что ты кого-то уронил иди что-то подобное, убью.
Дазай закатил глаза и кивнул. Чуя выдохнул и решил сначала сходить в душ, а потом спать. Ещё и на одежде осталась кровь. Руки то он вытер об внутреннюю сторону накидки. Вот наказание.
***
Как только голова тронулась подушки, глаза сами по себе закрылись. Он так, кажется, не уставал даже после использования Порчи. Кто же знал, что с детьми так сложно. Знал бы кто, как Накахара испугался не заметив рядом Ацуши. Тут он даже испугался не за свою голову, а за маленького мальчика, которому сейчас очень страшно. А когда он увидел что Ацуши могут убить, чуть Порчу не призвал в гневе. Это всё из-за ребенка. Маленького, в ничем не повинного ребёнка. А ведь раньше он также защищал детей из трущоб, это навевало тошнотворные воспоминания об предательстве. И как Дазай помог… Он помнит этот день. Помнит до мелочей. До той боди не в ранее с ножом, а в сердце и душе. Обида. Страшная обида, что не смог их уберечь. Даже сейчас он думает о том, что-бы было, не перейди они дорогу Мафии. Всё пошло бы по другому? Может. Но рано или поздно их всё равно бы убили. Но тогда хотя бы Чуя не чувствовал этого чувства предательства. Боль, ненависть к Мафии, но не это… Но, в Мафии он встретил Коё, Мори, других ребят. И сейчас они для него как семья. Он не хотел признать, но даже когда Дазай ушёл из Мафии, ему было больно. Опять это тягучее, мерзкое чувство предательство. Осаму на тот момент был ближе всех к Чуе, ближе всех к его сердцу. Но он ушёл и это вернуло в реальность. Это не сказка, где главный герой переживает много боли и потом становится в славе и почёте, а так же любви, в реальности если тебя предали, то предадут ещё раз, и ещё и ещё много-много раз! Эта жизнь! Ты не предашь, тебя предадут. И Чуя не врал, когда говорил, что открыл бутылку лучшего вина в день ухода Осаму, просто хотелось забыть про всё. Чтобы завтра начать всё с заново, готовясь к предательству снова…
***
Проснулся Накахара от какой-то возни рядом. Открыв глаза, тот чуть с кровати не упал, если бы его не дёрнули назад за одеяло.
— Ты чего так испугался, спящая красавица?
— Ты придурок! Хули забыл здесь?!
Дазай был на столько близко возле лица Чуи, что не испугаться было невозможно, особенно спросонья.
— Фу, какие словечки, ты просто так мило спал, что я не удержался!
— Отпусти…
Прошипел Накахара, так тот запутался в одеяле, а Дазай крепко держал этот кокон возле себя.
— Нет)
— Пидора ответ! Отпусти! Или я тебе твои лапы повыдираю с корнем!
Начал барахтаться Чуя. Но вскоре ему это надоело и он замер, всматриваясь в лицо напротив. Его глаза одновременно смотрели обдуманно, но в тоже время как в тумане, никуда. Сон не сильно помог.
— Чуя? Ты чего?
— Думаю какой ты мудак… Дети спят?
Вздохнув, Чуя несколько раз проморгал, чтобы окончательно проснуться.
— Конечно~ Я выполнил все твои поручение!
— Ладно, живи пока… Чем ты ночью занимался, что не спал?
— Эм… Ну~
Осаму сделал задуманный вид, как будто он всё забыл и решил вспомнить, актёр хренов.
— Осаму, не беси.
— Играл! Знаешь, я такую игру нашёл!
Глаз Чуи подозрительно начал дёргается и Осаму замолчал.
— Чуя~ Ну почему ты такой серьезный…
Дазай положил голову на одеяло и вздохнул.
— Может потому что ты ребёнок?
— Я? Не правда! Я самый взрослый!
Как детё начал дуться шатен.
— Нет. Ты ещё тот ребёнок.
— Ну Чуя~
Мужчина всё же отпустил рыжеволосый и тот, не теряя времени, завалил Осаму на спину, садясь на того верхом.
— Я тебя сейчас убью!
Руки мафиози легли на шею детектива.
— От твоих рук я готов принять эту смерть без суицида~
Блаженная улыбка растеклась по лицу Дазая, а его холодные руки легли поверх рук Чуи. Длинные пальцы сначала прошлись запястью сидящего, а потом поползли вверх, к локтям. Голубые глаза прямо смотрели в карие, даже не моргали.
— Руки.
Прошипел Чуя. Но те только продолжили подниматься вверх. Но скоро Осаму рванул вперёд, Накахара даже сообразить не успел, когда уже его прижали к кровати. Дыхание от такой позы просто пропало…
Отядзукэ — блюдо японской кухни, в основе которого лежит варёный рис, залитый зелёным чаем, даси или горячей водой.
*² – тут он указывал на детей, скорее для того, что-бы показать что это блюда именно для ребёнка и чтобы оно не было слишком острым, что встречается очень часто в этой кухне, а для ребёнка это вредно.
*³ – раз они сейчас живут что-то на подобии семьи, то можно назвать их братиками. Но если вам не нравится, то могу больше это не упомянуть.
*⁴ – думаю вы позволите мне такую вольность и я буду от времени назвать его рыжиком)